Школа номер 69 имени Бляздецкого

Я будто заледенел, словно потерянный во льдах температур высот труп альпиниста, но в то же время картина перед глазами менялась, пусть и была размытой от стремительного движения: молчаливые исполины-деревья, пустые безжизненные монументы-дома, безголосая пустошь, в которую обратилась эта земля — всё это пролетало мимо, но будто не долетало до мозга, будто не я управлял своим телом, а какой-то призрачный кукловод дергал за нити, тянущие мои ноги вперед. Было тихо, будто меня оглушило от громкого взрыва, но в то же время всё утопало в хаосе шума — криках, топоте ног, треске пожирающего траву и древесину огня, скрипа ржавых металлических пластин в конструкции роботов, которые захлестнул волной очередной свист трубчатых бомб, за которым следовали оглушающие хлопки, от каждого из которых земля тряслась так, будто некий подземный атлант своими гигантскими могучими руками сотряс земную кору. Но всё это не вызывало у меня животного ужаса, не толкало бежать быстрее, ведь страх уже давно стёр все остатки здравого смысла, что оставались в моей голове, когда АТМ объявил о том, что в школе был найден новый труп. Хотя, о каком здравом смысле можно было говорить? Я заперт в каком-то селе на краю Житомирской области, и только что сражался насмерть с кучей таких же простых старшеклассников в смертельной перестрелке, и, к тому же, постоянные звуки взрывов говорили о том, что для этих поехавших битва еще не закончилась, несмотря на то, сколько человек уже пало от их идиотской и бессмысленной жажды крови. Насколько они все были глупы — вели бессмысленную войну против своих, пока истинный враг, настоящий кукловод, прятался в тени и, пока две стороны пускали кровь друг с друга, по-тихому совершил своё дело и наверняка останется безнаказанным, ведь этого человека мог убить кто-угодно, если так подумать, и понять, кто именно совершил убийство, было почти невозможно. И ведь это простое действие теперь стало неотвратимым — один из нас погиб, и его не вернуть. Заслужил ли он этого? Даже если да, то нет такого поступка, который мог бы совершить ребенок, наказанием за который может быть только смерть. Кровавые картины, раздробленные кости, безжизненные пустые глаза — жуткие образы мелькали перед глазами, я был не в силах избавиться от них, они заполнили всё моё существо, затуманили мой разум — я чувствовал, как что-то во мне меняется, и осознание этого пугало еще сильнее — я ведь постепенно, как из семени вырастает шипастый терновник, превращаюсь в бездушную машину для убийства, я перестаю обращать внимание на кровь на своих руках, я перестаю боятся самого вида оружия, не говоря о том, что я брал его в руки и отбивался от себе подобных. Вот только они — люди на стороне Хидэо — они закончили свою трансформацию быстрее меня, и, боюсь, пути назад для них больше нет. Когда над моим ухом гремят взрывы, я понимаю — они больше не достойны зваться людьми — их острых когтей и клыков просто не видно, но это выдаёт этот злобный огонёк в их глазах. Нет, это даже не огонь жажды отмщения, это просто пустая беспричинная злость, наполняющая бешеное животное, вынуждая его пасть обливаться пеной от жажды крови. На секунду я вернулся в реальность и заметил, как отбился от остальной группы, уворачиваясь от взрывов, и подошел к школе с другой стороны, где, к сожалению, не было видно черного хода, в котором можно было спастись от сумасшедших вооруженных старшеклассников. Я забился в углу, и беззвучно зарыдал, понимая, насколько же я слаб под весом всей несправедливой вселенной, которой абсолютно наплевать, кто выберется из этой бессмысленной битвы победителем, а чья жизнь незаслуженно прервется сегодня. «Возможно ли, что моя?» - пронеслось в моей голове, когда свист пуль приблизился до критического расстояния, и я уже слышал, как огородные ботинки шуршат по траве, как обезумевшие машины тепловизорами ищут моё беззащитное трясущееся тело. Пора ли сдаться? Пора ли поднять руки вверх перед этим жестоким миром, наставившим на меня ствол? Вдруг огонь вновь сполыхнул во мне. Нет. Мир — как житомирский лес, он, бесспорно, жесток и беспощаден, но справедлив. Если умирает одна часть леса — это даёт повод появиться тому герою, кто не даст отмереть другим. Да, мир несправедлив, но только тогда, когда в нём нет тех, кто несет в него справедливость. «Вырастешь — поступишь на юриста» - говорила мне мама, но я не думал, что это проявится вот так… В общем — юрист, дворник, хокаге — сейчас не важно, ведь в меня целят десятки трубчатых бомб, а потому я должен перестать быть сопливой тряпкой, и найти этот грёбанный чёрный ход, а после надрать зад убийце так, что мама не горюй. Пора было включать мозги — я отряхнулся как мокрая грязная собака и осмотрелся: передо мной была… засранная стена. Нет, не только стена — был еще и обосранный проход в подвал, словно в очередное подземелье, в котором прячется орда крылатых гусар и скелетов. Но я жизнью учёный и знаю, что скелеты не так опасны, как вооруженные гранатами школьники, так что лучше бежать туда, чем пытаться вернуться к парадному входу. Именно потому я мужественно стёр слезы и беззвучно пополз вниз, в этот черный, как очко, портал в мир подвала, готовясь к любой херне, которая может в нём скрываться. Тяжелая железная дверь, порисованная граффити и кривыми репродуктивными органами, под моими руками громко заскрипела, так что я чуть не обосрался, и я понял, насколько же в подвале, блять, темно. Я поспешил нырнуть во тьму и закрыть за собой дверь, пока преследователи не догадались, куда я спрятался, и искать какой-то выключатель, чтобы не наебнуться об кирпич и не закончить крайне тупой смертью. Щупая стены, я обнаружил горы пыли, паутины и пауков, которые, увы, не покусали меня и не превратили в спайдер-мена, какой-то странной липкой херни и проводов, но всё же с горем-пополам я наткнулся на что-то, похожее на выключатель, и свет слабенькой лампы, настолько древней и традиционной, что даже не замененной на спиральную экономную, слегка ослепил меня, и я всерьез испугался, не лопнет ли лампочка от того, что её впервые за миллиард лет включили, но благо пока она не аннигилировала всё в этой комнате и держалась довольно неплохо для своего возраста. Но лампочка — это ничто, по сравнению с тем, что я увидел в подвале. Я охуел. Сильнейше охуел. Ладно, если бы это был просто засранный пыльный цоколь, похожий на гараж дяди Валеры, в котором стоял покрытый паутиной древний, еще повидавший немцев, столик, на котором валялась куча инструментов, еще где-то в углу — диван, и, конечно же, куча старых игрушек, но помимо всего этого посреди подвала стоял… самогонный аппарат. Возможно, вас это словосочетание рассмешит, но будь вы на моем месте — вам было бы не до смеха — ведь эта странная иржавая машинка, усеянная закрученными трубами и канальцами, была напрочь покрыта кровью, причём так, будто её не забрызгали этим кетчупом специально, а она именно сочилась из-под всех её пластин, словно аппарат был живым и истекал ею. Но я бы не придал этому значения, подумаешь — облили варьеньем самогонный аппарат, мог какой-то бомж по-пьяни об камень наебнуться и всё кровищей залить, но я четко видел человеческое тело внутри машины, скрюченное и изуродованное, будто этот аппарат был для него сосудом, а на самой вершине за стеклянным корпусом на меня смотрела пара глаз. Я попятился. Безумный крик застрял комом в горле и я всячески пытался себя убедить в том, что, быть может, я сбредил, и всё это — галлюцинации, вызванные страхом, и на самом деле ничего из этого не реально — я стою в пустом помещении, нет тут никакой крови, нет мертвых тел, я просто помешался, сошел с ума, ведь да, этого от меня и хочет злодей… Я протер глаза — нет, кровавая картина не исчезла, и я, тяжело сглотнув, осторожно подошел поближе, чтобы просто убедиться в том, что это действительно бидон кетчупа, манекен, или, на худой конец — тушка свиньи из магазина «Свинячье рыло»… И тогда мерзкий кислый запах гнили ударил мне в ноздри, заставляя сердцебиение участиться. Нет, это определенно труп. Чей? Будто у меня хватало здравого смысла думать над этим вопросом. Ужас окончательно поглотил мой разум языками пламени, и я, откинув всякое здравомыслие, прикоснулся к руке, торчащей из аппарата, и, когда почувствовал, как она шевелится от моего прикосновения — понял, что сорвался, и, ебанутейше завизжав, абсолютно забыв о скрытности, погнал вперед — к двери, ведущей в более опрятную часть подвала, где мы в своё время нашли книгу АТМ, и, по пути подскользнувшись, распластался на синем мате. Я испуганно взглянул назад, будто чувствуя, что эта штука меня преследует, но увидел в дверном проёме… слабый зеленый свет. Похожий на тот, что мы с Ахмедом видели за дверями подвала, когда «проходили испытание от АТМ», вот только тогда он был гораздо сильнее. Но плевать я хотел на эти мелкие детали, я снова заорал, громче прежнего, и погнал дальше, к дверям, ведущим из подвала назад в школу, и нервно задергал ручку двери, в итоге выломав к чертям собачьим эту гнилую доску, и погнал вперед, не разбирая дороги, и в итоге снова впечатался мордой в грязный пол. Перед глазами наконец оказалась темнота, и наступила тишина, нарушаемая лишь громким бешеным стуком сердца в моей груди, отдававшим кровью по сосудам в голове, окончательно оглушая меня и внушая нереальность происходящего, будто я был во сне, очень плохом сне, сюжет для которого писался в самых потаённых уголках моего мозга, которые я бы не хотел никогда в своей жизни и не бередить. Казалось, да, этот плохой сон должен был закончиться пробуждением, лучшим из всех, настолько прекрасным от осознания того, что весь пережитый мною ужас был нереальным, и сейчас я в безопасности, даже утро понедельника не казалось бы таким ужасным. Но, как бы не было абсурдно всё то, что происходило вокруг меня, мне стоило давно понять — я не проснусь. Мне нет смысла кормить себя этими утопичными мыслями, ведь они всё равно ничего не дадут. Я застрял. Я в безысходной ситуации. Я не уверен, остался ли в данный момент хотя бы один «чистый» вариант побега, и остался ли среди всех остальных запертых со мной узников хоть кто-то, кто готов продолжить сопротивляться вместе со мной. Или же последний огонь потух? Неужто кровавая масса снова подавила в нас всех все остатки человечности? И мы, ровно как предыдущие узники, медленно обращаемся в тех же автоматизированных пешек этого ебанутого механического «революционера», настроившего нас убивать себе подобных в погоне за призрачной и недосягаемой Утопией?.. - Э-э-э, ты, опенёк, КУДА ПО ПОМЫТОМУ?! АХ ТЫ СВОЛОЧЬ МОЛОДАЯ! АХ ТЫ СУКА, ПЕНСИОНЕРОВ НЕ УВАЖАЕШЬ, Я 40 ЛЕТ НЕ ТОГО СТАЖА, ПАХАЮ КАК ЛОШАДЬ, А ОНО ТУТ БЕРЕТ И ВАЛЯЕТСЯ, ТЬХУ!!! МРАКОБЕС!!! ЛЕНИНА НА ТЕБЯ НЕ ХВАТАЕТ!!! ПРИМЕНИШЬ НА ТЕРРИТОРИИ ПОЛА ТАКТИЧЕСКОЕ ЯДЕРНОЕ ОРУЖИЕ, БРЕХУН!!! - из этой пучины пустоты, которой обратилось всё моё сознание от бешеного стука сердца, меня вытащил знакомый ворчливый ор Варвары Пылесосовны, и вдруг я четко почувствовал, как она пизданула меня шваброй по морде, что я аж чуть не лишился всех своих 30-ти зубов. - АНУ ПРОВАЛИВАЙ, ПОГАНЕЦ!!! ЩАС Я ТЕБЯ ПИДОР ВЫЕБУ КОСТЫЛЁМ, ВЫЗЫВАЙ МНЕ ТАКСИ, НА ХУЮ Я ЧТО ЛИ К 11-ТИ ПОЕДУ БЛЯТЬ? НУ ЁБ ТВОЮ МАТЬ, АНГЕЛ СКАЗАЛ: «ЭТОГО ПИДОРАСА НЕ В ТУ СТЕПЬ СЕГОДНЯ БЛЯТЬ», НЕТ ТЫ ПРОСТИТУТКА ВАЛЯЕШЬСЯ ЗДЕСЬ ХУЁПЛЕТ ЁБАННЫЙ ПОНАЕХАЛИ БЛЯТЬ!! И снова эта не по годам старая шарманка(по крайней мере, издает звуки такие же противные), которая, как мне кажется, реально 60 лет подряд просто не могла перейти в 11 класс, и снова она лупасит меня своей грязной шваброй, которая воняет, как хранилище хим-отходов. Как же мне надоела её обсессия к грязному полу, блять, это помешательство сильнее даже всех её инстинктов, она буквально готова продержаться трое суток подряд без еды, безостановочно моя полы! Это наверное, сейчас прозвучит крайне дебильно, но что, если именно она совершила это убийство? Быть может, из-за её нездоровой любви к мытью полов, а может — вся эта личина уборщицы — это маска, под которой скрыты гораздо более глубокие и сложные мотивы, ведь она может быть еще одним американским шпионом среди нас! Я уже не говорю о том, что она была единственной, кто не участвовал в нашем «испытании», и всё это время, пока мы играли в военную драму, убиралась в школе. Бля, она сейчас кажется самым вероятным кандидатом на роль убийцы, особенно учитывая то, как она разговаривает с людьми, и обращается с их лицами... Нет, стоп. Даже если бы Варвара и сунула чье-то тело в самогонный аппарат, она бы тот час вытерла за собой всю кровищу, а сам подвал бы сейчас сверкал, как золотой унитаз Обамы. Но я, буду честен, не в лучших отношениях со здравым смыслом, так что тут же принял бой и совершил уверенный выпад, который ловкая уборщица тот час парировала шваброй, и очень больно пизданула ею по моей руке. - БЛЯДИНА СЕДАЯ!!! КАК ТЫ ПОСМЕЛА ПИЗДАНУТЬ ПРЕДСТАВИТЕЛЯ ТВОЕГО ЖЕ ВИДА?! НЕБОСЬ, НА КОНСЕРВЫ ПУСТИТЬ СОБРАЛАСЬ, ДА, ПИЗДА ТЫ СТАРАЯ?! - заорал я в стиле испанского конкистадора, вновь замахнувшись на Пылесосовну, от чего она с легкостью увернулась, будто ревматизм, больная спина и радикулит никогда её и не беспокоили. - РУКА ЖИТОМИРСКОГО ВЕРШИТЕЛЯ ПРАВОСУДИЯ ОДОЛЕЕТ ТЕБЯ!!! - ЧЁ ТЫ ТАМ ВЯКАЕШЬ, ЛИЧИНКА?! ЧТОБ ВЯКАТЬ, СНАЧАЛА ВЫРАСТИ И НАЧНИ ЗАРАБАТЫВАТЬ, И ТОГДА УЖЕ ПОГОВОРИМ!!! - парировала Варвара Пылесосовна, нанеся шваброй критический урон по моему балбешнику, что на секунду перед моими глазами пронеслись все сервера майнкрафта, на которых я играл. Вдруг послышался звук, похожий на катящуюся тележку в АТБ… В принципе, долго думать, кто среди всех нас ездил на таких же колёсиках, как тележка с АТБ, не пришлось. - Чё за хуйня? Нет, даже не так… - АТМ прочистил горло, после чего заговорил в более привычном для себя тоне. - ВЫ ЕБАНУТЫЕ?! БЛЯ, ВЫ ХОТЬ РАЗ ВИДЕЛИ, ЧТОБ СЫЩИКИ ПИЗДИЛИСЬ КАК ГЛАДИАТОРЫ, ПЕРЕД ТРУПОМ, ИЛИ ПОЙМАННЫМ БАРЫГОЙ, окей, с барыгой еще можно попиздиться, у него ж бабла до… то есть..., ИЛИ МУЖИКОМ, КОТОРЫЙ ОТЖАЛ У БАБКИ СУМОЧКУ?! АНУ РАСЦЕПИЛИСЬ, ШАКАЛЫ В ЖОПУ ЕБАННЫЕ!!! ВАМ НУЖНО РАЗГАДЫВАТЬ ЗАГАДКУ УБИЙСТВА, А НЕ ДЕРЬМОМ ТУТ БРОСАТЬСЯ, ВЫ, ГАНДОНЯТА НЕДОЛУПЛЕННЫЕ!!! Ой, - вдруг банкомат застыл, будто муравьи перегрызли в нём провода. - Это вы, Варвара Ростиславовна, прошу прощения за грубость… Если этот мелкий гондон отвлёк вас от мытья полов — разрешаю его хорошенько отпиздить. - ЭЙ?! КУЧА МЕТАЛЛОЛОМА, ТЫ ЕЩЕ НЕДАВНО МЕНЯ БЫЧАРОЙ НАЗЫВАЛ, А ТЕПЕРЬ ХВАЛИШЬ ЭТУ МАРАЗМАТИЧКУ!! ДА ОНА ЖЕ ТОЛЬКО ЧТО УБИЛА ОДНОГО ИЗ НАС, ДА ЕЩЕ И КАК!!! ОНА ЕБАНУТАЯ!!! - взвыл я от очередного удара пропитанной грязными ботинками шваброй прямо мне по лицу. - Варвара делает больше работы, чем все вы, пиздючата, вместе взятые. Если б не она — все полы пришлось бы мыть мне, мне нельзя её гневить — иначе мне снова придется горбатить свою механическую спину, моя полы, парты и доски от говна и нарисованных писюнов. И ВООБЩЕ, КАКОГО ХУЯ ТЫ ТАК ЯРО ПИЗДЯЧИШЬ ПРО УБИЙСТВО, А САМ И ТРУПА НЕ ВИДЕЛ, А?! ДОЛБОЯЩЕР ТЫ ДАУНОПОДОБНЫЙ?! ВСЕ УЖЕ ДАВНО СИДЯТ И ДУМАЮТ-ГАДАЮТ В СТОЛОВОЙ, ОПЛАКИВАЮТ НАШЕГО ПАВШЕГО БОЙЦА, А ТЫ ТУТ ПЕНСИОНЕРОВ НЕВИННЫХ БЬЕШЬ, ТЕРРОРИСТ МАЛОЛЕТНИЙ! ДАЙ ТЕБЕ ГРАНАТУ — И ТЫ ЕЮ ПОЦЕЛИШЬ В ДОМ ПРЕСТАРЕЛЫХ, АМОРАЛ!! - циферки на лице банкомата образовались в лицо с приподнятой бровью, а клешни он поставил в боки с таким конкретным доёбом, что мне на секунду аж стало некомфортно. И ведь действительно, может это и вправду была лишь моя бурная фантазия?.. А может, трупов на самом деле два?.. Ну, не стоит еще забывать четырех павших в битве, но их тела даже за всё то время, что мы шароёбились около замка, нельзя было принести сюда и успеть сунуть в самогонный аппарат. - БЛЯ, ТЫ ПОХОДУ ССЫКУН, КОТОРЫЙ УВИДЕЛ ДОХЛУЮ КРЫСУ И ОБОСРАЛСЯ В ШТАНЫ. МАРШ БЛЯТЬ К СТОЛОВУЮ, ПИЗДЮК!!! - вдруг клешни так сильно стукнули меня по спине, что я сам чуть не получил радикулит третьей степени, и отлетел на пару метров, прям как в эпичном боевике. Пиздец. Я шизоид, мама. Так ты была права, когда сказала мне это в 6 классе… Я гуль, я дед инсайд, так еще и шизоид, блять! Дурка по мне плачет — мне уже мерещатся везде трупы, кровь, кишки и мясо! С каких пор я успел получить пост-травматическое расстройство, аллё? Ай ладно, похуй, сначала нужно отловить за хвост того уёбка, который посмел не только убить моего товарища, одарить меня психическим расстройством, так еще и принудить меня к принятию важных решений и конкретных действий! Не прощу, нахуй!!! Именно с такими мыслями я вновь принял позу агрессивного бычары и решил полагаться на поговорку «то, что не убивает нас — делает нас сильнее», потому что шиза — это хотя бы не коронавирус, и с особо злобным лицом попер к столовой, в очередной раз поразившись чистоте пути к ней — ни единого разлитого блевотного молочного супа, идиллия. Со всей возможной ненавистью к дверям, ведущим в обитель омлета, я отворил их, как какой-то накачанный персонаж из древнегреческой мифологии, ломающий своей грудой мышц всё на своём пути. Ну и расхуячил я те двери, как мой дед в 40-ые немецкий танк Панцер, будто этот кусок древесины и был инициатором всего того гемора, что преследовал меня последние пару дней, как-будто я был ебанутым римским легионером, а двери - мирным жителем Афин, как-будто эти двери всю мою семью в свое время вырезали и толкнули меня на криминал. Приблизительно похожие чувства я испытывал к человеку, из-за тупейшего помешательства которого погиб мой товарищ. Но я злился и на себя, конечно же: кто ведь, как не я, не сумел придушить идею еще в утробе, ведь бездумно шел на поводу у злодея, и не подозревая масштабов обмана? Конечно же я, Наруто, главный обсиратель своих же планов во всем Диком Севере Украины! Я тяжело ступил на обблеванный кафель, не обращая внимания ни на цинично поглядывающих на эпицентр шторма американского шпиона, что-то записывавшей в своей книге ереси, и ее подружку-дилера, смотря в ту злосчастную точку из-за тьмы капюшона с толикой интереса, не страха, а такого бездушного любопытства, присущего этой бешеной барыге, ни на Станиславу, которая осматривала окружающую обстановку со взглядом ревизора: она явно не собирала улики, а просто в голове описывала этот интерьер, чтоб потом вставить в свою крокодилофильскую летопись, ни даже на единственного человека в столовой, от которого последовала адекватная реакция - и это заиндевевший в бездонной полынье глаз ужас, та самая неизменная константа, заставляющая нас бежать от опасности, от невидимого врага, и я мог понять ебанутого пироманьяка - я чувствовал то же несколько минут назад, и может даже хуже. Но мой ужас вскипел из холодного железа в раскаленную разжиженную сталь гнева, и я пошел вписывать своему врагу в морду блять, ведь, как говорил мой дед: у мстителя нет пути, только цель, к которой он будет ебашить не глядя на дерьмо под ногами, ну и наебнется. Эту мудрость дед мне сказал тогда, когда мы наблюдали, как сосед Михалыч пиздовал к гастроному за новой бутылкой отборной дешевой житомирской алкахи. Ну и говно не было аллегорией, он реально об него наебнулся. И та же участь ждала и меня - я тоже наебнулся об брошенную посреди нихуя тарелку, и ощущение того, как гравитация притягивает мое тело к земле, прочувствовалось во всех его ебучих красках, особенно когда моя морда прокатилась по грязному кафелю, и я еще и умудрился ушибиться о 3 стола, стоявших в метре от меня, а потом, как вишенка на торте моего невероятного невезения, на мой зад ебанулась еще одна тарелка. Госпожа Фортуна не то, что меня не любит, нет блять, она меня ненавидит, как баба Валя малолетних алкашей. Буду честен, мститель из меня хреновый, но я хотя бы пытался. Вот только пизданулся я прямо перед чужим лицом... и, к сожалению, это не был случайный товарищ по несчастью, наебнувшийся о разлитый на пол суп. В уж больно жуткой и гротескной гримасе застыло выражение его мертвенно-бледного, словно чисто вырезанного из кости, лица, будто в последнем своем мгновении жизни прочувствовав неописуемую, недосягаемую для человеческого мозга боль, агонию, заставляющую каждый мускул застыть вместе с кровью в жилах, обратившись льдом. Но больше всего пугал взгляд пустых глаз, будто побелевших, утративших блеск и ставших подобным сухому пластику, в них этот предсмертный ужас застыл в самой кульминации, в самом жерле вулкана, и мне показалось, будто я увидел чью-то тень в блеклом отражении зрачка... Я опешил. Передо мной был труп. Он был не самым приятным человеком при жизни, но что-то в его повседневном поведении задавало всеобщей дружеской атмосферы, и ведь это было еще вчера, еще сегодня утром, еще парой часов ранее он был жив, был абсолютно таким же живым организмом как я, со своим сознанием, желаниями, мечтами, чувствами, что мог думать, любить, ненавидеть, равно так же, как могу сейчас и я. А что теперь? Теперь это просто масса, бездушная, неостановимо гниющая, обращаясь частью этого вечного цикла жизни и смерти, став пристанищем для кучки паразитов, как пропитание, но не как разумный человек, живший свою собственную, полную чистых эмоций и переживаний, жизнь. Вселенной все равно. Она - лишь среда для этих событий. Ничто не способно повлиять на, так называемую, судьбу, кроме нас самих - кто, как не мы решаем, кого сегодня обратим в гниль, а кого оставим в живых? Убийство - это выбор, это несказанное преступление, это клеймо, прожигающее кожу до костей, и его невозможно простить. Убить — значит уничтожить не просто человека, это уничтожить в нём то, ради чего мы, как вид, проходили миллионы лет эволюции, чтобы выйти за пределы существования на основании своих инстинктов, вписанных подобно программному коду в наших мозгах природой. Быть человеком — несравнимо с бытием животным, и, тем более — бездушной массой гниющего мяса. Быть живым человеком — это испытывать этот мир на всех уровнях существования, это быть его важной частью, способной внести свою лепту в его существование вне простого цикла жизни и смерти, быть человеком — это существовать за рамками этой константы, быть способным её изменить и, что самое главное, решать, у кого и чего отнять эту возможность собственного существования, не окованного кандалами простых животных инстинктов. Не мне, не простому школьнику, как к простому школьнику с такими же желаниями и потребностями, как у меня. Именно поэтому я должен встать. Именно поэтому я должен откинуть страх, взглянуть ему в глаза и наконец обратить в праведный гнев, дабы придать этой "среде" хоть некоторой "справедливости". - Гарик, - я встал, сухо произнеся имя покойника, чья небритая морда 50-летнего школьника утеряла свою дебильную улыбку, демонстрирующую выпавшие к чертям собачьим зубы от вкручивания ими гаек, чье пивное пузо на удивление дезинтегрировалось, будто дальнобойщик проходил в спортзал 3 месяца, чья грязная обблеванная фуфайка будто превратилась из предмета одежды в простую валяющуюся тряпку. Я бы сейчас завыл, но сдерживался перед четырьмя дамами, но вообще мне было на них похуй. Я стеснялся выть перед трупом. Я материализовал из воздуха всратую шляпу, дабы в акт скорби по погибшему товарищу опустить ее вместе со взглядом в пол. - Гарик Анекдотодел. Великий повелитель трассы М-15, покоритель трассы "Киев-Житомир", первооткрыватель трассы "Киев-Чоп", травитель наиопаснейших на свете анекдотов про путан и ГАИшников, которые меня настолько заебали, что я слегка рад тому, что больше их не услышу... Но буду скучать. Такого героя нужно почтить анекдотом. Это то, чего он хотел бы перед смертью... - Кхм-кхм... - демонстративно покашляла Худовозик, как-бы непрямо говоря мне: "Ты долбоёб?" и тыкая пальцем в висок с непонимающим выражением. - Это то, как нужно почтить память настоящего Анекдотодела! - ответил я на это резким и торжественным поднятием руки в небо, будто прославляя в очередной раз Майнкрафт. - Кхм-кхм.. Умирает Барак Обама. Через 10 лет ему становится скучно, и он просит Святой Омлет отпустить его на Землю проведать, как поживает его страна. Омлет отпускает. Заходит Обама в бар в Нью-Йорке, заказывает пиво и спрашивает бармена, как страна поживает, как развивается, какие проблемы решает. Бармен удивлённо: "Какие проблемы могут быть? Мы же Великая Империя, всё кругом наше." "Как наше? А Ирак? Афганистан?" "Да уже всё наше!" " А Европа? Африка? Ближний Восток?" Бармен достает из-под стойки глобус и гордо крутит его. "Я же говорю - мы империя, весь мир принадлежит нам!" Обама радостный, довольный и гордый, допивает пиво и говорит: "Ну спасибо, друг, сколько с меня?" "Одна гривна..." Я четко услышал, как Худовозик со всей дури шлепнула себя по лицу. Я же был горд этим анекдотом, представляя распродажу житомирских носков и грибочков с самого севера Киевской области, ну и одесский бычок где-нибудь в Новом Орлеане… - Я надеюсь, ты достаточно напаясничался, и мы можем наконец перейти к делу и разобраться в убийстве... - потерла переносицу Худовозик с таким раздражением, будто была готова порезать меня на бекон самолично. - Не-а. АУ-У-У-У-У-У-У-У-У!!! - я сдержал обещание и по-волчьи горестно завыл, почтив память дальнобойщика, будто отпевая его вместо священника, только после этого я успокоился. Волк волку брат. А лучше один день пробыть волком, чем сто - глистом. - И, слушай сюда, жаба ты антропоморфная, я не нуждаюсь в твоей помощи, я, сука, уже увидел твое ебучее истинное лицо и видел твой взгляд на жизнь, ни на йоту не отличающийся от ебанутости нашего врага Хидэо! Я похож на ищейку или что? Нахера мне подробности того, как его убили, если все, блять, ясно как день! - я уже собрался уходить, дабы снова выйти в поле и голыми руками, как бейсбольной битой, отбивать трубчатые бомбы, но меня резко остановили. - Стоять. Не смей действовать импульсивно. Наверняка все не так однозначно, - эта срань зеленая вдруг отвела взгляд. - К тому же, разве злосчастный Хидэо все это время не был в поле нашего зрения? Сомневаюсь, что во время убийства использовалось рукоприкладство. - Худохрень демонстративно указала на какую-то гнилую субстанцию, валяющуюся около трупа, и так подозрительно окруженную осколками белой керамики. - Скорее всего, его отравили. - Ну охуеть! А почему тогда мусора не ловят продавцов шавермы и не проводят им такие же голодные игры, как АТМ, за то, что с десяток человек ежедневно из-за них травится?! - в какой-то момент я решил не отвлекаться на мысли о продавцах шаурмы. - В любом случае, это, блять, очень даже в стиле этого смазливого уродца - не пачкать руки кровью, да еще и нам мороки добавить! Ну охуеть блять, так чего ты меня останавливаешь, а?! Всё очевидно, и я уже знаю, кому нужно надрать зад! - Не забывай, что фирменная тактика Хидэо - это шантаж. Не откидывай вариант того, что он мог заставить делать это кого-то другого. - А вот я сейчас сам к нему приебусь, выбью всё дерьмо, и он мне обо всём расскажет! Эта твоя дедукция никому не всралась, когда уже стало понятно, что из нас делают марионеток на поле битвы. Нас уже заставили начать войну, а значит, нужно вести ее до конца, пока наш главный враг не заплатит за всё сполна. АТМ этого и хочет — дабы мы ходили вокруг да около, пока кусок сыра лежит у нас перед глазами, понимаешь?! Это наверняка один из его методов, чтобы превратить нас в супер-солдатов! Но я, - я демонстративно ткнул себя в грудь, как ебанутая горилла. - Я не тупой! Я иду выбивать дерьмо из Хидэо!!! - Как раз-таки наоборот… - вздохнула американский шпион. - С нами ведут игру на двух фронтах. Это делает не только АТМ, но и убийца, и конечно же он захочет, чтобы мы думали, что виновник — это Хидэо. Во-вторых, выйдешь — тебя мгновенно убьёт осколком от очередной бомбы. Я увернулся от её руки, якобы «помощи», и отпихнул её попытки снова затянуть меня в их расследование, как инструмент на шахматной доске, которым большеголовые ребята могут орудовать, ломать как-угодно, дабы враждовать друг с другом, при этом не пачкая собственных рук. Я не собираюсь слушать эту ведьму, которая даже не слышала о «человеческой морали», и не думала о том, что означает смерть. Для неё, как частички вершин общества, смерть — будто что-то, присущее лишь нам, простым плебеям, крошечным букашкам, которыми они управляют, возомнив себя богами. Забавно, правда? Ведь все мы — представители одного вида, но всё же выстроили концепцию «иерархии» за рамками здравого смысла, мы вышли на уровень того, что управляем себе подобными, как охотничьими собаками, а то и скотом. Они, эти «лидеры», поклялись быть нам поводырями, а кем они на самом деле являются? Не более, чем волками в этой обманчивой личине. Пришло моё время поджопником столкнуть их с Олимпа. Я не нуждаюсь ни в союзниках, ни в «поводыре», ни в какой опоре и не нуждаюсь в протекторате самой державы. Я сам — и есть та нерушимая сила, я и есть квинтэссенцией всего того человеческого, ради чего мы проходили миллионы лет эволюции. Я рожден, чтобы побеждать, и чтобы идти вперед. В моих жилах течет кипящая, бурлящая, точно та смола, кровь, человека, который жаждет вернуть этому миру справедливость. Ту справедливость, заложенную в наше сознание законами природы, не искаженную ничьими догмами и идеологиями, не видоизмененную под чужой лад, такую простую и первобытную, которой она и должна была оставаться. Заебали блять все. Я дединсайд. Я иду набивать морду этому амбалу очкастому. - Твоё решение. Глупое, но решение, - я не понял, прозвучало ли это в моей голове, или Худовозик и вправду это сказала на пару с максимально надменным цоканьем языком, будто она уже знала, что выйдя за двери школы, я выберу неправильный путь, что приведет меня тот же час в руки Смерти. Я вышел в коридор, и тревожная атмосфера, исходящая от трупа, от всей этой кучки испуганных детей, всё это улетучилось, заменившись странной легкостью. Будто высказав всё, что лежало тяжелым камнем на моем сердце, я действительно скинул с себя ржавые кандалы, оставившие на коже жуткие красные отметины. В коридоре было на удивление темно, и только яркий, но мертвенно-бледный свет из окон освещал помещение. Послышалось постукивание, спешное, будто сотни крошечных ног метались по кафелю, и даже мои собственные шаги, на удивление громко отбивавшиеся от стен, не могли полностью его заглушить. Значит, пошел дождь. На руку мне это, или нет — не важно, я понимал, что гораздо сильнее любого стихийного бедствия была злость, кипящая во мне. И только я хотел потянуть за ручку двери, что-то потянуло меня за капюшон, от чего я хотел инстинктивно парировать неожиданный удар, но, к моему удивлению, позади меня была всего лишь Лина «Ебанутый пироманьяк-мольфар», которая испугалась моей ответной реакции больше, чем я её. Обладательница закарпатского акцента неловко поправила свою куртку и прочистила горло, что должно было означать только одно — меня ждёт серьезная беседа. - Ти це дарма від допомоги відмовився, чувак... - моя одноклассница с волосами цвета моркови(фу, морковка, она НЕВКУСНАЯ) вздохнула, доставая из кармана небольшой продолговатый предмет, и я тут же узнал в нём трубчатую бомбу. - Але якщо ти хочеш помститися, вважай, що я з тобою. Ці гади поплатяться за державну зраду, їх вже заплямило Каїновою печаттю, як їх не покарає Бог, то покараю я, - Лина достала из кармана странный деревянный амулет, украшенный остроконечными узорами. - Ми з Остапом пов’язані духовно, тому за допомогою цієї штуки я ще відчуваю, що він живий. Може, жива ще й совкодрочєрка... Але не суть. Бабця моя, знатна мольфарка, казала, що цей оберіг захищає від нечистої сили... Якщо хтось дасть по макітрі моєму фамільяру, цей оберіг шандарахне блискавицею цього бовдура! - Прости меня за моё недоверие к греко-католицизму и колдовству… Но мне что-то подсказывает, что поехавшую коммунистку вместе с канистрой бензина и моим братаном явно задавило… С другой стороны, мне нравится твоя идея! Рано говорить, что они мертвы. Они могут быть в беде, и мы должны прийти им на помощь как можно скорее, какие мы тогда им боевые товарищи? Ух, зря я вспомнил слово «товарищ»… - я оглянулся, на всякий случай проверяя, не появилась ли за моей спиной абсолютная социалистка. Мда, только пообещал себе не находить союзников, как тут же насрал себе в уши. Ну Нарутка, чё с меня брать? - Значит так, по рукам, я работаю с тобой. Мы надираем зады поехавшим оппозиционерам и спасаем наших, пока эти умные ребятки там себе вынюхивают следы убийства… В чём смысл, когда можно сразу полезть в гущу битвы и спросить у убийцы самолично, испугав его дулом хорошенького пулемета! - я снова зажегся боевым духом и пожал руку новому члену своей команды — абсолютному мольфару, и вместе мы в молчаливом согласии открыли дверь, и холодная харча тумана на пару с ебашащим как неадекватный ливнем тут же ударили нам в рожи с вертухи. Но мы не из робкого десятка, нас это не испугает. Мы — две ебанутые псины войны, и на пути к нашей цели нас не остановит ни землетрясение в 8 баллов, ни цунами, ни извержение вулкана - в общем, никакое стихийное бедствие нам не страшно. Второе, что ебануло нам по лицам, помимо неприятной погоды, это ебейшей мощи ударная волна от взрыва трубчатой бомбы, сбившая меня с ног, что мигом меня оглушило, но я тут же совершил перекат и погнал краткими перебежками через, как на злость, такое опустошенное пространство между школой и заставленной домами частью поселка. Перекатом я добрался до небольшого футбольного поля, на котором местные дети в своё время, судя по всему, пинали шары, и помог добежать сюда Лине, вместе мы скрылись за небольшой лавочкой, что явно предназначалась для того, чтобы мелкие футболисты могли сменить обувь перед игрой. Теперь я мог четче разглядеть, кто вообще нас преследует и от чего мы должны бежать: около школы туда-сюда ездил хвалёный боевой жигуль Хидэо, пару автоматизированных газонокосилок и еще две знакомые фигуры — одна бегала вокруг, суматошно вереща, как это любят делать бухие юристы; а вторая, оседлав полуживого осла, обстреливала из револьвера стены школы, не столько, чтобы по кому-то попасть, сколько просто для факта выстрела. Ну, типичный американец. Из всех членов вражеской команды не было видно только лидера, Светы Кейпоп и Масайоши, что играло нам на руку. Не думаю, что мы не справимся с абсолютной вейпершей самопровозглашенной певицей, а Хидэо, лишившись своего жигуля, наверняка сам от нас убежит. Кстати о жигуле, похоже, что и наши «две стороны конфликта» раскололись еще надвое: пока наша команда разделилась на двух бычар, которые прут пиздить врага без лишней мороки и на лошков, которые че-то там решают загадки какие-то, кто-то из вражеской стороны решился предать Хидэо и действовать на своей собственной основе. В случае Ноя Смита и Петьки, это определенно ебанутость. Что ж, не важно, они в любом случае больше не на хвосте, и вряд ли попрут защищать своего очкастого царя, им важнее штурмовать школу, так что это давало нам возможность поползти по земле к ближайшим кустам, ведущим к дому какой-то бабки. Я тут же решил забраться на его крышу, будто это была дозорная башня, чтобы понять, куда нам двигать, чтоб добраться до леса незамеченными ни шавками АТМ, ни наёмниками, ни нашими же одноклассниками. Поставив ноги на подоконник, я с легкостью накуренного физрука подтянулся на шифере, пропитанном асбестом, и помог своей напарнице забраться на крышу вместе со мной. Дождь ебашил, я уже чувствовал, как скоро меня пизданет из-за спины ангина, холодный ветер ебашил с ним в унисон, а молочно-белая харча тумана ухудшала обзор, как-будто я 5 часов подряд без остановки играл в майнкрафт и посадил зрение. Особо полюбоваться видами Хухрёвска нельзя было — и так однообразный вид на одинаковые улочки, дачные домики, огороды, собачьи будки и один-единственный на ближайшие 20 километров магазин портила еще и погода. Я тяжело вздохнул, пизданувшись на шифер животом вверх и меня прожгло желание набухаться и обкуриться до потери сознания, чтоб жизнь перестала заставлять меня принимать важные решения, когда я не хочу этого делать(всегда). - Підказує мені ліс, що чекає нас біда... - вывела меня из размышлений Лина своим не очень позитивным утверждением. - Ну а заговір на удачу можна робити тільки в зоряну ніч, бажано на Андрія чи Купала... В такий дощ взагалі мало що допоможе, хіба що ніхто нас не помітить. Єдине, що нас може спасти в екстреній ситуації крім магії Перуна... Це одна-єдина трубчата бомба, - она в очередной раз показала мне свою находку, после чего снова спрятала в карман, будто боясь, что даже дождь может как-то затриггерить взрывной механизм внутри устройства. - Фактично, ми пробираємося в тил беззахисними. Хіба що в мене є туалетний папір. Ну, я конечно при таких взрывах тоже могу обосраться, но… Ладно, я задумался. В её словах есть смысл, не считая фразы про бумагу, — у меня даже моя титаново-прочная удочка сломалась, а крапива особо нас не спасет. Мы абсолютно беззащитны и безоружны, но в словах Лины была и позитивная нотка — и это дождь. Дождь смоет наши следы, а туман скроет нас от чужих глаз, если мы будем действовать скрытно. В конце-концов, не все военные миссии представляют из себя прямую атаку, ведь так? «Стелс-миссия» - где-то я уже это слышал… - Она нам и не нужна. Шпион ведь не берет с собой на миссию гранатомет, ведь так? Мы проползем меж этих гнилых домов, как гадюки, понимаешь? А потом подкрадемся к Хидэо со спины и пизданём со всей силы! Идеально ведь! - я тут же щелкнул пальцами, поражаясь своей гениальности, и спрыгнул с крыши, приземлившись с ловкостью Человека-Паука. - Сєчеш, каністра. Ніякі кулаки з вмінням хитро встромити ніж в спину не зрівняються, - хмыкнула абсолютная карпатская гадюка, аккуратно спускаясь следом за мной и начиная на цыпочках двигаться по улочкам Хухревска. Улицы Хухрёвска были прекрасны… пока по ним не ебашил дождь, и всё отборное дерьмо не затекало мне прямо в кроссовки, потому что о асфальте в таком глухом селе можно было даже и не мечтать. Вода стекала по стенам каждого из полуразваленных домишек, мне даже казалось, что их вот-вот смоет, они явно держались на одном честном слове; 3-метровые заросли борщевика нависали надо мной, как гопота над бомжом, что мне становилось жутко не по себе, ко всему прочему — начиналось ранее утро, объективно самое стрёмное время дня, особенно в туман, так еще и осенью, как бы фотографам не удавалось делать красивенькие слащавенькие фотки, где солнце пробивается из-за горизонта, небо наливается розоватыми красками, напоминая раскрашенное лицо красивой дамы, а трава, скрытая в легкой дымке, усыпалась бусинками росы… На деле ранее утро пиздецки страшное. Небо над моей головой было таким аморфным, будто нереальным, будто над пустотой повесили какую-то тонкую белую блеклую вуаль, а потом орда вейперов напарила туда, образуя этот жуткий туман, из-за которого казалось, будто за каждым поворотом меня ждал слендермен, а холодный дождь пронизывал, будто этот слендермен еще и щекотал меня за бока своими холодными скользкими ручками, бр-р-р… Именно поэтому мы пытались долго не задерживаться ни на секунду, а краткими перебежками и перекатами двигались вдоль заборов, загораживающих дачные домики и огороды, держа курс на лес, к которому можно было с нашего нынешнего местоположения добраться, не пробираясь через огород бабы Вали, защищенный 3-метровой стеной из кукурузы. Точнее, проход в лес начинался как раз на окраине Великой Житомирской стены, где мы сейчас и находились, припав ушами к гнилым и оккупированным делегацией слизняков доскам забора, пытаясь понять, нет ли угрозы в виде шавок АТМ в лесу. Честно, было так хуево, что даже и болтать не хотелось, даже анекдоты про Обаму травить не было охота… Стоп. Холодный ветер медленно пощекотал мою спину самыми кончиками своих холодных острых когтей, послышалось суматошное карканье воронов вдалеке. И будто бы где-то под корой моего сознания послышалось, как знакомый тихий голосок напевает странную, слегка хаотичную, мелодию. - Хай мама приїде хай мама прийде хай мама за ментури мене забере… Я пам’ятаю своє рідне село, де я лопатою черпав гівно, не піду в армію, воу-воу... Мы не одни. Чей-то взгляд прожигал нас, и я чувствовал это. «Вжух!» - я четко услышал этот просвист в миллиметре от своего уха, будто какой-то крошечный снаряд, рассекая воздух, полетел в меня. Я увернулся, а повернув взгляд, увидел, как какая-то чистилка для ногтей вонзилась глубоко в доску, возле которой еще пару секунд до этого находилось моё лицо. Испуганный визг застрял комом в горле, разлившись по груди холодом, а сердце, будто беззвучно, суматошно застучало. В следующую секунду что-то шлёпнулось рядом со мной, и воздух тут же провонялся клубничным вейпом, а блевотный розовый дым закрыл обзор пуще прежнего, будто скооперировавшись с туманом, дабы поднасолить мне еще сильнее блять. Тогда я уже откинул всякий командный дух и бросился в первом попавшемся направлении, как ужаленная в жопу макака, но стоило мне пробежать 2 миллиметра, как меня кто-то схватил за капюшон и с силой притянул к себе до некомфортного расстояния, и стоило дыму клубничной дымовой шашки развеяться, как я четко смог рассмотреть лицо, прошпаренное тоннами корейской косметики по туториалам «Как стать двойником Чонгука с помощью подручных средств», с короткой, прямо-таки кейпопной стрижкой(так стригутся только кейпоп-айдолы, я говорю) цвета пуза жирной собаки и страшно закрытыми глазами, будто она самолично проиграла 55 часов в майнкрафт без остановки. - Ты какую группу уважаешь?! - пропела мне в лицо Света Кейпоп очень агрессивно в стиле аллегретто. - КАКУЮ ГРУППУ УВАЖАЕШЬ, ГОВОРЮ?! - она немного попрыгала, повторяя невероятную хореографию БиТиЭс, от чего мой капюшон в её хватке, равной 69-ти атмосферам, чуть не порвался. - Я… э… мне нравится группа «Выебоны», - честно сказал я. - УАААРРРРР!!!!!!!!!!!! - Света зарычала, как бешеная злая псина с поющим блэк-метал вокалистом на фоне. - ТЫ ЧЁ АХУЕЛ?! Я НЕНАВИЖУ «ВЫЕБОНЫ»!!! - абсолютная певица схватила одну из досок, из которых состоял забор, вырвала её и запустила в стратосферу с тем же неистовым адским ором, и вдруг успокоилась, приняв полную гордости позу. - Я уважаю группу «БиТиЭс»… - Поздравляю. А ТЕПЕРЬ ПОЖУЙ ГОВНА-А-А!!! - с этими словами я совершил резкий выпад, схватив женщину-Чонгука за руку, после чего коронным приёмом «Хрущ, который упал в бочку с водой» заломил запястье за спину, но и моя оппонентка не говном деланная, так что своими боевыми розовыми сабатонами пизданула мне по колену, сбив меня с ног. Но бля, она же не в курсе, что сейчас против неё одной двое ебанутых псин войны, ей точно не спастись! Я вывернулся, снова встав в боевую стойку, и с особой ловкостью поднял с земли генератор дыма и, мысленно перекрестившись, взял эту хуёвину в рот и хорошенько вдохнул побольше отборной клубничной дымяры. Я почувствовал, как мои лёгкие танцевали дабстэп. В следующую секунду я выдохнул всю эту химическую реакцию, что закрыло моей сопернице обзор, а потому я мог ловко подойти сзади и наконец оглушить её… но этого не случилось, и я потерялся в выкуренном мной же дыме, и вскоре почувствовал, как меня снова потянули за капюшон, и принялся отбиваться от своего врага своими культяпками, в итоге мы сцепились, как бешеные лишайные коты, и принялись херачить друг друга, как бухие депутаты во время принятия законопроекта про взятки. Не успели мы повырывать друг другу все патла, как нас остановила мольфар… - Ви ашалєлі взагалі? Ану розліпились, алкаші йобані, ви як Динамо проти Шахтаря, які пиздяться на полі... - я четко услышал, как она шлёпнула себя по лицу. - Я ЕБУ СОБА-А-АК!!! - с боевым кличем, скорее напоминавшим очаровательное пение диснеевской принцессы, Светлана Кейпоповна с новой силой скрутила мои руки и пизданула грязным кроссовком прямо мне морде. - Боооооже, яке кончене. Боже, це такий позор, це пизда. Провокатори хуєві, як хочете втікти з цього села, то АСТАНАВІТЄСЬ, - мольфар, делая референсы сразу на НЕСКОЛЬКО украинских мемасов, замахала перед нами культяпками, как бешеный миротворец, всё тыкая нам примирительным жестом перед глазами, после чего повернулась именно к Светочке. - Чому б тобі не виїбати не собак... А Хідео? Так сказати, ОЛЕКСА, КАРАТИ! - Всегда готов, сразу трахнуть несколько робото-о-о-о-о-в… - видимо, это было «да», поскольку после этой строчки песни она убрала своё копыто с моей хари и отдала честь британскому колонизатору и подняла с земли свою блевотную электронную сигарету. - Вот именно, нехуй по мне топтаться, сука! - выплюнул я с особым напором, как сломанный кран, после чего поднялся на свои две родимые и, вытерев дерьмо со штанов, намазал его на щеки, как боевой раскрас. - Значит слушай сюда, МЫ ВСЕ ТУТ — ГОВНО! И «ГОВНО» НУЖНО ГОВОРИТЬ ГРОМЧЕ! ЗДЕСЬ ТЕБЕ НЕ КУРОРТ, КАЛАШ МНЕ В ЗАД — ЭТО АРМИЯ, ТРОТИЛ МНЕ В ЖОПУ!!! АРМИЯ, ДАЖЕ ИЗ ТАКИХ ЛОХОВ КАК МЫ, ДЕЛАЕТ НАСТОЯЩИХ МУЖЧИН(И ЖЕНЩИН), РАЗРЯД МНЕ В АНУС, ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛА?! - я потрепал одежду абсолютной вейперши, которая абсолютно точно выглядела, как типичная корейская школьная форма, и тем не менее, эта тряска не заставила ни единый мускул на её лице дрогнуть, будто она тут была командиром, а не я. - Ты чё думаешь, с тобой здесь будут нянчиться, истребитель мне в ангар?! Я лично буду выбивать тебе дурь из башки, крейсер мне в бухту. Ты здесь, чтобы защищать житомирскую родину от сраных роботов, а не валять э… м… этого.. БАНЬКУ!!! Всё понятно, девочка? Весь ядерный потенциал мне КУДА?! - я резко приблизился к морде этой розовой засранки с этим риторическим вопросом. - В ЖОПУ-У-у-У_-У-У_у!!! - я так и не понял, был ли это ответ, завывание собаки, или строчка из рандомной итальянской оперетты. - ВОТ ЭТО БОЕВОЙ ДУХ! С ТАКИМ ЖЕ ВИЗГОМ ТЫ ДОЛЖНА РАЗРЫВАТЬ БАРАБАННЫЕ ПЕРЕПОНКИ НАШИХ ВРАГОВ, РЯДОВОЙ! Так, нам нужны крутые погоняла, чур я… э… Баламут! - это была отсылка на аниме, которое моя матушка смотрела в 4:20 ночи, и мне, на удивление, оно понравилось, особенно главный герой по кличке «Баламут», который обстреливал вампиров и зомби, а также победил Человека-Паука, был невероятно крут! - Ты, Лина… я бы и продолжил называть тебя «пироманьяк», но это не так круто… Звали напарника Баламута в аниме «Мотор», тебе пойдет. А ты будешь… эм… - Чонгук, - невозмутимо отчеканила Света Кейпоп, будто перечеркивая все остальные варианты тупых погонял. - Чугун! - я щелкнул пальцами и заржал, как кит, которому весь ядерный потенциал влетел в жопу. - А может и Чифир, или Чушкарь... - Нарутка, не нервуй мене, - вздохнула Мотор, потирая переносицу. - Нагадую, нам треба... Цей во, товарищів рятувати. Прямуймо на північний схід, пані та панове, ліс кличе звідти. - А, точно, - я честно забыл про это. - Короче да, валяем! Что ж, в нашей команде пополнение, а значит шансы подохнуть спустя 2 шага понижаются. Мы, на этот раз целой святой троицей, с ловкостью бешеных макак перепрыгнули через забор, и тут же оказались в гигантском лабиринте из кукурузы, которому не было конца-края, над головой — кукуруза, перед лицом — кукуруза, сзади — кукуруза. Бля, весь обзор занимала кукуруза! Хрущовский рай какой-то! В таком месте было не просто легко потеряться, но и попасться в лапы шавкам АТМ. - Нам нужен компас. Или бля, хотя бы мох, чтобы знать, где север этот ёбанный! - прошептал я, рассматривая своё окружение, пытаясь найти хоть что-то в пределах этого кукурузного Эльдорадо, после чего многозначительно посмотрел на клубничную сосалку во рту Светочки с лицом мыслителя, после чего воскликнул. - УРЕТРА!!! ой… ЭВРИКА!!! ЧУГУН, ОТДАВАЙ СВОЙ ПАРОГЕНЕРАТОР, СЕЙЧАС НАСТОЯЩИЙ МАСТЕР ВЫЖИВАНИЯ ПОКАЖЕТ, КАК ОРИЕНТИРОВАТЬСЯ ПО ВЕТРУ! - я выхватил электронную сигарету изо рта напарницы и со всей силы подул, призвав гигантское облако пара, которое тут же полетело слегка влево, а я то запомнил, куда мне ебашил ветер, когда мы стояли перед этим забором, а значит, нам нужно идти влево, чтобы выйти к лесу! - НАРУТКА БЛЯТЬ. ПІЗДААА, БАЧОК ПОТІК! ЙОБ ТВОЮ МАТЬ З ЦИМИ ВІКНАМИ... В ЦИХ МАШИН СТО ПУДОВ ЯКІСЬ ДЕТЕКТОРИ ДИМУ Є, БЛЯЯЯЯ.... - стоило Лине завизжать об этом, как я заметил, как надо мной нависла гигантская тень, и мурашки целым табуном пробежались по моей коже, и я был не в силах повернуть взгляд вверх и встретиться с хищником, который словил меня, глупого крысёныша, в ловушку. Я задержал воздух в своих лёгких, будто нырял под воду, и всё же решился аккуратно повернуться, и тут же чуть не усрался. Гигантский, возвышавшийся над кукурузным полем как небоскреб, стражник-фонарный столб, вот только этот имел гораздо более широкий и мощный железный корпус, прочные конечности настоящего голема, а сам робот был выше обычных патрульных раза в два, сверля своим гигантским пылающим глазом мою крошечную по сравнению с ним тушку, намереваясь раздавить, как надоедливую муху. Что ж, в этом эпизоде отсылки на Давида и Голиафа не будет — я завизжал, как 300 комаров, оснащённых громкоговорителями, и, не разбирая дороги, погнал через кукурузу, скользя и перекатываясь, получая по ебалу мокрыми грязными кочанами. Страж, тем временем, показывал свою смертоносность на деле: я почувствовал, как земля слегка затряслась, а развернувшись, заметил гигантскую, весящую с тонну, диаметром с бетонный блок, руку Голема, вжатую в землю, подавившую кулаком всю кукурузу, разогнавшую пыль, и явно собиравшуюся раздавить меня. Громадный светящийся глаз-прожектор стража прожигал меня, после чего Голем с неожиданной ловкостью встал, ударив кулаком по земле в метре от меня, откинув меня импульсом на нехилое расстояние, но я не переставал бежать, ведь землетрясения учащались, удары кулаками в землю продолжались, и с каждым становились всё ближе и ближе ко мне, словно каменный дождь обрушился на меня. - Наруто!!! - я уже подумал, что машина еще и пытается меня подманить, мимикрируя голос моей напарницы, но всё же развернулся и… увидел, кто здесь по-настоящему «Давид»! Лина, едва держась на скользком железе, ухватилась за конструкцию в механизме Голема, формирующую идущий от кулака сустав, и от каждого удара роботом по земле её крошечное тело с такой же нечеловеческой силой рассекало воздух. Так она долго не продержится, либо долбанётся об что-нибудь, либо обблюёт всё — я решил не стоять смирно, и резко заскочил за поворот, дабы сбить врага с толку, и, приблизившись к Лине, бросил ей лежащую у меня в кармане веревку, и когда моя одноклассница успешно словила её, я не сдержался от улыбки. Вот только стоило мне отвлечься, как гигантская культяпина Голема уже оказалась передо мной, и я едва смог увернуться от нового удара, прогремевшего в миллиметре от меня, и оглушившего меня пуще прежних, от чего я без сил свалился в кукурузу. Я приготовился писать завещание, но сдаваться было рано — я заметил валявшуюся около меня дымовую шашку Чугуна, и в моих глазах тут же зажглись искры безумной идеи: стоило Голему поднести руку, чтобы снова попытаться вдавить меня в плодовитый житомирский грунт, я ловко отскочил, после чего тут же, последовав примеру Лины, запрыгнул на его кулак и со всей дури запульнул клубничный дымогенератор прямо в глаз робота, вот только я ожидал, что вейп просто нагонит дыма и я смогу сбежать, но, видимо из-за перегрева, он, уставший от эксплуатации, в херам собачьим взорвался розовым взрывом, от которого запахло клубничкой. От взрыва голова Стража покрылась копотью, и он слегка пошатнулся, но даже не то, что покалечился, а скорее еще сильнее разозлился и, подняв две гигантские руки-базуки к небу, со всей дури пизданул по земле обеими, от чего меня, и всю кукурузу на поле, подкинул над землей ебейшей силы импульс. - МОТО-О-О-О-ОР!!! - заорал я словно сквозь пелену какой-то хуйни, и всё было словно в эпичном боевике — в замедленной съемке, что вся харча разлеталась по моему лицу от крика, когда я визжал сквозь пространство к верному напарнику Мотору, падающей с порвавшейся веревки с макушки Голема, и мне даже показалось, что где-то я заметил силуэт потерявшегося Чугуна, но всё это словно разлетелось в щепки, когда я понял, что налетел телом на что-то острое. Холод пробежался по моей спине в это короткое мгновение перед тем, как я всё же столкнулся с землей, а острая боль от удара о какое-то лезвие наконец прочувствовалась во всех красках. Я посмотрел: передо мной был забор, сделанный из остроконечных досок, к одной из которых прилип лоскут чёрной одежды — я тут же узнал свою любимую толстовку, и с ужасом перевел взгляд на свою руку… и увидел посреди своей грязной и расцарапанной кожи на руке гигантскую рану, из которой обильно вытекала темноватая кровь, и от одного её вида у меня аж потемнело в глазах. Она была рваной и безобразной — покуда туда попала грязь и щепки, ведь я, как-никак, порвал кожу об этот забор, на удивление всё еще как-то державшийся в земле. Я хотел завизжать со страху, но понимал, что Голем никуда не исчез — он всё еще тяжело, вызывая землетрясение, ходит по кукурузному полю, всё пытаясь найти меня и стереть с лица Земли. Я и так должен благодарить все силы вселенной, что мне удалось от него оторваться, учитывая то, что он, судя по всему, оснащен тепловизором и не такой уж неповоротливый, в отличии от предыдущих фонарей-стражников, а потому мне остаётся только одно — идти дальше к цели, где меня ждут те, кто нуждается в помощи больше, чем я. Я с горем пополам оторвал от ближайшей кукурузы лист, и крайне криво, но хотя бы как-то, замотал в него руку и с силой завязал на концах, что было очень неприятно, учитывая твердоватую структуру кукурузного листка, но я мужественно проигнорировал покалывание на разорванной коже, и опустился на землю, всю мокрую и грязную. Я аккуратно пополз, стараясь не вызывать противное хлюпанье, всё двигаясь в сторону желанных кустов. Но землетрясения продолжались, каждое из которых звучало ближе предыдущего, будто страж дышит мне в спину, но не атакует только потому, что еще хочет вдоволь наиграться со мной, как с пугливой жертвой. На удивление, я успешно добрался до цели, тут же спрятавшись в кустах и, заскочив за ближайший столб сосны, тяжело вздохнул, принимаясь рассматривать свою рану: я, конечно, не мастер биологии, но зато я учёный лесом, и могу с уверенностью сказать — выглядит хреново. Я решил аккуратно промыть её мокрыми листьями на кустах, и с каждой каплей, попавшей туда, едва сдерживался, чтобы не запищать от боли, будьте прокляты, нервные окончания… Что ж, следующим шагом было остановить кровотечение, и я кое-как намотал кукурузный лист на руку заново, закрепив палкой покрепче, что явно сделало только хуже и приносило больше дискомфорта, но другого варианта у меня не оставалось, травмпункта здесь на ближайшие несколько десятков километров нет. Я уже собрался двигать дальше, но вдруг сильный импульс ударной волны откинул меня от ствола сосны, и я чётко услышал, как прогремел взрыв. Эй, неужели?.. Неужели Лина использовала свою единственную трубчатую бомбу?! Я тут же развернулся и увидел медленно рассеивавшийся дым, из которого вышла исполинская фигура Голема, всё такого же целого и невредимого, не считая слегка мигающего и замыкающегося глаза, чёрная копоть мигом смылась с его стального корпуса дождём, точно чёрная вуаль сползла с его тела. Но я взглянул на поле — две знакомые фигуры двигались ко мне, а вернее — один человек вёл под плечо другого, явно так же раненого, как я, и вдруг, последовав моему примеру, припали к земле, стоило им покинуть кукурузное поле. Нельзя было сказать, что Голем их не замечал — он скорее был сконфужен из-за перегрузки, вызванной взрывом, направленным прямо по его голове — его центру управления. Что-то по типу ситуации, когда у обычного человека начинает кружиться голова от удара, и остаётся только делом времени, когда робот снова придёт в себя и продолжит нас преследовать. Наконец, Мотор и подбитая Чугун доползли до меня, спрятавшись в тех же кустах. Я осмотрел Свету Кейпоп: с её лба стекала кровь, а значит, скорее всего, удар прошелся по голове; но это было не всё — она заметно хромала, но внешних повреждений не было видно, а значит это может быть как и простая растяжка, так и перелом. Лина, в отличии от нас двоих, выглядела здоровее всех(виновата гуцульская магия), и тут же достала из кармана рулон спизженной туалетной бумаги, и я наконец понял, зачем она вообще её брала… Не сказать, что она была хорошим средством для остановки кровотечения, так как она мигом насквозь пропиталась кровью, и если бы это была не элитная мягенькая туалетка, а пожеванная наждачная «Обуховская», то уже давно бы размокла и попала мне в рану как инородное тело, но зато в этом тоже был плюс — мягкая бумага нейтрализировала жесткость кукурузного листа, а несколько её слоёв еще и неплохо тампонировали рану, что лист теперь уже можно было поплотнее затянуть и туго сдавить палкой. Вроде как кровь больше не пиздячит с меня, а значит можно пиздовать дальше. - Бля, це ужас. Просто ужас. Везе тобі, що кровотеча венозна. Було б артеріальне — передав би привіт Кравчуку, - покачала головой Мотор. - Треба потім давати по зйобам, бо шось в цьому Хухрьовську аптеки “Подорожник” не бачила. - Стоп. А где вообще школьная медсестра? Не, ну в обычной школе её и так постоянно нет, но раз это — колония идеальных суперсолдат, то здесь она должна быть, нет? - задумался я. - Ладно, неважно, нам нужно двигать дальше, пока куча металлолома не пошла преследовать нас дальше. Чугун, идти можешь? «Чугун» покачала головой, даже не спев какую-нибудь ободрящую песню про собак, что только подтверждало мои худшие догадки — у неё перелом. Ну и чё блять? Тащить 50 кило на своих плечах? Я не носилка, пусть берет трость! Правда Лина прочитала мои мысли и, вытерев кровь со лба напарницы, подала ей прочную палку, на которую можно было опереться, но всё равно подала ей плечо на всякий случай. Вот только потом мои наихудшие ожидания оправдались снова — землетрясение возобновилось, и оно было интенсивнее предыдущих, ведь теперь Голем знал, куда идти и, к тому же, был пиздецки зол. Теперь уже не было времени на шароёбство — я махнул напарницам рукой и погнал в гущу соснового леса на всех ногах. Судя по всему, стража не останавливало ничто — он и валил деревья, и рушил всё вокруг своими кулаками, так что можно было и не пытаться повторять трюк с поваленным деревом снова. Мне пришлось перепрыгивать через разнообразные препятствия, помогать напарникам и еще и пытаться не отставать, потому что несмотря на размеры, эта махина бегает не хуже олимпийского легкоатлета. И пока я бежал не разбирая дороги, то внезапно понял, что гравитация принялась меня тянуть вниз к матушке-земле, и пизданулся с какого-то обрыва в овраг. Но рано было звать себя лохом, это было неплохим укрытием — я тут же помахал рукой подоспевшим ко мне напарницам и потянул их в это каменное ущелье и всей троицей мы молча уселись, вслушиваясь в землетрясение, которое вдруг резко прекратилось — Голем будто пытался понять, куда идти дальше. Капли падали с крон деревьев всё реже и реже, напоминая медленное тиканье старых часов, готовых вот-вот сломаться и полететь на свалку. С какой-то стоящей неподалёку сосны послышалось утреннее чириканье дрозда. Под настилом из хвои, нападавшей за лето в этот овраг, прошлась орава каких-то жучков, которых, было бы настроение и время, я бы словил и зажарил на огне зажигалки. Дождь наконец прекратился, только редкие капельки иногда стекали по камням. Тряска возобновилась. Как и ожидалось — Голем решил и не проверять укрытие, он гнал вперед не разбирая дороги — просто тупой и разъяренный тостер гигантских размеров. Я всячески сдерживался, чтобы ликующе не заржать, и, посидев пару минут, мог с уверенностью махнуть одноклассницам рукой приговаривая: «чисто!» под нос. Ну, хоть теперь можно было идти спокойней, и оставшуюся дорогу мы, молча, но хотя бы спокойно, шли в гущу леса, пока в ноздри не ударил запах гари, а в просвете между деревьями не показался странный свет… - Это чё блять… - я скривился от вони дыма, даже не с ароматом клубники, и прищурился, пытаясь понять, что это за инопланетяне высадились в житомирском лесу, но до моей тупой башки дошло ужасающее осознание... - БЛЯТЬ, ЗАМОК!!! СУКА, ОН ГОРИТ, ГОРИТ БЛЯТЬ!!! ДА ЧЁ ЗА ПИЗДЕЦ!!! ЭТО ПОЛНЫЙ ПИЗДЕЦ!!! Я застыл, словно мне по голове пизданули кочергой, а вся усталость от бега, ранения и начинающейся простуды во всю ударили нейронами мне в мозг, но я не мог отвести взгляда от этого огня в том далеком просвете меж деревьями, он словно путеводный огонь, вот только вел он меня не из пучины тьмы обратно к свету, а только глубже под землю — в самый пропитавшийся гноем ад. Я почувствовал, будто это пламя медленно сжигает что-то внутри меня, как постепенно тлеют все мои мысли, как покрывается копотью всё моё нутро, как это тепло интенсивно перерастает в жар, и близко не напоминающий тепло очага, а удар раскаленной сталью, пожаром из самих недр земли, из самого жерла вулкана — настолько горячо, что оно плавит плоть в разжаренную кипящую массу. Я и не почувствовал, как пробежал всё то расстояние, что мне оставалось пройти до горящего замка, и эта метафора перестала быть таковой — языки пламени жадно пожирали всё на своём пути, словно стая ненасытных рыжегривых волков, в любой момент готовые растерзать и меня, затянув в этот трещащий и меняющийся в суматошной пляске ад, в котором тлел деревянный фундамент здания, в котором осыпался размякший от старости известняк, в котором всё теряло свою былую форму под тяжестью всепожирающего огня, и я безмолвно опустился на колени, застыв, словно каменная гаргулья, молча смотря на то, как медленно погибает это здание, словно вместе со всей оставшейся памятью о нормальной жизни, и вместе с ним — надежда о спасении моих напарников. Точнее, об одном из них — моём друге, который поклялся помочь мне пиздануть банкомат вместе… Тот самый, кто так же любит омлет, как и я, кто не знает, в чём его предназначение, если такое понятие в этом мире вообще есть, и оно не просто выдумано нами, людьми, чтобы тырить у доверчивых бабулек деньги, говоря о какой-то «судьбе», ровно так же, как и я. Родственные души, быть может? Так бы сказала абсолютная фикрайтерша Станислава, после чего написала бы о нас несколько томов отборной жесткой порнографии, было бы в её стиле. Но нет, это было нечто большее — связь, которую не понять ни одному человеку на Земле, что невозможно описать никакими словами, нельзя вешать на неё абстрактный ярлык «друзей», «союзников», «почти что братьев», нет, это была связь, которую не сможет прочувствовать никто, кто не пережил то, что пережили мы. Никому не понять эту связь, что смогла возникнуть межу нами за считанные мгновения, и так быстро разорваться в жару пламени… МЫ — ПЛЕМЯ УЕБАНСКИХ БАБУИНОВ!!! МЫ ВСЕ ГОВНО(«говно» нужно говорить громче), И ТОЛЬКО ВМЕСТЕ МЫ — СИЛИЩА!!!! - МАСАЙО-О-О-О-О-ОШИ-И-И-И-И-И!!!! - я заорал это так громко, как только мог, завыл по-волчьи, подняв хлебало высоко к небесам, будто где-то там, среди мириад и мириад звезд всполыхнула новая, коей был один из нас, бабуинов, хотя я и понимал, что это пиздёжь, он мёртв. Его не вернуть, и он не сможет родиться снова. Навсегда — значит «навсегда». - Самбади ванс толд ми… - Света Кейпоп, судя по всему, подумала, что я начал петь, так что эта фраза была НУ СОВСЕМ НЕ УМЕСТНА. У МЕНЯ БРАТАН УМЕР, А ОНА ТУТ ОТСЫЛКУ НА ШРЕКА ДЕЛАЕТ!!! Я не мог стоять в стороне, я тут же бросился на неё с всей возможной агрессией. - ЗЕ ВОРЛД ИС ГОННА РОЛЛ МИ!!! - оно вырвалось у меня изо рта само. Я не хотел. - ТВАРЬ ПОГАНАЯ, ГАДИНА, ПАДЛА, ТЮРЕМЩИЦА, НЕЛЮБИМАЯ ДОЧЬ, ПРЕМЬЕРА 2022, ЗАТКНИ СВОЮ ЕБАЛКУ-КОВЫРЯЛКУ-ОРАЛКУ!!! ПОЙМИ ТЫ СУКА, МЫ ВСЕ ТУТ ЗАПЕРТЫ, И С КАЖДЫМ ДНЁМ НАШИ ОДНОКЛАССНИКИ УМИРАЮТ ОДИН ЗА ДРУГИМ, И КОГДА-НИБУДЬ ЧЕРЕД ДОЙДЁТ И ДО НАС!!! МЫ ДОЛЖНЫ ЧТО-ТО СДЕЛАТЬ, ОСТАНОВИТЬ ЭТОТ ЦИКЛ, ЭТУ ВЕЧНО КРУТЯЩУЮСЯ ШЕСТЕРНЮ, ПОКА ОНА НЕ ПРИДАВИЛА НАС, НО ВСЕ НАШИ УСИЛИЯ ДАЮТ РОВНЫМ СЧЕТОМ НИЧЕГО, ЕСЛИ НЕ УСУГУБЛЯЮТ ПОЛОЖЕНИЕ! - с каждым новым словом, вырвавшимся из самой глотки, мой голос слабел, из гневного рева он надрывался в отчаянный беззвучный плач, будто в моём горле застряла гора колючего репейника, и, отпустив её плечи, я без сил упал на колени, смотря в землю, и тишина ударила по ушам, как поток холодной воды, лишь мирный треск огня, доносящийся будто из камина, бередил её, словно лирник струны, будто всё это было лишь вырезкой из глупого рождественского фильма, а не трагедией, в которой ужасной смертью погибло трое человек и одна канистра с бензином. Стоп. Канистра с бензином. Пожар. Склад орудия. «Деревянный дом сгорает не больше, чем за 10 минут» - говорил мой дед, когда моя матушка рассказывала ему идиотскую сцену из аниме, где главные герои жарили сосиски на пепелище деревянного склепа. Я перевел взгляд на деревянные балки в конструкции замка, так по-странному ненадежно налепленные, учитывая его расположение посреди деревьев, а ведь на Житомирщине лесные пожары — не редкость, которые всё еще не догорели дотла, но за те пару минут что мы пиздоёбились, ставшие едва узнаваемыми за пеленой огня. Если здание и подожгли, то это случилось буквально тогда, когда мы оторвались от Голема, в принципе где-то тогда свет в просвете меж деревьев и показал себя. Это значит не только то, что вместе с Остапом выжили и другие пропавшие, но и что инициатор поджога съебался не далеко, а значит мне удастся отомстить ему прямо на месте. - Мотор, Чугун, осмотрите здание! Я прочешу лес. Пожар начался недавно, и, скорее всего, тот обвал не погубил наших напарников. Кроме того, гондон, использовавший Остапа для поджога, не мог съебал далеко, - я мужественно стёр слёзы и многозначительно посмотрел в сторону светлеющей в утреннем освещении и становящейся менее неприветливой чащи, и, заметив молчаливые кивки напарниц, с грозным выражением охотничьей псины в полной боевой готовности рванул наматывать круги вокруг замка и, используя втулку от спизженной Линой туалетной бумаги как бинокль, принялся выискивать нужного мне уёбыша. Минут пять беготни — безрезультатно. Деревянная основа замка сгорела дотла вместе со старым известняком, и пламя начало постепенно угасать. - На-а-ару-у… БАЛАМУУУУТ!!! - пропела Чугун, явно окликая меня, и я метнулся к лужайке около развалин, где розововолосая и Мотор склонились над чьим-то телом, и я тут же узнал коммунистку по красной юбочке и платочку, но вообще не только они были красными, её белая блузка и блондинистые волосы перепачкались в крови, но больше всего её стекало по белоснежной коже лба. Тем не менее, она была жива, но её ранения слегка сбивали меня с толку — ни одного ожога или серьезных синяков от тупого удара камнем или балкой, но зато полно обильных кровотечений, явно вызванных режущими или колющими ударами острым предметом. Значит, она затесалась в драку, скорее всего, с инициатором поджога, коим, без сомнений, может быть только Хидэо! Мотор перевязала абсолютную социалистку той же элитной туалеткой, явно от бренда с маскотом-пандой, и я заметил явное беспокойство в её выражении, но что-то еще, напоминающее тяжело витающее облако недосказанности и сожалений, и я понял, что мне лучше оставить их наедине и отправиться на поиски Масайоши, Остапа, или хотя бы еблана, не знающего, что спички детям не игрушки. Но я перестал чувствовать себя грозной охотничьей псиной — скорее бесцельно блуждающей по лабиринту лабораторной мышью, над которой нависает тёмная громадная тень наблюдателя-кукловода, которую я ввиду своих крошечных размеров, а также невероятной тупости, всё никак не замечаю. Нет, играют тут в «съеби от мента» точно со мной, и я в этой истории, к сожалению, а может и к счастью, не мент. Ебучие мусора. Я тревожно сглотнул. Чёрная тень промелькнула меж деревьев на пару с ужасающей мыслью — около пяти наёмников всё еще могут находится рядом. Ну конечно: убийца давно съебал, оставив на нас главную занозу в жопе — вооруженных чёрных плащей! Мы просто наматываем вокруг замка круги, как дебилы-язычники вокруг своего тотема Перуну! Я приготовился отбивать удар, но он пришелся по моей роже штангенциркулем быстрее, чем я успел встать в боевую стойку — я отлетел от противника, свалившись на землю, и на моей щеке тут же появился красный отпечаток в форме штангенциркуля. Подняв взгляд я встретился ним с пустотой из-под чёрного капюшона знакомого мне Авогадро, что навис надо мной, словно исполинский колосс. По непонятным причинам мой героизм улетучился, как соль из воды, и нутро наполнилось ужасом, словно передо мной и вправду был голодный волк. Рваная рана на руке вдруг заколола из-под повязки, и я осторожно попятился, не разрывая тесного зрительного контакта с Авогадро, будто одно неверное движение уведет меня в могилу. Я поднял руки вверх, будто преступник, сдающийся тем же злоебучим мусорам, и продолжал пристально смотреть в пустые глаза этого призрака в человеческом обличии, как вдруг чёрный плащ мелькнул, а свет пробивающегося сквозь тучи и густую чащу солнца мелькнул на железе смертоносного орудия, и я четко понял — этот удар может быть последним… но нет. Мелькнула еще одна чёрная тень, потом другая, третья, пока четыре фигуры, казавшиеся выше даже чем Авогадро, обступили его, как молчаливый круг судей, и наёмник застыл, испуганно выпустив штангенциркуль из рук, и попятился назад так же, как я, завидев его. Я невольно посмеялся про себя, хотя парой секунд ранее был таким же жалким перед лицом опасности, и не исключал, что остальные наёмники могут с легкостью переключиться на меня. Вскоре всё, словно в чёрном дыме, исчезло — пять теней как и не было, а железный предмет мирно лежал на земле, припорошенный хвоинками, словно свежевыпавшим снегом. Я молча взял орудие, пытаясь даже не думать о том, что этот странный ритуал означал, и поспешил голосить напарницам о том, что нам нужно срочно уматывать отсюда, и стоило мне вернуться к развалинам, как меня встретил сюрприз — еще одно изувеченное тело лежало на лужайке. Я уже хотел от будоражащей радости заплясать, но… это был не Масайоши. Да, у него тоже были чёрные волосы, азиатские черты, белоснежная ухоженная кожа и тонкое телосложение; он был связан, и так же усыпан кровоточащими ранами, как Мирослава. Но это был не Масайоши. Это был… этот гандон. Я едва держался, чтобы не вмазать ему в лицо, но рациональное мышление вдруг, впервые за 16 лет, победило, когда я подумал о его ранах — не стал бы он колоть ножом сам себя. Но я не сомневался, что он убил Гарика, пусть его и поковырял еще какой-то левый бомж с ножом, я всё равно знал, что только эта тварь могла совершить убийство. - Ты. Уёбище ебанутое. Что ты скажешь на поджог замка? «Может ли любовь расцвести на поле битвы?», «Коробочное время, Каз?», «Не можешь даже съесть змею во время миссии?», - на секунду я запнулся, поняв, что подбираю совсем неудачные цитаты из игр отца абсолютного разработчика игр, Кодзимы старшего, но я всё равно был в ярости, что было видно по плотно сжатым кулакам и пульсирующим на них венам. - Я знаю, что ты сделал — подсыпал Гарику яд перед тем как идти к замку, и пока мы отвлеклись на убийство, решил добить выживших после погрома, не так ли, говнюк ты мамкин? - Не неси ерунды, белобрысый засранец, - выплюнул Хидэо, будто не был сыном богатенького гейм-режиссера, а амбалом с села под Винницей. - Ничего не знаю про Гарика, я всё это время был тут. - вдруг он стал спокойнее, и даже та былая ебанутость в его глазах исчезла. - Поджог устроили наёмники, если ты, конечно, соизволишь поверить моим словам, либо он начался сам по себе из-за канистры с бензином, валявшейся тут прямо во время нашей перестрелки. - Конечно же блять не верю! Наёмники — шавки АТМ, нахуя им сжигать свою же хату? И где, чёрт возьми, Масайоши?! - Подох, где еще он может быть, не знаю я! - рявкнул, как мелкая собачка, Хидэо, заёзрзав на месте. - Может и не наёмники подожгли замок, но то, что они нас с коммунисткой порезали — абсолютная правда. Я ведь напомню, что ни у кого из моих ребят не было колющих предметов, как и в подвале замка. Холодное орудие есть только у наёмников, - мрачно подытожил Кодзима. - Не только у них, - я угрожающе подставил штангенциркуль к его исцарапанному горлу, и смотрел прямо в его бордовые глаза, сверля их, точно сосед стенку по утрам. - Выдавай правду, ирод. - Астанавітєсь, - остановила меня Мотор, оторвавшись от бессознательного тела Мирославы. - Ці найомники існують, щоб нас контролювати, та наказувати за всякі гріхи, окрім вбивства. На початку… - на секунду я подумал об этом «начале», что было 2-3 дня назад, казавшееся аморфной вечностью. - ...АТМ казав, що за порчу майна нам покарають. Замок — деяка учительська, а значить найманці могли подумати, що ті, хто зникли під час обвалу, підпалили його. Якщо, звісно, вони реально його підпалили. Я не впевнена, що цьому тіпу можна довіряти, але знаю одне — ми повинні тікати з села, поки нам не настала пизда. Знайти інших нам схоже не вдасться… Хай простить мене Остап. Схоже, що інші докази вбивства нам доведеться шукати тільки в школі… Ну, звісно, якщо їх вже не знайшли інші. - Я надеюсь, что Масайоши просто сбежал еще до поджога. Может даже и дальше в лес — на свободу. Может, оно и к лучшему, а может, он и поступил, как говнюк… Не знаю, - я потянул связанного Хидэо за собой, как мешок с картошкой, после чего повернул взгляд на Чугун, которая по-странному вертелась над телом Мирославы. - Эй, Чугун, не теряем времени! - О-о-о...ооо-О-О-ОО-Оо-оО, о-о! Дай мне гривен где-то триста, отсоси у тракториста, и спроси у машиниста: больше нету коммуниста! Я ебал конкистадора, 10 пальцев в жопу Тора, передай с небес танкисту — больше нету коммуниста! Кстати, нету слова «нету», но мне похуй, иди нахуй, я ебал твой термос, О-О-О! - я никогда не слышал настолько халтурного мэшапа оперной арии с пацанским рэпом про голых тёлок и наркоту, но больше меня испугало то, что песни Светы — её привычная форма речи, а значит… о чёрт. Я мигом подбежал к коммунистке, принявшись щупать сгиб локтя — из меня врач, как из Януковича президент, но даже я понял — пульса нет. Я с ужасом взглянул на её тело — множественные кровотечения, пропитавшие все повязки насквозь — она казалась жутко бледной, как не выходящий на улицу дотер, я был уверен, что её кожа обычно была довольно загоревшей… Я хотел проверить её дыхание сам, но Мотор была быстрее, приложив ладонь к её приоткрытым губам, ухом припав к груди. Тогда уже и лицо мольфара побледнело, и в глазах застыло что-то странное, что испугало меня еще сильнее, чем её будущий вердикт — это безучастность. Я уже хотел понадеяться, что она вызвана тем, что ничего как раз-таки и не случилось — всё это в моём воображении, где-то в самой подкорке сознания, создающего перед глазами эти жуткие и неправильные картины. Не может этого быть, так же абсурдно, как и всё наше существование, наше нахождение здесь, все эти стечения обстоятельств, что привели нас сюда, всё это так же нереально и нелепо. Сейчас — вот-вот, я пробужусь ото сна, и всё снова будет на своих места, черное не смешается с белым, земля не сойдётся с небом, жизнь со смертью, и я проснусь в своей кровати. Я не мог даже кормить себя этой детской ложью — я знал, что случилось, и это было очевидно с самого начала — стоило мне только увидеть количество вылившейся крови. Страх образовался где-то в моем нутре, и, юркой змеей пробежавшись по всему моему хребту, исчез, поглотив за собой всё, впитав, и испарившись навсегда, забрав с собой в бездну все мои чувства и переживания. - Подохла, курва... - она сказала это сухо, без всхлипа, без крика, будто это было частью обыденной жизни. Да и я не хотел визжать — оно всё, вместе со страхом и скорбью, застряло в горле, обернувшись какой-то холодной пустотой, заменившей их. АТМ добился своего — мы привыкли. Смерть за смертью — это привычный цикл на поле битвы, к которому он нас готовит. Он сумел нас сломать, и это ужасало сильнее очередной смерти от кровотечения. Страшно было подумать, как сгнило моё нутро, что случилось с моим пониманием мира, и каким я выйду в общество, если выживу. «Свобода» казалась такой же аморфной, как и время — нужна ли она? Так ли утопична ли она? Какой смысл, если жизнь всё равно медленно тянется в конечном итоге к смерти? Я никогда не имел таких нигилистических мыслей ранее, даже когда умудрялся целый день провести играя в майнкрафт, даже когда не видел перед собой иного будущего, кроме как бытия дворником — всё это словно детские игрушки теперь. Теперь, именно теперь, когда смерть стала привычным явлением, я почувствовал то, как бездна поистине затягивает меня, в ту чёрную пучину отчаяния, зыбучими песками обгладывающую всё моё существо. Мы и так почти всё время молчали, но теперь это чувствовалось еще сильнее. Так же молча мы оставили тело, отправившись по старым следам возвращаться в Хухрёвск сквозь чащу. Я мог поклясться, что где-то вдалеке услышал треск валящихся на землю деревьев, разбивающихся чем-то тяжелым в труху, и новый холод пробежал по моей спине, но не исчез в ту же секунду. Страх неотвратимости смерти несравним со страхом ТОГО, что к ней приводит. Одно дело — бояться существования конца, совсем другое — бояться самого конца, что уже где-то там, дышит тебе в спину то затхлым, то пронизывающе холодным воздухом, и тянется к тебе мертвенно-бледной рукой. *** Голем снова не заметил нас, и мы успешно добрались до школы без лишней надобности играть в скрытных шпионов. Двор школы, до этого на удивление ухоженный и чистый, без единой валяющейся обёртки от конфет или сигареты, с не обплёванной брусчаткой, на которой не красовалось ни одного тёмного пятна от энергетика, хранящегося годами на асфальте, теперь напоминал какую-то старую загородную свалку, где уже настолько понасрали, что навести порядок там просто невозможно: дождь размыл всю вырытую жигулём грязь, и реки дерьма снова разлились по траве; земля местами выглядела подгоревшей, будто прикоптившаяся сковородка; и, конечно же, повсюду валялись куски металлолома — то от снаряжения, которым подвыпердыши Хидэо всё тут погромили, остатки от верных шавок АТМ и даже где-то там, около футбольного поля, словно каменный постамент, стоял дымящийся ржавый жигуль Хидэо. Внезапный штурм крепости явно закончился, и двух ебанутых, устроивших его, сейчас наверняка доёбывают где-нибудь в катакомбах. Сзади меня послышалось недовольное цоканье. - Идиоты. Стоило плану выйти из-под контроля, как сразу решили увязаться в ненужную бойню. Готов поспорить, что это сделали тот рыжий говнюк и его американский дружок. С самого начала они мне не нравились, - с тоном недовольной консьержки отчеканил величайший разработчик игр(он сделал 6 или 9 ночей с Джо Байденом и Симулятор Стула). - Ага, ще скажи, що “ці руки нічого не крали”. Хто, як не ти, якщо вважати тебе ВБИВЦЕЮ, кровосіся ти хрєнова, міг відправити цих двох, щоб вони не дали нам провести розслідування? - бросила Мотор. - Вот именно, блять, - я со всей дури пизданул Хидэо по затылку. Для профилактики. - Тебе лучше выложить всё как можно раньше, пока я не отвёл тебя в подвал и не отпиздил там. - Делай, что хочешь. Там, на суде, я всё равно выйду победителем из колизея, - недобро ухмыльнулся он. - С таким же успехом, с которым вы обвиняете меня, слишком явного «злодея» этой истории, вы можете обвинять кого-угодно. Если человек решился на убийство, он должен был знать риски, и быть готовым, даже та, зарезавшая Ахмеда, у которой мозгов не больше, чем у инфузории, это знала. Признаюсь в том, что хотел уничтожить весь ваш отряд там, тогда, когда мы начали перестрелку, но тогда я взвесил все риски, и знал, что буду в большинстве и смогу победить, я был даже готов к приходу АТМ, но к чему я точно не был готов — это к тому, что кто-то из вас начнёт работать в тени. И сделает то, что случилось. - Опять хочешь перекинуть обвинения на мисс жабу? Ты заебал, честно. Отбери у неё эту книжку и наяривай на свои планы по изготовлению ядерного оружия сколько хочешь. Но мозги мне не еби, - я потянул два пальца к его глазам, остановившись в миллиметре от них. - Отравление. Гарик умер от отравления. Отравить ты его мог и перед тем, как выйти в лес. И всё еще пытаешься оправдаться, урод. На твоей совести всё еще лежит еще одна жизнь — Масайоши. - Этот? Я разгадал его игру в «двойного агента» еще когда он решил присоединиться ко мне. Не жалею о его смерти, предателям суждено умереть, - Хидэо хотел махнуть рукой, но они были крепко связаны. - Я не говорил, что обвиняю «мисс жабу», я говорю про её напарницу, которая, в прочем-то, может быть не такой уж и верной ей. Игра в спасение твоей жизни и помощь при расследовании во время прошлого убийства могла быть частью плана запросто. Она дилер, дилеры не будут раздавать пожилым людям и инвалидам на улицах цветочки. Отравление — самое очевидное, что она могла устроить, но, воспользовавшись моим планом, заставила вас всех до единого оскалиться только на меня. - Класс химии долго был открыт, кто-угодно мог взять оттуда какую-то хрень и подсыпать Гарику в ужин. Тем более, в одной только прошпаренной пестицидами земле отравы столько, что хоть жопой жуй. Так что ты меня не запутаешь. Я проголосую за тебя в любом случае. - Я не хотел бы, чтобы какой-то амбал увел нас всех в могилу, - ухмыльнулся Хидэо. - Единственное основание для вас обвинять меня - «я плохо вел себя парой часов ранее». Мы все хотим друг от друга избавиться — кто-то явно, кто-то таит эту мысль глубоко в себе. Тогда даже и твоё желание надрать мне жопу будет подозрительным — не хотел ли ты с таким же рвением надрать жопу Гарику? «Хентай с Джейсоном Вурхизом» - пронеслось в моей голове. Я покачал головой. Не те мысли. - Иди нахуй, - выпалил я, решив не продолжать этот разговор, и так понятно, что он просто пытается затянуть меня глубже в эту трясину, запутать в этой паутине и, конечно же, заебать мои мозги. Я с силой потянул за ручку двери, что вела в великий храм «Школа номер 69 имени В.В. Бляздецкого», и только я это сделал — передо мной сразу же оказалась чья-то фигура, и я от неожиданности запищал, как кипящий чайник, ну и скримаки. - НАШЛИСЬ, ПИЗДЮКИ МЕЛКИЕ!!! - драматично развел клешни давний знакомый банкомат. - Я ВАМ ЧТО, НОСИЛКА, ИЛИ ЧТО?! ИСКАТЬ ВАС ПО ВСЕМУ ПОСЕЛКУ, КАК МАМКА ВАША — Я ВАМ НЕ КВОЧКА С ЦЫПЛЯТАМИ, ПОНЯЛИ, ЩЕНКИ?! Я ТЕРМИНАТОР БЛЯТЬ!!! ТЕРМИНАТОР, СЛЫШИТЕ?! АЛБИБЭК!!! - АТМ начал хаотично махать руками, и трещать мне прямо на ухо. - ЧЁ ТЕБЕ НАДО, ЖЕЛЕЗЯКА ТЫ НА ЕБУЧИХ КОЛЁСИКАХ?! ЧЁ ТЕБЕ НАДО?!?!?! - я схватил банкомат за клешни и заорал это ему так же на ухо. Орали мы в унисон. - ЭЛЬДОРАДО, БЛЯТЬ!!! ТЫ ЧЁ МЕНЯ ЛАПАЕШЬ СВОИМИ РУКАМИ, ОНИ У ТЕБЯ В ДЕРЬМЕ, ГОНДОНЁНЫШ ТЫ МЕЛКИЙ, АБОРТЫШ БЕЛОПИЗДЫЙ, ЗНАЕШЬ ЧЁ МНЕ НАДО?! - вруг зеленая куча металлолома успокоилась, и на его цифровой морде появилась злобная ухмылка настоящего архизлодея. - Время — это такая хуйня, похожая на алкаша. Её невозможно остановить — она всегда идёт за новой бутылкой водяры, прям как алкашня. И ВАШЕ ВРЕМЯ ВЫШЛО, УЖЕ КУПИЛО СЕБЕ ЯЩИК ПИВАСА, БЛЯТЬ!!! ВРЕМЯ СУДА, МАЛЯВКИ, ВРЕМЯ СУДА!!! ДА НАЧНУТСЯ СНОВА ГОЛОДНЫЕ ИГРЫ!!! - Иди нахуй, - тупо сказал я, даже не пытаясь начать думать о том, насколько мы обречены, и что вот-вот подохнем, и никто даже не узнает об этом, и вообще мне было похуй. - КАКОЕ «ИДИ НАХУЙ», ЩЕНОК?! ТЫ НЕБОСЬ ДАЖЕ И НЕ ПЫТАЛСЯ РАЗГАДАТЬ ТАЙНУ УБИЙСТВА, ДЕРЬМО МЕЛКОЕ, А Я ТЕБЯ ЕЩЕ И БЫЧАРОЙ НАЗЫВАЛ, И ВСЕ ТВОИ ГРЕШКИ ПРОЩАЛ, А ТЫ ВОТ ТАК МНЕ ПЛАТИШЬ ЗА МОЮ ДОБРОТУ?! БЛЯ, ВСЁ РАВНО, ЧТО АЛКАШ У КАССИРШИ ПОПРОСИТ ЯЩИК ПИВАСА, ОНА ЕМУ ДАСТ, А ОН ЕЁ ЗА РУКУ НАХУЙ УКУСИТ, А ПОТОМ, НАЖРАВШИСЬ, НАССЫТ ЕЙ В КАССОВЫЙ АППАРАТ!!! МАРШ НА ПОЛЕ СЛОВЕСНОЙ БИТВЫ, НЕОБРАЗОВАННЫЙ!!! - АТМ грубо пизданул мне клешней по спине, и я, отлетев на пару метров, шлёпнулся на грязный пол, но не успел я вдоволь там поваляться, как меня, словно шайбу, своей шваброй отпихнула Варвара Пылесосовна, и моя тушка подкатилась прямо к лакированным красивенным и дорогущим дверям кабинета правознавства. Жопа короче. С усилием я попытался встать, и заметил, как уже весь состав нашей колонии строгого режима собрался у двери, и смотрел на меня во все глаза, как на дебила — особенно надменно на меня смотрела мисс американский шпион ака мисс жаба, а где-то поодаль стояли особо настрадавшиеся наказанием АТМ Ной и абсолютный супермен(ну вообще они заслужили). И все по-странному молчали — даже никто не поржал с моей позы откинувшегося алкаша. Вскоре к дверям подкатился и АТМ, но уже без своего специального наряда для казни детей — тостер-переросток явно был сегодня в плохом настроении. - Здарова, черти. Салам алейкум, божьи отродья, так сказать. Сегодня даже не буду спрашивать, какое ваше право нарушил убийца — вы уже нарушили моё право быть здесь тираном-тоталитаристом, я обиделся. Охуели блять, спиздили мои пушки, распиздячили половину леса, - банкомат посмотрел на Хидэо. - ...начали штурмовать школу, - он перевел взгляд на дуэт англоязычных ебланов. - Еще и не боитесь нихуя! И ладно вы, козявки ебанные, но даже мои ребята меня не слушают. Они уже сделали кое-что, за что я лично угроблю с дюжину этих ебучих наёмников, - на этих словах его голос стал звучать по-настоящему жутко, и было ясно, что это не было что-то вроде пустых угроз а-ля «я тебе в жопу бревно засуну», а вполне реальное утверждение. - Я понял, что вы непростые орешки, которые трудно разломать. Чем-то я должен гордиться, и это своему выбору учеников, а за что должен себя упрекать — так это за то, что вел себя с вами, как молодая мамаша — слишком нежно. Нет, я понял — из этого места нужно сделать непробиваемую крепость, и ужесточить правила. Отныне двери, ведущие к выходу из школы навсегда для вас закрыты, а даже если вам и удастся выбраться — вас ждёт мгновенная смерть, - он говорил это на удивление спокойно и холодно, без своего привычного крика, и я, вспомнив Голема, почувствовал, как холод пробегает по моей спине. - Раньше я не давал слишком серьезного наказания за порчу имущества, и считал это за часть тренировки, но теперь за каждый отломившийся от стен школы кусочек вы будете платить жизнью. И я заставлю вас следовать моему армейскому графику — если я сказал проснуться в 6 — значит вы просыпаетесь. И наконец, последнее — вы моя армия. Вы должны держаться вместе. Вы должны расследовать причину смерти своих товарищей вместе. Даже сильнейшая армия распадется, если её члены не будут готовы стереть любого с лица Земли, защищая друг друга. Как я понял, вы не согласны воспринимать меня серьезно, когда я веду себя, как комедийный персонаж-дядя Вася, матерящийся после каждого слова. Тогда мне придется открыть вам своё истинное лицо, - мрачно подвел АТМ, после чего развернулся к двери. - Если у вас нет вопросов, заходите в класс. Никто не проронил и слова. Просто молчали. Да и добавить было нечего. Человек, закрытый в клетке, не станет кричать, когда эту клетку еще и накроют покрывалом. Мы все, точнее всего десятеро из нас всех, зашли в кабинет, всё так же напоминавший скорее солидный музей, нежели помещение в житомирской школе, и молча уселись на стулья, каждый из которых наверняка можно было бы продать за пару десятков тысяч. - Апполлон, - банкомат подкатился к спящему граммофону, и даже не пришлось по нему бить, как он тут же проснулся, заслышав не предвещающий ничего хорошего тон. - Запускай самую жуткую, самую пробирающую до костей музыку, известную человечеству. - Звуки чесания пузика ёжику? - просопел Апполлон. - Именно, - невозмутимо отчеканил АТМ, и из граммофона вылились звуки… чесания пузика ёжику. - Попрошу начать, малышня. - Я начну, - подвелась не безызвестная жаба-тян, и у меня тут же голова заболела, стоило мне представить, как она начинает свой занудный рассказ. - Вместе с Викторией, мы нашли много зацепок к загадке убийства. Во-первых, спешный химический анализ и валяющаяся на полу субстанция говорили об одном — жертву отравили. Причем сделали это до того, как мы своей командой отправились за оружием. Судя по странным ожогам на лице, могу предположить, что в составе отравы была щелочь, которая, к тому же, находилась в составе использованного АТМ средства для прочистки труб, когда он проводил инструктаж по созданию трубчатых бомб. Скорее всего, средство намеренно подлили ему в тарелку, а субстанция на полу — результат вызванной отравлением рвоты. Жертва скончалась от ожогов пищевода. Мы специально спросили Варвару Пылесосовну, всё это время находившуюся здесь… - УХ ЭТОТ ГРЁБАННЫЙ ВАЛОКАРДИН! СКОТИНА, СДОХ И СДОХ — ПОДЕЛОМ ЕМУ!! - выплюнула уборщица, снова покачав головой с выражением лица «довели страну, ироды» и упершись о швабру. - СТАЛИНА НА НЕГО НЕТ!!! ХОДИЛ ТУТ И БЛЕВАЛ НА ПОЛ ЦЕЛЫЙ ДЕНЬ, ДАЖЕ НА ВОЙНУ НЕ ПОШЕЛ!!! НАБУХАЛСЯ НЕБОСЬ! ВСЁ ЖАЛОВАЛСЯ, ПУЗО ЕГО ЖИРНОЕ ВИДИТЕ ЛИ БОЛИТ!!! СРАМОТА!!! - …в общем, как мы поняли, отравили его сразу после начала испытания, после чего убийца с легкостью мог отправиться дальше в эпицентр битвы. - ЧЁ ЗА ХУЙНЯ, ЧЕГО МЫ ОТКИДЫВАЕМ ВАРИАНТ ТОГО, ЧТО БАБКА ЕГО И УБИЛА? У НЕЁ-ТО В ШВАБРЕ ЯДА БОЛЬШЕ, ЧЕМ В ТАБЛЕТКЕ ЦИАНИДА! ОНА ВСЁ ВРЕМЯ ТЕРЛАСЬ ЗДЕСЬ, НЕ ВЫХОДИЛА НИКУДА, И ЕЩЕ И ЗАМЕТАЕТ ЗА СОБОЙ СЛЕДЫ, БУКВАЛЬНО!!! - я тут же подвелся, не в силах терпеть неимоверно скучный монолог Худовозик. - НУ ЧЁ ЗА МОЛОДЕЖЬ ПОШЛА — НИ СТЫДА, НИ СОВЕСТИ!!! ДА Я В СВОИ 70 ТАКОЙ ХЕРНЕЙ НЕ ЗАНИМАЮСЬ!! - Варвара тут же пизданула меня шваброй по лицу, и снова началась бы драка, если бы между нами не встала Худовозик. - Дайте слово, - отчеканила эта ведьма проклятая. - Вычисляя расстояние, которое убийца мог пройти с момента убийства и дойти до леса, проанализировав отпечатки пальцев на средстве для прочистки труб, следы в столовой, собственные наблюдения, события на поле битвы, события после убийства и прочее, мы пришли к выводу, что убийца — это… - КОДЗИМА И ТОЛЬКО КОДЗИМА!!! - подвелся и воскликнул я, тыкая пальцем в мелкого азиатского поганца. - Всё логично — он убил одного из своей команды, а потом поехал на своём золотом жигуле к нашему отряду и выдал пиздюлей, чтобы еще и нас увести в могилу — а потом, когда его раскрыли — начал еще и пудрить мне мозги, говоря, что «нелогично это», «настоящий убийца будет скрываться в тени»… Нахуй иди, ты ебанутый — это уже отменяет любое твоё алиби. ЕБАНУТЫЙ убийца не будет скрываться в тени!! - Амбал, и только, - цокнул языком Хидэо, как-будто на него реально напала гопота, которая не смогла ответить на его вопрос, как можно разогнать молекулярные частицы, чтобы вызвать резонанс. - Ну же, мисс великий и неповторимый агент ЦРУ, мастер шпионажа и сбора тактической информации, скажи ему, насколько абсурдны его слова. - Не думала, что скажу это… - Худовозик по-особенному злобно нахмурилась. - Но Хидэо, среди всех шести подозреваемых, я подозреваю меньше всего. Во-первых, потому что это было бы слишком очевидно. Во-вторых, потому, что он просто не мог так быстро добраться со школы в лес, и еще и успеть дождаться, когда придём мы. Это просто алогично. - Вот именно. Только говоря «шесть подозреваемых», ты сильно ошиблась. Их гораздо больше. Именно поэтому я снова подозреваю твою дорогую подружку, стоящую прямо позади тебя, - абсолютный разработчик игр ухмыльнулся, указав на всё это время стоявшую за спиной у подруги молча Викторию, чей чёрный капюшон ввиду разницы в росте возвышался над макушкой Худовозик. - разбирается в ядах, делает вид святоши, спасающей людей от грозных Полин Воробьевых, настолько доброй, что даже дворовые собаки виляют перед ней хвостиками. Если бы она носила титул «абсолютной садоводки», или «коллекционерки блесточек и куколок», то я бы еще поверил в это дерьмо. Но теперь вы — дилер и агент ЦРУ — затираете мне свою ложь, пытаясь отвести от разгадки убийства, которая лежит гораздо ближе, чем нам кажется? - Шо ти верзеш, розбійник?! АТМ казав, що той, хто вб’є члена ворожої команди, не буде покараним, - подала голос «Мотор». - До того ж, ці двоє весь цей час були з нами з самого початку випробування... - Откуда нам знать, что это не уловка? Чтобы мы были агрессивней, а не сидели в уголках, боясь кого-то покалечить своей бомбочкой? Нельзя откидывать этот вариант, коль он имеет место быть. Всё равно, что говорить, что власти Гондураса тайно разрабатывают ядерное оружие — звучит странно, и никто о таком ни разу и не заикался, но имеет место быть — мы ведь не знаем, что происходит у них там, за кулисами. С таким же успехом можно говорить, что вы, кто, ко всему прочему, были единственными, кто действительно проводил «расследование» около трупа, пока остальные находились за пределами школы, и есть инициаторами убийства. - Если ты закончил с этой чепухой — дай мне наконец высказать мои предположения, - так же холодно и невозмутимо бросила Худовозик, будто говорила с каким-то предателем американской родины в камере допроса. - Самым логичным предположением для меня является то, что убийство совершил… Ной Смит, - она серьезно перевела взгляд на Абсолютного америкоса, сидящий в своём перепачканном и порванном ковбойском костюме. - Kiss my ass, pussy girl, - бросил из-под шляпы эпичный ковбой, покуривая солёную соломку. - … - Худовозик не нашла, чего ответить, и только принялась обосновывать свою точку зрения. - Ной изначально не собирался следовать плану Хидэо, и наверняка с самого начала решил отравить Гарика, после чего отправился штурмовать границу леса, а после — на поле битвы рядом с замком, воспользовавшись тем, что все единогласно будут подозревать Хидэо, не разобравшись во времени и причинах убийства. Дальнейшие его действия по штурму школы подливают масла в огонь — очень похоже на заметание следов. Второй человек, кто лучше всего подходит в кандидаты убийцы, учитывая мою теорию с расстоянием между школой и замком, а также временем убийства, - это абсолютный юрист, но его подозревать смысла нет. Если бы он кого-то убил, то завизжал бы об этом на весь лес. - You are stupid, pussy girl. And definitely not American. If I had to kill a man, I would stick my revolver to his throat, and then I’d pull a trigger, kicking a bullet into his fucking throat. Do you see what the point? Americans kill only with guns, pussy girl, - Ной опёрся о спинку стула, покрутив в руках свой револьвер, проделав с ним невероятные трюки, прям как тот чувачок из игр бати Хидэо по имени Шалашаска. - ТИ ШО БЛЯ?! ТА Я Ж ВЄНЄЦ СПРАВЕДЛИВОСТІ!!! - вдруг подскочил абсолютный юрист. - Я Б НІКОЛИ НЕ ПОРУШИВ КРІМІНАЛЬНОГО КОДЕКСУ УКРАЇНИ... Я ПОКЛЯВСЯ СВОЄМУ БАТІ, Я СКАЗАВ ЙОМУ “БАТЯ, Я СТАРАЮСЬ!!!”, ВІН СУДДЯ ВЖЕ СТІЛЬКИ, СКІЛЬКИ ЙОГО ЗЕМЛЯ НОСИТЬ, Я ПОКЛЯВСЯ, ЩО СТАНУ ТАКИМ ЖЕ КРУТИМ, ЯК ВІН!!! - Шо за хуйня, діч полнєйша виходить... Бля, да попутного вітру тобі в сраку, зелена! - снова заговорила Линн «Мотор/Мега-мольфар колдун 5 уровня/Закарпатская гадюка». - Яке це бля діло має до підпалу замку? Ніякий це не збіг обставин... Сто пудов тут замєшана совкодрочєрка, - она промямлила эту фразу пусть и уверенно, но с дрожью в голосе, и я заметил, как страх всё же начал проявляться в ней, и она, вздохнув, прикрыла лицо рукой. - Вот почему я считаю, что все эти ваши рассказы про то, что Гарика убил либо америкос, либо Виктория — это хуйня полнейшая. В обеих ваших идиотских теориях есть два гигантских, жирнючих, прям как жопа депутата-олигарха, пробела, которые даже такой дебил, как я, предельно ясно видит. Во-первых, чётко названные подозреваемые работали в гей-парах — тогда убийц должно быть двое, правильно? Но АТМ никогда не говорил, что отпустит человека, который будет давать своей подружке или дружку на побегушках делать за него грязную работу и прятаться за его спиной. - Только не на поле битвы!! - протрещал банкомат. - Никаких, блять, никаких сюсюканий на поле битвы нахуй!!! Никаких побегушек, если убиваете блять, то убивайте только своими блять железными кулаками, ироды! - Bruh kill yourself, - Ной посмотрел на меня, как на дебила, перевел взгляд на Петьку, тот тоже смотрел на него, и оба, похлопав пару секунд глазами, снова посмотрели на меня, как на дебила. - ВО-ВТОРЫХ, БЛЯТЬ!!! - я поднял палец вверх, и покрутил его, как мент своей полосатой тыкалкой на перекрестке. - Вы четверо всё это время сидели тут. Я уверен в том, что то, что мы с Мотором и Чугуном… то есть, Линой и Светой, увидели, когда повторно пошли в лес — поджог замка и смерть Мирославы, а еще этот уёбок, - я пнул ногой Хидэо. - Всё это — продолжение одной истории, а не случайная потасовка с наёмниками на краюшку леса. Кто-то поджег замок, после чего напал на Мирославу и Хидэо. Как утверждает Хидэо, пожар возник сам по себе, из-за того, что Остап, канистра с бензином, разлился где-то во время обвала, а наёмники, задача которых — наказывать нас, подумали, что поджог устроили эти двое. Я могу поверить Хидэо отчасти, но я не могу поверить, что наёмник, особенно после истории с наёмником-химиком, будет намеренно убивать учеников. Как и не верю в то, что разлитый бензин воспламенился по велению божьему. Можете продолжать говорить, что это нелогично и слишком очевидно, но для меня становится предельно ясно одно — убийцей является Хидэо. - Не веришь истории про то, что меня ранил наёмник? - хмыкнул гейм-дев. - Отдай-ка эту штуку, которую ты продолжаешь носить с собой, - Хидэо бесцеремонно отобрал у меня штангенциркуль, лежавший в кармане толстовке. - Откуда он у тебя? Ты видел его, не так ли? - Я… - я потупился, не зная, стоит ли об этом рассказывать, но всё же, это должна была быть важная зацепка к расследованию, так что я, в последний раз глянув на АТМ, решился всё выложить. - Авогадро, он хотел убить и меня. Но его окружили остальные наёмники, и тот по-странному испугался, а после все они исчезли… Признаюсь, я сам был ранен, и был слишком сильно напуган, чтобы что-то заметить в нём... - Тогда картина становится еще четче. Хорошо, тогда позволь мне показать тебе некий фокус, - Хидэо взял штангенциркуль, и, потянув за какой-то болт в нём, вытащил, прям как лезвие канцелярского ножа, железное остриё, прикрепленное к внутренней части орудия, полностью покрытое тёмно-красным подсохшим налётом, который, без сомнения, был свернувшейся запекшейся кровью. - Как ты думаешь, Наруто, почему другие наёмники так отреагировали на то, что Авогадро нас атаковал? Нет, даже не так… Почему Авогадро так отреагировал на появление наёмников? - Кодзима повертел в руках орудие, которым еще недавно пронзали его кожу, теперь замотанную элитной туалетной бумагой. - Может быть потому, что Авогадро и не был одним из учителей-наёмников? - Подожди… Ты хочешь сказать, что кто-то нарядился в Авогадро и принялся вас колоть? ЭЙ?! А РАЗВЕ НЕ ТЫ УПРАВЛЯЛ НАЁМНИКАМИ, КОГДА МЫ В ПЕРВЫЙ РАЗ ПРИШЛИ К ЗАМКУ, И ТЫ ТАМ ЕЩЕ СИДЕЛ С КЕРОСИНОВОЙ ЛАМПОЙ И ЖДАЛ НАС?! - Ты прав, я управлял ими. Наёмниками. Но не псевдо-наёмником. До последнего я думал, что Виктория — виновница, но ты, Наруто, раскрыл мне глаза своим идиотизмом… Всё становится предельно ясно: в нашей команде был человек, притворявшийся двойным агентом, а на деле он работал в своих лишь интересах, предательство которого я довольно быстро раскрыл. А пока вы сражались с наёмниками, он решил сделать вид, что фасад замка похоронил его живьем, а на деле выбрался, но следом за Авогадро. Пока мы все были заняты масштабной битвой, он мог с легкостью избавиться от настоящего Авогадро, после чего стать его мимиком. Никто ведь не станет подозревать мертвеца, ведь так? А если кто-то и решится узнать правду — того он заколет насмерть. - Эй, ты же не хочешь сказать, что… - Масайоши. Масайоши Сасато. Абсолютный «неизвестно кто», неизвестно как попавший в школу, ни на чьей стороне, не голосующий ни за кого на выборах, не пьет, не матюкается, не ездит на «майбахе», просто «кто-то» - прекрасный образ, который может выстроить убийца, инсценировавший свою смерть. Ведь он настолько непримечательный, что никто даже и не вспомнит о нём. Ведь так? - Эй, этого не может быть, Масайоши мой дру… - я запнулся. С чего я вообще зову его другом? Потому, что он пару раз со мной поговорил? А он хоть раз спас меня от смертельной опасности, что прячется на каждом углу этого поселка, как это делали Ахмед, Лина, Мирослава? Кто он вообще? Приехал, видите ли, из Цушимы, БЛЯ, ДА ДАЖЕ Я ЗНАЮ, ЧТО ТАКОГО РЕГИОНА В ЯПОНИИ НЕТ!!! Я, СЫН АНИМЕШНИЦЫ!!! Всё это время вести себя так похуистично-меланхолично… либо он психопат, либо эмо, но больше похоже на первое! Ведь правда — вдруг он еще один американский шпион? Мы ведь ни черта о нём не знаем! Вдруг я вспомнил одну историю — историю о моем бате. Да-да, даже у анимешницы, которая всю жизнь наяривала на 2д-японцев, могут быть отношения с настоящим мужиком! Ну, как сказать… Мать моя встретила батю моего на сходке анимешников в Киеве, тот был приезжим косплеером, таким же третьесортным, как я, но моей матушке и этого хватило, чтобы сразу же потянуть в ЗАГС человека, носящего одежку его любимого 2д-вайфу — Ебато из аниме «Солнечная Электро-Космическая Станция(СЭКС(2 часть))». Всё бы ничего, брак шел как по маслу, вот только первые несколько месяцев… Вы же знаете, что может случится, если человек женится на анимешнице, живущей со своим бородатым отцом-друидом? Он чувствовал себя в нашей семье, как рыба в бензине. Он держался все эти годы, но в какой-то момент он не выдержал, и я(мне тогда было 10 лет), как сейчас помню слова бати, как он стукнул дверьми, и ушел на 4 года, все думали, что он умер, когда на него упал кирпич… но нет. Потом он вернулся. Я повернулся на жуткий звук скрипящей двери. «Хентай с Джейсоном Вурхизом» - снова подумал я. На этот раз с острахом, или скорее чтобы себя успокоить. Но я не смог сдержаться — я повернул взгляд, жопа вспотела, и все мысли стёрла картина перед моими глазами — в дверном проеме стояла чёрная фигура, а зловеще посвистывающий ветер из окна заставлял плащ этого таинственного человека развиваться, как паруса корабля(почти что алые паруса Ассоль). За окном зарычал гром, и порванный и подгоревший плащ слетел на землю. Передо мной стоял давно знакомый мне Масайоши Сасато. Он вернулся из мертвых. Прямо как Терминатор. Я уже видел, как он показывает характерный жест руками со словами «Албибэк». Но я не был рад. Я был бы рад сильнее, даже если бы передо мной был мой батя. Но сейчас... - Слышь ты вша ебанная тебя наглухо шваркнуть? - всё, что я смог выдавить, смотря в его пустые черные глаза, настолько пустые, что он действительно напоминал мертвеца, и я не мог поверить в то, что он реален, что то, что я вижу — не иллюзия, и не галлюцинации. Я честно поверил, что Масайоши умер, и я готов был это принять. Но что я не приму, так это то, что он посмел обмануть нас всех, особенно меня, и убить одного из нас. Я схватил «друга» за воротник и начал орать. - НУ ТЫ ЧЁ ФРАЕР ЕБЛИВЫЙ ШКОЛЬНАЯ ЗАЛУПА ГНИДА ЧМОШНАЯ ГОВНО ПОДЗАЛУПНОЕ ХЕР СМАЗЛИВЫЙ ЕБАНОЕ ТЫ ЧМО БЛЯТЬ ОБОСРАВШЕЕСЯ СУЧЬЕ ВЫМЯ БЛЯТЬ РЕДИСКА ПОПУЩЕННАЯ КРИНЖОВЫЙ ЗУМЕР БЛЯ СУКА БЛЯ СУКА БЛЯ СУКА!!!!!!!!!! НАХУЯ ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ?!?!? Я ДУМАЛ ЧТО МЫ БРАТАНЫ!!! ЧТО ТЕБЕ НА ВСЁ НАСРАТЬ!!!!! А ТЫ ТАКОЙ ЖЕ КАК И ДРУГИЕ!!! ВСЕ МУЖИКИ КОЗЛЫ!!!!!!!!!! АААААААААААААААА!!!! Но «наёмник» не проронил ни слова. Он был молчалив, стоял, как окаменевшая статуя, и только сам факт того, что зомбарей не существует, заставлял меня поверить в то, что он стоял передо мной живым. Я ненавидел его, ненавидел всей душой, даже сильнее, чем этого гребанного кукловода-банкомата, сильнее, чем этого четырехглазого пидрилу Кодзиму, да даже сильнее, чем министра образования. Меня настолько распидарашивал гнев, как диарея ебало жирному школьнику, я хотел сейчас, прямо как после потной катки в доту, пиздануть кого-нибудь грязным ботинком по ебалу, я хотел взять горстку кирпичей и запустить в кого-нибудь, вся эта необузданная ярость, как бешеная псина в клетке, рвалась наружу, проявляясь стиснутыми зубами и кулаками. Я впервые согласен с Хидэо, предательство — ужасное преступление, предатели должны умереть. Убийство — это уже предательство самого себя. Убийство на пару с предательством — это неочищаемый грех, который смоет только расхуяченная рожа. Я ведь, как невинная 13-летняя влюбленная девочка, доверился ему, поверил в то, что мы теперь друзья навсегда, что вместе мы распиздячим и горы, и осушим моря, и даже Обаму сможем победить вместе! Но нет же! Всё это время это была маска, а я вел себя, как наивный идиот. Мы все тут не безгрешны, и все жаждем крови друг друга, как и говорил Хидэо. Нет смысла даже спрашивать «почему он это сделал?». Да даже сам факт того, что если мы хотим выбраться, то должны пускать кровь, даёт очевидный ответ, не говоря уже о том, что мы все здесь непростая школота, ну… может все кроме меня, и все в каком-то плане носим фальшивые лица. Я не должен был так сбавлять свою бдительность, и должен был быть готовым ко всему этому. Но я слишком слаб. - ПОЧЕМУ?!! ПОЧЕМУ ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ, УЁБА?!! - Масайоши стоял безоружным, и я без страха, что он может прятать кол за рукавом, подбежал к нему и схватил за всратый свитер, тряся его, как банку с газировкой, чтоб оттуда пизданула пена. Мой голос дрожал, от того урагана, бушевавшего внутри меня, и я чувствовал, как весь трясусь, и почему-то так по-глупому считал, что ответ на этот идиотский вопрос, который я уже и так знаю, успокоит меня, и мир воцарит во всем мире, стоит ответу вылететь из чужих уст. - ПОЧЕМУ-У-У-У-У?!??! - Подвал. Всё из-за подвала, - мне показалось, что его шепот прозвучал в моей голове, а не над моим ухом, будто я и вправду был ебанутым шизоидом, и не успел я переспросить, как тот отстранился от меня, и невозмутимо повернулся к АТМ. - Мистер АТМ, я готов к наказанию. Я признаю свою вину в убийстве. - Вот бы так всегда! И без лишней пиздиловки! - протрещал АТМ. - Ну чё, я даже спрашивать о голосовании не буду, я хочу побыстрее с этим закончить. Итак, малышня, марш в комнату для казни. Я застыл на месте, не в силах пошевелиться. Что-то мне подсказывало, что убийство Гарика — только верхушка айсберга.