Как же сложно работать с тобой, Рампо

      Утро. Ранее утро очередного холодного сентябрьского дня. Эдогава Рампо, Величайший детектив Йокогамы — проснулся буквально только что.       Тепло.       Вчера, кажется, он уснул даже не накрывшись одеялом, и к тому же — не закрыв окно, оставив его на проветривание, в такую-то погоду.       Начало осени, и, что странно, сентябрь достаточно морозный в этом году, особенно холодно бывает ночью, когда температура воздуха падает и комнату пробирает холодком.       Но, как ни странно, он не замёрз. Проснулся укутанный в одеяло, окно закрыто.       Детектив решил не спешить с подъёмом, нырнув под мягкое одеяло с головой. Уж очень было удобно и тепло в кровати, и только от одной мысли о погоде за окном его словно окатывало ушатом ледяной воды.       Субботу Рампо считал воистину прекрасным днём, в который отлеживаться в кровати можно было хоть до вечера, вот только уже по привычке он проснулся в то же время, в которое в будние дни вставал на работу.       Повалявшись в кровати ещё с полчасика, да никак не уснув в итоге, Эдогава решил пройтись к кухне. Завтрак сам себя не сделает, а Эдгар наверняка опять будет спать до вечера.       Из кухни доносился приятный аромат выпечки. И, как оказалось, Эдогаву там уже ожидали вкуснейшие, совсем недавно приготовленные кексы, которые тот просто обожал. Надкусив один он тут же вспомнив про Эдгара, ведь кто бы ещё, кроме него, мог их приготовить. Только вот снова этого великого повара-писателя не было ни в спальне, ни на кухне, ни в гостиной, ни даже в библиотеке. Возмущенно закатив глаза, Эдогава отложил завтрак.       Ну конечно, где бы По был ещё, как не у себя в кабинете — уснувший за письменным столом или же усердно дописывающий концовку очередного произведения.  — Темнотища, и как ты здесь пишешь? — Рампо подошёл к окну, резко отдёрнув штору.       Зажмурив глаза, писатель чуть было не выронил перо из рук:  — Зачем же так резко…  — Доброе утро, Эдгар, — подошёл к тому детектив.  — Утро… Да, доброе, Рампо-кун. Как спалось? — спросил Эдгар, не отрывая взгляда от исписанных листов.  — Отлично… А вот ты… Мне явно нет смысла задавать тебе этот вопрос.  — Прости, у меня гора работы, я…  — Пойдём завтракать.  — Я не голоден, но я подойду через пару минут, хорошо? «Вдох-выдох, Рампо» — пронеслось в голове детектива, которого изрядно подбешивало подобное отношение По к себе. Серьёзно, он не спит сутки напролёт, постоянно забывает поесть — было неясно, как он вообще до своих почти тридцати смог дожить. Ещё и совершенно не обращает на Рампо внимание — творческий порыв, чтоб его. Но прекрасная, как посчитал он сам, идея пришла к детективу в голову.  — По-кун, — Эдогава уселся совсем — слишком, непозволительно — близко к Эдгару.  — М?.. — Аллан всё продолжал тонким пером выводить аккуратные слова на листках, по-прежнему не отводя взгляда от работы.  — По-кун!       Пузырёк с чернилами перевернулся. Благо, не на рукописи и не на самого По — чернила потекли на пол тонкой струйкой, образовывая небольшое чёрное, поблескивающее под светом пятно. Это будто вывело писателя из смутного гипноза пера, заставило обратить внимание и вокруг оглянуться наконец-таки.       Подняв голову, Эдгар обомлел от наглости его сожителя. Рампо уселся на столе прямо перед ним, ехидно улыбаясь. Да ещё и чернила, судя по всему, перевернул специально!  — Рампо! — Эдгар резко подскочил со своего места, чуть не задев головой полку.       Всё ещё в пижаме, с растрёпанными, темными, будто угольки, волосами и искренним интересом в столь завораживающих, зелёных, словно кошачьих, глазах, Рампо сидел неподвижно, с улыбкой гадая, что же предпримет По.       На него невозможно было злиться. Да и Эдгар, честно говоря, зол не был.       Эдогава был неотразим. Прекрасен. Идеален. Словно только написанная картина гениального художника. Будто главный персонаж какого-нибудь романа, вышедший из-под пера великого писателя. Словно тёплое и солнечное осеннее утро, совсем несвойственное этому времени года.  — Да, По-кун? — наклонил голову вбок детектив, хитро улыбаясь.       Подойдя как только можно было ближе, По аккуратно приобнял его, после, подавшись вперёд, легким касанием руки приподнял тому подбородок — коснулся его губ своими, аккуратно, но при этом так желанно целуя.       Невозможно было оторваться от этих сладких губ. Невозможно было оторвать взгляда от этих зелёных глаз, которые для По успели стать целым миром. Рампо отвечал на поцелуй лениво, будто растягивая удовольствие, позволяя писателю брать инициативу на себя. Пальцы детектив путал в шелковистых волосах По, перебирая прядки, иногда поглаживая и массажируя затылок — каждое касание его было так легко и столь наполнено теми чувствами, которы они испытывали друг к другу.       Рука писателя спустилась к плечу Эдогавы, аккуратно проведя по нему холодными, тонкими пальцами, зацепляя ткань и немного оголяя острое плечико. Еле заметно улыбнувшись, он коснулся губами шеи Рампо, на что тот рвано вздохнул, ощутимо сильнее обхватив спину По руками. Очередной, дольше прежнего поцелуй, приятно обжигающий кожу шеи, отчего в лёгкие Рампо будто перестал поступать воздух. Руки его потянулись к накрахмаленной белой рубашке По, первая пуговица, вторая — кое-как, в спешке, он расстегнул почти все, но Эдгар отстранился, улыбаясь так же хитро, как и сам Эдогава пару минут назад.  — Что ж, пойдём завтракать, — в ответ на недоумевающий взгляд, заявил По. — Всё равно ведь от работы меня отвлёк.  — Эдгар! — возмущённо уставился на того Рампо.  — Да, Рампо-кун? — в точности повторил за Эдогавой писатель.  — Понял я, понял, — спрыгнув со стола, поднял чернильницу детектив. — Ну ты, конечно…  — М? — глянул на того писатель, поправляя рубашку — Суббота. У нас полно свободного времени. Но сперва — завтрак — ласково улыбнувшись и аккуратно сложив все листы на столе в стопку, тихо добавил По. — Как же всё-таки сложно работать с тобой, Рампо.