Ближе

– Простыни странно пахнут. Дин закатывает глаза, едва сдерживая желание протянуть руку и дать Кастиэлю затрещину. Четыре недели прошло с тех пор, как ангелы пали. Журналисты давно отказались от попыток объяснить людям тот странный метеоритный дождь и сосредоточились на таких важных вопросах, как рождение ребенка у Ким Кардашьян и Канье Уэста. Прошло четыре недели, а жизнь с Касом начала становиться невыносимой. Первые полторы недели он едва вставал с постели, а если вставал, то бродил по бункеру, как чертов призрак, и ни с кем не заговаривал, пока к нему не обращались. Дин убедился, что Кас делает все необходимое для поддержания своего теперь стопроцентно человеческого тела. К счастью, Кастиэль сразу научился ходить в туалет, но часто приходилось напоминать, чтобы он умылся. Он ни разу не проспал всю ночь до утра. Дин знал, что его мучали кошмары, пытался поговорить об этом – не был же он ослом все время, – но Кас отказывался. В конце концов Дин сдался и силой потащил Каса купить ему какую-нибудь одежду. До этого момента Кас носил одежду мертвецов, которую находил в бункере, и поношенные футболки и рубашки Дина. После той вынужденной поездки Кастиэль словно очнулся от комы – начал вставать в нормальное время, даже делать кое-что по дому и помогать с исследованиями. Но несмотря на активность, Кастиэль все еще не привык к своей новообретенной человечности. Его сильно расстраивает тот факт, что тело нуждается в постоянном уходе. И что по сравнению со своим предыдущим существованием Кастиэль невероятно ограничен. Он не может больше летать по всему миру в свое удовольствие, и, хотя он все еще сильнее любого человека, теперь он на одном уровне со средним демоном. Новые ограничения и физические потребности расстраивают и, как подозревает Дин, пугают Кастиэля. И он вымещает свое разочарование на окружающих. Так что да, жизнь с Касом похожа на кошмар. Сэм, очевидно, тоже так думает, потому что именно он нашел это дело и настоял, чтобы Кас и Дин отправились на охоту вместе. («Дин, ты сам велел мне сидеть на месте, пока я не поправлюсь. И я все еще болен, а тебе нужна будет помощь. Кас может сражаться, пусть он больше и не ангел».) Кучка дерьмовых оправданий. Дин может определить, когда Сэм раздражен, и Сэм был раздражен всю прошлую неделю, когда его терпение к нытью Кастиэля иссякло. Дин, несмотря на свой образ, более терпелив – ему пришлось провести большую часть юности в одной комнате с младшим братом, – но даже ему это надоело. Конечно, он знал, что Кас найдет, на что пожаловаться в номере мотеля. – Это нормально, Кас. Простыни в мотелях всегда немного воняют, но это не значит, что они грязные. – Мне это не нравится. Кто бы сомневался. Тем не менее Кастиэль устраивается без дальнейших жалоб. Дин наслаждается тишиной. Поездка его довела: Кас жаловался на все – от музыки до жары и странного дребезжания, которое раздавалось, когда Дин включал кондиционер, чтобы стихла предыдущая жалоба на жару. – На что мы охотимся? – спрашивает Кастиэль. – Сэм тебе не сказал? Кас качает головой. – Он думает, это вампиры. За последние три недели в этом районе нашли пять человек, все полностью обескровлены. Похоже на целое гнездо. Интересно, почему сейчас они стали такими небрежными. – Подозреваешь, что что-то не так? Дин пожимает плечами. – Мои инстинкты говорят да, и я выучил, что должен им следовать, но у меня нет более четких идей, чем эта, – он зевает. – Разберемся завтра. Прямо сейчас я засыпаю. Мне нужны мои четыре часа сна. Долгая была поездка. Кастиэль ворчит что-то в знак согласия. Дин сбрасывает ботинки, но не утруждает себя и не снимает одежду. Он ложится, закрывает глаза и слушает, как Кас уходит в ванную. После короткой паузы раздается: – Дин, тут кран протекает. *** – Не представляю, что вы хотите найти, но можете взглянуть, – владелец похоронного бюро переводит взгляд с одного на другого. – Полиция посчитала это нападением животного. – Точно, одно из пяти за последние три недели, – тянет Дин. – Это и правда кажется немного странным, – соглашается тот. Дин одаривает его очаровательной улыбкой. – Странное – это по нашей части. Они следуют за гробовщиком в морг. На столе лежит накрытое белой простыней тело, и тот оголяет его верхнюю часть. Пожилая женщина, лет за шестьдесят. Ее лицо обмякло и пожелтело. Дин должен бы к этому привыкнуть, но оно все равно выводит его из равновесия. Честно говоря, он даже рад – значит, не совсем мертв внутри. Дин переводит взгляд с лица женщины на шею. Она разорвана, но там все равно видны отчетливые следы клыков. Работа вампира, может, даже не одного. – Думаю, мы увидели достаточно, – бормочет он. Гробовщик печально кивает и снова накрывает тело. На выходе из морга Кастиэль берет Дина за руку, мягко сжимает ее и отпускает. Дин не знает, сделал он это для себя или для него, но глубоко благодарен за этот жест. Он поворачивается к Касу и нацепляет улыбку, которая даже ему кажется фальшивой. – Похоже, это вампиры. – Это кажется наиболее вероятным объяснением, – соглашается Кас. – И довольно неряшливые. – Может, они намеренно привлекают внимание к себе? Дин хмурится и прячет руки в карманах. – Не знаю. Возможно, – он задумывается. – Или нет. Может, они не знают, как надо? – У тебя есть теория. – Может, в город приехал вампир-одиночка и начал обращать людей. У новоиспеченных вампиров не получается себя контролировать, либо они не понимают, что кто-то может обратить внимание на эти смерти и сделать правильный вывод. Был всплеск активности в вампирских кругах… …С кануна Рождества – не договаривает он. В последний момент он ловит себя на мысли, что не хочет поднимать эту тему с Касом, который будет чувствовать себя виноватым. Но кажется, Кас все равно улавливает суть его фразы, потому что пристыженно опускает взгляд. Дин неловко откашливается. – Надо позвонить Сэму. Посмотрим, сможет ли он раскопать чьи-нибудь недавние исчезновения в этом районе. Кастиэль не отвечает. *** – Ты точно на что-то наткнулся, – в голосе Сэма слышится тихое, напряженное волнение, которое он всегда испытывает, когда они успешно распутывают дело. – Два человека пропали три недели назад, как раз перед тем, как появилась первая жертва. Элис и Джордж Хартман, брат и сестра, близнецы, обоим по двадцать восемь лет. – Так что, какой-то вампир ворвался в город и решил, что пора создавать гнездо, но не потрудился держать свое потомство в узде? – Это была твоя теория, не моя, – Сэм замолкает на пару секунд. – Вампир, который обратил Элис и Джорджа, вероятно, не может их контролировать. Новообращенные становятся очень сильными, жажда дает им дополнительные силы. Дин кивает, хотя знает, что Сэм этого не увидит. Он помнит эту жажду крови, как каждое биение сердца звучит словно зов сирены, притягивая его к неминуемому. Он благодарен, что ему удалось сопротивляться достаточно долго, чтобы вернуться, и немного опечален, что для Элис и Джорджа уже слишком поздно. Теперь они монстры. Вампиры вполне способны испытывать угрызения совести, но явно решили этого не делать, а просто утоляют свой голод. Дин не будет чувствовать вины за то, что убьет их. – Подожди, – раздается звук клацающих клавиш. – Семья Хартман владеет склепом на городском кладбище. Есть фотография, он довольно большой. – Довольно большой для трех взрослых вампиров? – Да, примерно так. – Круто, – смеется Дин. – Вампиры живут в склепе. Как думаешь, они в гробах спят? – Дин… Раздается звук смыва. – Мне пора. Кас только что вышел из ванной и будет еще более раздражительным, чем обычно. – Удачи, – говорит Сэм, и Дин знает, что тот не про охоту. Конечно, лицо Кастиэля мрачное, как грозовая туча, когда он выходит из ванной. Он бросает взгляд на Дина, затем многозначительно смотрит на стол перед ним. Дин следит за его взглядом и видит разбросанные обертки от гамбургеров. – Что? – рявкает он, не в настроении для его пассивной агрессии. – Я понимаю, для тебя это трудная концепция, – начинает Кас слишком раздраженно из-за того, что по сути является незначительным, – но тебе нужно время от времени брать себя в руки. Дин смотрит в ответ. – Вытащи палку из задницы, Кас. – Тот ощетинивается, и Дин решает сменить тему, пока они не начали в открытую ругаться. – Я поговорил с Сэмом. Он выследил два исчезновения примерно в то время, когда начали происходить убийства. Элис и Джордж Хартман. Близнецы, двадцать восемь лет. И мы нашли их вероятное укрытие. Кастиэль мрачно кивает. – Тогда мы должны взглянуть. *** Они ждут до темноты. Хотя это даст некоторое преимущество вампирам, Дин не хочет рисковать, чтобы кто-то заметил их сражение в склепе. У него нет желания представлять, в какую передрягу они попадут, если их арестуют. Обратная сторона ожидания – им нечего делать и некуда идти. Дин ненадолго засыпает, но Кас без внятной причины будит его меньше чем через полчаса. Дин думает, что тому просто скучно. Они немного смотрят телик, и Кастиэль язвительно комментирует каждый канал, на котором они останавливаются. – Выбирай сам, – наконец рявкает Дин, кидая пульт в Каса. Тот приземляется ему на живот, и испуганное выражение лица Кастиэля почти оправдывает следующее пятиминутное нытье. Господи Иисусе, это выходит из-под контроля. Как только они закончат с делом, Дин поведет Каса в бар, возьмет ему выпить и найдет кого-нибудь для секса. Если его сияющая внешность не отпугнет всех, конечно. Несколько мучительных часов спустя они загружаются в Импалу, вооруженные двумя мачете и дробовиком, заряженным патронами с кровью мертвеца. К счастью, дорога до кладбища короткая. Дин достает информацию о склепе Хартманов и его фотографию. Тот вычурно украшен примерно дюжиной каменных херувимов и большезадой статуей Девы Марии над входом. Найти его оказывается труднее, чем предполагалось, потому что статуя, разбитая на три части, валяется на земле. Она выглядит довольно пугающе, и Дин подавляет внезапное желание перекреститься. Если бы он верил в дурные предзнаменования, то занервничал бы. В склеп только один вход, поэтому тайно атаковать не выйдет. Дин с Кастиэлем занимают позиции у двери, Кас готов постучать, как только Дин даст ему знак. Внезапно Дина роняют на землю – тяжелое тело прижимает его, выбивает мачете и в то же мгновение впивается в шею, так что Дин не успевает среагировать. Он кричит от боли, и в следующий момент лежащего на нем вампира оттаскивает разъяренный Кастиэль и швыряет того в склеп. Дин вскакивает на ноги, когда Кастиэль обезглавливает вампира. Голова лохматого блондина катится в сторону Дина и останавливается около его ног. Это Джордж Хартман. По крайней мере, был им. Дин хватает мачете и, услышав мягкие шаги, пригибается как раз вовремя, чтобы вампир пролетел над его головой. Он не успевает напасть – Кас оказывается рядом и обезглавливает второго вампира. Дин злится – это была его добыча. Он открывает рот, чтобы упрекнуть Каса, но тот уже убегает. Третий вампир, обративший Джорджа и Элис, решил, что спасется бегством. К несчастью для него, Кас быстрее. Вампир не успевает пробежать и пяти футов, как его голова катится по земле. – Мог бы и мне оставить, – ворчит Дин. Он ожидает от Каса раздраженного ответа, поэтому удивляется, когда тот молча подходит и хватает его за подбородок. – Что ты… Кас осторожно наклоняет голову, осматривая рану. Дин чувствует, как из нее все еще сочится теплая кровь, стекает под воротник и делает ткань липкой. Хотя крови не очень много – вампир не успел как следует схватить его зубами, когда Кас оттащил его. Наконец Кас отпускает подбородок. Его беспокойство сменилось, что удивительно, раздражением. – Тебе следовало быть осторожнее. У Дина отвисает челюсть. – Осторожнее? С таким же успехом это мог быть ты! – Если честно, комментарии Кастиэля немного задевают. Дин не привык, что его критикуют после подобной охоты, особенно после смерти отца. – Я бы не был в такой опасности, – отвечает Кас, сурово глядя на него. – Если бы вампир укусил левее, то попал бы в твою яремную вену. – Ну он же не попал, – Дин не может в это поверить. С чего это Кастиэль заговорил с ним, как с беспомощной девицей в беде? – Пойдем в машину. Как только они добираются до Импалы, он достает аптечку, чтобы перевязать рану. Он бы подождал до мотеля, но шея уже зудит от засыхающей крови. Он достает обезболивающую салфетку и бинты, и Кастиэль выхватывает их. – Поможешь? – раздраженно спрашивает Дин. Кастиэль бросает на него острый взгляд, но молчит. Он опускает воротник Дина и начинает медленно стирать кровь, несмотря на его довольно слабые протесты. Руки у Кастиэля теплые и на удивление мягкие, и проще позволить ему сделать все, чем спорить. Дин чувствует, как его сердце, начавшее бешено колотиться с нападением первого вампира, наконец успокаивается. Анестезия немного жжет, но Кас трогает осторожно и мягко, словно не хочет причинять ему больше боли. У Дина закрываются глаза, и он расслабляется. Кас методично водит салфеткой по его шее, доходит до ключицы. Сердце Дина снова начинает стучать быстрее, и от каждого прикосновения руки Кастиэля его кожа становится горячей и раскрасневшейся. Из горла рвется сдавленный стон, но Дин его сдерживает. Он снова открывает глаза, намеренно игнорируя ощущения, спускающиеся с его шеи ниже. Не в первый раз Кас так действует на него, но будь он проклят, если позволит этому выйти из-под контроля. Закончив перевязывать рану, Кастиэль молча убирает аптечку и садится в машину. Дин ошеломленно смотрит ему вслед, потом резко выходит из-за машины и садится за руль. Обратная дорога проходит в тишине и напряжении. Дин оглядывается на Кастиэля. Хотя тот молчит, его челюсти сжаты, щеки пылают от гнева. Дин прищуривается. Что ж, если так, тогда ладно. Он тоже может помолчать. Они заезжают на парковку перед мотелем. Дин глушит двигатель, и в ту же секунду Кастиэль вылетает из машины и хлопает дверью. Ладно. Это последняя капля. Дин выскакивает и быстро идет за Касом, который уже почти у их номера. – Кас, какого черта ты бесишься? Тот игнорирует, открывает дверь в номер и проскальзывает внутрь, словно там сможет от него спрятаться. Дин провел едва ли не всю жизнь в мотельных номерах, он прекрасно знает, как трудно избегать друг друга в их тесном пространстве. Он заходит следом и хлопает дверью. Клацает замок. – Я не могу больше терпеть твое дерьмо. – Уходи, – коротко предлагает Кастиэль. Он сжимает кулаки до побелевших костяшек и почти дрожит от напряжения. – К черту. Я понимаю, что ты проходишь через… – Ты ничего не понимаешь, – обрывает его Кастиэль. У Дина краснеет перед глазами. – Заткнись, Кас. Думаешь, я не знаю, каково потерять дом? Семью? – У Кастиэля хватает такта выглядеть пристыженным, но Дин еще не закончил. – Может, я совсем не понимаю, через что ты проходишь, но я пытаюсь понять и хочу тебе помочь. Но ты только хандришь, бесишься и ноешь, и мне это ебать как надоело. На лице Кастиэля почти появляется сожаление, но затем он снова ожесточается. – Ебать? – Боже, Дин почти что видит кавычки в воздухе. Он подлетает к Дину, который уверен, что сейчас получит по лицу. Вместо этого Кас швыряет его к двери, а секунду спустя прижимается к нему и целует. Кас. Целует его. Поцелуй жесткий, больше похож на нападение, чем на что-либо еще. И Дин… Дин яростно атакует в ответ, кусая Кастиэля за нижнюю губу достаточно сильно, почти до крови, заставляя стонать. Кас сует руку под куртку Дина и кладет ладонь на грудь, мизинцем зацепив сосок. Дин на автомате дергается, когда возбуждение электрическим током спускается к его члену. Кастиэль остается совершенно неподвижен, не двигается ни на дюйм. Он просовывает язык в рот Дина, тот чувствует вкус его крови. Это не должно заводить его еще больше, но Дин уже очень запутался. Едва только Дин успевает подумать, что он делает, как начинает подкрадываться паника, и в этот момент Кастиэль резко отстраняется и тащит его за собой. Он разворачивает их и толкает Дина на кровать, тот падает на спину, и Кас тут же оказывается сверху. Они снова целуются – не так агрессивно, но так же торопливо. Кас нетерпеливо дергает Дина за куртку, и тот приподнимается и снимает ее. Кас прерывает их поцелуй и тянется легкими дразнящими прикосновениями губ вниз, к челюсти. Он еще немного опускает голову, словно ищет что-то и, видимо, находит – внезапно прикусывает мягкую кожу прямо под челюстью, поверх повязки. У Дина уже крепко стоит, и он рвано стонет. Странно, как Кас сразу нашел эту точку, о которой Дин даже не подозревал. Но это Кас, а Дин привык к его странностям. Дин поднимает левую ногу и прижимает ему между ног, сквозь джинсы ощущая, как твердеет член. Кас прерывисто дышит, посасывая чувствительную кожу на шее Дина. Он знает, что утром у него там появится вульгарная отметина, которую он не сможет свалить на вампира, и надеется, что Сэму будет слишком неловко задавать вопросы. – Дин, – настойчиво шепчет Кас. Тот с силой прижимает ногу к его члену. Кас издает похожий на скулеж звук, и, кажется, это самое горячее, что Дин когда-либо слышал. Кас отталкивает его ногу и ложится так, что их члены трутся друг о друга через несколько слоев ткани. Это намного ярче, чем должно быть, и Дин с головокружением думает, что не был так возбужден настолько одетым лет с семнадцати. Он решает исправить положение и стягивает с Кастиэля плащ, тот падает на пол с мягким звуком, и за ним следует рубашка. Кас быстро догоняет его – снимает с Дина футболку и начинает расстегивать джинсы. Пару раз Дин совершенно неосознанно дергает бедрами вверх. Он чувствует, что полностью потерял контроль над ситуацией и собственным телом. Кастиэль распоряжается с такой ответственностью, какой Дин не ожидал. Он не представлял, что это будет так горячо, однако это так. Кас перестает возиться с кнопками и рычит «Сними». Дин думает, что, может, должен бы оскорбиться из-за требовательного тона, но вместо этого только сильнее возбуждается. Он стягивает штаны и остается голым, а потом делает то же самое для Кастиэля, который, по крайней мере, носит нижнее белье. Дин быстро его снимает, и вот они восхитительно обнаженные тепло прижимаются друг к другу. Дин обвивает рукой член Кастиэля, чувствуя себя немного неловко, пока Кас не выдыхает его имя. Он отвык обращаться с чужими членами, уже много лет этого не делал, поэтому просто делает то, что понравилось бы ему самому. Кажется, Кас это одобряет – тихо скулит в его шею, двигает бедрами, трахая кулак Дина. На секунду Дин его отпускает, а потом обхватывает оба члена и снова начинает двигать рукой. Ощущать, как Кас скользит по нему, намного лучше, чем Дин помнит. Он стонет и двигает рукой быстрее. Кас в этот момент совсем перестает ему отвечать, но это нормально, это его первый раз, Дин в любом случае должен взять контроль на себя. В следующий раз побудет более активным. Дин оценивает свои мысли – почему он, черт возьми, ждет следующего раза? Секунду спустя Кас кончает, и ощущение бьющей в живот спермы, липкой и теплой, настолько невероятно возбуждающее, что Дин тоже кончает. Он продолжает гладить оба члена, замедляясь, пока они приходят в себя. Потом он отпускает их и безвольно роняет руку на живот. Кас падает на него, и Дин с ворчанием переворачивается на бок. Они лежат лицом к лицу. Дин смотрит на ключицы Кастиэля. Реальность того, что только что произошло, поражает его, но он ощущает себя удивительно спокойным. Теперь нытье Кастиэля хотя бы стало объяснимо. Дин его попросту нечаянно динамил. – Дин, – шепотом зовет Кастиэль. Тот поднимает взгляд, и его член отважно дергается от того, что Дин видит. У Кастиэля красные и распухшие губы, небольшая ранка на нижней губе уже затягивается корочкой. Расширенные зрачки, раскрасневшиеся щеки, вечно сексуальные волосы взъерошены сильнее обычного. – Да, – отвечает Дин. Он не совсем понимает, в чем вопрос, но знает, что Кас ищет какого-то подтверждения и, кажется, находит его на лице Дина, потому что с его плеч спадает напряжение. – Я этого не ожидал, – признается Дин. Кастиэль снова слегка напрягается, поэтому Дин быстро добавляет: – Не то чтобы мне не понравилось. Но я понятия не имел, что ты… Дин не знает, как закончить это предложение. Чувствовал это ко мне? Это слишком уж по-девчачьи, и Дин на самом деле не уверен, что речь о чувствах. Может, это только секс. Эта мысль наполняет его холодным ужасом, застает врасплох. Он действительно не знает, чего хочет дальше, но мысль, что для Каса все это ничего не значило, ужасает. Этот страх он не хочет озвучивать, потому что он будет звучать как нужда. Словно почувствовав его внутреннее смятение, Кас наклоняется и целует Дина мягко и сладко, и теперь Дин чувствует себя успокоенным настолько, насколько подавленным ощущал себя, когда думал о чем-то настолько жалком. Он двигается чуть ближе к Касу, потому что начал замерзать, не по какой-то другой причине. Дин нерешительно обнимает его за талию, а тот протягивает руку и кладет ее на плечо Дина, туда же, где был его отпечаток в течение нескольких месяцев после того, как он вытащил Дина из Ада. – Спи, Дин. Дин мягко смеется. – И ты. Они прижимаются друг к другу – не обнимаются, просто сохраняют тепло. Дин закрывает глаза, усталость наконец настигает его, и через несколько мгновений он засыпает. Той ночью ни один из них не видит кошмаров.