Прогулка невозврата

      «Так светло, тепло и внутри спокойно… Где я? Я все ещё жив?» — с этими мыслями мальчик лежал несколько минут, не решаясь открыть глаза, ведь в незнании было легче, но вдруг послышался звук открывающейся двери. — Всё ещё не проснулся? Ну и дела-а, — сказал женский голос, также находясь где-то возле двери. В этот же момент розововолосый потихоньку открывал глазки, привыкая к освещённому закатным солнцем помещению. — О, к счастью, я ошиблась, — тёмноволосая девушка начала приближаться к проснувшемуся, закрыв дверь. — Добрый день, — быстро посмотрев на наручные часы, поправила себя, — точнее, почти вечер, я Иери Сёко, твой лечащий врач, — ласково улыбаясь, продолжила, — ты сейчас находишься в больнице N. Как тебя зовут?       Мальчику хоть и было страшновато в незнакомом месте, да и с таким же незнакомым человеком, пусть хоть и врачом, судя по характерной одежде, но девушка своим поведением внушала доверие, от чего парень тихо и размеренно произнёс: — Итадори Юджи, 14 лет, — немного смущаясь, на всякий случай сказал и про возраст, ощущая себя совсем маленьким. — Приятно познакомиться, Итадори-кун. Ты можешь пока осмотреть комнату и попробовать вспомнить происшествия последних дней, а я выйду на пару минут за дверь. — улыбнувшись, девушка, взамхнув белым халатом, скрылась за дверью, предварительно доставая телефон, и, похоже, набирая чей-то номер.       Итадори занялся тем, что ему сказали — рассматривал помещение, продолжая лежать в кровати. Все по классике больничных палат: светлые тона, светло-голубые полоски разной толщины вокруг комнаты на стенах, тёмный линолеум, жалюзи на окнах, которые в данный момент пропускали солнечный свет, какие-то два напольных высоких растения расставлены по углам со стороны окна.       «Папоротники», — лично для себя сделал умозаключение, кивнув, чтобы не загружать головушку размышлениями, и обозвал зелень самым похожим на неё цветком.       Не обратив сначала внимание, понял, что лежит на удобной кровати с кнопочками для регулирования высоты, а также наклона ног и головы.       «Это же очень дорогая больница, да? Как… как я смогу это оплатить?..» — беспокойство частично прервалось взглядом на незамеченную до этого прикроватную тумбочку, на которой аккуратно стоял стакан воды и графин, неподалёку видно было ещё и листок. — «Записка?» — не желая высовываться за пределы его одеяла, лениво потянулся ручкой к бумажке.

«Хей, пацан, помнишь, про своё обещание?»

      «Я что-то обещал?» — удивлённо и шокированно смотрит Итадори в потолок, будто ища там ответ. В голове стали проясняться минувшие события. — «Я помню какого-то мужчину в тёмном пальто и такой же водолазке… и ещё у него были светлые волосы… а ещё он тыкал мне палочкой в щёку, пока я лежал на дороге…»       «Вспомнил! Я пообещал ему делать всё, что он скажет», — сначала было радостно, что что-то вспомнилось, а потом стало не по себе, из-за трех вещей: во-первых, он пообещал какому-то мужику делать все, что тот прикажет, во-вторых, что Юджи вообще делал там, в-третьих, почему он в больнице?       Иери зашла в палату, все также улыбаясь, сказав, что сейчас приедет тот, кто сюда его привёз. Волнение внутри груди нарастало также, как и страх последствий. — Хорошо… — сглотнув слюну так, чтобы это не казалось явным, Итадори посмотрел на девушку, — Иери-сан, а что я тут делаю и кто этот человек? — Тебя привезли посмотреть, что с твоим телом. Как можешь заметить, у тебя ручки в небольших синяках, как и само туловище, — вспомнив, что не посмотрел, есть ли на нем вообще одежда, розоволосый быстро заглянул под одеяло. Увидев на себе белую больничную сорочку на завязках, успокоившись, после приняв сидячее положение. Секо же просто хихикнула с его действий. — Ну, а человек, который тебя привёз, кусок придурка, также по совместительству и мой лучший друг.       От такого обращения врача к его спасителю стало как-то легче и проще, что ли, так что Юджи немного подрасслабился. — Этот человек… он часто так помогает людям? — спросил мальчик с некоторой надеждой, что то обещание ему причудилось, а на деле было другое. — Ну… Годжо не такой человек вовсе. Я даже удивилась, когда посреди ночи он приехал и сказал, чтобы мы о тебе позаботились, — девушка хоть и стояла, но она сделала обеспокоенный вид, оперев свою голову о поставленную ладошку. Кашлянув в кулак, быстро продолжила, — но не переживай, он не настолько засранец, как тебе может показаться.       «Да, думаю, Итадори-куну не стоит рассказывать, что этот придурок нёс под алкогольным состоянием… И как Нанами делал вид, что не знает этого человека, хотя по его также виду было видно — Годжо что-то задумал». — Насчёт происшествий, Иери-сан… Я не помню, что делал в том месте, где меня нашёл… — не успев договорить, резко открылась дверь, в которую зашёл беловолосый, предварительно пригнувшись, чтобы не встретиться с косяком. — Сёко, радость моя, можешь выйти отсюда и оставить нас с… — сделав вид, что вспоминает, продолжил, — Юджи? — врач хотела было возразить, но к ней быстро подошёл длинноногий, выталкивая самовольно за пределы. — Там Нанами, он всё объяснит, — крикнул в догонку, захлопнув и заперев дверь на замок. Простояв несколько секунд дольше нужного у двери, парень в белой рубашке, чёрном пиджаке и с такими же по цвету узкими брюками, медленно повернулся на пятках матовых дерби, не торопясь, подходит к мальчику, смотря бешено, как может показаться. — Итак, И-та-до-ри Ю-джи, помнишь про обещание? — хищно улыбаясь, уже сидя на кровати рядом с мальчиком. Сам же Юджи вжался в матрас, прикрываясь одеялом, из-за которого выглядывает только макушка и сами глаза.       Кивая на вопрос, розоволосому не хватает только дрожи во всем теле для пущего вида. — Ладно, ладно, всё, перестаю пугать. Я Сатору Годжо, теперь твой новый опекун, — улыбаясь проговорил, — Когда Сёко позвонила, быстренько нашли про тебя некоторую информацию, как минимум, что ты единственный из своей семьи, - на этих словах, Итадори поник, вовсе спрятавшись под одеялом.       Голубоглазый в свою очередь подсел ещё ближе и, стараясь сделать все аккуратно, хотя все равно было слегка болезненно для Юджи, обнял вместе с его «щитом», прижав к себе. — Не надо тут нюней, у тебя теперь есть я. — опуская одеяло так, чтобы было хотя бы видно лицо, Годжо позволяет себе потрепать мальца за волосы. — Через неделю тебя выпишут из больницы, все счета и так далее покрою я, — сделав паузу, выжидающе посмотрел в красивые коньячного оттенка глаза, застыв на мгновение, — но ты же понимаешь, что это все не просто так и не на добром слове держится? — кивок.       Юджи видел у иностранцев на улице очень светло-голубые радужки, да даже у собачек Хатико, но глаза этого мужчины были… гипнотизирующие своей глубиной. Сердечко подозрительно застучало, и, как надеется Итадори, не было видно его красного лица в закатных лучах. — Вот и славненько, — улыбнувшись с прищуром, Сатору отпустил маленькое тельце, которое будто вовсе не ощущалось при объятии, и то мягко полетело на подушку, — в течение всего времени нахождения тебя будет посещать мой ассистент, Нанами, а мы с тобой увидимся при выписке, не скучай, — послав воздушный поцелуй и подмигнув, Годжо встал и уже почти вышел за дверь, как еле услышал тихое «Спасибо…».

***

      Как только Сатору ушёл, к Юджи поочерёдно приходило несколько врачей: сначала Иери-сан, как понял розоволосый, она терапевт (или педиатр? Пока что он не знал разницы между этими двумя) и направила к нему оториноларинголога и других специалистов со странными названиями, которых было сложно запомнить после первого, да и усталость сказывалась.       Когда уже вся эта суматоха закончилась, люди в халатах похвалили его, мол у паренька отличная расположенность к спорту и физическим нагрузкам, просто надо кушать больше, чем до этого.       Итадори накормили ужином и сказали, что напротив входа в его палату находится душевая и дали все необходимое. Вроде бы ничего такого, но кареглазый от такого внимания, заботы плавится как кот на солнышке. И радостно, и грустно.       Теперь, полностью без дел, он был распаренный душем, вкусной больничной едой, да и просто разморенный от шокирующих событий, Юджи уже засыпал, но решил подытожить второй раз за день. Первое, он, формально, под опекунством незнакомого человека, но на деле просто ему принадлежит, второе, что же тот человек будет просить делать?       «Неужто то, о чем рассказывается во всяких сёдзе мангах?» — выпучив глаза, парень покраснел от своих мыслей. — «Хотя я ведь не девочка», — сначала улыбался, а потом ужаснулся, сглотнув слюну, — «Получается, это совсем другой жанр…»       Напридумывав всякого в своей юной, бурлящей гормонами, голове, Юджи прижался к подушке, крутясь с ней на спине.       «Всё в порядке, ведь говорят, что дети 13-18 лет находятся в переходном возрасте, которому и свойственно всё это… извращённое…», — даже думать было стыдно о таких вещах.       Закрыв глаза и уже проваливаясь в объятия Морфея, то ли сон начал сниться, то ли проявляться память о последних днях.