По ту сторону

Late at night you pour it out Know that only brings you down.* Lauv - The Story Never Ends

      — Может быть, с того, что ты меня любишь? — слова сами слетели с губ Грейнджер, как только она смогла принять, что строчки из книги и поведение парня, как бы это не было странно, говорили о том, что она ему нравится. Как только девушка поняла, что ляпнула, она резко ударила себя по губам, — Чёрт, прости, Фред, я не хотела!       В комнате повисло недолгое, но напряженное молчание. Надо же было додуматься сказать такое. Хотя, с другой стороны, рано или поздно это случилось бы. Им нужно было обсудить данную ситуацию и для того, чтобы решить проблему Фреда и для того… чтобы тоже решить проблему Фреда.       Тишину нарушил Уизли:       — С чего ты взяла? — холод. Вы когда-нибудь ощущали холод от человека, который всегда излучал тепло? Фред Уизли всегда сочетал в себе все самые лучшие качества: юмор, дружелюбие, сочувствие. А сейчас — холод. Из-за этого Гермиона чувствовала себя максимально некомфортно.       — Фред, я… Ты просто забудь. Я случайно ляпнула, — девушка боялась пошевелиться лишний раз, поэтому застыла в совершенно неудобной для себя позе.       Дура. Трусливая дура.       Вместо того, чтобы всë обговорить начала отнекиваться. Об этом нельзя молчать. Это относится к делу, от этого может зависеть жизнь Уизли. При чём в буквальном смысле, так как возможно у неё получилось бы воскресить его.       — Я не стану повторять второй раз. Ответь мне на вопрос, — чуть ли не по слогам процедил рыжий.       Злится. Вполне обоснованно. Грейнджер бы тоже злилась. Нужно всё же взять яйца в кулак и рассказать всё, как есть. Нельзя тянуть с этим.       — Прости, что не сказала сразу. Наверное, стоило. Я растерялась, — с этими словами Гермиона все-таки решилась сдвинуться с места. Она подошла к столу, зажгла лампу, нашла нужную книгу и раскрыла её на заветных страницах, — Читай.       На пару минут повисло молчание. Для девушки оно было мучительно. Хотя, очевидно, парню тоже было нелегко.       — Бред. Просто забей на эти чертовы книги, — голос повеселел и это заставляло задуматься над актерским талантом Фредерика. — Согласись же, мой случай не поддается никакой логике?       — Ты зол на меня? — голос дрожал, руки тряслись. Сердце просто хотело вырваться наружу. Девушку сильно расстраивало то, что она не могла видеть лицо Уизли. Парень при жизни никогда не умел врать друзьям. Его всегда выдавало лицо. Однако, говорить с нужной интонацией, Фред мог всегда.       — Как на тебя можно злиться? — он засмеялся. Гермиона никогда не замечала, какой у него потрясающий смех. А почему обратила внимание сейчас? Неизвестно. — Слушай, правда забей. Что ты могла подумать ещё?       «Бред», «забей» и прочее. Ни слова о том, что это не правда. Господи, неужели ему так трудно сказать, что он не влюблен в Грейнджер. Что ей не надо теперь каждый раз об этом думать. Что она может забыть про эту книгу и со спокойной душой начать искать новую информацию, не вспоминая об этой.       — Мне все равно неловко, — девушка пожала плечами и присела на край кровати.       — Да ладно тебе, — и вот опять ушёл от ответа, — спокойной ночи, Грейнджер. Ты сегодня устала. Всё же не стоило тебе сбивать свой режим.       — Спокойной ночи, Фредерик…

***

      Любил ли он её? Ответ очевиден. Да. Но любил ли он её как девушку? Маловероятно. Гермиона Джин Грейнджер потрясающая девушка. Для него она сестра, подруга, потенциальная родственница и будущая жена малыша Рони. Она идеальный пример любви, верности и чистоты. Фред хочет её защищать. Когда она показала ему свой шрам, он почувствовал жуткую боль и ярость. Это были его первые эмоции после смерти. Серьёзно. После смерти ему пришлось существовать и совершать действия с помощью мозгов, а не делать все на эмоциях, как это было при жизни. Знаете, иногда люди ломаются и больше всей жизни мечтают избавиться от чувств, но представьте: какого жить, когда ты видишь убитых горем братьев, сестру, мать, отца и брата-близнеца. Они склоняются в слезах над твоим телом, а ты ничего не чувствуешь. Хотя, иногда его бесило, что он не может ничего сделать. Не может сказать: «Хей, родня! Я же здесь! Не ревите, прошу». Иногда, когда Фред смотрел на бледного Джорджа, его будто обволакивало что-то темное. Но настоящие эмоции он испытал с Гермионой. И теперь он это чувствует. Уизли ощущает всё буквально нутром. Это разрывает его. Из-за своих чувств он начал бояться. Фред боится потолка и стен, что давят на него. Боится за свою судьбу, за состояние своей семьи. И теперь он боится за нее. Какие жуткие слова написаны в той проклятой книге. Чтобы она — милая, скромная девушка пожертвовала собой ради него — местного шута и идиота? Он не позволит. Нет. Только не она. В этой жизни он боится потерять только Джорджа, Джинни, Гермиону и метлу. Почему Герми встречается с его братом? Она не могла выбрать кого-то другого? Хоть Крама! Но не его, блядь, родного брата! Так что там насчет любви? Ах, да… Да, он любит её больше жизни. Но любит он её так же, как и Джинни. По крайней мере, он хочет в это верить дальше.       Сейчас Гермиона спала. Как только Уизли узнал, что Грейнджер слышит его, он не отходил от неё и на минуту. Разве, что в туалет и ванную отпускает. И на свидание с малышом Рони. Ему не хватало общения и пока его радовало даже общество заучки. Зато теперь Фред знает, что девушка спит очень мало и часто плачет во сне. Если бы Фред был жив, он бы дал ей зелье здорового сна, которое он составил вместе с Форджем. И ещё, знаете поговорку: «Держи ноги в тепле, а голову в холоде»? Так вот, Миона не следовала этому правилу. Она постоянно спала, укутав голову в одеяло, а ноги и зад были раскрыты. Уизли это раздражало, ведь так она могла простыть. А он и сделать ничего не мог. В момент раздумий парня девушка начала кричать и плакать.       — Миона. Миона! Просыпайся. Вот черт. Девочка…       — Фредерик, что ты здесь делаешь? — захлебываясь в собственных слезах спросила гриффиндорка.       — Что тебе снится? — проигнорировав её спросил рыжий.       — Фре-ед… Мне плохо. Я… — девушка не могла прекратить рыдание.       — Тише, солнце, тише… — в этот момент Грейнджер успокоилась и мило улыбнулась, вытирая слезы с щек, — Эй, ты вообще нормальная? Ты чего улыбаешься? Только что ведь плакала.       — Когда-нибудь я скажу тебе, что меня рассмешило.       — Хорошо. Но на самом деле, я не люблю ждать. — однако, ради нее Фред сможет и потерпеть, да, — Миона, сходи завтра в Хогсмид? В магазин к Джорджи. У него должно быть зелье, которое поможет тебе справиться с кошмарами. Пожалуйста, — Уизли решил не настаивать на том, чтобы девушка рассказала про свой сон. Возможно, он и без того догадывается. Война оставила след на каждом, верно?       — Я не могу… — …смотреть на него и понимать, что это не ты, — Мне надо справиться с этим самой.       — Хорошо. Я пойду прогуляюсь. Спи, — сказал парень и на самом деле вышел из комнаты, оставив подругу одну.       «Фредерик, надеюсь, ты правда не влюблен в меня. Я так этого не хочу, ведь я не смогу ответить тем же».