Капризный

Капризный

      Ацуши очень капризный. Он постоянно просит менять Рюноске шампуни, гели для душа, мыло, даже стиральный порошок, потому что его тошнит от приторных, кислых, свежих, нейтральных запахов. От любого, что имеет хоть малейший намек на ароматизатор. Не тошнит только от мятного Акутагавы. И нет, от зубной пасты с такой отдушкой беременному омеге тоже плохо, а от природного запаха супруга так хорошо и легко, что он засыпает в теплых объятьях по вечерам почти моментально. Тихо сопит и совсем слегка сжимает чужую руку в просьбе не отпускать до самого утра. Рюноске действительно это делает. Он обнимает Накаджиму и засыпает от летних ромашек, которые уже несколько лет не покидают легкие, с каждым днем расцветая там все сильней.       Ацуши капризный. Он страдает от избытка гормонов, поэтому ему то жарко, то холодно, то слишком скучно, то слишком весело. Золотая середина для него перестала существовать еще на втором месяце, что уж говорить о четвертом, когда все мысли заняты только любимым человеком, набором клеток в животе и сладким зефиром.       Акутагаве кажется, что проще купить сразу несколько коробок воздушной сладости, чем постоянно заходить после работы за шуршащими яркими упаковками, но ведь есть что-то такое теплое в том, чтобы каждый вечер радовать самого любимого и родного человека, видеть довольный блеск в глазах и с нежностью целовать сладкие губы.       Есть что-то восхительное в том, чтобы вместе ходить по магазинам и искать тот самый шампунь с запахом лужи весной где-нибудь в горах, чтобы еще птички над этой лужей пели и зайцы приносили к ней свежие цветы. И ведь находят ту самую лужу, стоит она ярким бутыльком в душе и радует глаз, но уж точно не нос Рюноске, который не чувствует никакой весны и зайцев, а только сырость и стухший лимон. Беременному мужу он никогда об этом не скажет, только будет утыкаться ему в макушку, чтобы ромашки расцветали на поляне в горах.       Во всех своих капризах Ацуши избирателен. Некоторые — самые простые — выполняет сам, а самое замороченное делает Акутагава. Несмотря ни на что, он считает, что розовые шторы с белочками смотрятся гораздо лучше в их темной минималистичной спальне, чем однотонные итальянские от дизайнера. Он согласен на то, чтобы омега переделал все под свои гормоны, потому что цитата «гораздо проще поставить лестницу и продеть все крючочки в гардину, чем вынашивать в себе целого человека!»

      Нежный

      До невозможности нежный и эмоциональный. Лишь одно желание возникает у альфы, когда он видит расстроенного Накаджиму, — найти обидчика и окунуть его головой в горную лужу, а после отдать в рабство зайцам. Никто не имеет права обижать его омегу. Именно поэтому в магазине Ацуши достаются все последние шоколадки. Он упорно думает, что его расстроенный вид нагоняет ужас, но никогда не узнает, что в моменты переговоров за последнюю шоколадку за его спиной стоит грозовой тучей Рюноске, который одним взглядом приказывает положить сладость на место и удалиться из памяти супруга, чтобы тот не грустил.       Действительно всегда помогает, поэтому после магазинов Ацуши приходит домой с любимыми сладостями и помидорами. Ребенок внутри требовал томаты, поэтому родитель никак не мог ему отказать в салате с красными овощами.        Супруги по вечерам готовили вместе, поэтому Рюноске мог наслаждаться самыми милыми сценами в его жизни. Он видел сосредоточенно читающего рецепт омегу, он закусывал губу и перемешивал очередное новое блюдо, которым собирался накормить заботливого и самого-самого, со слов Ацуши, любящего и лучшего альфу на всей планете. Акутагаву удивляло большое количество, но было очень приятно знать, что для омеги единственный и неповторимый.       Когда Накаджима готовил что-то из выпечки, Рюноске растекался сахарной лужей, потому что от муки Ацуши чихает как самый настоящий котенок. Альфа просто подходил к нему, клал руки на небольшой животик и шептал какие-то глупые нежности, такие приторные и банальные, но тихий смех и мягкие поцелуи помогали забыть обо всем.

Любимый

      Его омега нежный, капризный, желанный и самый прекрасный. Он дарит чистую и светлую любовь, обнимает каждую ночь и просит полежать с ним хотя бы несколько минут по утрам перед тем, как Рюноске на целый день уйдет на работу, а после принесет упаковку мягкого зефира, чтобы кормить им довольного и теплого Ацуши, чтобы тот варил какао, кутал себя и альфу в плед и читал приключенческие романы вслух, успокаивая своим голосом.       Его омега с первой встречи поселился в сердце ромашковым полем, весенним лесом, ярким солнцем и завораживающим закатом. Его беременный омега капризный, нежный, милый, любит помидоры и шоколад, всегда просит зайти после работы за сладким. Его омега единственный, кто может разжалобить слезами, он единственное слабое и сильное место, которое нужно защищать и долго целовать перед сном, которое спасает от кошмаров.       Его омега будит по ночам, чтобы они вместе сделали много бутербродов, заварили чай и сидели на темной кухне напротив друг друга, улыбаясь и держась за руки. Они вместе не спят до самого рассвета, встречают его в отражении глаз друг друга, а после провожают закат тихими разговорами под одеялом, держась за руки, пока оранжевые лучи скользят по лицам и забирают давно не стыдливый румянец.

 — Я люблю тебя, — послышится в сумерках, а после отразится сладким поцелуем на губах.