Panther in crime

Пятничный вечер не радовал профессора Грейнджер. Холодный осенний дождь начавшийся еще в середине ноября надоел уже не только ей, но и всем в замке. Пришлось даже отменить матч по квиддичу из-за нелетной погоды. А это, как известно, всегда вызывало бурю недовольств и расстройств у учеников. Гермиона взяла со стола кипу пергаментов с эссе первокурсников на тему “Прикладная магия”. По ее задумке это было просто сочинение на свободную тему о том, как можно использовать магию в быту. Ее пытливый преподавательский ум требовал выяснить каков уровень креативности у новоприбывших учеников. Она так себя оправдывала. Но на самом деле, ей просто хотелось посмотреть от кого стоит ждать неприятностей в дальнейшем, а кто всего лишь любопытен или задается риторическими вопросами в использовании магии. Гермиона подержала стопку в руке, рассеянно думая о чем-то другом и положила на журнальный столик у дивана. Конечно, пятница не радовала ее не с самого утра. Утром у нее было нестерпимое желание куда-то сходить вечером, вероятно добраться до Хогсмида, а может быть даже до Лондона, красиво посидеть с бокалом игристого, наколоть тонкой серебряной вилкой и отправить в рот кусочек лососевого стейка. Профессор Грейнджер вздохнула. Проблема была даже не в усталости, которая обуяла ее к вечеру от нескончаемого хогвартского галдежа, а в том, что ей не с кем было пойти. Эта мысль приходила ей в голову и раньше, но сейчас показалась какой-то нестерпимо обидной. Она посмотрела на себя в отражении стекла на резной дверце серванта и поправила прическу. Пару часов назад она отправила сову Гарри, но тот от путешествия куда бы то ни было в пятничный вечер ожидаемо отказался, впрочем, страшно извиняясь. Гермиона постояла у серванта еще, мучительно вспоминая, кому еще она может написать или даже, простигосподи, позвонить, чтобы не остаться одной в этот отвратительный дождливый вечер, но ни сервант, ни память ответа не дали. После ее расставания с Роном и Гарриного расставания с Джинни отношения с семьей Уизли у них несколько натянулись. Поэтому рассматривать некогда подругу как потенциальную компанию она не стала. “ Мда, – подумала Гермиона, – вот мы и пришли к моменту жизни где у меня нет друзей” , – она вздохнула и все таки открыла сервант. За дверцей томилась в ожидании бутылка вина. Чудесного красного вина, которое ей подарил Рон в очередной попытке вернуть. Она смерила бутылку взглядом и после секундного замешательства решила, что поступит как настоящая девчонка, которую обделили в пятнице. “ Подыши тут пока ”, – она обратилась к налитому бокалу на тонкой ножке и подумав, что если и проверять эссе, то красивой, направилась в душ. Теплая вода ласкала кожу и смывала тяжесть рабочего дня. Это всегда приводило в чувства, но пока отметка ее настроения все еще болталась на уровне “ниже среднего”. Гермионе было стыдно признаться себе, но она немного лукавила, говоря, что ей совсем не с кем провести этот вечер. “ Ну да, ну да, сейчас напьюсь и пойду соблазнять Гранта в своем красивейшем белье ”, – отозвалась она на свои же мысли. Грант Амбертон тоже был выпускником Хогвартса, а теперь занял место декана Когтеврана и иногда даже вел историю магии, чтобы ученики не впадали в летаргический сон от занудных рассказов Бинса. В целом, Грант был неплохим парнем на пять лет старше самой Гермионы, но смущал ее не возраст, а то, что она понимала, что она ему нравится. Обижать коллегу не хотелось, но и ответить взаимностью на его робкие ухаживания она не могла. Иногда они выходили вместе поболтать во двор, когда была хорошая погода или захаживали в библиотеку, и даже Минерва однажды намекнула Грейнджер, что может быть стоит присмотреться к нему получше, но вердикт Гермионы был безапелляционен - нет. Как и с Роном она не могла дать четкого ответа почему “нет”, но Грант его благо и не требовал. Она выплыла из душа в красивом белье, в котором по сути смысла не было, но внутренне оно прибавляло ей сто очков к самоощущению. Сверху плечи ласкал атласный халат. Она откинула назад немного влажные волосы и подхватив бокал со столика сделала глоток. Терпкая жидкость отозвалась мурашками по спине. – Ну что, дорогая, – обратилась она к себе и кивнула бокалу, – вечер становится томным, – еще глоток, – так-то лучше. Она положила пластинку на проигрыватель, и комната наполнилась мягким тихим джазом. Гермиона медленно прошлась по комнате, небрежно проводя рукой по всем попадающимся на ее пути предметам и сделав круг опустилась на диван, вытянув ноги на журнальный столик. Проверять эссе катастрофически не хотелось, и она найдя глазами “Ежедневный пророк” лежащий на соседнем кресле призвала его к себе. Глаза выхватывали отдельные заголовки и фразы с газетных страниц, но Гермиона не вчитывалась. Она листала газету ради процесса, а не результата. “Школа Дурмстранг объявила дату проведения ежегодного зимнего бала… ” “ Интересно, Виктор пригласит меня приехать в этом году? ” – Профессор Грейнджер сделал глоток. “ Продолжаются поиски Северуса Снейпа. Бывший директор школы Хогвартс объявлен в международный магический розыск… ” “ Поразительный человек, – фыркнула Гермиона, – лежал в Мунго, все ставки делали, очнется он или нет. А он раз и пропал. Ну что за бред. Может его украл кто-то? – От этой мысли ей стало смешно, потому что фантазия услужливо подкинула ей образ карикатурного воришки в маске, который хватает подмышку столь нелюбимого ей некогда профессора и шустро убегает в закат, – хотя кому он нужен, – резонно заметила она. Даже в свете “великой правды о мотивах Северуса Снейпа” открытой Гарри миру, зельевар не стал казаться ей более приятным, – разве что Малфою, – карикатурный человечек в ее голове снял маску и обворожительно улыбнувшись растворился. ” – Мерлиновы штаны на все стороны равны, что за каша у меня в башке, – пробубнила Гермиона и сделала еще глоток, словно вино могло сделать ее мысли яснее. “ Министр Шеклболт назначил вознаграждение в тысячу галеонов за информацию о местонахождении мистера Снейпа… ” “ Интересно, а если он сам придет, ему отдадут эти деньги? – Профессор Грейнджер, откинула газету на диван и налила в бокал еще вина. Осмотрительно больше. В дверь тихо постучали.