Музей

       Билла заставили идти на школьную экскурсию. Музей. Ну просто потрясающе. Скукота и всё. Заходя в здание, Денбро тяжело вздохнул, понимая, что впереди его ждёт сорок пять минут непрерывной пустой болтовни.       Идёт уже двадцатая минута ужаса. Экскурсовод рассказывает долго и неинтересно, медленно показывая разные оружия и наряды людей давнего времени. Каждую минуту Билл поглядывает на часы, чтобы посчитать, сколько осталось до освобождения из этого места.       А всё из-за Бена. Он его туда затащил, уверяя, что будет весело. Ну и где этот Бен? С Беверли где-то по музею шатается, а Денбро ходит в гордом одиночестве, переодически слушая монолог экскурсовода.       Но в какой-то момент всё перестало быть таким скучным. Всё замерло. Каждый, кто был в помещении, перестал двигаться, моргать и дышать, экскурсовод замолчала, а кондиционеры перестали работать. Мир буквально остановился. Но как? Ответ не заставил долго ждать. — Билли скучно, да? — а вот и тот самый бесячий голосочек. — Давай Пеннивайз тебя развеселит?       Пеннивайз оказался позади парня, который сразу же отбежал от клоуна после разворота к нему. — О нет. П-П-Пеннивайз! Уйди. Сгинь! Исчезни! Не убивай мен-ня! Пеннивайз во всю засмеялся. Когда более менее успокоился, то сказал:  — А ты смешон. Кто сказал, что я тебя убью? — вечно бежать Билл не мог, поэтому зашёл в тупик, а Пеннивайз стал медленно приближаться к нему. — Я сказал, что развеселю тебя. А что веселит людей? — Ш-шарики? Пеннивайз заржал сильнее, чем когда-либо. — Шарики?! Какие нахер шарики? — продолжал ржать клоун. — Билли, тебе семь лет? Нет, не шарики. — Ну, я предположил, что э-это шарики, ведь т-ты вечно всем о них т-так воодушевлённо рассказываешь. Но с-сейчас я на все сто процентов уверен, что людей, как выяснится в процессе разговора с тобой, в-веселит что-то связанное с цирком. — Связанное с цирком? Нет, не сегодня. Сегодня будет что-то, связанное с тобой. Буквально, — особо пугающе произнёс Пеннивайз. — Т-ты о чём? — Эх… всё-таки не врут, что парни намёков не понимают. Ну сейчас ты всё поймёшь, — с крайне ехидной улыбкой сказал клоун.       Когда Пеннивайз оказался совсем близко, то сердце забилось со страшной силой, его даже можно было услышать. Пеннивайз склонился над Биллом и облизнул его лицо своим нереально длинным и мокрым языком. Лицо парня сморщилось от слишком высокого уровня мерзости. — Выйди ты уже с этого угла и иди на коврик. Вон туда, — пальцем клоун указал на самый центр зала. — З-зачем? — Узнаешь, сладкий.       Деваться некуда и злить Пеннивайза нельзя. Пришлось идти в самое центральное и самое освещённое место во всем, мать его, музее. Когда Денбро пришёл в указаное место, то Пеннивайз резко оказался рядом с ним и сказал: — Ложись. — Н-не буду! Ты же меня ещё быстрее убьешь. Я буду бороться за свою жизнь! Ты понял меня? И я о-отомщу за Джорджи, ублюдок! — Билл стал плакать, а Пеннивайз лишь снова посмеялся. — Дурачок. Во-первых, мы уже обсуждали, что я тебя не убью. Во-вторых, не плачь и ложись уже наконец! — последнее Пеннивайз сказал грубым голосом. — Н-нет. — Так, тогда значит придётся тебя уговаривать. Удар Темнота       Сколько времени прошло? Час, два? А может вообще пару минут? Денбро с ужасом осознал, что не может пошевелится. Его либо связали, либо Пеннивайз отгрыз ему руки и ноги. — П-Пеннивайз? — Да, мой сладкий? — протянул клоун. — Ч-что со мной, блять? — Ты, мой дорогой, в культурном месте! Поэтому веди себя соответствующе! Открой глазки и увидишь, что с тобой.       А ведь действительно. Почему Билл не открыл глаза? Или открывал?..       Денбро открыл глаза, но увидел лишь темноту. Какого хера? Пеннивайз ему ещё и глаза вырвал? — Оу, ну да. Глаза ведь у тебя завязаны, — это прозвучало слишком пошлым голосом. Билл не понимал, чего от него хотят. С одной стороны, его хотят убить, ведь Пеннивайз кровожадная сука, но с другой стороны, клоун ведёт себя не так, будто хочет убить. — Ты не будешь видеть, ты будешь чувствовать. — П-погоди минутку. Ч-что это знач….       Не успел Денбро договорить, как почувствовал чужую руку на своём бедре. Но Билл не понял, почему он так хорошо ощущал эти прикосновения, ведь в музей он пришёл в джинсах, а через ткань просто невозможно так прекрасно всё чувствовать. И тут до парня дошло. Он голый. — Вооот. Наконец-то дошло. А я уже думал, что ты тупой. Но нет. Ты умный мальчик. А ну-ка улыбнись. — Зач…       Опять Биллу не дали договорить. Его прервал странный звук какого-то гаджета (Денбро не смог определить какого именно). — Чёрт! Ты даже на фотках великолепен. — Чего, блять?! Ты м-меня сфотографировал? — Какой ты догадливый, — саркастично бросил ему Пеннивайз. — Но материться нельзя! Мы это уже проходили. Первый раз я тебя простил, но сейчас тебя надо наказать, чтобы ты наконец-то усвоил этот урок.       Билл вообще ничего не понимал, он просто находится в тумане. Но резкий удар хлыстом вытащил его из этого состояния. Денбро закричал во весь голос от боли и инстинктивно дёрнулся, но получил дополнительную боль, ведь его крепко держали верёвки, которые с силой надавливали на его тело во время движений. Удары наносились один за другим по животу и груди, при этом усиливаясь с каждым размахом. — Прекрати! — без единого заикания вскрикнул Билл. — Нет, так неправильно говорить. Надо так: Папочка, пожалуйста, прекрати меня бить хлыстом и доставь мне удовольствие, — каждое слово Пеннивайз особо вытягивал. — Я не с-с-стану такое говорить! Удар Но на этот раз намного сильнее, чем когда-либо. Билл закричал во всю свою силу. Ещё никогда он не испытывал такой ужасающей боли. Он был благодарен Пеннивайзу, что тот хотя бы завязал ему глаза. Ведь будь они развязаны, Билл бы уже видел как его передняя часть истекает кровью. — Ты уверен, что не хочешь попросить меня правильно?       Денбро зарыдал. Он находится в безвыходном положении. Он либо будет терпеть эти адские муки, либо опозорится и станет секс-куклой психопата, который убил его брата. Но он всё же сумел сделать свой выбор. — П-папочка… п-пож-жалуйста… — П-пож-жалуйста что? — передразнил его Пеннивайз, слегка хихикая. — П-прекрати бить меня и доставь мне у-у-удовольствие! — с трудом выдавил из себя Билл, но зато физические мучения прекратились. — Ну как я могу отказать тебе? Билл услышал какой-то звук, видимо Пеннивайз откинул хлыст (дай Бог). По окровавленном животу проскользнуло что-то мокрое. Язык Пеннивайза. С каждым облизыванием боль уменьшалась, возможно у клоуна была лечебная слюна или что-то в этом духе. Пеннивайз вылизывал Билла, как котёнка. Денбро даже успел к этому привыкнуть, переодически ему было щекотно, но в целом терпимо. Но через какое-то время он ощутил, что Пеннивайз провёл языком ниже, подбираясь к бёдрам. Билл был связан в позе, колени к груди’’*, поэтому задирать его ноги кверху не было нужды. Пеннивайз провёл языком по внутренней стороны бёдер, начиная их целовать и облизывать. Денбро изо всех сил старался оставаться в нейтральном состоянии, но при таких ощущениях это было сложно. Через какой-то промежуток времени клоун приблизился смертельно близко к члену мальчишки. Член был слегка привставший, а когда Пеннивайз опалил его своим дыханием, то поток крови прилил с новой силой в орган мальчика. Медленно, но уверенно монстр вобрал член в рот, начиная слегка двигать головой то вниз, то вверх. Почему слегка? Потому что хотелось помучить Билла. А Денбро был готов заплакать от ужасного ощущения. Ему хотелось на всё плюнуть и застонать во всю, но он не станет этого делать. Он ещё не потерял чувство собственного достоинства. Во рту у клоуна было тепло, влажно, хорошо. Увидев, что Денбро особо не реагирует на ублажение Пеннивайза, старший решил поиграть по-другому: он выпустил член изо рта и натянул его, таким образом усиливая чувствительность. И наконец-то из уст Билла вышел стон, который он просто не смог сдержать. — А если так? Пеннивайз провел языком по самому кончику полового органа Билла, тем самым вызывая ещё один стон. Денбро попытался толкнуться навстречу языку, чтобы ещё раз почувствовать этот кайф, но Пеннивайз не из тех, кто будет просто так дарить удовольствие. — Новая игра, малыш. Давай-ка я сниму с тебя маску… — Клоун потянулся к лицу Билла и снял с него эту проклятую маску. Билл уже хотел было что-то сказать, но не успел выговориться, ведь ощутил что-то весьма внушительных размеров и очень склизкое. «Господи, только не это! Только бы это был не член Оно!» — Извини конечно, но это мой член. А вернее щупальце. О… Ты ему понравился. — О-она… о-он… О-ОНО живое?! — А ты что думал? — Пощади меня, п-прошу. Я экскурсию пропус-скаю! — тупее аргумента просто не существует. Но Биллу казалось, что Пеннивайз поведётся. — Она же не нравилась тебе, а это тебе явно по вкусу, — умно ответил клоун, поглядывая на член Билла и облизываясь. — Ну всё! Меньше слов, больше дела.       Резко Пеннивайз вошёл в парня. Денбро закричал во весь голос от боли. Его буквально разорвали. Но несколько минут клоун не двигался, чтобы дать Биллу привыкнуть, и, когда тот более менее привык, движение началось. Острая боль прошлась по телу с новой силой. Вырваться из верёвок не получилось. Лидер группы Неудачников оказался в тупике. Заика потерял счёт времени, секунды длились минутами, а минуты часами. Но потом всё поменялось. Когда Пеннивайз провёл щупальцем по простате. Тогда Денбро распахнул глаза от шока и застонал. — Нашёл, — воодушевленно пропел Пеннивайз. Толчки становились быстрее, стоны участились, удовольствие усилилось. — Мой котёночек. Мой и только мой. Мой? — Д-да, — сил отвечать почти не было, разум просто улетал в небытие. Всё внимание было сфокусировано на удовольствии. Пеннивайз щелкнул пальцами и все веревки исчезли. Билл наконец-то мог вмазать клоуну и убежать, но он не сделал этого. Напротив, он обнял нависающего над ним Пеннивайза ногами и руками. — Я хочу всегда видеть тебя таким! Давай-ка я сниму нас на камеру, — из небытия Пеннивайз достал фотоаппарат, на который он делал фото чуть ранее. Денбро было откровенно наплевать на эту камеру, он лишь хотел секса. Глаза заики закатались, и он с криком кончил, а затем услышал приглушённый рык и почувствовал, как внутри него стало растекаться что-то тёплое. Понадобилось несколько минут, чтобы понять, что только что произошло. Он обнял убийцу своего брата, кончил от секса с ним, позволил снимать себя на камеру. Кто он? Урод! Билл ощущал себя именно так. Поток мыслей прервал голос Пеннивайза: — Ну ладно, тебе пора на экскурсию. До встречи, дорогой. Темнота Билл стоит прямо перед экскурсоводом, которая, видимо, завершает свой рассказ. — Спасибо большое за внимание. Кто-то меня слушал, а кто-то нет. Но надеюсь, что было интересно тем, кто слушал меня. На этом у меня всё. Всем до свидания. Первым из здания выбежал Билл, даже не попрощавшись.