Полгода вместе

Наз как раз возвращалась в ресторан после неудачного собеседования, когда на телефон пришло сообщение от Сонера: «Ну, как все прошло?». Она не успела ответить, когда вслед пришло еще одно сообщение, уже от матери: «Наз, ты где? Мы тебя ждем». Так и не ответив Сонеру, девушка побежала выполнять поручения матери. На самом деле, Наз была расстроена: она не училась, не могла найти работу, только помогала матери в ресторане, как в детстве, поэтому ощущала себя бесполезной, будто ее жизнь утекала сквозь пальцы. Но что с этим делать, Наз не имела ни малейшего понятия. Только вечером, когда она уже лежала в кровати, девушка смогла наконец ответить на сообщение мужчины: «Не очень😢 Чувствую себя ничтожеством (((». Ответ пришел быстрее, чем она успела заблокировать телефон: «Ты не ничтожество. Не говори так никогда». Наз улыбнулась. С тех пор, как они начали переписываться, Сонер отвечал молниеносно, словно никогда не выпускал телефон из рук. Хотя Наз, наоборот, никогда не видела его, залипающего в телефон. Может, он просто ждал ее ответа? Поймав игривое настроение, Наз набрала: «А кто я тогда?». На экране появились три беспокойные точки, говорящие о том, что мужчина набирает сообщение. Потом они пропали, а сообщение Наз так и не получила. Затем точки появились вновь и опять пропали. Наконец, от Сонера пришло сообщение: «Ты — это всё». Наз забралась под одеяло с головой, уткнулась лицом в подушку, чтобы не было слышно, как она счастливо рассмеялась. Девушку всегда удивляло, даже поражало это в Сонере: то, как такой грубый и хладнокровный человек мог быть способен на нежности. Пока она радовалась, пришло еще одно сообщение: «По крайней мере, для меня». «Ты должен перестать быть таким милым», — написала Наз в ответ. «Я не милый», — пришел ответ. «Ох, простите, я совсем забыла, что крутые парни не могут быть милыми», — написала Наз. Сонер прочитал сообщение, но, вопреки своему обыкновению, не стал печатать ответ. Девушка даже подумала, что он обиделся и хотела написать вдогонку что-то утешительное, но тут… «Я крутой?)». «Напрашиваешься на комплимент?», — ответила Наз. «Нет», — ответ пришел, как всегда, мгновенно. «А мне кажется, что напрашиваешься», — настаивала Наз, сама не знала, что хотела добиться от парня. «Из нас двоих я явно не тот человек, которому положены комплименты», — пришел ответ. Девушка хоть и не видела его лица, но буквально физически почувствовала его грустную ухмылку. Ей вдруг так захотелось оказаться рядом и стереть эту горькую усмешку с его лица, например, поцелуем. Не дав себе времени подумать, Наз озвучила свои мысли: «Это не правда. Если бы сейчас ты был рядом, я бы тебя поцеловала, чтобы не грустил. И чтобы не спорил со мной!)». «Наз!», — ответил Сонер, продолжая печатать. Наз ждала в нетерпении, закусив губу. Она слышала, как за стеной разговаривает ее сестра, не подозревающая, что сейчас происходит в их квартире. «Бесчеловечно так поступать! Не думаю, что теперь смогу уснуть», — наконец пришло от Сонера. «Бесчеловечно оставлять девушку без поцелуя на ночь», — Наз понимала, что разошлась, но не хотела останавливаться. Впервые за долгое время она чувствовала такое приятное волнение. Сонер не заставил себя долго ждал и ответил: «Еще одно сообщение, и я вправду приеду. И если твоя мама меня убьет, моя смерть будет на твоей совести». Наз улыбнулась и ответила: «Моя мама убивает исключительно взглядом». «Ладно», — пришел ответ. А за ним сразу новое сообщение, от которого Наз подскочила на кровати: «Тогда я буду через 20 мин».