Наш мир запылает цветом осени

      На огромном грузовом корабле мы отбыли в Гренландию, это путешествие заняло несколько дней, полных опасности. Особенно неспокойно следовать через океан — мало того, что вода была ледяной, так некоторые твари умудрились жить и в ней, они преследовали наш укреплённый корабль с ценным грузом из людей, надёжно скрытых толстыми металлическими стенами контейнеров. Это единственный способ добраться до других континентов живыми. Любые связи были возможны только морем.       Когда наше путешествие только началось, в Канаде, куда мы добирались вертолётом больше двенадцати дней, то узнали, что шансы сесть на корабль были невелики. Многие люди бронировали место задолго, по нескольку недель ждали свою очередь. Деньги платили огромные, а безопасность и сохранность груза обеспечить было невозможно. За то время, что корабли перевозили людей, очень не многие решались на такой опасный путь, все упиралось в невероятно огромных существ в океане, охотящихся на суда. Часто контейнеры падали за борт, так как поднимались огромные волны и корабль качало, просто ужасно. За пять лет уцелело всего шесть кораблей, из них только два решались на перевозку людей. Сначала мы сильно переживали за места на корабле, но потом оказалось, что две семьи не добрались до Квебека, они разбились на машине и четверо погибли, а водитель в тяжёлом состоянии был доставлен в Оттаву. Эван познакомился с капитаном одного из кораблей, это была команда совершенно отчаянных ребят, но и зарабатывали они колоссальные деньги. За их услуги платили без разговоров и торгов, все знали на что идут. Мне и Линде очень страшно, я только начала нормально ходить и все-таки еще очень тяжело долго находиться в пути. Мое тело быстро устает, такое предательство, но что сделаешь. Я как врач, прекрасно понимаю, что это и так огромный успех. Если бы не они, то меня бы сейчас не было здесь. До отплытия ещё два дня, мы живем в гостинице недалеко от порта. Я с Линдой в одном номере, мне иногда нужна помощь, и от женщины её получать привычнее и удобнее. Мне не нравится быть беспомощной в присутствии Сета и Эвана. Они часто были рядом и помогали мне, но всё же хочу быть сильной с ними. Это важно для меня. Наверное, это мой характер, привычка полагаться на себя. Больше всего меня волнует будущее, что мне делать в этом новом мире. Мое тело ещё все равно далеко не идеально слушается, мелкая моторика ужасна, да что там, если мне вилкой трудно пользоваться, я и не мечтаю вдеть нитку в иголку, это для меня слишком. Иногда находит, мне хочется рыдать, когда вспоминаю, как эти руки день за днем спасали жизни людей. Мне иногда снится, как я провожу сложнейшие операции. Но, на деле, я просто мечтаю однажды вдеть нитку в иголку. Все это не дает мне быть прежней с Сетом. Я вижу его любовь и его заботу, его радость в глазах, но мне плохо от того, что он как будто боится прикоснуться ко мне. Убедить его, что я не фарфоровая статуэтка, не хрупкая бабочка, было просто невозможно. Создавалось впечатление, что он дышать боится в моем присутствии, чуть позже я узнаю истинную причину его поведения.       Канаде очень повезло, она почти не пострадала от воды, затопило только мелкие деревни и города на берегу, основная часть страны уцелела, но уже и сюда подбирались дикие твари, они умнели с каждым годом, многое освоили и свободно могли добираться по суше до любых городов. Также им в помощь были частые дожди, погода сильно менялась, дожди могли идти даже в пустыне. Из-за этого, даже самые мало доступные штаты для этих тварей, через три года под пустили их к своим границам. Правительство в каждом штате стало своё, центра больше не было, как и Вашингтона, его просто смыло, как и символ свободы и независимости город Нью-Йорк. От этих городов остались воспоминания, и если ещё какое-то время затопление было неполным, то землетрясение спустя два года в Мексике всколыхнуло новую волну, в результате чего огромный кусок континента полностью ушёл под воду. Все это мне рассказал Барри во время его дежурства у моей постели в первые дни моего пробуждения, и сейчас я смотрела познавательный фильм в нашем номере, там очень подробно рассказал научный сотрудник геоинститута, как происходило погружение континента под воду. Все стало яснее и чётче. Но ещё ужаснее было осознать, что если мы не покинули континент, то шансов жить нормальной жизнью практически не будет. К счастью, тех слитков, что сберегли Сет и Эван хватило как раз на пять мест на корабле, палуба размещала двадцать пять контейнеров, в каждом размещались по пятнадцать человек, не больше, это было очень опасно. Воздуха могло не хватить, и тогда пассажиры могли не выжить. Все отработано командой до мелочей. В контейнерах были размещены спальные места и запас воды. Все они были прикреплены намертво к палубе, специальными анкерами, но случались такие нападения существ, что контейнер мог открепиться. Все контейнеры открывались с двух сторон, так как могло случится что угодно, первые люди путешествовали в простых грузовых и случилось, что команда погибла, а люди не смогли покинуть железную клетку и через неделю дрейфа, к берегу прибило судно с мёртвыми людьми, они задохнулись и умерли. Люди, устав от всех бед и ужасов, все равно отправлялись в путь к новой жизни, страх толкал их на большее безумие.       Первый день нашего путешествия прошёл нормально, так получилось, что мы с Сетом и Эваном попали в один контейнер, а Линда и Барри в другой. Все было хорошо оборудовано, стенки обшиты мягким материалом, была вентиляция, встроен биотуалет, также хороший запас сухих пайков. Вентиляция открывалась при нажатии на кнопку в панели, и были две кнопки, чтобы открыть и закрыть основную дверь. В контейнере были теплые спальники, мы уютно разместились в них. Все трое легли рядом, мужчины расположились по бокам и грели меня собой.       Была спокойная звёздная ночь, корабль тихо шёл по Лабрадорскому Морю, оставалось всего два дня путешествия, и мы прибудем в новую страну, куда нет хода кровожадным тварям с кожей рептилии. Спокойно пройдя залив св. Лаврентия, никто даже не мог представить, какая опасность нас ждала в этих спокойных водах северного моря, впадавшего в Атлантический океан с его доисторическими обитателями. Мы спокойно спали, когда по кораблю был нанесён сокрушительный удар. Нас всех подбросило и разбудило резким ударом об пол, на этот случай в стенах контейнера, были специальные крепления, как на экстремальных аттракционах. Все быстро выбрались из спальников и пристегнули себя. Было страшно, нас качало, как при сильном шторме, чувствовалось, что команда пытается уйти от чего-то огромного и живого за бортом. Был слышен треск и скрежет металла. Меня тошнило от качки, но нужно было верить в лучшее. После серии нападений на нас раздался звук ломающейся палубы. Наш контейнер оторвало, вместе с креплением. Страх сковал сердце. Эван что-то кричал мне, но я его не слышала, когда паника охватывает, разум словно отключается. И тут произошло страшное, мы начали движение по палубе. Эти твари добивались именно того, чтобы контейнер любым способом упал к ним за борт. Тут опомнился Сет, он открыл крепление, выбрался из него и отстегнул нас, остальные люди кричали и паниковали, образумить их было невозможно, они не дали даже отцепить себя. Благодаря Сету, мы направились к выходу, но тут столкнулись с другой проблемой. Дверь заклинило при ударе, открыть полностью её не удалось, пролезть смогла бы только я, а кто-то больший даже и мечтать не смог. Эван начал вытаскивать меня, и в один миг я оказалась по ту сторону. Снаружи все было ещё страшнее. Там были ещё два оторванных контейнера и один открыт, люди бежали на борт в панике, не отдавая себе отчет в действии. Рядом со мной оказалась Линда, она сообщила мне, что Барри, когда контейнер открылся у самого края, от резкого толчка выпал за борт. И наверное мгновенно погиб в ледяной воде. Она протянула меня к себе и осмотрев наш контейнер, сказала мне вернуться обратно, как оказалось, он оторвался не весь и был шанс спастись. Корабль раскачивало, вода попадала на палубу, тут оторвался ещё один контейнер, вместе с обшивкой и его подкинуло, как вагончик от игрушечного поезда в руках ребенка. Он вместе с людьми упал за борт, дверь нашего контейнера так и не открывалась, и Линда помогла мне забраться в него обратно. Все вокруг стихло, существа с ящероподобными головами и уродливым телом кита с конечностями ушли на глубину с утонувшими людьми. Я попала в объятия Сета и Эвана, а Линда осталась за дверью, она не смогла бы пролезть в ту небольшую полоску, просто она была крупнее меня и все этим сказано. На последок, корабль качнулся ещё раз, и Линды не стало, её раздавил крнтейнер, но к счастью я этого не видела. Только услышала скрежет металла и хруст ломающихся костей. Итак, наше путешествие продолжилось. Я и дорогие моему сердцу мужчины предавались скорби. Эван сильно привязался к Барри, ему нравился этот нескладный рыжик с вечно рассеянным взглядом во время работы и веселым добрым характером. Линда была дорога нам всем, это было очень тяжело осознать, что её нет в живых. Ещё и потому, что она стала частью всех нас. Оба они были нашей семьёй.       Через два дня мы сошли с корабля на совершенно незнакомую всем землю. Было грустно и очень тоскливо. Жить во льдах Гренландии, но в безопасности или в Америке и ждать очередного нападения кровожадных тварей — выбор не из легких.       По прибытии на северную землю, мы много грустили, хоть дела и требовали действий. Нужно было уладить много дел. Получить документы, пройти регистрацию и получить жилье переселенца. Это были маленькие цветные домики, легко строящиеся, и можно было добавлять комнаты. Мы выбрали красный, цвет жизни. Он был в отдалении от основного поселения с названием которое мы так и не можем выговорить даже спустя год. И понемногу началась жизнь. Первое, что сделали мои мужчины, — рассказали правду о себе. Сначала я была шокирована всем этим, не знала как и реагировать на их связь. После недели молчания, мне просто надо было подумать, я нашла Сета очень подавленным и Эвана на грани ухода. И вот тогда я поняла, что мне они нужны оба и это не обсуждалось больше никогда. Мы приняли друг-друга и решили найти компромисс в данной ситуации. А выход пришёл как-то сам. В один день, мы сидели на кухне, и Эван просто встал, и подойдя обнял меня, а потом Сет обнял нас двоих, и все. Это был наш выбор — оставить все как есть в память о тех кого нет рядом, жить дальше и не бросать близких.