Голос из космоса

      За окном синели летние сумерки. Женька сидела перед компьютером, подперев голову руками. Зачем она нахвасталась? Легко сказать — напишу повесть за две недели… А про что? А как начать? Рыжик вздохнула.       — Как дела? — в окно заглянули Акмаль и Бельчонок.       — Никак…       — Да ты не переживай, — Акмаль опёрся о подоконник. — У меня тоже никак не получается. Дело не в железе, а в программе. А как исправить я не знаю. Всю голову изломал…       Вообще-то Женька уже придумала, про что будет писать. Про катастрофу на другой планете, помочь которой смогут её друзья, ставшие героями повести. А катастрофу вызовут роботы, над которыми жители планеты потеряют контроль. На идею Рыжика навела повесть дяди Юры Криницына «Серая пыль», в которой жадную цивилизацию, правда, не людей, а ящеров, погубило её же творение — микроскопические роботы, способные перестраивать атомы и делать полезные и нужные вещи буквально из ничего. Но роботы (их называли наноботы) вместо этого стали переделывать всё, что попадало им в «руки», превращая планету в серую пыль. А ещё прочитанная в прошлом году фантастическая повесть про работавших на Луне роботах-сэтаврах. И неуязвимых роботов Женька тоже придумала. Вчера дед Акмаля Джахангир-ака приехал в гости и привёз фотографии с раскопок. Они нашли в горах — в одной из пещер — загадочный памятник: высеченную из гранита фигуру, напоминавшую то ли робота, то ли космонавта в жёстком скафандре. Перед странной фигурой расположился жертвенник в виде цветка с загадочными письменами. Тогда Рыжик и придумала, кто станет главным злодеем. Но вот с чего начать?       — Слышала? Вчера в Херсонесе «чёрных копателей» поймали, — хитро прищурился Акмаль. — И знаешь, кого?       — Кого?       — Замухрышку! — хихикнул Бельчонок.       — Петра Дмитриевича?! Он же кружок юных археологов ведёт!       — Ага. А в свободное от работы время «чёрными копателями» руководит, — ответил Акмаль.       — Попался, зараза! — злорадно ухмыльнулась Рыжик. — А у меня с Юркой горсть медяков отобрал — археологическая ценность! Дедушка Ахмед с Жоркой Крутилиным с ним потом ругались. Жорка в конце концов у него монеты обратно отобрал и в школьный музей отдал, как мы хотели.       Бельчонок поставил на окно игрушку — радиоуправляемый шагающий танк-мех, как из фантастических фильмов про межпланетные войны. Щёлкнул выключателем, и мех зашагал по подоконнику, издавая лязг и скрип старого механизма.       — Видела? Это Акмаль починил. Да ещё и звуки записал в него, будто старая ржавая железяка работает!       Мех остановился рядом с ящиком с песком, в котором Юрка делал диораму, изображающую погранзаставу в пустыне. Мех на секунду остановился и шагнул на песок, остановившись у пограничного столбика — Бельчонок нажал на пульте «стоп».       Рыжик некоторое время смотрела на игрушку… И вдруг отчаянно застучала по клавиатуре.       — Придумала начало? — улыбнулся Павлик.       Но Рыжик только замахала на мальчишек руками: «Не отвлекайте!».

***

      …Солнце медленно клонилось к горизонту выжженной солнцем степи. На фоне холмистой гряды виднелся странный силуэт, стоящий около низкого полосатого столба. Громоздкое двуногое существо, неподвижно стоящее посреди широкой равнины. Хотя это создание вовсе не было живым существом. Это был силуэт машины, созданной руками человека. Мех. Стопоходящая боевая машина-телебот. То есть управляемый на расстоянии робот. Здесь была застава. Здесь проходила граница между двумя мирами. Один уже почти мёртвый, другой ещё живой.       «Ещё живой…», — Рен на секунду оторвался от монитора станции управления мехом. Там, за границей, эти твари, медленно и методично разрушающие планету. Хотя, тварями они не были. Они были творениями рук человеческих. Инженерными машинами, созданными из благих побуждений — заменить человека там, где ему работать опасно. Поэтому они были мощными, устойчивы к повреждениям и способными быстро восстанавливаться после аварий. И ещё были автономными и в управлении, и в энергообеспечении. И однажды это сыграло злую шутку. Произошёл какой-то сбой, и эти машины стали работать сами по себе. Они продолжали методично преобразовывать природу на благо цивилизации и разрушать планету. И никто не может их остановить. Вот уже второй год идёт эта война между людьми и машинами.       Впереди меха пустыня — там обитают эти рукотворные твари. Сзади — оазис, одно из немногих мест, куда им нет доступа. Пока нет. Рано или поздно, если их не остановят, эти упорные машины проникнут и сюда. А пока их держит застава.       Рен напрягся — на горизонте появился знакомый силуэт керамера — так называют эти машины. Но нет, не пройдёшь — багровый диск солнца уже скрылся за горизонтом, и в пустыне наступили лиловые сумерки. А значит, керамер замрёт до утра. Этим механическим тварям нужна энергия солнца. Иначе они просто бесполезный хлам.       Рен навёл на замершую глыбу керамера прицел меха. Завтра утром первые лучи солнца активируют мех, и он одним залпом разнесёт эту машину до того, как та успеет включится…       Рыжик оторвалась от клавиатуры и посмотрела в окно. Акмаль и Бельчонок уже куда-то ускакали… А Женя печально взглянула на видневшийся за окном алый закат. «Завтра жара будет», — подумала Женя. Внезапно охватившее её вдохновение вдруг исчезло… Ну, взял этот Рен на прицел керамера. Ну, утром пушки меха разнесут его в щебень… И что дальше? Опять придёт керамер и опять мех его разнесёт. Или керамер разнесёт мех. Тогда на заставу пришлют новый. Или не пришлют. Или керамер не придёт. Скукота… Всё предсказуемо! Должно что-то случится, чтобы повесть получилась динамичной, непредсказуемой! Что-то необычное, чего здесь никогда не бывает! А что могло случится на этой песчаной заставе? Верблюд облысел? Или мыши бурдюк с водой прогрызли?       Женя вздохнула — оказывается, как это трудно, быть писателем… Она усмехнулась, вспомнив разговор с мальчишками. «Ну, Замухрышка, попался всё-таки! — злорадно усмехнулась Женька. — Не будешь теперь у малышей черепки и монеты в Херсонесе отбирать!» И тут Женьку осенило! Сейчас она устроит Петру Дмитриевичу маленькое приключение… Женька коварно ухмыльнулась: «Не зря Жорка Крутилин вас гробокопателем называет. Вы ведь с ним вместе в старых курганах копались. Только Жорка завязал, а вас жадность погубила!»       … Но что это?! Недалеко от меха мелькнула фигура человека! Кто он? У него нет маяка! И как он мог появится оттуда, со стороны пустыни?

***

      Пётр Петрович Замухарин был кладоискателем. Это была его страсть. Не беда, что над ним посмеивались коллеги. Не беда, что язвительные школьники «переименовали» его в Полиграфа Полиграфыча Замухрышкина. Правда себя он гордо именовал археологом-любителем. А сосед — «гробокопателем».       Вот и сейчас Пётр Петрович был в шаге от цели. Впереди показался приметный холм с геодезической вышкой. Кладоискатель огляделся — никого. Да и кто мог появится глубокой ночью здесь, в казахской степи?       Там — за холмом — развалины древнего караван-сарая, в котором богатые купцы, останавливались на пути в Поволжье и Русь. Поэтому там можно найти много любопытного…       — Ёлки! Такой хороший фрагмент получился! И всё заново придётся! — в сердцах воскликнула Женька, собираясь уже стереть написанный текст.       — Почему? Хорошо же получилось! — остановил её Юрка.       — Да я забыла, что действие идёт на другой планете! Как туда Замухарин попадёт?       — Как, как? В дыру в пространстве провалится! Как у Крапивина!       — Ага! А как он туда провалится? Как Витька Мохов — с табуретки?!       — Почему с табуретки? С холма. Не заметил в потёмках, что там пространственная щель. И шагнул… В неизвестность…       — А дырка откуда там взялась? Мыши прогрызли?       — Петух проклевал! Они же учёные! Если керамеров придумали, могут и ещё чего-нибудь изобрести. Ты как собираешься сигнал на Землю отправить? Если планету будут только дети спасать, значит планетарную связь исключаем, иначе детей туда не пустят. Потому что будет большая спасательная экспедиция.       — Вообще-то я думала, что там на заставе какую-нибудь станцию придумают.       — Пограничники придумают?       — Почему? Ведь там… Ну, если керамеры туда не проникли… Значит там какая-то научная станция, куда ещё пока не пускают керамеров.       — Ну, так если там учёные придумали станцию связи, то может они и какой-нибудь портал придумают, — хитро посмотрел на сестру Юрка. — Он и будет бродить по планете.       — А почему именно по Земле?       — Ну, а почему твои учёные направили сигнал на Землю? Значит, знали про Землю!       — Юрка, ты гений! — Женька порывисто обняла братишку и кинулась к ноутбуку.       — И раскопки Замухрышка вёл на кладбище.       — Почему?! — оторопела Женя.       — А так страшнее! — усмехнулся Юрка.       — А ведь и керамеры могут через портал к нам попасть, — хитро сказала Женька. — Так будет ещё страшнее.       — Не, Жень. Может они к нам и попадут, но одно дело там хулиганить, а другое на Земле. Планета другая, здесь у них это фокус не выйдет.       … Кладоискатель долго шёл в кромешной тьме — включать фонарик он опасался. Недалеко от холма он испытал странное ощущение: на секунду ему показалось, что земля стала зыбкой, а он подлетел в воздух и рухнул с высоты… Но нет, кругом по-прежнему степь. Вон и приметных холм с вышкой, колеблющейся в тёплом мареве, идущем от нагревшейся за день земли. Впрочем, Пётр не долго размышлял о случившемся — впереди показались камни развалин.       Лопата легко вонзалась в рыхлый песчаный грунт. Пётр орудовал поочерёдно то ей, то заступом. По его расчётам именно здесь располагалась кладовая, где хранили казну хозяева постоялого двора. Тут же хранили свои деньги и проезжавшие через этот край сборщики налогов.       Но… Что-то было не так. Он копал уже больше часа, а никакого результата. Позавчера в сумерках он уже был здесь и после пары ударов заступа нашёл горсть медяков. А сейчас… Пётр выпрямился и оглянулся на камни развалин. И тут по его спине прошёл неприятный холодок — камни почему-то напомнили ему кладбище. Нет, точно! Это старое кладбище! Вон и памятник с чем-то похожим на крест! Но вблизи старых развалин никаких кладбищ не была, куда же его занесла нелёгкая?! Видимо, в темноте он перепутал тропинки…       Женя вновь остановилась. «Ну, допустим, Замухрышка увидит, что он на другой планете. И что? Догадается, что там был портал. Он же увлекается фантастикой. А надо его так напугать, чтобы только пятки сверкали. Чтобы дорогу забыл на заставу. Как? Мех? Будто он никогда шагоходов не видел! Керамер? Он до утра не двинется. Замухрышка приглядится и поймёт, что это памятник. Вроде того, что дедушка Джахангир нашёл. Кладбище? Он же гробокопатель! — усмехнулась Женька. — Памятники, привидения, огни… Жёлтое могильное чудовище… Красное могильное чудовище… Синее могильное чудовище… Гражданин, пройдёмте! — рассмеялась Женька, вспомнив старый анекдот. — Нет, это уже мистика какая-то получается, а не фантастика… Хм… Кто там ещё может быть? Крысы, черви… Точно!» Женька кинулась к книжной полке и стала рыться в подборке «Юного натуралиста». Нашла нужный журнал и перелистнула страницы. «На одной из планет системы Теоны — Сириане, было обнаружено необычное животное. Обитателя здешних пустынь прозвали «песчаным червём» за необычный облик и образ жизни… — прочитала она. — Вот кто нам поможет!» — радостно воскликнула Рыжик и, кинув журнал на диван, принялась печатать дальше…       … Неожиданно Пётр почувствовал, как земля под ногами дрогнула. А вскоре раздался шелестящий гул, будто кто-то полз там, в толще песка. Пётр прислушался. Но звук оборвался так же внезапно, как и появился. Кладоискатель уже собрался уходить из жутковатого места, как взгляд его остановился на горизонте, заставив замереть. Там на уже подсвеченным восходящей Луной небе виднелась жуткая фигура. Огромный исполин с длинными — почти до земли — трёхпалыми руками смотрел на него. Смотрел пристально и жутко стеклянно мерцающими в свете Луны глазами, каждое величиной с блюдце. В голове невольно всплыли детские страшилки о Хозяине кладбища.       Он отшатнулся назад и упал навзничь, споткнувшись о корень. И тут испугался по-настоящему. Над ним оказалось… чужое небо! Вместо привычной Луны была… Собственно луна была, но совсем другая. Крупная, окружённая тонким голубым ореолом, будто тонкой атмосферой, с непривычным рисунком тёмных и светлых пятен. А рядом по небу быстро летела вторая луна неправильной формы, на ходу меняя фазы. И ни одного знакомого созвездия, ни одной привычной звезды!       И тут вновь послышался шорох. На этот раз «дрожь земли» не прекратилась. Звук становился всё ближе. Вот и виднеющийся невдалеке овальный белый камень зашевелился, закачался… Пётр почувствовал, как волосы буквально зашевелились на голове, а ноги приросли к месту. Камень рухнул… Земля разверзлась, и из неё выползло существо, показавшееся Петру настоящим исчадием ада. Длинный, блестящий в свете Луны червь. С конической, покрытой плоской чешуёй головой и немигающим взглядом янтарных глаз. Червь издал резкий скрежещущий звук и раскрыл пасть с острыми, похожими на иглы, зубами.       — Сгинь! — еле слышно прошептал горе-археолог, махнув на монстра руками. Но червь, издав на этот раз мелодичный мурлыкающий звук, пополз к нему.       Истошно закричав, Пётр бросил свои инструменты и кинулся бежать. Но куда?! Он даже не знает, где он. Да и исполин, как показалось перепуганному копателю, усмехнувшись, повернул голову в его сторону. Конечно, вон его тяжёлые шаги за спиной: бум! бум! Пётр бежал, не обращая внимания на кусты, ямы, корни деревьев. Только бы выбраться из этого кошмара.       Вон и приметный холм с вышкой, в колеблющемся мареве. И вновь тоже ощущение падения с высоты, кода земля ушла из-под ног, став на мгновение кисейной. И вот холм совсем рядом! и… О, нет! Огромный каменный исполин уже ждёт его здесь, по эту сторону холма! Издав нечленораздельный звук, археолог лишился чувств…       Мех и сопровождающий его вездеход остановились у полуразрушенной ограды старого кладбища кочевников Песчаного моря. Из вездехода выпрыгнул человек в форме Пограничной стражи Восточного Союза. Песчаный червь, вновь издав мелодичное мурлыканье, подполз к его ногам.       — А, Бурый! Привет, дружище. Ты тоже видел этого незнакомца? Что ему тут понадобилось? Гробокопателям здесь вроде делать нечего. Да и не до кладов сейчас, — человек погладил червя по голове. А тот, вновь замурлыкав, обвился вокруг ног человека и, подняв голову, сунул её под мышку водителя вездехода. — Завтра расскажешь всё профессору Дебору. Ты же умеешь.       Пётр очнулся, когда Луна уже стояла высоко в небе. Да, это была обычная Луна. Земная Луна! И Млечный путь! И звёзды Малого ковша! Неужели всё это привиделось ему? А где же инструменты? Остались там… Где? Этого Пётр сказать не мог… Вон и приметный холм с геодезической вышкой. Только тёплого колеблющегося марева уже нет. И далеко-далеко видна степь. И белые камни развалин прямо за ним — заблудиться невозможно. И тут Пётр почувствовал, как слабеют ноги — преследовавший его исполин был здесь! Он стоял около холма и смотрел на небо огромными поблёскивающими глазами. Прошло минуты две, пока Пётр понял, что исполин недвижим. Это просто каменная статуя. Но её здесь не было! Он помнил это абсолютно точно! Или была? А он просто не видел её за холмом? Надо бы выяснить, но как? За такие тайные раскопки по голове не погладят. Как не прикрывайся любительской археологией, а для всех он — «чёрный копатель». И тут решение пришло. Через неделю он повезёт сюда экскурсию школьников из Ташкента, в том числе и прилетевших сюда из Краснодара его учеников. Среди них будут двоюродные брат и сестра — Дильноза Рустамова и Жора Дёмин, внуки ташкентского археолога, профессора Рустамова. Надо будет им намекнуть про таинственный «памятник», даже специально показать его. Ребятишки они любопытные, сразу полезут к деду с расспросами. А там можно ненароком поинтересоваться у Джахангир-ака, с которым у Петра было знакомство, последними новостями археологии.       Так всё же, где он побывал? Неужели… Марево, странное чувство падения… Чужое небо… Странное животное… О таком он читал только в фантастических романах. Портал в другой мир, на другую планету… Здесь, на Земле… Невероятно!

***

      Утро было ранним и солнечным. Жорка, поднявшийся ни свет, ни заря, уже давно сидел на чердачной лестнице. Он ждал. Ждал, когда солнце поднимется над заборами посёлка, примыкавшего к обсерватории. Потому что он решил провести опыт. Точнее, решили они: Жорка и озорная соседская девчонка Зоя. Но Зоя вчера срочно отправилась с родителями в город, и поэтому Жорка ждал на ступеньках один… На дощатом полу чердака лежал маленький пакетик с неким химическим составом. Его состав Зойка держала в тайне. Состав в виде порошка должен был под действием солнечного света превратится в комок крепкого пластика. Зачем? Жорка мысленно пожал плечами: зачем им был нужен этот состав, он пока ещё не знал. Просто пришла вчера идея в его вихрастую голову, а любопытная Зойка подхватила. Вот он её сегодня и воплотил в жизнь. Может для чего и понадобится. Правда, практическую пользу он всё-таки решил извлечь — пакет был вложен в форму в виде свернувшегося клубочком котёнка (другой приятель Жорки — Юрка специально вылепил). Так что получится пластиковая статуэтка.       Жорка зевнул, подняв голову, и сощурившись, глянул на солнце. И тут его рот широко открылся, а глаза сделались большими и круглыми. От солнца, разбрасывая искры, летело нечто, напоминавшее комету. Летело совершенно беззвучно, как во сне. Да и всё вокруг, весь мир, будто замер в удивлённом оцепенении. Жорка на всякий случай вынул из воротника рубашки булавку и ткнул ей себе в колено. И тут же, взвыв, подскочил. «Больно, значит — не сплю!» Но в следующий миг он подскочил ещё выше: комета приближалась к его чердаку. Сразу вспомнилась прочитанная ещё в детском саду книжка про Незнайку: от солнца кусок отвалился! Жорка помотал головой и вновь вперился глазами в сверкающее нечто, которое теперь, приближаясь приобрело черты светящейся женской головы с длинными, развевающимися шлейфом волосами.       «Ну, прям, Медуза Горгона какая-то!» — успел подумать Жорка перед тем, как вихрем слетел по лестнице и метнулся в мастерскую. Нечто, сверкнув влетело на чердак, и в следующую секунду замершую округу потряс оглушительный взрыв.       Жорка ещё некоторое время сидел под верстаком, зажмурив глаза. В ушах гудело. Наконец, приоткрыв глаза, он осторожно огляделся. Вроде, всё цело. Сарай, в котором располагалась «лаборатория» юного изобретателя, был цел. Жорка осторожно выглянул на улицу. И здесь никаких разрушений. Даже забор не покосился. Всё вокруг было, как прежде. Только Жоркин состав бесследно исчез, будто испарился, лишь оставив на полу чердака обожжённое бурое пятно.

***

      — Итак, уважаемые ученики, мы пришли. Это и есть тот самый знаменитый памятник. Гранитный Монстр. Кто и зачем возвёл его, науке пока не известно. Предполагается, что памятник высекли из цельной гранитной глыбы местные племена, поклонявшиеся неким духам природы. Злым или добрым, неизвестно. Одного из них и изображает данный памятник. Учёные предполагают, что у памятника располагался жертвенник, где приносили в жертву животных, а по особа значительным случаям и людей, — Полиграф Полиграфович Замухрышкин оглядел замерших от любопытства учеников.       — А мне бабушка говорила, что это страшный, но бестолковый дэв, которого обратил в камень за его нерасторопность и глупость Карашах, — Стаськина подруга Дильноза с любопытством уставилась на учителя. Надо сказать, что преподаватель культуроведения давно уже завоевал среди учеников их школы репутацию весьма своеобразного человека. Рассеянного чудака, точнее чудика. И стойкую нелюбовь к своей персоне из-за чрезмерного себялюбия и зазнайства. Но особенно его невзлюбил их 3 «Б». Именно его ученики и придумали Петру Петровичу Замухарину — так на самом деле звали учителя — прозвище Полиграф Замухрышкин, отождествив его с героем смешных сетевых комиксов про незадачливого историка.       — Ваше замечание, Дильноза Рустамова, было бы уместным, если бы мы находились в вашем родном Узбекистане. Но мы с вами находимся на другой планете, жители которой навряд ли читали сказки о Царе Скорпионов и горных дивах.       Дильноза лишь удивлённо переглянулась со Стаськой, сделав выразительный жест пальцем у виска. Стаська в ответ только пожала плечами — вообще-то Земли они и не покидали. Хотя и действительно находились вовсе не в Узбекистане, а в Казахстане. Если конечно, водитель автобуса, что вёз их всю ночь сюда из Ташкента не перепутал педали и не улетел в космос.       — Опять Чудик всю ночь в своих виртуальных мирах путешествовал и немного реальности перепутал, — усмехнулась Дилька. Странно, что другие школьники ничего не заметили и продолжали слушать учителя. И как раз в этот момент и зазвонил коммуникатор Дильки — звонил Жорка.       — Тебе чего?       — Офигеть!!! — только и сумел произнести мальчишка.       — Ты чего?!       — Сегодня на дачный посёлок какая-то огненная Горгона рухнула, прям на наш сарай!       — И чего?!       — И ничего!!! Даже забор не повалила!!!       Уже в автобусе Дилька и Стася обсуждали случившееся.       — Не было здесь никакого памятника! Я тебе точно говорю! — горячилась Дилька. — У меня всё-таки дед — археолог.       — Ой, будто я не знаю вашего с Жоркой деда! Мы же, вроде, к нему в гости едем. А откуда тогда памятник взялся? Замухрышкин сам его притащил?       — Да от него всего можно ожидать! — сгоряча выкрикнула Дилька и тут же сама расхохоталась, поняв, что сказала.       — А чего Жорка звонил?       — Какая-то Горгона на посёлок рухнула и какой-то реактив у него стащила… Приснилось, наверное. Кстати, помнишь, Замухрышкин говорил про жертвенник?       — Ну, да…       — Там больше никаких сооружений нет, даже следов. Зато заметила цветы у подножия?       — Ага, ромашки цветут.       — Одна самая крупная прям около него! И он будто разглядывает её!       — Точно!       — Но много веков назад ромашки там не было! Она столько не живёт!       — Это ты к чему?!       — Монстра соорудили совсем недавно! — победно закончила Дилька…