Дружеские посиделки или всё же розврат?...

— Чёрт!!! — А вот за это и сопротивление ты будешь хорошенько наказан, малыш. — проговорил альфа, до лёгкой боли, сжимая ягодицу Чимина. Пересев на диван, Юнги медленно снял свой ремень и приспустил штаны, слегка кивая в их сторону, жестом приказывая омеге их снять, что тот послушно и беспрекословно выполнил. — Умница, мальчик мой, а теперь залезь коленками на диван и упрись руками в спинку. Пак понял: в его положение спорить и что-то отрицать будет себе дороже, поэтому молча следовал указаниям Юнги, параллельно находясь под воздействием запаха глинтвейна, исходящего от альфы и обволакивающего его с ног до головы… Подойдя к парню сзади, Мин слегка наклонился, оставляя поцелуи и будущие бордовый пятнышки на шее, миниатюрных плечиках и лопатках, медленно приспуская кружевные трусики. Вдруг в тишине комнаты раздались постукивания пряжки ремня. — Юнги, пожалуйста… Ах…мг. В это момент был слышен звонкий шлепок ремня, о нежную кожу ягодиц омеги, в краешках глаз которого собрались хрустальные слезинки, а из уст вырвался протяжный болезненный стон, но от микса испытываемых в один миг эмоций, наслаждение перекрыло резкую вспышку боли, растекаясь по венам… — Что пожалуйста? — прохрипел, клонившийся и тяжело дышащий над горящим ушком Чимина, Юнги, приступая медленно расцеловывать каждый позвонок. Но его вопрос так и остался без ответа, из-за чего альфа был определённо недоволен.— Когда я спрашиваю, ты должен отвечать, хорошо? — Ах…да. Ещё один шлепок рассек тишину помещения. Тело Чимина мелко дрожало, внутри него горело возбуждение, нежная кожа ягодиц саднила и пекла от широкого ремня, тогда как с дырочки обильно сочились капельки пахучей смазка, несмотря на пробку. Разум был затуманен туманной паволокой, а сердце заходилась в бешеном ритме, наровясь выскочить из груди. Член альфы болезненно изнывал, прося ощутить горячее, узкое, сжимающее его, лоно истинного, как вдруг голову посетила сумасшедшая мысль. Сняв кружевную ткань и портупею с омеги, Юнги обхватил пальцами основание пробки, резко вытащив её из всхлипнувшего Чимина, заставляя нежные стеночки того, конвульсивно, болезненно сжиматься вокруг пустоты. И в этот же момент неожиданно и болезненно вогнал назад внутрь. — Ах…блять. Ю-Юнги! Вдруг ещё один шлепок и стремительно краснеющая полоса на попке парня, которая к утру нальётся синевой. Юнги не жалеет сил, которые вкладывает в удар, и прекрасно понимает, что его мальчик не сможет с неделю даже сидеть, но думает что ничего страшного нет в справедливо заслуженном наказании. — Детка, следи за языком, — предупредил альфа, прокручивая пробку и всё же аккуратно извлекая её, переведя взгляд на расстраханную, алую, обильно сочащуюся смазкой дырочку омеги, в этот момент он всё же сумел потерять контроль над своим внутренним альфой, наровясь вылизать, такую нежную и просящую, что б её приласкали, ложбинку, своего мальчика. — Малыш, сядешь мне на лицо? — Юнги, перестань меня так смущать. — Это да? — А у меня есть выбор? — Умница, правильный ответ… — удовлетворённо ухмыльнувшись, произнёс альфа, поощряюще поглаживая, саднящую кожу. После чего улёгся на диван, приказывая, — малыш, развернись ко мне попкой, и стань на четвереньки…теперь поработай ротиком и раздвинь шире для меня свои ножки. Вот так, хороший мальчик… От столь желанной похвалы, парня накрыло мелкой дрожью. Юнги ж аккуратно раздвинул половинки Пака и большим пальцем огладил, сжавшиеся от неожиданности колечко мышц. Тем временем омежка, издав тихий скулёж, прошёлся языком вдоль члена и слегка подул на головку, от чего тот позорно дёрнулся. Медленно обвив губами, нежную чувствительную головку, Чим начал влажно посасывая её как леденец, издавая хлюпающие смущающие звуки. Толкнувшись горячим язычком в уретру, Пак с нажимом огладил, расширившуюся дырочку, нечаянно задевая разгорячённую плоть зубками. Вскоре, заглотив до половины, Чимин начал проделывать определённые движения головой, плотно втягивая щёки, создавая вакуум и туго посасывая член, доставляя крыше сносный кайф своему альфе. — Ргх…детка…ты будто родился с моим членом, в своём ротике, я начинаю сомневаться, что у тебя первый. — закончив излагать, Мин прильнул к попке парня, болезненно прокусывая мягкую кожу ягодиц, оставляя временную метку и слизывая выступающие капельки крови, после Юнги медленно прошёлся языком вдоль промежности омеги, смакуя пахучую смазку и пробуя своего малыша на вкус… И Мина понесло, юркий язык альфы умело проскользнул в дырочку Чимина, вылизывая изнутри стенки невероятно узкого и податливого ануса. От мысли, насколько узок его малыш, несмотря на пробку с минут 30 находившуюся в нем, и насколько туго он будет обхватывать член, альфу ведёт до сумасшествия, а когда с уст парня срывается звонкий, протяжный стон, заглушенный членом, Мин понимает, что всё, его край всему, сейчас сидит на его языке и старательно давится его пахом Чимин насаживался до основания, умело справляясь с рвотными позывами, тщательно обводя языком каждую венку и неровность изредка создавая вибрацию стонами. Он чувствовал, насколько хорошо его альфе и омега внутри просто млел от низкого, с хрипотцой, рычания. Почувствовав разрядку, Мин стал вскидывать бёдра, остервенело вбиваясь в чужую глотку, начиная усерднее работать языком. Спустя несколько долгих минут, с громким стоном облегчения, альфа всё же излился глубоко в ротик омеги, который сильно не отстал марая их животы белёсыми потёками, так и не прикоснувшись к себе. Переворачивая Чимина, Юнги принялся наблюдать за медленно опускающимся кадыком, скопившимися в уголках глаз кристалликами слёз, каплей его семени, вытекающей с уголка губ и стекающей по подбородку, которую тут же слизал, и всё же не выдержав втянул омегу в мокрый, сладкий и такой им обоим необходимый, поцелуй. «Глотнул…» — удовлетворённо отметил Юнги, чувствуя как Мин младший начинает стремительно твердеть, ещё бы нет, когда под тобой Пак Чимин, трется обнажённой коленкой об яйца, а пальцами еле ощутимо ласкает чувствительный после оргазма пах. Та блять, тут бы даже у импотента встал, а натуральный натурал в голубые ряды заделался… — Детка, я ж надеюсь ты понимаешь, что ты потом за всё ответишь? — Конечно Юнн~и… — Зови меня хозяин, малыш, — и снова сильный шлепок по бедру рассекает тишину, царившую в помещении. Подмяв под себя омегу, альфа решил слегка накалить обстановку. — Детка в наказание ты должен сам себя растянуть, боюсь пробка плохо справилась, а я как раз хочу за этим понаблюдать. Сев к альфе лицом, Пак медленно развёл коленки в сторону и стал медленно посасывать указательный, средний и безымянный пальцы, после чего опёрся спиной о подлокотник, вводя 1-пальчик, и выгибаясь в пояснице, размыкая губы в немом стоне, прошла минута, три, пять, и наконец-то почувствовав что ему мало Чимин ввёл второй палец, и вскоре за ним третий. И боже как нереально со стороны смотрелся разгаречённый омега с вставшем членом, головка которого обильно сочилась, пачкая низ подрагивающего животика. Пальцами в собственной дырочке, двигались в нарастающем темпе, а из-за обилия смазки, та хлюпала и пенилась, марая диван Джин их прибьёт. Влажный от пота лоб, покрылся испариной, а по подбородку стекала капелька слюны, стремясь к одному из сосков. Подскочив к парню, Юнги начал пальцами, губами и редкими покусываниями, терзать твёрдые соски омеги, не щадя ни на грамм, то сдавливал, то теребил, от чего Чимин не мог найти себе место. — Малыш, ты такой долгий, — и потеряв терпение, Юнги измазал пальцы в смазке, стекающей по бедру Чимина, вводя к его пальцам свои два, по вторую фалангу. — Агх… — Широко открыв глаза от неожиданности, протяжно простонал парень, и уже хотел был убрать свою оттуда руку, как вдруг услышал властный шёпот возле горящего ушка. — Не вздумай, — то-ли приказал, то-ли заставил Юнги, вгоняя пальцы по костяшки в горячее и узкое нутро, что так хорошо принимало всё, что дают, — иначе так со стояком и оставлю. Чим успел лишь проскулить от дискомфорта, прежде чем альфа заставил сжиматься его колечко мышц вокруг пустоты. — Хо-хозяин, пожалуйста. — Неправильно просишь, малыш. — Хозяин, я обещаю выполнить 1 любое ваше желание. — Что ж, пускай будет так, — и резко перетянув омегу на себя, устраился под ним, между шикарных ножек, продолжая, — Детка, готов ли ты всё сделать сам, чтоб сделать хорошо своему альфе, или мне самому трахнуть эту просящую дырку? — Я хочу сам. — Как пожелаешь, малыш. Приступай. Слегка неуверенно, сделав упор на колени и приподнявшись, Чим обхватил пальчиками член своего альфы и подставив его к своей дырочке, стал мучительно медленно опускаться, дразня и себя и Юнги такими махинациями. — Не испытывай меня, ещё секунда и я выебу тебя до потери пульса, — на грани сознания, с трудом прорычал Мин, обхватывая талию омеги и одним рывком входя до упора, грубо соприкасаясь своими яйцами с ягодицами омеги. — Ах… — выкрикнул омега, срывая голос, и широко распахивая глаза, в уголках которых снова сверкнули маленькие кристаллики слёз, от окутавшей волны наслаждения. — Чшш… — пытался хоть немного успокоить Юнги, давая привыкнуть к своим размерам, а себе к, до звёздочек перед глазами, узкому истинному. — Мгх… Уловив момент, когда заполненность внутри не приносила дискомфорт, упираясь ладошками о грудь альфы, Пак начал размеренно двигаться то вверх, то вниз, в тоже время покрывая шею, ключицы и торс Мина бордовыми бутонами, с каждым попаданием по простате, сжимая в себе член, заставляя этим, альфу утробно рычать в такт своим стонам. Но вскоре, перенапряжение в мышцах, дало о себе знать и не в силах больше двигаться омега начал постепенно замедляться, подметив это, Юнги поменял их местами, начиная входить в омегу исконно под 1-им углом, постоянно задевая комочек нервов, быстро и верно доводят обоих до потрясающего оргазма. И спустя ещё с десяток таких движений оба содрогнулись оргазме, обильно изливаясь, омега себе на живот, а Юн глубоко внутрь омеги, после медленно выйдя, альфа заменил свой член пальцем и с трудом дотянувшись до пробки, что валялась у подножья дивана, зафиксировал в малыше всю свою сперму, трепетно целуя вспухший низ живота. Оба вымотанные и уставшие завалились на мягкую поверхность, в попытке отдышаться, и накрывшись сложенным в углу дивана, пледом, одновременно заговорили: — Юнги… — Чимин… — неловкая тишина начала медленно сгущаться, — ладно говори ты, — пытался хоть как-то разрядить обстановку альфа. — Давай лучше утром всё обсудим, и да я должен тебе желание. — Утром, так утром… — напоследок поцеловав Чимина в висок, сказал альфа, погружаюсь в страну наваждений и выдуманных миражей.