О настроении и извинениях

Такемичи бунтарь в душе. Но почему-то этого никто не видит. А ему так хочется показать свой характер таким, каким он и является. И ведь на самом деле Ханагаки силен, с этим не поспоришь. Потому что он может вынести несколько человек в одиночку. Но проблема в том, что его окружают ещё более сильные люди, и на их фоне Ханагаки кажется слабаком. Но это не так. Это все знают. Он, естественно, был благодарен Тосве за защиту и покровительство, но ему и самому хотелось порой показывать клыки. Однако, каждый раз его что-то останавливало. Родители, друзья, чертово будущее, зависящее от каждого его движения. Нельзя переходить границы, нельзя делать ничего лишнего, нельзя, нельзя, нельзя, нельзя, нельзя. Везде, повсюду одни запреты. А так хочется. *** - Майки, ты не видел Такемичи? - Мицуя оглянулся по сторонам, останавливаясь около капитана. - Не-а. - Он опаздывает. Сильно. - Такаши почесал затылок и вздохнул. Через десять минут Ханагаки все же изволил заявиться на собрание. Первое, что ребята заметили - Такемичи был тихим. Очень тихим. Он дружелюбно улыбнулся, махнув рукой и приветствуя таким образом. А потом сел в стороне, ожидая начала собрания и даже не предполагая, что время начала было перенесено из-за него. Дракен, Майки и Мицуя переглянулись. Надо будет разобраться с ним после обсуждения недавно возникшей проблемы. Майки гордо стоял на возвышенности, смотря на своих ребят. - С некоторых пор на нашу территорию начала пускать слюни недавно образовавшаяся банда, считающая, что сможет отобрать святилище у нас. - Дракен хмыкнул, передавая дальше слово Манджиро. - Вы уже знаете, что нужно делать? - тихо спросил Майки, слабо улыбаясь. - Ага, показать им кто тут папочка. ... ... ... - Такемучи? Ханагаки смотрел на командира из-под лба, тяжелым и полным злости взглядом. Но игривые нотки в голосе давали понять, что он не в гневе, а просто веселится. - Что? Разве мы не должны показать им, кто тут хозяин? Хотя Такемичи говорил тихо, почти не шевеля губами, его слышали, кажется, все. Парни немного удивленно смотрели на блондина. Нет, раньше он тоже мог смотивировать всех и повести в бой, но... не таким способом. - Воу. - громко сказал Нахоя и рассмеялся. - А ведь он прав! Покажем им, кто тут папочка! Радостные, поддерживающие возгласы послышались отовсюду. Довольный собой Такемичи продолжал сверлить взглядом Майки, хитро, но слабо улыбаясь. - Майки, неужели он до сих пор в обиде на нас? - Мицуя, подошедший к Манджиро, выглядел немного растерянным, что было крайне несвойственно ему. - Не думаю. Тут другая причина. Надо с ним поговорить. Поговорить не удалось, потому что в ближайшее время уже началась битва. Она проходила на улицах недалеко от святилища, банда новичков с азартом набросилась на свастонов. - Умерь пыл, сука. - четыре человека Такемичи вынес за четыре удара, по одному на каждого. Майки тоже дрался, но периодически наблюдал за Ханагаки, пытаясь понять, в чем же дело. - Ого, кто-то в кои-то веке решил дать волю эмоциям? Так ты не только плакать умеешь? - подоспевший вовремя Чифую не мог не подколоть друга. - Оо, я умею много того, о чем вам, ребята, лучше не знать. - опасный оскал и ещё один противник повержен. Где-то со стороны Дракена послышался охреневший возглас. Чифую на это промолчал, но улыбнулся. Он рад, что Такемичи перестал сдерживаться. Мацуно знает, что сдерживание эмоций может привести к проблемами со здоровьем как физическим, так и моральным. Битва закончилась безоговорочной победой Тосвы. Новая банда была не слабой, но командного духа у них не было. В то время как у Свастики ходил по полю боя живой мотиватор, придававший сил лишь один своим видом. - Такемучи, надо поговорить. - как обычно спокойный Майки подошел к товарищу, снова слабо улыбаясь. Мицуя стоял рядом с Манджиро, скрестив руки на груди. Забавно, эти двое, после своей недавней выходки, сейчас подходили к Такемичи и звали поговорить, учитывая то, что Ханагаки старался не контактировать с ними после той смущающей ситуации. И ведь Мицуя и Майки это видели, но все равно подошли. - Я занят, Майки. В следующий раз. Не услышав привычного "-кун", Сано повел бровью, переводя взгляд на Мицую. Одним взглядом он говорил: "ну же, делай что-нибудь". Мицуя вздохнул. - Слушай, Такемичи, пожалуйста. Мы очень волнуемся, нам надо поговорить. Ханагаки подумал минутку, а потом улыбнулся. - Хорошо, но ненадолго. Он продолжал говорить тихо и почти не шевеля губами и языком, Такаши это показалось подозрительным. *** - Такемучи, мы хотели извиниться за тот случай. - Не знаю, что на нас нашло, но- - Ребята... - Такемичи усмехнулся. - ...подойдите, пожалуйста. Парни, переглянувшись между собой, немного неуверенно подошли к Такемичи. Блондин, наклонив слегка голову на бок, положил свои руки на затылки Майки и Мицуи, приближая их к себе. Быстро, но метко он лизнул каждого в уголок губ. Мицуя почувствовал на коже металлический шарик, Майки тоже стоял удивленный. Удивленный Манджиро и покрасневший Такаши. Как... мило. - Этого достаточно для извинений. Такемичи хитро улыбнулся, высунув язык и блистая новым пирсингом, а после убежал, направляясь наконец домой. *** - Мфмфммффммфппмм... - Такемичи возмущенно мычал в трубку. Он позвонил Чифую, чтобы "выговориться". - Слушай, Мичи, давай ты мне лучше напишешь, окей? Зря, конечно, Чифую это предложил, потому что следующие 23 минуты Такемичи без остановки печатал. Просто у Такемичи бунтарское настроение, прокол языка, который болит, а еще два влюбленных придурка. Он почему-то краснеет, вспоминая тот дуэт. Вау.