Сорваться на бег

Солнце в зените. Весна. Жизнь наполняется счастьем и свежим дуновением ветра. Возвращаясь домой вместе с Вэй Ином, Ванцзи воистину счастливый человек. Он смотрит на возлюбленного и иногда улыбается, в ответ на очередные шутки. На душе спокойно и тихо, словно наступил настоящий штиль. Всё наконец-то стало хорошо, спокойно. Никто не плел интриги, никто не вел войны. Конечно, это вряд ли продлится всегда, но сейчас, в этот самый момент, все было так, как нужно. Лань Сичэнь у себя, безразлично смотрит на гуцинь и сяо перед собой, а после бросает взгляд в окно. Он так долго ждет. Уже ведь весна. Сколько прошло лет? Он совсем не помнит. Наверное, ему давно пора сдаться, он видит, как окружающие люди думают об этом. Но он все ещё не сдается, упрямо продолжая играть, стирая пальцы в кровь. В сердце словно проделали огромную дыру, в которой пропадает все на свете. Что бы он ни делал, ничего не приносило счастья. Кроме... Младшего брата. Но его не было рядом. Давно не было рядом.

***

Лань Хуань утыкается носом в шею младшего брата, целует, смотрит на лицо Ванцзи и видит, как тот краснеет. — Ванцзи... — Сичэнь накрывает губы брата поцелуем, снова спускается к шее. Слышит тихий юношеский стон. Лань Хуань кладет руку меж ног Лань Чжаня и понимает, что тот уже возбужден. — Это всего лишь поцелуй, — шепчет Сичэнь, рукой ослабляя пояс младшего брата. Но Ванцзи останавливает его руку. — Не хочешь? — обеспокоенно спрашивает старший из братьев, слегка нахмурив брови. — Хочу, но... Грязно, — Ванцзи сглатывает, краснеет. Они никогда не заходили дальше поцелуев. Никогда. — Просто позволь сюнчжану, — Сичэнь все же развязывает пояс и стягивает с брата штаны, длинными пальцами гладит возбужденный член Лань Чжаня. А после склоняется и облизывает головку, что заставляет Ванцзи тихо ахнуть и скорее закрыть рот рукой. Сичэнь не останавливается, берет в рот наполовину и старается, как может. Лижет и посасывает, помогает себе руками... А иногда отрывается от члена и снова целует младшего брата в алеющие губы, кусает, укладывает на пол. А потом начинает раздеваться сам, после этого заводит руку за спину и начинает растягивать себя, в упор глядя на Ванцзи. Тот же как зачарованный смотрит на Сичэня, глотая слюну, волнуясь, что же будет дальше. — Вот так, — Лань Хуань направляет член брата в себя и прикрывает глаза, стонет. Протяжно и громко. Слышит, как стонет Лань Чжань. Чувствует, как младший брат хватает его за ягодицы и насаживает полностью. Больно, но терпимо. Сичэнь позволяет это Ванцзи. Он не знает, что это может быть больно. И Сичэнь не позволит, чтобы Ванцзи когда-либо узнал, что так бывает больно. Ни за что.

***

Сичэнь усмехается. И правда не позволил узнать. Бедный господин Вэй... Лань Хуань смотрит на меч, к которому не притрагивался уже давно. Он даже не очистил его от крови. Что же... Кажется, скоро этот меч понадобится для него самого. Он подходит к оружию, вынимает его из ножен и внимательно смотрит. Потом обращает свой взгляд на вход, размыкает губы и кричит. Так, чтобы его услышал хоть кто-то. Затем, не медлит ни секунды. Кровь забрызгивает всё вокруг. С гулким стуком тело падает на пол. Ванцзи, едва видит адептов клана, понимает, что что-то случилось. — Ханьгуан-цзюнь! Ханьгуан-цзюнь! Цзеу-цзюнь... Глава Ордена... Мертв! Смысл сказанного доходит до Ванцзи не сразу. Он оглядывается на Вэй Усяня, у которого на лице застыло удивление. А потом понимает. И срывается на бег. В Облачных Глубинах запрещено бегать. Но Ванцзи бежит так, как не бегал никогда, адепты еле успевают уворачиваться от стремительного вихря, которым стал заклинатель. Лань Чжань врывается в комнату брата и видит его пустые глаза, что смотрят в потолок, полуоткрытый рот. С новой силой произошедшее врезается в мозг. Осознание приходит все больше и больше. В комнате находится дядя и старшие адепты, но Ванцзи не видит их. Подбегает к старшему брату, падает на колени. Плачет. Рыдает. Словно ребенок. Хватает брата за руку, поднимает его и прижимает к себе. Он никогда не позволял себе таких эмоций, не мог позволить, но... С братом он всегда был... Свободным. — Сюнчжан... Но Сичэнь молчал. Теперь уже навсегда.

***

— Ванцзи, помни, что я всегда буду с тобой. Всегда, — обещает Сичэнь, целует в висок. Держит младшего брата на руках и обнимает. Понимает, что потерял Ванцзи. — Вэй Ин... Лань Хуань вздыхает. Смотрит на младшего брата и на глаза наворачиваются слёзы. — Ты обязательно найдешь его. — Обещаешь? — Обещаю. — Я всегда буду с тобой, сюнчжан. Я никогда не брошу тебя. Я люблю Вэй Ина. Но тебя я люблю тоже. Спасибо... Я никогда не брошу тебя. Сумбурно и глупо. Но для Лань Хуаня этот растерянный лепет запомнится навсегда.

***

— Прости... Ванцзи чувствует, как начинает ненавидеть себя. Обещал. Предал. Оставил одного. Но было уже слишком поздно. Лань Чжань склоняется над лицом брата и целует в губы. Ему уже все равно на то, кто находится вокруг. Его больше не беспокоит ничего.