Ответы Верде

Никаких грязных клеток и ненужного насилия. Варварство и растрата живого ресурса, вы что. Хорошее питание и комфортабельные боксы, чистая одежда и почти вежливое обращение. Верде никогда не был слишком жестоким, что бы о нем ни говорили. Зафиксированный на операционном столе человек почти в обморочном состоянии, хотя до этого его глаза вылезали из орбит. Верде недовольно смотрит, ведь пока что идёт обычный медосмотр, нет нужды так бояться. Ладно, пусть боится, как будто это его волнует. Запросы от аркобалено лежат небрежной грудой на самом дальнем столе. Что-то из этого срочно, а что-то — нет. Без разницы, он вернётся к этому позже. Гораздо интереснее анализировать агонию подопытного, заражённого Lujo mammarenavirus. Пока он успевает делать необходимые замеры, порхая над корчащимся телом заботливым отцом, несчастная жертва погибает от циркуляторной недостаточности. Вот незадача. — Зря использовал катализатор, — обиженный выдох. Не самая любимая им область, но кто-то же должен этим заниматься. — Унесите это. После соблюдения всех правил гигиены уже чистый хранитель Грозы расслабленно листает подшивки за прошлые испытания. В ЮАР было пятеро. Он поступил неосторожно, и теперь в открытых условиях апробировать замечательную вещь, к которой он пока не придумал вакцины, будет трудно. Верде вытягивает ноги, хрустя сводом стопы и коленями, и отпивает, вроде как, чай. С привкусом антисептика. А, это спирт.