История Коруна. Свобода или счастье

Все началось с погоды. Тучи серыми медвежьими лапами задушили радость от пробуждения. Трава и деревья поникли, словно грустно кланялись нам. Наконец, этот дурацкий дождь. Почему во время такого всегда идет дождь? Он стоял справа от меня, устремив взгляд на мужчин, неторопливо копающих небольшую, но довольно глубокую яму. Все вокруг перешептывались, касались друг друга, некоторые даже плакали. Практически каждый смотрел в его сторону. Даже мои родители, еле двигая губами, косились и обсуждали что-то. Спокойно стояли лишь мы и император Коруна. — Эвелин, — вдруг произнес Джекелль. — Оглянись на них. Этого не требовалось, и я так видела и понимала, что он хотел показать. — Как думаешь, что они все обо мне думают? — Осуждают тебя, — я постаралась ответить как можно более спокойно и отрешенно. Был не самый подходящий момент для показа эмоций. — А ты? — повернулся Коруна ко мне. Наверное, не стоило говорить правду. -Я была в ужасе. Думала, что ты сошел с ума. Боялась видеться с тобой. — Из-за страха, что о тебе скажут другие? Во мне на мгновение вспыхнула искра гнева на столь обидные слова, но я быстро заткнула ее, понимая, что он не контролирует эмоции сейчас. — Почему замолчала? Правда глаза колет? — продолжал язвить Джекелль. — Нет. Потому что я чувствовала вину. За то, что приложила недостаточно усилий для того, чтобы вас помирить, за то, что предпочитала не замечать, как ты издеваешься над братом, за… — Мой брат был тупицей и неумехой. Я лишь пытался направить его на верный путь. Издевки были заслужены. Искра превратилась в червя, что въелся в мысли и перегрыз сдерживающие нити. — Смерти Дейлион тоже заслуживал?! — взорвалась я. Присутствующие на похоронах уже открыто пялились на нас. Было тяжело вытерпеть осуждающие взгляды родителей, но тогда мне было все равно. — Ты так и не понял, что ты натворил?! Ты просто… — Заткнись, Эвелин, — жестко оборвал он мои крики. — Сейчас не время, потом договорим. Украшенный золотыми узорами деревянный гроб в полной, удушающей тишине утопили в земляной тверди. Все спешно расходились, когда Сангвенас, проходя мимо нас, небрежно бросил: — Джекелль. За мной. Живо. Недовольно хмыкнув, Коруна зашагал вслед за императором. А меня оставили даже без прощания. Спустя несколько секунд на плечо легла шершавая ладонь, приятно пахнущая лесом. — Пойдем, Эвелин, — мягко произнес отец. — Нам нужно кое-что обсудить. Я покорно кивнула. *** Покои были обустроены, как и подобает королевским персонам: огромная мягкая постель, столы, стулья, кресла из лучшего дерева и ткани, мраморные полы, панорамные окна. Но была и очень странная особенность — все было синим. Нельзя различить и малейший другой оттенок. Мама сидела перед зеркалом и поправляла прическу, отец ходил из стороны в сторону, погруженный в раздумья, а я прижималась к стене около двери и мечтала лишь о том, как бы побыстрее убраться оттуда. — Вот что вы там устроили? — удивительно спокойным тоном спросил король Эйнар. — П-простите… — Мне было очень стыдно за тебя, — брезгливо бросила мама, с придирчивостью рассматривая уголки глаз. Папа метнул в нее многозначительный взгляд, после которого она больше не произнесла ни слова. — Общество простит тебе эту выходу в силу возраста, чего не могу сказать о Сангвенасе и его сыне. Сам император довольно непредсказуемый человек, а Джекелль — это просто нечто. — Джекеллю просто трудно сдерживать эмоции, он не такой плохой, как кажется… Зачем? Зачем я этого сказала? Знала же, что нельзя перечить им. Всегда же проще согласиться, чем пытаться что-то доказать. Какая же дура. Король разочарованно вздохнул. — Лучше б ты так заботилась о своей семье и своем государстве, — с укором произнес отец. Его гнев не так страшен, как ледяное спокойствие. Моя душа забилась в самый укромный уголочек сердца и ждала весьма незавидной участи. — …как печешься о чужом человеке. Быть может, я слишком много от тебя ожидаю? О, нет. Нетнетнет. Только не снова. Маленькие сырые прозрачные жучки устремились к глазам, намереваясь окончательно растоптать меня перед королем. — Простите… меня… — еле промямлила я. — Прекрати ныть, Эвелин. Тебе уже восемнадцать лет, а ведешь себя, как маленький ребенок. Папа подошел к окну и с минуту что-то рассматривал вдалеке. Потом повернулся ко мне, ни один листочек на его лице не дрогнул. — Иди в свою комнату. У нас сейчас есть дела, завтра скажу, что тебе нужно делать, а до тех пор ты свободна. — Спасибо, папа… Холодными деревянными пальцами я схватилась за ручку двери и уже почти исчезла, как он обронил последнее: — Это последнее предупреждение. Оплошаешь еще раз — и я прерву ваше общение. — Я поняла, папа. Хорошего вам вечера. Хлопок двери будто сорвал пелену с моих легких. Не желая думать ни о чем плохом, я просто шагала по гигантским коридорам замка Коруна, рассматривала все, что попадется на глаза и недоумевала, зачем королям и императорам такие огромные дворцы, ведь их полностью и за целый день не обойти. Более того, в них так легко потеряться. «Кстати, » — подумала я, стоя на развилке путей-лабиринтов, — «А где моя комната?» — Потерялись, госпожа Эвелин? — зашелестел вдруг знакомый голос. За углом, прильнув к стене, стоял высокий генер в латах. Кора на его лице, казалось, светилась золотом от молодости. Я, приветливо улыбнувшись, подмигнула ему. — А ты только и искал момент, чтобы подколоть, не так ли, Джудас? — Никак нет, госпожа. Только терпеливо дожидался, пока его Величество завершит разговор. Плечи солдата расслабились. — А чего ж тогда не стоял прямо у двери? — с хитрым прищуром спросила я. — Долг телохранителя — защищать королевскую семью, — серьезно произнес мужчина. — а не подслушивать ее разговоры. — Тише-тише! Я же пошутила! Вот чем бурчать, лучше б погулять пригласил. — С радостью составлю вам компанию, юная госпожа. Мы прошли всего через пару поворотов и коридоров, чьи стены были настолько усыпаны всевозможными картинами, трофеями, реликвиями, что создавалось впечатление, будто династия Коруна насчитывает сотни правителей, а не четырех, и остановились перед огромными стеклянными дверями, ведущими в императорский сад. — Позволите высказать мнение, госпожа? — осторожно начал Джудас. — О чем именно? — Об этом месте, — скривившись, произнес он. — Не нравится мне Империя. Что города, что простой люд, что аристократия — все какое-то фальшивое и… не правильное. Особенно ваш… знакомый, сын императора. Опять он завел ту же песню. Каждый раз, когда я виделась с Джекеллем, Джудас постоянно его осуждал. — Да что он тебе плохого-то сделал? Почему ты все время нападаешь на Джекелля? — Я не… — внезапно телохранитель осекся и вытянулся по струнке. — Это не мое дело, госпожа. Прошу прощения. Я недовольно отмахнулась от Джудаса. Его извинения стоили столько же, сколько обещания старух прочитать будущее по звездам. Я к тому моменту уже пресытилась негативом. Хотелось просто погулять по, бесспорно, роскошному и почти волшебному саду. Однако телохранитель так и продолжал давить на меня, тащась рядом с угрюмым видом. — Ох, да прощаю я тебя! — все-таки терпения не хватило. — Только, пожалуйста, не возвращайся больше к этой теме и улыбнись наконец. Генер благодарно поклонился и выполнил просьбу. Мы подошли к главной особенности не только сада, но и всего замка Коруна — к обрыву гигантского утеса, на котором дворец стоял. Непроглядная пропасть дышала чернотой нам в лицо, вызывая мурашки. — Интересно, кто придумал отстроиться в таком месте? — задумчиво произнес Джудас. — Очевидно, первый из рода — Аргерел Коруна. Я бросила взгляд на тыльную сторону ладони. Печать едва заметно вырисовывалась на на моей коже. Странно, но я так и ни разу не пожалела о своем решении, вопреки мнению многих. — Ты застал его? Телохранитель отрицательно мотнул головой. — Генеры живут долго, но не настолько. Лишь ваш отец видел его при жизни, насколько я знаю. — Это странно, ведь Коруна не подвержены старению… — Зато подвержены ножам в спину, перерезанным глоткам во сне, отравленной еде и прочим атрибутом доверительных семейных отношений. Мы обернулись. Белоснежные локоны и надменная улыбка сверкнули перед глазами. Джекелль, в своей обыденной манере, легонько дернул себя волосы и учтиво поклонился. — Приветствую, принцесса Нигма и… — он выдержал театральную паузу, давая возможность Джудасу представиться. — Королевский телохранитель Джудас, — важно оттарабанил генер и с явным, почти демонстративным неудовольствием склонился в ответ. Я бы даже сказала, согнулся. — Не позволишь нам с твоей хозяйкой поговорить с глазу на глаз, ко-ро-ле-вский те-ло-хра-ни-тель? — Коруна сразу заметил отвращение солдата к своей персоне и передразнил его, наслаждаясь закипающей злостью. Я взглянула в глаза Джудасу. «Cogito, ergo sum» показал мне, что с ним творится, потому просто необходимо было вмешаться. — Пожалуйста, удовлетвори его просьбу, — я жалостно улыбнулась телохранителю. — Все будет хорошо, обещаю. — Как прикажете, — буркнул он и зашагал прочь из сада. Глазами проводив генера, Джекелль повернулся ко мне и будничным тоном произнес: — Какой-то он неприветливый. Я тяжело вздохнула. — Наверное, у него есть на то причины… Мне очень хотелось в это верить. Возможно, стоило хоть раз поинтересоваться, что происходит в голове Джудаса. Словами, а не бликом. — О чем ты хотел поговорить? — стараясь отбросить чувство вины, обратилась я к Джекеллю. Улыбка сползла с лица Коруна, он повернулся ко мне спиной и несколько мгновений молча пялился в небо. — Об утре, — тихо выплюнул он. Черт. Конечно, разговора на эту тему было не избежать, но так не хотелось снова спорить, ругаться из-за того, что уже не изменить. — А ты уверен, что стоит возвращаться к этой теме? Может, просто забудем о ссоре и продолжим жить дальше? — Мне нужно извиниться, — стальным, ничего не выражающим голосом выдал Коруна. Что? — …Следовало выражаться помягче. А… нет, все, как обычно. — Джекелль, ты просто… Ладно, проехали, — дальнейший спор ни к чему бы не привел, а я впустую потратила нервы. — Я знаю, о чем ты думаешь, — снова начал Коруна. — Почему я прошу прощения за формулировку, а не содержание? У меня есть ответ. Он, словно некромант, воскрешал червя обиды в моей груди. Я делала все, чтобы выдержать, потому что просто ненавижу ссоры, но все в тот день хотели поругаться. — Я этот ответ озвучивать не буду. Лучше сама на него взгляни. Джекелль вновь повернулся ко мне. Его ядовито-зеленые глаза впивались в мои зрачки. Я поняла, к чему он ведет. «Cogito, ergo sum» показал композицию воспоминаний: ~ Дейлион наткнулся лбом на деревянный меч и отлетел на землю, как теннисный мячик. — Что я тебе говорил про защиту? Ты так и продолжишь ловить лицом удары? Брат сжал кулаки и стиснул зубы что есть сил. Видимо, злоба закипала в нем, словно в старом уже не свистящем чайнике. — Я… — начал мямлить он. — Я не успеваю! Ты мог бы дать мне хоть чуточку форы! Джекелль дернул себя за волосы. — А ты у всех своих противников будешь пощады просить? Думаешь, что бесконечные отступники Империи, демоны, ангелы, будут по-джентельменски уступать тебе? Ты совсем идиот? Пошатываясь, Дейлион поднялся на ноги. Его глаза зажглись светло-серыми трещинами. ведущая рука напиталась холодной сталью, а вместе с ней и прежде бывший деревянным тренировочный меч. — Ух ты, какие мы разозленные! — продолжал издеваться Коруна. — Ты не переусердствуй, а то еще мужественность в голову ударит — сознание потеряешь. Брат Джекелля с криками рванул на него. Коруна играючи нырнул под выпад и метнул ответный острием древесного клинка в ребра. Оружие жалобно затрещало и разлетелось в щепки от столкновения с уже металлическим корпусом. Джекелль отпрянул, едва увернувшись от тяжелого кулака. Дейлион продолжал натиск неумелыми, но быстрыми и постоянными ударами. Джекелль, усмехаясь, утекал между градом железных рук. Однако в мгновение все остановилось. Железные пальцы сдавливали горло Коруна, а все, что он видел — затуманенные глаза брата. — Стой, ублюдок, если т… Удар. Джекелль рухнул на землю, а Дейлион наконец понял, что произошло. — О, боже, Джекелль, прости! Дейлион метнулся к нему и упал на корточки, пытаясь рассмотреть лицо. Мелкие кусочки земляной брони отваливались от места удара. Ядовитые зеленые щелки сковали сердце Дейлиона ужасом. Джекелль бросился на него. Повалив, он схватил брата за голову, и его ладони начинали светиться. Прямо как тогда. — Дже… келль, оста… новись! Но он не слышал. Лицо с белоснежными волосами не выражало ни единой эмоции, в то время как Дейлион орал, что есть сил. Пока его череп не превратился в кашу. ~ — Когда я пришел в себя, было уже слишком поздно, — единственное, что произнес Коруна за все это время. У меня не было выбора. Хотя нет, я, скорее, не хотела предпринять что-то другое. Я рывком оказалась рядом с Джекеллем и вцепилась в него, что было сил. Он с благодарной улыбкой ответил на жест. В нем тогда исчезло все колючее: высокомерие, сарказм, недоверие — все, что он старательно демонстрировал в обществе, пропадало, когда мы оставались наедине. Наверное, поэтому никто не верил в мои заверения в том, какой Джекелль Коруна на самом деле. Мне хотелось надеяться, что хоть Джудас однажды меня поймет. — Пойдешь на сегодняшний бал? — внезапно мягко спросил Джекелль. — В смысле? — недоумевала я. — Сегодня будет какой-то бал? Но… — Знаю, что ты хочешь сказать, — не дал мне закончить Коруна. — это у папаши поминки такие. На мой взгляд, ничего нового. «Устраивать танцы и пир в один день с похоронами сына? Как-то это… неправильно…» — пронеслось в моих мыслях. — Так пойдешь или нет? — Ну, родители наверняка его посетят, а я должна быть с ними, так что… А ты сам собираешься? — Только что решилось, что да. — Это отлично. Не придется страдать от скуки и стеснения в одиночку, — я мило улыбнулась, давая Джекеллю право самому завершить мысль. — Ну, постесняться немного все равно придется. Если захочешь, конечно, — он уселся на перила, отгораживающие сад от обрыва и хитро прищурился. Мне почти пришлось держать себя руками, чтобы снова не залезть бликом в его мысли. — К чему ты клонишь? — все же, лучше хотя бы попытаться добыть информацию традиционным способом. — К предложению потанцевать вместе. Ох. — Ну… я… Такого поворота я вообще не ожидала. -Та-а-ак… «Не дави на меня!» — Я… согласна… наверное… Ох, было бы проще, если бы ты спросил прямо на месте! Черт. Почему это так сложно? Обычный, ни к чему не обязывающий танец. А Джекеллю было нормально! Он стоял и спокойно смотрел! Откуда вообще столько самообладания? Особенно, учитывая его… проблемы с эмоциями. — Если все делать по правилам, будет неинтересно, не так ли? — Коруна продолжал наслаждаться ситуацией. — В каком-то роде ты прав. — Отлично, тогда на месте и встретимся. Джекелль учтиво поклонился и ушел, оставив меня наедине со странным, вязким чувством незавершенности. Джудаса нигде поблизости не было видно. Похоже, неприязнь к семье Коруна в нем пылала сильнее долга телохранителя. — Вот и что мне теперь тут делать? — бесцельно бросила я фразу в пустоту. Ничего не оставалось, кроме как пойти готовиться к балу. *** Гигантский зал был залит тысячами огней от ламп и искр, отражающихся от пышных платьев женщин и накрахмаленых рубашек мужчин. Аристократия генеров охотно общалась с дворянством Империи, и они даже кружились вместе в танцах. В самом центре стояло огромное дерево, украшенное шарами, звездами, лентами и всем, что только могло блестеть и переливаться. Оно словно росло прямо сквозь своды дворца, намереваясь прорваться ввысь, к звездам. За широченными окнами стояла пелена непроглядной тьмы, так что ничего не мешало буйству красок и света. Мама недовольно смотрела на мое сильно укороченное темно-бордовое платье, хоть и закрывающее полностью верхнюю часть тела, благодаря длинным рукавам и отсутствию выреза на груди, но доходящее лишь до середины бедра. Оно, кажется, приводило ее в ярость, отца заставляло делать вид, будто он высматривал что-то очень важное в дальнем углу зала. Джудас же, напротив, очень тепло принял мой выбор и был крайне щедр на свои неуклюжие солдатские комплименты. Знай он, откуда этот наряд, вряд ли был бы настолько радостным. Я пришла к самому началу бала и не сопровождала их именно потому, что предвидела такую реакцию. Атмосфера в зале напоминала мне тот самый праздник по случаю заключения союза между Империей и Королевством, где пять лет назад мы с Джекеллем впервые встретились. Кстати, о Джекелле. Он стоял, прильнув спиной к стене, позади своего отца и, без сомнений, наслаждался тем, как косились окружающие на него и на его кричащий о своей эпатажности костюм. Боже, какой он тогда был самодовольный! Королевский телохранитель подошел ко мне и учтиво поклонился. — Госпожа Эвелин, только что принесли императорского кролика. Кажется, вам очень он очень понравился. Не желаете взглянуть? Я чуть в ту же секунду не взвизгнула от восторга. Не проронив ни единого слова, я схватила Джудаса за руку и потащила за собой, забыв о всяких поведенческих правилах. Окруженный гостями большой двухэтажный вольер в углу зала целиком принадлежал единственному сидящему в углу белоснежному существу. Чичинция Первая, императорская крольчиха неподвижно сидела в куче разбросанного сена и невозмутимо наблюдала за происходящим вне ее территории. Ее черно-голубые бусинки, казалось смотрели прямо в душу, вгрызались в грудную клетку, простреливали легкие и сжимали сердце. Я схватила Джудаса за плечо. — Кажется, я… влюбилась… — задыхаясь пролепетала я. Кроличка встала на задние лапы и принялась неторопливо умываться обеими передними, и тогда у меня подкосились ноги от умиления. Просто незаконно быть такой безупречной! Но это длилось недолго, ведь вскоре заиграла медленная песня. Телохранитель посмотрел мне в глаза и, поклонившись, подал руку. Черт. — Госпожа, не желаете разделить со мной танец? Черт. Черт. ЧЕРТ! Я никак не ожидала такого развития событий. Взгляд Джудаса, который поймала на себе в тот момент, внезапно поставил все самые яркие воспоминания, связанные с ним, в единую цепочку. Приглашения погулять, множество мелких приятных подарков, странная злость при упоминании Джекелля и нашей с ним близкой дружбы… Все сложилось! Кроме одного… моего обещания. — Прости, Джудас, но я уже пообещала танец Джекеллю, — тихо прощебетала я. — Что… В его глазах словно что-то разбилось. Он вытянулся по струнке и кивнул. — Давай мы на следующем вместе… — Нет нужды, госпожа. Хорошего вечера. Генер развернулся на пятках и зашагал прочь. Я хотела броситься следом, но чья-то ладонь тут же легла на мое плечо. Насмешливая улыбка на лице Джекелля, что я видела немногим ранее, сменилась какой-то приветливой и мягкой. — Здравствуй, Эвелин. Ну что, ты готова? Или, может, передумала? Я нервно сглотнула. Конечно, мне хотелось потанцевать с ним, но Джудас… — Н-нет, я же обещала… Как я могу отказать?.. Я попыталась обнять Коруна за плечо, но он мягко отстранил меня. — Я вижу, что тебя что-то тревожит. Рассказывай. Я очень, очень тяжело выдохнула. — В-общем, я не знаю, правильно ли будет танцевать с тобой… Я поведала обо всем, на что Джекелль, как обычно, беззлобно усмехнулся. — Ни секунды в этом не сомневался. У твоего телохранителя еще днем в саду все на лице было написано. Он прошел мне за спину и огляделся. — Говоришь, в тот коридор пошел? Тогда он, скорее всего, решил направиться именно туда. -В сад? -В точку. Надеюсь, не собрался, разбежавшись, прыгнуть с обрыва. Я несильно ударила Коруна в плечо. — Не шути так! — Ладно, прошу прощения. Не стоит терять время на разговоры. Пойдем, разыщем его. Во мне зажглась искра надежды. Я согласно кивнула и поспешила за ним. *** *30 seconds to Mars - Beatiful lie* Луна и звезды были заволочены чем-то мутным, что очень плохо пропускало свет. Мы шли медленно, внимательно вглядываясь в каждое темное пятно, а я постоянно звала Джудаса. Внезапно Джекелль остановился и жестом попросил сделать тоже самое. Я не нарушила тишину глупым вопросом «что случилось?», ведь могла получить информацию другим способом. ~ Деревья не движутся. Облака ночные тоже стоят. При таком-то пасмурном небе, и без ветра? Бред. ~ прочла я в мыслях Коруна. Я оглянулась на вход во дворец, и наши догадки подтвердились. Ни свет, ни тени не двигались. И тогда она явила себя. Перед нами возникла странная фигура. Похожа была на человека, но выглядела очень неестественно: длинное белое пальто, руки и ноги обмотаны такими же белоснежными бинтами. Лицо закрывала бесцветная маска лишь с одной глазницей, из которой шло множество разноцветных трещин, а волосы развевались и переливались всеми цветами радуги. — Предназначение приветствует вас, Дракон и Оракул, — существо произнесло эту фразу будто тысячей различных голосов. ~ Будь начеку, Эвелин. Читай ее мысли. ~ подумал Джекелль, зная, что я видела его разум. Однако, у меня ничего не получалось. Когда я пыталась проникнуть в нее, то словно смотрела в зеркало. Все было тщетно. — Кто ты такой… такая… такое… — тем временем спросил Коруна, — и что за идиотские клички ты нам даешь? — Однажды вы все узнаете. Имя несущественно для планов Предназначения, но, если вам это необходимо, вы можете звать меня… — Судьба, — закончила я, наконец получив хоть крупицу новой информации. — Ого, сколько пафоса, — усмехнулся Джекелль. — так что тебе нужно, С-у-д-ь-б-а? — Предназначение очень заинтересовано вами. Оно знает, на что вы способны и чего хотите. Оно способно исполнить любое ваше желание. Нужно только захотеть. Джекелль сделал шаг назад и завел руки за спину. Камешки под его ногами еле заметно задрожали. Он хотел было открыть рот, но Судьба прервала его: — Нет нужды во вражде, — Судьба прекрасно видела все наши действия, отчего у меня бешено заколотилось сердце. — Ты, Оракул, желаешь искупить вину Близнецами, коих постигла ужасная участь из-за тебя. Верно? Я осторожно кивнула, продолжая бесполезные попытки пробиться в разум непостижимого существа. — А ты, Дракон, хочешь изменить мир и отстранить от власти тех, кто, по твоему мнению, не может ей верно распоряжаться. Предназначение с великой радостью поможет вам. Даст все время, необходимое для достижения целей, избавит от всего, что может помешать. Позволит достичь абсолютного счастья. — Какой прок от счастья, достигнутого без усилий? — бросил Джекелль. — Можешь прекратить эти глупые попытки втереться к нам в доверие. Он взмахнул руками, и гигантский валун, висящий высоко над головой Судьбы, со скоростью метеорита рухнул на нее. И раскололся вдребезги, словно яичная скорлупа. — Понимаю. Кажется, вам необходима демонстрация возможностей Предназначения. Посмотрите сами. Из-за спины Судьбы, покачиваясь из стороны в сторону, вышел телохранитель. — Джудас! — вскрикнула я и рванула к нему. Мое тело отказалось выполнять приказы. В крови словно появился миллион маленьких льдинок, впившихся в нервы и мышцы. По лицу Джекелля было видно, что его охватило то же самое чувство. — Узрите дар Предназначения. Судьба распахнула ладонь, и в груди генера что-то заискрилось. Ткань на его рубашки разлетелась на кусочки вместе с корой-кожей, явив нам странный яркий комочек света. Всемогущее существо легким движением вырвало эту субстанцию из тела Джудаса. — Да возродится счастливый Осколок. Каждый лепесток обратился в розовый кристалл, а затем вновь стал прежним. Телохранитель открыл глаза и радостно улыбнулся, посмотрев на меня. Он подошел к Джекеллю и, состроив жуткую гримасу, рубанул Коруна кинжалом по лицу. — Что ты творишь?! — закричала я, что было мочи. И он снова обратил на меня внимание. — Это все ради вас, госпожа Эвелин. Судьба в мгновение испарилась, облака поплыли по ночному небу, ветер вновь забился о деревья. Темнота за пару мгновений забрала реальность перед глазами.