Чай, Питер, алкоголь и другие странности

Проснувшись один на кровати Матвиенко сначала подумал, что девушка сбежала, но, услышав шаги на кухне, выдохнул. - Ника? - О, ты проснулся? Доброе утро! Вероника высунула голову, заглянув в спальню. - Как раз чай вскипел, пойдем. Девушка снова исчезла на кухне. Сережа невольно отметил, что она довольно милая, даже с лохматым пучком на голове и без макияжа. Сев за стол, Серёжа отхлебнул из чашки. - Ммм, черный. Самое то, чтобы проснуться. Повисла пауза, но этим двоим даже нравилась тишина за завтраком. Хотя вряд ли одну чашку чая можно так назвать. Допив чай, Ника засобиралась домой. - Черт, там дождь. - сказала она посмотрев в окно, с затем на свое тонкое пальто, которое быстро бы вымокло до нитки. - Вчера было теплее. Матвиенко ушел куда-то в соседнюю комнату, сказав оттуда: - Я тебя довезу. И, придя обратно, сказал: - Держи. Вероника взяла вещь, которую он протянул ей. Это было одно из многочисленных худи мужчины. С плохо скрываемым удовольствием надев его, девушка протянула: - Тё-ё-ёплое-е Матвиенко улыбнулся. - Куда тебя отвезти?

***

Прошел месяц. У Позова и Матвиенко на личном фронте все было прекрасно. Попов отошел от расставания и был снова в активном поиске. И только у Шастуна были проблемы. Впрочем как и всегда. - Я куда не приду, от меня вечно какие-то неприятности. То одно, то другое. Сегодня опять эта начальница на меня наехала: я видите ли перепутал два документа и отправил их не туда! - Ну ведь это так и есть? - Позов на другом конце провода чувствовал себя отцом, который выслушивать проблемы ребенка. - Ну да, так. А я что, виноват что это в этом... Ну, в отделе... Короче, мне так сказали отправить, я так и сделал. С чего я-то виноват? - Слушай, ты поговори с этой твоей, Ириной, как её по отчеству... Пусть она проверит работу других. - Поговорить с ней? Да я вообще думаю, она меня уволит скоро нахрен! - Ну все равно... Слушай, мне пора уже. - Куда? - Да вот, тут встреча кое с кем. - Ааа, это с Катей что ли? Ну-ну, удачи тебе, Поз. - Ага. Пока. Шастун положил трубку. Похоже, выхода, кроме как высказать все начальству, у него нет. Уже шесть пятнадцать, многие ушли из офиса, когда Антон собрался и пошел в кабинет, ссориться со своим боссом.