Во власти дракона.

Сокджину снился самый прекрасный сон, который только мог приснится ему в череде всех этих сумасшедших событиях. Он гулял по поляне, которая была освещена ярким летним солнышком. Солнечные лучи ласкали нежную кожу его щёк, а он и не был против. Наоборот он сам подставлял свою нежную кожу лица и открытой шеи. Глаза его и во сне были закрыты непонятно почему, но ему не хотелось их открывать. Впервые за столько дней и ночей он чувствовал блаженство.  Которое рухнуло в ту же секунду как только в его сон ворвался ленивый мужской голос, который шептал прямо на ухо:  -Мой маленький и гордый принц.  Каждое слово сопровождалось мимолётным поцелуем в мочку уха. А на талии вдруг появилась тяжесть чужой руки.  Сокджин в ту же секунду испуганно раскрыл глаза и первым что он увидел, вернее кого, была самодовольная морда Владыки.  Глаза принца испуганно заметались по чужому лицу, что находилось непозволительно близко к его собственному. Впервые за всё время что принц жил у Владыки, он увидел его с распущенными волосами и нормальной, почти человеческой улыбкой. Это было странно и непривычно наблюдать, поскольку благодаря этой улыбке черты его лица сделались мягче, а взгляд уже не казался таким убийственным.  Сейчас он выглядел каким-то домашним. Джину и самому не верилось в то что эти два слова могут существовать в одном предложение.  Всё очарование момента испортила рука Владыки,лежащая на джиновой талии. Она друг начала медленной, как истинный хищник двигаться вперёд, то есть подниматься выше. По голой коже молодого принца прошёлся табун мурашек.  Стоп.  ПО ГОЛОЙ КОЖЕ?????  Глаза молодого принца в миг расширились и он руками упёрся в тёплую, накаченную и гладкую грудь Владыки.  А ГЛАДКОЙ ОНА БЫЛА ПОТОМУ ЧТО ОН БЕЗ РУБАШКИ ТУТ ВАЛЯЛСЯ.  У Сокджина на секунду остановилось сердце, а лучше бы остановилась чужая конечность, которая всё никак не уймётся. И при всём при этом Намджун молчал, улыбался так нагло и самодовольно, но не произнёс до сих пор ни звука.  -А В-вы г-голый,- от переживаемого стресса принц невольно начал заикаться, но зато демонстрация его речевых талантов смогла остановить чужую конечность.  -Ты кстати тоже не особо-то и одет,- нагло (как и всегда впрочем) заявил Владыка.  -Я заметил...   -Правда?- усмехается Владыка и в его глазах непонятно откуда появляются смешинки,- твои умственные способности определённо не могут не радовать. Может ты порадуешь меня чем-то ещё?  Сказав это губы Владыки растянулись всё в той же домашней улыбке, а глаза опустились на губы молодого и крайне смущённого в данный конкретно момент принца.  Глаза Сокджина невольно опустились на губы Владыки, сейчас когда они растянуты в такой добродушной улыбке, по бокам в уголках его губ видно небольшие милые ямочки, а сами губы выглядят очень мягкими.  Намджун начал вновь склоняться к лицу принца, но тот почему-то не предпринял ни одной попытки его остановить. Намджун....было непривычно называть его по имени даже мысленно, но удивительным было больше то как сильно это имя ему подходит.  Когда между ними осталось совсем немного, Намджун замер. Рука что лежала уже на груди принца, в миг оказалась снаружи, костяшками пальцев Владыка провёл по румяной от смущения щеке. А после указательным пальцем он приподнял подбородок принца и шепнул в самые губы:  -Дыши.  Когда губы Владыки накрыли трепещущие уста принца, он понял что не дышал всё то время что Владыка гладил его по щеке.  В этот раз всё было по-другому, совсем не так как в прошлые разы. Прижавшись к губам принца, Владыка замер на несколько мгновений, видимо давая привыкнуть. А после осторожно и даже нежно начал сминать чужие губы, он не целовал - он убеждал Джина в том что это может быть приятно, нежно и чувственно. Он словно извинялся за те неудачные разы, когда был груб с ним.  Сокджин чувствовал как трепещут не только его реснички, но и он сам. Каждым миллиметром кожи он ощущал как внутри всё горит и холодеет одновременно. С Владыкой так было всегда и во всём. Неоднозначность словно часть его сути.  В какой именно момент принц начал отвечать на поцелуй он не знает, и как его дрожащие руки затерялись в распущенных волосах Владыки - он тоже не помнит. Он помнил то, что его губы горели и то, как Владыка улыбался в поцелуй, на неумелые попытки Джина отвечать.  Непривычно было видеть его улыбку, непривычно было лежать с ним в одной постели в одном нижнем белье (хвала богам что не полностью голые). И особенно непривычно было целоваться с ним.  Сокджин говорил себе что ещё секунда и он оттолкнёт его.  Потому что неправильно.  Потому что так не должно быть, ведь Владыка - злой дракон, от которого он должен спасаться.   И с каждой прошедшей секундой Джин осознавал то, насколько слабым он был.  Никогда в жизни ему не было так хорошо, касания умелых губ и рук сводили его такого неискушённого и молодого, с ума, но кажется он был не против. Он задыхался от переизбытка чувств, его кожа горела от касаний.  Когда Владыка наконец оставил его губы в покое и позволил вдохнуть воздуха, Джин понадеялся что этим всё и закончится. Однако Владыка так не думал, стоило принцу сделать вдох, как он не сумел сделать выдох. Потому что Владыка принялся целовать его шею.  Где-то он оставлял лёгкий, мимолётный, как касание крыльев бабочки поцелуй, а где-то он позволял себе кусаться и втягивать нежную кожу принца в рот. А потом выпускал и зализывал, словно пытался вылечить рану.  Сокджин невольно запрокинул голову, подставляя шею под играючие поцелуи. Он кусал свои измученные губы, дабы сдерживать стоны. Но когда Владыка вновь вернулся к его губам и принялся играться с ними. Он не сдержался и застонал прямо в его губы...  -А-ах...  -Намджун, дружище, нам уже пора!  Сокджин чувствует себя так будто на него вылили ушат ледяной воды, голос Хосока доносится откуда-то из-за двери и Джин очень надеется что ему хватит ума не входить.  Он с ужасом и страхом открывает глаза и смотрит на недовольного Владыку.  -Сколько раз я просил его стучать...Сплошное безобразие.  Обречённо и раздосадованно произносит он, утыкаясь в изгиб шеи принца. Джин чувствует его горячее дыхание и его тело вновь покрывается мурашками. Руки Владыки крепко держат его за талию, он фактически лежит на принце. А Джин всё также не убрал свои руки с его шеи.  Так что да, Джин был полностью согласен с Владыкой. Всё произошедшее сплошное безобразие и не более.  Сокджин не знал что делать, или правильнее говоря, он боялся что-либо делать.  -Я не хочу идти к этим нудным дядькам...опять придётся слушать об их проблемах, а потом решать их.  Принц был в шоке.   Что ему сейчас делать?   Что он должен ответить на это?   ЧТО ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ СЕЙЧАС ЕМУ КТО-НИБУДЬ ОБЪЯСНИТ??  -Ну, Ваше Высочество, побыстрее, - словно маленький ребёнок хнычет Хосок.  -Я хочу лежать вот тут с тобой, - совсем тихо произносит Владыка.  -Я не хочу, - в ту же секунду отвечает принц, потому что теперь непонятно чем это всё может закончится.  Владыка молчит, но наконец поднимается и молча встаёт сначала с принца, а потом с кровати. Принц чувствует облегчение как только замечает две прекрасные вещи:  1. Владыка был в штанах.  2. Он лежал поверх одеяла, которым был укрыт принц.  Сразу же как только появилась возможность, принц натянул одеяло до самого подбородка.   Владыка стоял рядом с кроватью и надевал рубашку. Обычную. Одну из множества тех в которых принц видел его в резеденции. Ребяческие действия Джина он прокомментировал лишь полуулыбкой. Как только все пуговицы оказались застёгнутыми, а рукава закатанными, Владыка наклонился к принцу. И несколько прядей его волос касались лица Джина.  -Я говорил уже об этом, но скажу ещё раз: я не насильник, я не буду брать тебя против твоей воли. Сегодня всё было с твоего согласия. Я целовал тебя ровно столько сколько ты мне позволял. И не смей отрицать что тебе понравилось, я слышал твоё сбитое дыхание, твой ненасытный стон, стоило мне вновь прикоснуться к тебе. И я прекрасно чувствовал как твоё тело извивалось.  Сокджин в священном ужасе смотрел на Владыку и понимал что злится. Потому что он прав, да ему понравилось и он никогда не испытывал чего-то подобного. Но ни за что на свете, даже под самыми жестокими пытками, он не признается в этом никому. Он унесёт этот секрет с собой в могилу.  -Вы просто застали меня врасплох, я был сонный и …  -Не ври хотя бы себе.   Сказал это и вышел вон из комнаты. А Джин схватил соседнюю подушку и со свей силы запустил в увы, уже закрытую дверь.