Одноклассники

–Итак дети кто у нас сегодня дежурит в классе? –спросила наш классный руководитель. –Шейн и Гутвих,- послышалось с первой парты. –Нет нет нет нет, – тихо, прикрыв лицо руками начала тараторить я , так что бы меня слышала лишь соседка по парте. Отчего та негромко рассмеялась. –Не завидую тебе Анька. Ещё бы не завидовать, когда ты остаешься убирать класс с таким гордым, дерзким, амбициозным молодым человеком. Особенно когда этот гордый, дерзкий, амбициозный человек носит имя Серёжа, фамилию Гутвих, а по отношению ко мне, является моим одноклассником. Очень упёртым и неподатливым одноклассником. Хотя с первого взгляда Сережа мне даже понравился, пока не стал отпускать в мой адрес колкие, нелицеприятные, а порой даже пошлые шутки. Всё очарование сразу же отбило. Ну почти всё... симпатичный был, зараза. *** Ученики покинули класс. И остались только мы. –Давай ты помоешь пол, а я вытру доску и полью цветы? –А с чего это я должен мыть пол? Давай лучше ты помоешь пол и вытрешь доску, а я полью цветы? –я тяжело вздохнула, на что я вообще надеялась? –Ладно – предпринимать что-то было бесполезно. Вытащив из шкафа ведро я пошла набирать воду. Принимая решение что лучше я сначала наберу воды, а потом уже подмету. Может хоть за это время у Серёжи мозг появятся. Притащив вёдро, я принялась заметать, и настолько сконцентрировалась на своих мыслях. Что не заметила как этот негодяй, пару раз брал воду с ведра для того чтобы полить цветы. А их из-за нашей любимой Раисы Николаевны, которая была ярым сторонником флоры. И как правило, ни капли этого не скрывала. Цветов у нас в классе было приличное количество. Удивительно даже как Гутвих согласился полить цветы, может быть завтра дождь пойдёт? Или же даже снег? Ладно если бы он сказал что просто посидит на месте, попылится. А тут прям удивительно. Я кинула на него злой взгляд, на который он ответил наверное самой широкой улыбкой из всех в своей коллекции. Приняв свою судьбу, я пошла за новой водой. Вот же чертов Гутвих, прекрасно понимает что мне тащить это ведро с первого этажа, одной стороны школы, на второй этаж, противоположной стороны. И все равно воду берет, помог хотя бы. Набрав воду я потопала на второй этаж. Поднявшись, мои глаза узрели Гутвиха который активно шагал в мою сторону. Может и не ко мне, но как минимум в сторону мою. –Ну ты долгая конечно. –Вместо того что бы бубнить, помог бы. –Ой ладно, не ной только, – он взял ведро из моих рук. Я начала разминать кисть. –Ну, а где спасибо твоё? –Ох, спасибо вам мой Господин за помощь. –Если ты будешь назвать меня Господином, то я готов тебе помогать до конца жизни, – он ухмыльнулся. –Пойдем уже. Зайдя в класс, Серёжа поставил ведро и пошёл к доске за тряпкой, а я приступила мыть пол. –Оу, неужели ваше высочество соизволило ещё и доску вытереть? –А, так доска не в ходит в мои обязанности? Нахрен я тогда буду её вытереть. – Он бросил тряпку у доски, и сел на учительский стул. Я протёрла глаза и томно выдохнула. –Если не хочешь убрать, то домой пошел хотя бы. А то будешь тут сидеть, пылится. –А что?Переживаешь за меня что ли? – он усмехнулся, и по хозяйски подпёр щеку рукой. –Конечно переживаю, а то мало ли прогниешь ещё. –произнесла я. Парень сердито засопел. –Ну вот скажи мне, – он встал, и подошёл ближе ко мне,– как такой человек как я, может прогнить? –Ну знаешь ли, самое красное яблоко в 99 случаях оказывается червиво. –Красное яблоко говоришь. Значит ты не отрицаешь что я тут самый...–я его перебила. –Да, признаю. Авторитетом ты тут пользуешься огромным, но потакать тебе я не буду. –Ладно уж, сочту это за самый лучший комплимент в моей жизни. –Эх, надавать бы тебе по лицу. Так жаль, мордочка красивая. –Вау, Шейн. Да ты сегодня прям обольщаешь меня. –Не зазнавайся только. –Ладно, ради тебя вытру уже эту доску. –Оу, спасибо ваше величество, – он демонстративно закатил глаза, и улыбнулся мне. Вот ведь конченый. Следующие минут 20 мы провели в молчании. Думая кто о чем. –Ань, куда тряпку? –Кидай в ведро. В раковине её помою. –Пойдем помогу. – он взял ведро и мы вышли из класса. –Спасибо. Серёжа вышел из школы с ведром грязной воды, дабы вылить её где нибудь в кустах. Я пошла мыть тряпку. –А дальше то что делать? – Гутвих подошёл ко мне. –Оставь ведро в шкафу, и можешь в целом домой идти. –Понял, – он поднялся на второй этаж. На удивление, все прошло даже более менее нормально. Честно говоря, я готовилась к худшему. Может быть он не настолько гордый и самовлюблённый, каким пытается казаться? Закончив с тряпкой я пошла в класс, Гутвиха там уже не оказалось. Вот ведь, а мог же подождать. В конце концов нам в одну сторону идти. Взяв свою сумку и ключ со стола учительницы. Я вышла из класса и как только хотела запереть дверь, из-за угла кто-то выскочил. И заткнув мне рот, затолкнул в класс закрывая за собой дверь. Я забрыкалась, и к счастью меня отпустили. Обернувшись я увидела пытающегося отдышаться Гутвиха. Который быстро вырвал ключ из моей руки, и запер класс. Парень выглядел так себе. Со лба у него сочилась кровь, грудная клетка тяжело вздымалась, глаза были прикрыты. Он откинулся на дверь и, чуть погодя, прислонил ухо к двери и стал прислушиваться. –Какого чёрта, Гутвих? – возмутилась я, но тут же постаралась взять себя в руки. Протерев лицо руками, я отступила от парня на шаг. Тот упрямо молчал и вслушивался в тишину коридора, словно выслушивал кого-то, кто мог за ним гнаться. –Школу скоро закроют! – предприняла очередную попытку я, но это не вызвало желаемого эффекта. – Тихо ты, – грубо шикая, осадил парень, от чего я аж дар речи потеряла. Он вдруг одёрнул голову от двери, и вновь вжался в неё спиной, задорно улыбаясь. – Что ты натворил? – зашипела я , смотря прямо ему в глаза. – Кое с кем повздорил. Ничего особенного, – казалось, он был готов вот-вот рассмеяться, то ли от нервов, то ли действительно находил это забавным. Он быстро пришёл в себя и вновь принял вид высокомерного негодяя. –Ты серьезно?! Ты вышел из школы максимум 15 минут назад, и уже успел с кем то повздорить? –я в шоке. –Ну я же говорю, ничего особенного. – произносил он так, будто бы не в чем не бывало. – Тогда отойди, мне домой надо, – я попыталась вырвать ключ из его руки, но моя рука тут же была перехвачена, а я зажата между дверью и телом парня. Пару секунд я стояла, пытаясь понять что произошло, и это позволило ему обездвижить меня. – Так задержись, – он заискивающе заглянул мне в глаза и понизил голос до интимного шёпота, заправляя за ухо локон. Я нахмурились и дунула ему в лицо, избегая касания. Парень хмыкнул. – Какой задержись. Я хочу домой. Отпусти, – приказала я тоном, не терпящим возражений. Вся эта ситуация меня напрягала. Дыхание стало частым, от чего лёгкие уже были переполнены запахом кожи Гутвиха, его лосьоном после бритья и одеколоном. Я в безвыходности прикрыла веки, но тут же их распахнула, ощущая на губах настойчивое жжение. Парень прижался ко мне губами и требовательно поцеловал, вырывая из груди возмущённый задушенный стон. Я задёргалась от такого напора, но ничего не могла поделать. Чёртов одноклассник был силён и нахален, что в данном случае сыграло ему на пользу. Он отстранился также внезапно, как впился, смешав мысли в окончательную кашу из дома и его самого. – Так-то лучше, – довольно усмехнулся он. Я глубоко, рвано дышала, но никак не могла собраться воедино и хоть как-то отреагировать. По логике надо было влепить ему по лицу, вырвать этот чертов ключ и пойти домой , вот только не хотелось. Теперь он буквально притягивал как задница неприятности. Как говорят "Картина Репина: Приплыли, всю ночь гребли, а лодку отвязать забыли". Гутвих ослабил хватку и взял лицо в ладони, склоняясь надо мной с нескрываемым интересом. – Эй, Шейн, ау… – позвал он, поглаживая подушечками больших пальцев скулы. Я нехотя отлепила взгляд от надписи на его футболке, и с ненавистью уставилась на Серёжу. – Придурок, – мрачно заключила, чувствуя, как в животе печёт от последствий его поцелуя. Парень заливисто хохотнул, в душе сходя с ума от аромата волос девушки стоявшей напротив. – Настоящий придурок, – повторила я и устало протёрла глаза руками. –Хочешь надавать по лицу? – насмешливо уточнил он. –Хочу прибить, – серьёзно отчеканила я. Щёки горели в чужих ладонях, но вовсе не от смущения, скорее от приятной температуры человека напротив. – А я хочу тебя, – хмыкнул он, – что ты делаешь сегодня вечером? – Буду искать средство от тараканов. Он прыснул. – Отравить меня вздумала? – Это будет проще, чем отрезать тебе голову, – я невинно пожала плечами. – Всегда знал, что в тихом омуте черти водятся. – В тихому омуте живут маньяки, которые в следующий раз лишат тебя рук и ног, если ещё раз вытворишь нечто подоб… м-м-м… Рот снова заткнули поцелуем, от которого в голове стало пусто, а в каждой клетке нарастала дрожь. Я больше не сопротивлялась и не думала. Просто поддалась, забывая про время. Он целовал нежно, влажно, настойчиво, словно никак не мог насытиться. Совсем не так, как целуют своих девушек парни, которые хотят их раздеть. Он не рискнул углубить поцелуй. Наверное, всё же боялся, что я просто откушу его ядовитый язык, стоит ему только перейти грань. *** Разумеется, он всё это сделал специально. Никто за ним не гнался, а лоб он расшиб о дерево, когда не вписался впопыхах в поворот, приняв спонтанное решение действовать. Он наблюдал за ней с того самого момента, как она появилась у них в школе. Он много раз пытался подступиться к ней, но каждый раз получал кучу равнодушия без толики взаимного внимания. А сегодня как раз кстати они вместе дежурили, а такие события выпадали раз в месяц, если не реже. Обстоятельства сложились, как нельзя лучше. Кто бы мог подумать, что он решится действовать именно таким варварским способом, забивая на свой изначальный план действий? Он просто хотел проводить её до дома, но не удержался. И кто бы мог подумать, что Шейн не пошлёт его прямым текстом, а откликнется на поцелуй? *** Гутвих улыбнулся и отстранился, прижимаясь ко лбу своим тёплым носом и облегчённо выдыхая мне в губы. Стук сердца постепенно замедлялся, пальцы всё нежнее стискивали кисть Серёжи. –Пойдём домой? –Пойдем, – тихо ответил он, непривычно дружелюбно. Я нехотя выпуталась из его рук, избегая прямого взгляда глаза в глаза, и отошла от двери, давая возможность Серёже её отпереть. *** Впервые в жизни он почувствовал себя со своим человеком. И где бы они сейчас не оказались, ему было бы так же тепло и уютно, как сейчас.