Проклятие Ди

      — Эй, парень, ты как?       Ло смотрела на бледного, словно моль паренька, не зная что и сказать. Мальчик рассматривал цветок. Он опустил руку в поисках большей опоры, заметив Трафальгар, однако лишь для того, чтобы приготовиться напасть. Ло не чувствовала жажду крови или что-то подобное от парнишки. Лишь поза выдавала намерения незнакомца.       — Как тебя зовут? — на вопрос бывшего пирата мальчик стушевался, не зная что сказать, но вскоре, словно набравшись решимости, ребёнок пролепетал своё имя.       — Кимимару. А кто ты?       — Меня зовут Ло. Почему ты так далеко от населённых пунктов, Кимимару? — девочка медленно приближалась к ребёнку. Мальчик не отступил, но бросил взгляд на цветок. Его тело не шелохнулось ни на сантиметр, в объединении с бледной кожей, мальчик словно изваяние застыл на поляне.       — В чём смысл жизни? — ребёнок всё также смотрел на цветок, пока Ло не присела рядом с ним, не обращая внимание на кость приставленный слишком близко к сонной артерии.       — Смысл жизни? — девочка усмехнулась. Кимимару с удивлением взглянул на неё, склонив голову набок, подобно птице. Его рука сжалась вокруг цветка, один из лепестков выскочил из кулака, медленно оседая на землю, — Я сама не знаю ответа, но знаешь… Не хочешь найти его самостоятельно?       — Самостоятельно?       — Да. Самому решить чего стоит твоя жизнь. Тебе не интересно? — Ло склонилась над ребёнком, положив свою руку поверх сжатого кулака мальчика. Она разжала свои пальцы, намекая мальчику поступить также. Кимимару медленно отпустил цветок, который снова распустил свои помятые лепестки. Лепестки чудом удержались в своей ложе, но опускаться не спешили. Помятый вид цветка удручал, но растение всё пыталось подхватить как можно больше солнечных лучей. Лишь один из лепестков опустился на землю, приземляясь рядом с другим. — Знаешь, у меня был друг, у которого всё решалось очень просто. Иногда не стоит затруднять свою жизнь, а просто идти в своём ритме. Если пути нет, он пробивал её сам, — Трафальгар улыбнулась, вспоминая слова Мугивары, решившего пробить свой путь к Дофламинго, несмотря на замудренную конструкцию плато. Кто бы мог подумать, что она когда-нибудь использует эту глупую ситуацию в философском смысле.       — Не знаю.       — Тогда может, пока решаешь, присоединишься к моей команде? — мальчик взглянул в черные глаза глаза девочки, ища что-то для себя.       — Команда? — Ло встала, повернувшись спиной к мальчику. Кимимару не мог не отметить для себя, как открыта та перед ним. У него было так много возможностей для нанесения удара, но он не мог даже пальцем пошевелить. Эта девушка его пугала? Нет, он не чувствовал страха, тогда что это за чувство?       — Да, команда шиноби Сердца или отделение Анбу — Кор. Подобно пиратам, мы будем наслаждаться каждым днём. Пусть мы и на суше, но что нам мешает поднять паруса на земле? Паруса, что развеют наши сомнения. Мы просто пойдём вперёд. Кровь ради крови? Ненависть? Война? Пускай остальные варятся в этом дерьме, мы же хотим свободы. Мы, конечно, не альтруисты и не пацифисты, так что себя в обиду не дадим.       Кимимару видел, как девочка, немного старше его, уходила от него всё дальше. Он бросил последний взгляд на цветок, покачивающийся на ветру. Стоило цветку склониться в его сторону, сбросив ещё два лепестка, как мальчик резко вскочил на ноги, начав догонять девочку, идя точно в шаг. Ло краем глаза последний раз взглянула на цветок. Кикимару доверительно вложил свою руку в её. Никто из них не обратил внимания на белую змею, чьё тело раздавило злосчастное растение. Лишь её глаза мелькнули тени неизвестного мужчины.       Генин. Начало будущего шиноби, но кто же знал, что Дейдаре настолько не повезёт. Его распределили в команду к этому мужику, с которым Ло ругалась на его выпускном. Гари — глава взрывного отряда, так ещё и из клана Хакаи. Стоило Дейдаре отказать в их предложении, так Хакаи словно с цепи сорвались, перестав строить из себя добродетелей.       Экзамен на Генина прошёл как по маслу. Ниндзюцу, тайдзюцу, метание сюрикенов и тому подобное. Он выпустился на год раньше, чем сестра. Трафальгары смогли укрепить своё положение в деревне, слишком заманчивы два гения. Пока Дейдара практиковал свои навыки, сестра на берегу ловила рыб, оглушая её, а затем реанимируя. Там же Дейдара смог найти глину. Трафальгар с интересом поддержала увлечение брата, закупив глину и договорившись об его отжиге. Позже хобби перешло в практическое русло. Бомбы! Однако дело было затратное по времени и усилиям. Приходилось замешивать глины с чакрой, вот если бы можно было решить это быстрее. Пока упор ушёл на взрывные печати и запасенные заранее фигурки-бомбы. Места они занимали много в отличие от массы глины, да и готовые фигурки легко ломались.       Больницы Ло боялась как огня, Дейдара не мог понять причину такого панического страха, да и сестра несмотря на свой талант, так и не задержалась в госпитале. Она смогла, каким-то образом, договориться с главным врачом об посещении курсов для ирьенинов дистанционно. Она прочитала необходимые книги, выполнила необходимые упражнения. Консультацию получала от ответственного за неё ирьенина. Он был недоволен скинутой на него работой, но глав-врач был слишком увлечен. Он был в восторге от девочки, не обращая внимание на её беспокойство в стенах больницы. Так Трафальгар и получила степень ирьенина.       — Коллеги, да? — Дейдара недоверчиво посмотрел на сестру и главного врача, которые что-то с интересом обсуждали. Врач так яро жестикулировал что-то доказывая, что Дейдара боялся за свою еду. Обсуждали они даже на слух неприятные случаи с пациентами в ближайшей кафешке. Другие посетители с неприязнью смотрели на нарушителей их аппетита. Есть при словах о вскрытии трупов, тяжелых ранениях и других тяжелых и неприятных патологиях ни гражданские, ни шиноби не хотели. Дейдара также с недоверием смотрел на этих двоих.       Возвращаясь к учёбе, то дело шли плавно. В какой-то момент Дейдаре это настолько осточертело, то он поспешил занять себя чем-то веселей. Ходьба по дереву и воде рассеяло его скуку. Вечерами он частенько выбирался к сестре на квартиру. Ло готовить не умела, кроме легких блюд. Блондин тяжко вздыхал, но сестре на выручку приходил. Приютские нянечки давно смирились с отлучкой. Другие дети долго горевали о уходе Трафальгар, но по неписанным правилам как-либо «мешать» жизни выпустившихся не спешили. Ло несмотря на свой возраст считалась практически совершеннолетней благодаря рангу генина, хотя в некоторых вопросах ей всё ещё необходим представитель. Полностью самостоятельной она будет считаться после ранга чунина. В приюте жили дети и постарше — гражданские так и не сумевшие попасть в академию.       Вот тут и появилась идея Ло и Глав-врача — Танака Рин. По большей степени мед персонал составляли именно ирьенины. Гражданские могли получить лишь работу младшего медперсонала. Трафальгар же предложила освоить гражданским методы хирургии и терапии, не полагаясь на чакру. Это должно разгрузить столицу, ведь множество гражданских, шиноби с окраин в тяжелом состоянии прибывали за медицинской помощью в столицу из-за отсутствия альтернатив. Трафальгар была удивлена таким положением, простую медицину практиковали лишь на окраинах, в которых ирьенина днем с огнем не сыщешь, да и медицинская помощь боевикам не всегда успевала. Танака настаивал о необходимости медицинских постов, чтобы даже около границы могли оказать первую помощь. Этим и занимались эти двое в большую часть времени при встречах — составление плана курсов гражданских и повышения классификации нынешних ирьенинов. Конечно, гражданские не будут так востребованы, как ирьенины, но и без дела они не останутся. Примерный план у Ло был с прошлого мира, осталось лишь привлечь правительство на спонсирование. Да и Ло очень импонировала идея некой Цунаде Сенджу о наличии ирьенина в команде. Если уж Страна Огня отказалась и даже не запатентовала предложение великой куноичи, что мешает ей воспользоваться?       Уговорить руководство смогли лишь на примере войны или катастроф. Полевые ирьенины были важны, доказательство в эту стороны было предостаточно, но об обучении гражданских пришлось повоевать. Стоило Танаке вспомнить о нагруженности ирьенинов в больнице во время войны и как бы эту нагрузку уменьшило безчакровое оказание хотя бы базовой помощи.       Дейдара к этой идее отнесся со скепсисом. Возвращаясь к идее об ирьенинах в командах, пусть и Цучикаге выделило сбережения на обучению основам, чтобы хотя бы кровь остановить ученики были способны, шиноби идея не вдохновила. Пусть и были те, кто желал спрятаться за спиной своих сокомандников. Стоило вести о важности защиты ирьенинов прослыть в народе, так и желающих стало немного больше. Гражданские также не спешили воспринимать свои курсы всерьёз. Опять же пришлось воздействовать на людскую жадность. Гражданским врачам давали возможность за крупную сумму покинуть столицу для оказания медицинской помощи на окраины. Постройка фельдшерских пунктов с малыми темпами начала реализовываться.       После согласования со старейшинами и кланами, вся забота об двух проектах свалилась на плечи Рина. Дейдара смог краем глаза заглянуть в статистику. Ирьенинов в столице катастрофически не хватало, контроль чакры не каждого подходил на эту роль, что уж говорить о периферии страны.       Наконец-то, Дейдара стал генином. Он высказал этой деревне то, что хотел высказать ещё давно. Ещё когда он в страхе прятался под одеялом вместе с Ло или Роши, боясь увидеть мертвое лицо матери и сестру с окровавленной головой. Он часто проверял голову сестры на наличие зажившего шрама, авось показалось и его детское воображение дорисовало. От мысли потерять сестру становилось невыносимо. Как бы сложилась его жизнь? Стоило ему забыться, как бессознательное тело сестры, вынесенное из горящего дома снова вставало перед глазами.       Особенно ярко воспоминание после кошмара сестры, стоило им только ужиться в приюте. Она в страхе хваталась за сердце, не замечая криков брата. Её глаза невидяще устремились в одно место, зрачок сузился. В этот вечер Дейдара залез в её комнату, пока воспитательница приюта не видела. Он часто проворачивал маневр, боясь за сестру. Ло же улыбалась, не спеша прогонять брата, приложив палец к губам, намекая на тишину. Стоит соседке по комнате проснуться, так и криков не миновать. Блондин уже засыпал в объятиях сестры, как та начала метаться по кровати. Она резко села, одной рукой сжимая одеяло, а второй — грудь в области сердца. Сквозь тонкую футболку вместо ночнушки, выступили капли крови. Трафальгар не жалела сил, со всей силы сжимая кулак, расцарапывая тонкую детскую кожу. Дейдара пытался растормошить сестру, пока не почувствовал влагу на руке. На плече девочки выступила кровь, он поспешил задрать рукав. На месте выступившей крови показался шрам, охватывающий плечо полностью, словно опоясывая. Шрам заживший, без намека на осложнение. Соседка по комнате проснулась от криков мальчика, но увидев состояние девочки кричать не спешила. От паники она не знала как поступить, звать воспитательниц или пытаться помочь мальчику растолкать соседку?       — Дейдара, прости, что напугала. Прости. — Обратилась уже к соседке. Та не спешила ругаться или ворчать. Она с ещё не затухшей паникой отвернулась от брата и сестры, заворачиваясь в одеяло. Ей было страшно, но и слова не сказала.       — Утром расскажешь, что это было.       — Хорошо. Дейдара, ты тоже ложись, я расскажу позже.       Мальчик укрылся, смотря на сидящую сестру, что так и сжимала свою грудную клетку в области сердца, да рассматривающую свою руку. На грани сна он услышал шепот сестры.       — Чертов, Шикигами, — девочка устало прикрыла глаз, второй сжимая руку со шрамом, она казалась такой уставшей, — решил напомнить о прошлом мире? Ещё и шрам от Дофламинго перенёс, — в будущем на месте шрама будет блестеть протектор деревни.       Следующим днем Ивакагуре гудела новостями. Поговаривали, что ночью Коноха подверглась нападению Девятихвостого. О смерти Четвертого и его семьи знали практически все, о масштабах трагедии могли лишь догадываться. Мужички в кабаках лишь вздыхали, но не выказывали никакого сочувствия. Наоборот, плохо скрытое злорадство так и сочилось из пьяных уст, ссылаясь на месть за потери в войне от Желтой молнии Конохи.       — Во всех мирах люди так жестоки, — этим же вечером, Ло поведала брату о Шикигами и прошлом как пирата, но так и не смогла найти в себе силы сказать о том, что заняла место его сестры. Теперь для Дейдары Ло — сестра, вспомнившая свою прошлую жизнь. Жизнь наполненную свободой и морской солью. О Флевансе язык так и не поворачивался рассказать, о повсеместной жестокости и ненависти людей, однако Дейдара видел. Видел ту боль, что ему самому не давала спать по ночам, но более разбавленную со временем, и в тоже вреся с примесью боли этого мира.       После этого откровения девочка больше рассказов о прошлом не говорила, твердо смотря в будущее. По-крайней мере, так казалось. Брат не мог не заметить, как она долго могла что-то рассматривать в ностальгии. Если раньше он прятался в объятиях от своих кошмаров, то теперь он боялся потерять сестру вновь. Что если он не заметит её ухода, что если она решит вернуться в тот мир, в котором она/он был свободен со своими накама? Где морская соль оседала на языке, где гигантские морские звери нарушали мерное покачивание лодки, где та самая лодка могла погрузиться глубоко под воду, где погода не подчинялась людскому пониманию, где люди в поисках свободы и других благ выходили в море.       Экзамен на Чунина прошёл прекрасно на фоне международного. Дейдара лишь больше убедился в необходимости тренировок. После войны всё ещё не смогли восстановить состав шиноби. Многим становилось понятно о легкости получения звания чунина. Слишком занизили порог. Дейдара не видел первых два этапа, но провожая сестру заметил довольные лица генинов перед первым этапом. Жаль, что их так сильно обломали в повышении.       Ло со скепсисом поглядывала на своих противников. Блондин заметил, как сестра созвала своих сокомандников для переговоров. Хоноо довольно улыбался, а Иси устало вздыхал.       До третьего этапа дошло лишь девять участников, да и то один отказался от дальнейшее участия. Наверняка надавили, дабы выровнять количество боёв. Команда 5 чему-то ухмылялись, как и команда 8. Командир команды 8 подмигнул Ло, рассмеявшись. Сестра же никак не ответила на заигрывание. В финал вышли три команды: 5, 7 и 8.       — Я ожидала, что их будет больше. Дедушка говорил, что первый этап намного упростили, — тормошила мальчика его одноклассница.       — Куротсучи, хм. Я не знаю что случилось. — Дейдара, наконец, смог сбросить с себя девочку. Но не кажется ли тебе, что команды 5 и 8 слишком довольные?       — Да, команда 5 с легкостью избавились от команды 3- Камизуру, а ведь многие поставили на них. А ещё поговаривают, что эти команды избавились от своих ровесников.       — Чего, хм?       — Ну, взрослые в кабинете дедушки говорили, что в этом году что-то генины озверели. Выбивали всех подряд, никого не щадили, ни своих, ни других.       — Ого, не дурно, хм.       Перед вторым этапом       — Эй, Трафальгар, хотела поговорить? — приветственно махнул рукой Дзисин Ито, выходя из кабинета. Он разочарованно наблюдал за толпой. Слишком большая конкуренция.       — Ито-я, как поживаешь? — с наигранной радостью поинтересовалась девочка. Её пятнистая шапка качнулась в знак приветствия, имитируя поклон одному из возможных наследников клана.       — Давай ближе к делу, что тебе и моему кузену надо? — как же Ло нравилось в этом пареньке способность переходить сразу к делу.       — Не считаешь ли ты, что слишком много слабаков рассчитывают на повышение?       — Ооо! Ты случаем не моя потерянная вторая половинка? — Трафальгар даже не стоило заморачиваться, чтобы изобразить рвотный позыв. — Ну смотри, Сузумебачи мне уже поперёк горла, ты бы меня очень выручила. Давай-ка про экзамен поподробнее, — недобро сверкнули золотые глаза паренька.       Каменные исполины никак не облегчали прохождение этапа генинам, решившим взбираться на них. Охотничьи птицы искали жертву, рассекая по небу.       — Неужели мы стали так сильны? Или команда 3 так слаба? — хмыкнул Хоноо, рассматривая бессознательных Камизуру.       — Не расслабляйся, Хи-я. Дзисин-я, что-то ты притих. Не нравится работать со своим кузеном?       — Без разницы, если это повысит мои шансы, я приму этот союз.       — Сама серьезность, — хмыкнул Хоноо, — это же команда 10? Команда Хакаи Харуто? Ло, гляди, там Ока!       — Рисковать не будем, действуем по старой схеме.       — И их устраним? — возмутился Хоноо, не веря своим ушам. — Я понимаю Сузумебачи, но Ока!       — Тебя что-то не устраивает? — спокойно ответила Трафальгар, выхватывая леску с намотанными на неё кунаями с взрыв печатью.       — Бедная Ока, — вздохнул блондин, готовясь выпустить дым.       — Иси-я, а может ли Хи-я влюблён в Оку? — прошептала Ло Дзисину. Мальчик поправил очки, будто это поможет увидеть что-то в блондине новое.       — Думаешь?       — Заткнитесь оба! — Хоноо оставалось лишь пожалеть Оку, которой придётся проиграть от руки своего кумира-дьявола.              Третий этап       — Ло, не слишком ли у тебя много чакры?       — Чего? Я же говорила вам отдохнуть перед третьим этапом. Как вы драться то собираетесь? — недоуменно произнесла Трафальгар разглядывая своих товарищей.       -… — не знал, что ответить Хоноо, — заткнись.       Бои прошли зрелищно. Ло раздала восстанавливающие пилюли сокомандникам. Ито, заметив щедрую Трафальгар, образно схватился за сердце, изображая предательство. Команды потеряли много чакры, выбивая своих конкурентов. Иси с подозрением глянул на своего кузена. В клане прекрасно знали о добром характере второго. Неудивительно, что Ло смогла так легко подловить второго словами о сложностях ждущих неподготовленных чунинов. Да и условия команда выполнила, что удивительно. Третья же команда, сами того не подозревая, сыграли на руку, также выбив остальные команды. А кто-то вылетел сам, попав в ловушки или не сумев отбиться от зверей.       В итоге звания чунина получили: Ито Дзисин — из команды 8, за свои командные и аналитические навыки. Трафальгар Ло — из команды 5, за аналитические навыки и боевые способности, навыки не оставляют сомнений. Рен Нэдзуми — из команды 7, единственная кто из её команды смог сражаться дальше. Эта команда пыталась уже третий год пройти экзамен. У них были все показатели, кроме одной. Капитан слишком любил выпендриться, желая выбить всех остальных сдающих, который сейчас убивался, что пропустил такую возможность. Не каждый год новички следуют такому же плану. В итоге всё ещё сражаться могла лишь Нэдзуми, которая пряталась за спинами своих товарищей, и ещё одна девчонка из команды 8.       Иси Дзисин и Хи Хоноо не смогли пройти дальше из-за поражения. Иси злобно поглядывал на своего кузена, очищая одежду от земли. Хоноо приложил лёд к голове, сетуя на свою невнимательность. Увидев, что в противники ему поставили трусливую девчонку, он так расслабился, что не заметил взрывную печать. Собственно так и прошёл дальнейший бой, его закидывали в расстояния, пока не появилась возможность для атаки. Он по глупости решил воспользоваться открытостью противника, пока она не использовав технику земли, не огрела его по голове.       Противником Ло стал командир седьмой команды. Бой на выносливость, в которой победителем стала Трафальгар. Пацан же уныло рыл землю пальцем, причитая про себя, пока сдавшая сокомандница неверяще смотрела в одну точку.       Дейдара был разочарован. Нет, начальные бои были интересны, но вот финал. Девочка из команды 8 слишком легко одолела своего оппонента из команды 8. Паренёк явно не ожидал такой прыти от девчонки.       Зрители также были расстроены, ожидая последнего боя. Чунины же пересматривали записи боёв второго этапа, вот где самый сок. Второй этап вышел намного красочнее, чем третий.       — Сестра, ты слишком добра, хм, — Дейдара сам не понял к чему сказал эти слова. Его мысли были заполнены боями, размышляя как он может превзойти сестру. Между ними давно сложился спор, который Ло с ухмылкой поддерживала.       — С чего ты взял? — недоуменно уставилась на брата Трафальгар.       — Ты решили помочь остальным. Генины не готовые стать чунинами на поле боя долго не проживут, — серьезно произнёс он.       — Ты обо мне слишком хорошего мнения, — скривился Ло, — я просто поспорила с Сузумебачи. Мне захотелось раздавить её гордость.       — И это всё?       — Ну, можно притянуть и то, что разве это не весело? Подпортить планы этих старейшин. Да и доверять спину им, не способным справиться уже с уставшими нами, не стоит.       — Гордости тебе не занимать.       — Верно.