Поцелуй меня, Венти.

Прохладным летним вечером Итэр, сидя на руках статуи анемо Архонта и слегка прикрывши глаза, размышлял о своем будущем и параллельно рассматривал закат. Солнце медленно опускается за горизонт, окрашивая небеса в разные тона. Парень представлял, как найдет сестру и они смогут вместе отправится домой. Но видимо судьба не на его стороне, раз его родная сестра отказалась уйти вместе и примкнула к магам Бездны. Больно было? Очень. Хотелось закричать на весь Тейват? Хотелось. Однако парень просто замкнулся в себе и сейчас переваривал все события за прошедшие дни. Она уже закончила свое путешествие. Но тогда почему просто не вернулась к брату? «Так много вопросов, а ответов совсем нет». Длинноволосый тяжело вздыхает и закрывает глаза от безнадёжности. Он не знает, что ему нужно конкретно сделать, что бы вернуть все на круги своя. Жалеет ли он о том, что познакомился со столькими людьми Мондштадта? На удивление, но нет. Он не жалел. Парень, в какой то степени, чувствовал себя его частью. Люди искренние и добрые, понимающие. Но.. что они могут сделать для Итэра? Самый максимум это развесить плакаты в самых непримечательных местах города. Но хоть что то, уже какой то плюс. Парень вздрагивает, когда на его плечи ложится плащ светло-зеленый, а над ухом звучит мягкий голос: — О чем думаешь? Итэр, выдохнув, чуть подвинулся, что бы парень, стоящий за спиной, присел рядом. — И тебе здравствуй, Венти. — бард и по совместительству Архонт присаживается рядом. — О будущем думаю. Парень ведёт рукой по светлым волосам, перебирая и нисколько не портя прическу, легко улыбается краешком розоватых губ. — Здравствуй. Могу поинтересоваться, каким свое будущее видишь ты? — голос спокойный, мягкий, будто легкий ветерок, что спокойно колышет листья деревьев и ласково щекочет кожу. Такими же ощущаются и прикосновения Архонта. Итэр нисколько не против, совсем нет. Напротив, ему очень даже приятно и нравится. Парень поправил чужой плащ, что совсем слегка соскользнул с одного плеча, прежде чем ответить. — Не знаю. Я совсем не знаю, что делать дальше. — Итэр опускает свой взгляд вниз, где уже совершенно пусто, ведь время подходило практически к ночи и весь Мондштадт медленно погружался в сон. Венти лишь слегка болтает ножками в белоснежных чулках, а рука его ложится на руку путешественника. Сам бард смотрит в даль, казалось, совсем не понимая, что он делает. — Все в порядке, это нормально. Многие теряются и не знают, что делать дальше. Но.. — парень, как можно подумать сначала, засомневался в том, что хочет сказать дальше. — Ведь у тебя есть мы. Ты всегда можешь обратиться к жителям Мондштадта или к Ордо Фавониус. Итэр прикрыл глаза, а по его ладони разлилось трепетное тепло чужой, но такой нежной руки. Он грустно хмыкнул словам барда, прикрыв глаза. — Но ведь рано или поздно я покину город. — это звучало как факт. Неизбежный, принятие которого делает больно, а на глазах наворачиваются слезы. В голове прокручиваются все приключения, что они прошли в городе Свободы. — Тогда.. ты можешь обратиться ко мне. Хоть я и слаб, но ветер всегда доносит мне просьбы людей. Самые сокровенные желания и их трепетные молитвы. — Раз так... — Путешественник убрал свою руку, чем огорчил барда, но после вновь взял его за руку, поглаживая кисть. Он всего лишь сделал так, что бы было удобней, не собирался отстраняться и огорчать. — Сделаешь для меня кое что? Венти лишь кивает, смотрит на их переплетённые пальцы и мысленно радуется, что от него не отстранились. Давно он не чувствовал такого тепла на душе, такой радости на сердце. Очень давно. Но с недавних пор он понял, что рядом с путешественником ему хорошо, переполняет счастье и радость, остаётся желание только улыбаться и вера в лучшее. — Я сделаю все, что ты попросишь. — ни с того, ни с сего бард начал говорить полу-шепотом, даже не понимая, почему. После парень подносит руку, обтянутую тканью перчатки и легко целует. Как будто оказывает услугу принцессе. В какой то степени Итэр похож на нее, разве что только полом — нет. Эта мысль заставляет тихо усмехнулся под очарованный взгляд этой самой "принцессы". Щеки Итэра накрывает румянец. Лёгкий, совсем незаметный. Он практически теряет дар речи и не может произнести без заикания свою просьбу, только подвигается ближе и смотрит прямо в бирюзовые омуты, что утягивают, заставляют почувствовать себя выше облаков. Будто в небо ясное глядишь. Венти кажется ему самым очаровательным и лучшим человеком во всем мире. Он был милым и всегда находится рядом, поддерживает. Это было чем то сокровенным и общим для них, поскольку Итэр замечал, что Архонт так нежно относится только к нему. В конце концов светловолосый находит в себе силы сказать: — Тогда.. — его голос чуть подрагивал, а щеки запылали ещё сильнее. — Поцелуй меня, Венти. Бард слегка опешил от такого прямого заявления. Он не ожидал этого, совсем, но не был против. Казалось, что ему все это снится и, что бы проверить, так ли это, свободной рукой провел по щеке Итэра. «Теплый». — это было довольно весомым доказательством, по скольку обычно в своих снах бард не ощущал от прикосновений совершенно ничего. Довольная улыбка расплылась на лице, а сам Архонт ответил: — Конечно, Итэр. — он медленно приблизился к лицу светловолосого и мягко поцеловал, крепче сжимая чужую руку. Губы путешественника мягкие, покусанные и сладкие. Даже вино не кружило барду так голову, как этот поцелуй и то, что ему отвечают. Отвечают со всей любовью, которую можно было передать. Руки Итэра оплетают шею анемо Архонта, а сам парень жмется ближе. Венти неспешно сминает чужие губы, не торопясь. Ему совсем некуда спешить, он просто наслаждается этим временем. Они не сразу отстраняются друг от друга, тянут до последнего. Наконец отстранившись, парни, дыхание у которых довольно сильно сбито, не отрываясь и не произнося никаких слов, смотрели друг другу в глаза. Венти первый заговорил и это стало спасением для Итэра, поскольку тот совсем растерялся и не знал, с чего начать и вообще как разговаривать? — Для твоего возраста целуешься ниже среднего. — и довольно хихикнул, подперев щеку рукой. Он ведь и не знал, что для Итэра это действительно был первый поцелуй, что смог очень сильно смутить парня. — Венти! — парень был вне себя от смущения, негодования и был крайне возмущен. Как Венти вообще может вести себя на столько спокойно?! — Что? Я всего лишь сказал! — бард заливисто смеётся и одаривает парня лёгким поцелуем в щеку. — Может ты уже наконец скажешь мне кое что? — Архонт двусмысленно улыбается, чуть прикрыв глаза. — Что я должен тебе сказать? — Итэр конечно же все понимал, но строил из себя дурака. — М, ну не знаю. — чуть поведя рукой, бард взял светловолосого за подбородок. — Например, что я, самый лучший Архонт во вселенной, смог очаровать тебя и ты влюбился по уши. — Эй! Не льсти сам себе! — после путешественник чуть слышно прошептал. — Ну.. может совсем немного... Слух никогда не обманывал Венти и он полностью доверял своим чувствам. Вот и сейчас они его не подвели и он довольно хмыкнул. — Брось, дурашка, я тоже тебя люблю! — Архонт поднес ладонь ко рту, что бы сдержать смех, который вряд ли понравится Итэру. — П-правда?! — парень будто сам от себя опешил. Он никогда бы не подумал, что сам Архонт свободы и ветра обратит на него — такого незаурядного путешественника хоть какое то внимание. — Если ты меня сейчас разыгрываешь, то мне ни капли не смешно! — Ладно, тогда давай уйдем в другое место и ты всё поймёшь. Способности Венти были чрезвычайно полезны, если нужно было как то быстро добраться до другого места. Так они и оказались возле древа и статуи Семи Архонтов. — Ну и что я должен понять? — путешественник скрещивает руки на груди и приподнимает бровь. — Смотри, если бы я разыгрывал тебя, стал бы делать вот так? — бард быстро приблизился к светловолосому и, устроив руки на чужой талии, ловко заткнул того поцелуем. Итэр растерялся и чуть приоткрыл рот, в то время как Венти, не теряя зря времени, углубил поцелуй, пропуская свой язык дальше. Это был уже не детский и лёгкий поцелуй, а настоящий, полный любви и страсти — поцелуй. Тягуче-сладкий, от которого вскруживает и сносит голову. Такой, от которого, казалось, земля уйдет из под ног. Парню ничего не оставалось делать, кроме как принять свое поражение и начать отвечать на внезапную ласку, кладя руки на плечи Архонта. Венти отстранился, как подумал путешественник, слишком быстро, после, даже рук не убирая, подмигнул и слегка высунул язык в усмешке. — Теперь поверил, дурашка? — П-поверил.. — светловолосый не мог не отвести взгляд, а щеки заалели с новой силой. Они провели всю ночь под деревом вместе, в обнимку, любуясь звёздами. Оба, счастливые, что все сложилось так прекрасно, заснули ближе к утру, также в обнимку.