Дариус Данн. Сельские истории.

Кошка Натан и Дариус по праву считали Алишера морально взрослым молодым человеком. Как оказалось, юноша умел не только делиться, но и слушать, и заинтересовать беседой. Неудивительно, что в один день кошка Натан приняла его приглашение сходить в кафе около их двора. Сельское кафе являлось скорее отсеком местного бара в силу специфики местности. В темном помещении заседали пивные завсегдатаи, наслаждаясь любимым сортом светлого или тёмного под ненавязчивые риффы тяжелого рока. Раритетные, сделанные под деревянные, колонки из 21-го века дарили неповторимый звук, которого не достичь никакой суперсовременной электроникой. Одни от души веселились, хвастаясь любовными похождениями и последующим бегством от ненаглядной, вооруженной вилами. Другие расслаблялись в одиночестве. Третьи тихо сидели в углу, потягивая ядрёный виски со льдом. Любители кофе и сладкого, к которым относились Алишер с Натан, расположились на уютной террасе, выходившей наружу. Парень аккурат обсуждал с кошкой свой новый графический планшет. Навороченный экран размером с лист бумаги позволял корректировать детали шедевра прямо в процессе создания, не требуя компьютера. Только одно существо было чужим на этом празднике жизни. Трижды побитый, опущенный и обмакнутый в колодец «петушок» (а некогда перчастый пиратище-попугаище) Голиаф брёл за очередной порцией недешевого хмеля. «Щас бы Ягой залиться да залезть на кого»… - думала птица. Не успел оборванный пират заказать первый шот любимой алкашки, как чуть не упал на ровном месте. И ведь было с чего падать. Его ненаглядная, желанная, стройная и вожделенная кисонька Натан мило воркует, мерзко подумать, с каким-то додиком-человеком! Голиаф резко тряхнул головой, расправляя подросший хохолок. Но наваждение не пропало. Сладкая цыпа – и с этим вот? Башка бритая, как яйцо страуса, само ботаник-ботаником. «Ну как так-то?!» - папуг залпом опрокинул стакан и налил следующий. «Ишь гуляют, голубки, ишь как в глаза смотрят! Несправедливо!» - некоторые вещи до глупых самцов доходили очень туго. Гормоны вкупе с мнением о себе не позволяли переключить внимание на более доступных дамочек. И вот уже какой по счёту коварный план созревал в чёрной, как шлем Дарта Вейдера, голове. Мстить капитально, и притом чужими руками, свои защитник Натан, Дариус Данн, может и обломать. Скользким угрём Голиаф просочился к бару. Никем незамеченный, он подошёл к одинокой угрюмой детине, осушавшей раз за разом стакан дешёвого пойла. Коммуникабельный пират зашёл издалека. - Здорово, дружище! – салютовал пернатый. - Здоровей видали. – отрезал алкаш, приправив воздух непередаваемым перегаром. - Что, житуха фасадом отвернулась? – запасливый пират словно ниоткуда выкатил на стол бочонок рома. – Накатим, что ли? - Стич. – представился детина, чокнувшись стеклом. Он недолюбливал женское племя как таковое, жил бирюком-отшельником. Ненаглядная укатила в город со смазливым дизайнером, личная жизнь не сложилась. - Все бабы дуры. – констатировал собеседник, обнимая потной лапой папугу. Тот согласился. - Бедный друган мой… ик! – Голиафа развезло от рома, щедро разбавленного вискарём. – Тоже. Под бабой. - Типа под каблуком? – сочувственно поинтересовался Стич. - Ну. Вон, видишь на террасе цыпочку? – папуг показал в сторону Натан. - Хренассе ножки в шортиках! - Угу. Охмурила своими плечиками. А Алишер, друган… Он, к сожалению, ну лох по жизни, уши развесил… - Соскакивать с неё надо, дружище. Мой совет… - сочувствующе отвечал детина. - Я ж о чём, Стич-ч-ч… Сегодня кафе, завтра шубку с «Айфоном» новой модели… - У-у-у, кровососы! – погрозил Стич кулаком в их сторону. – Шмара! Как дал бы… Клиент созрел. - Дал бы? А чё, братан, идея! Тока не давать, а просто шугнуть. Алишер – ссыкливый ботан, ты ж сам видишь, такого ковбоя, как ты, завидит, ходу даст. - Гыы, во круто. Бахнем за это! – парочка дружно подняла огненный напиток, вдохновлённая будущей победой. Настал вечер. Солнце зашло за горизонт, уступая место тёплой летней ночи. Быстро сгущались сумерки. Небо прочертили космические станции, проносясь над головами Натан и Алишера яркими звёздочками. Впрочем, даже в любительский бинокль можно было разглядеть силуэт огромных солнечных батарей. На земле тоже появился силуэт. Только чёрный, с ароматом пота четырехдневного и перегара. - Э, соска мохнатая, типа на айфон лоха разводишь? И сколько за час берёшь? – нагло бычился Стич, смотря на Натан. Кошке стало обидно. Всю свою жизнь она была кротким приличным котёнком не для того, чтобы всякие алконавты называли её так. Но есть ли смысл что-либо доказывать невеже? - Дружище, да все ок. – Алишер закрыл собой Натан на всякий случай и достаточно красиво уводил диалог в сторону. - Рот завали, мелкий! – не угомонился Стич. – Ты чё, не видишь, что с тебя бабло тянут?! И вообще, пшёл нафиг, уроки учи, Я с лялей базарю! – он подчеркнул слово «я». - Пошли, кися, угостишь дядю водкой. Э, ты кому там звонишь, сосочка? Папику своему? - детина нагло протянул руку, намереваясь сгрести, набиравшую в смарт-часах дядюшку Дариуса, Натан за шкирку. Однако не рассчитал. Алишер оказался только на вид чахлым ботаном. Оказавшись впритык к пьяному бугаю, он присел, точно со страху, и спустя секунду зарядил незаметную, но ужасно болезненную оплеуху прямо по налившемуся хозяйству Стича. Тот охнул, выпучив глаза от неожиданности, согнулся в три погибели и медленно сполз на землю, держась за униженное место. - Пойдём домой, Натан. – успокоил её Алишер. – Мало ли, перепил человек, оклемается. - Да, пожалуй… – согласилась кошка. В пылу неожиданной встречи она напрочь забыла, что звонила по видеосвязи дяде Дариусу, да так и не удалось поговорить. Только вот сам Дариус звонок принял, успел прийти, и видел сценку храбрости Алишера от начала до конца. «Браво, Алишер, я в тебе не ошибся!» - Данн убедился, что свою племяшку юноше можно доверять.