Вредина

      — Не спишь уже? — спросила Екатерина, присаживаясь рядом с девочкой.       Эва отрицательно кивнула, прячась под одеяло так, что оставались видны только ее виноватые глаза.       — Как чувствуешь себя?       — Я ничего не помню, — немного охрипшим усталым голосом ответила студентка.       — Все понятно, — Екатерина вздохнула с нескрываемой улыбкой на лице. — Голова болит?       — Будто бы весь корпоратив переехал туда и продолжается, ужасно.       — Горе ты мое... — девушка погладила Эву по волосам. — Потерпи, я сейчас принесу тебе таблетку, и станет легче. Потом ты пойдешь под холодный душ и к вечеру будешь в порядке.       — Кать, почему я без одежды?       — Мм... А может, к вечеру и не получится, — Екатерина отошла в кухню и вернулась со стаканом воды и какой-то таблеткой. — Я пыталась помочь тебе переодеться, но смогла только раздеть. Потом ты отключилась, и я уже не стала тебя тревожить.       — Мне ужасно стыдно. Чего еще я не помню? Скажи честно, мне на работу лучше не приходить в ближайшее время?       — Да нет, ты вела себя вполне нормально, никто ничего и не понял. Лиза только знает, что мы уехали вместе, но, поверь, она тебя не осудит. Так бывало много у кого, не стоит так переживать об этом.       — А потом? Когда мы уехали? Я помню, много чего говорила, но не помню, что именно.       — Об этом мы еще поговорим с тобой. Я тебе вчера, кстати, обещала, но ты, наверное, этого тоже не помнишь, да?       — Да. Во сколько мы дома были? И сколько сейчас?       — Мы приехали около трех. А сейчас 11 утра. Тебе, кстати, все утро кто-то звонил, но я убрала твой телефон. Ты бы все равно вряд ли проснулась от него, держи, — Катя протянула девочке ее телефон.       — Вау, даже экран целый, — Эва вытащила одну руку из-под одеяла и, нахмурившись, залезла в телефон. — Блин, родители звонили несколько раз утром.       — Лучше сначала сходи в душ и приди немного в себя, а потом перезвони. Напиши им, что с тобой все хорошо и ты просто спала, чтобы они не волновались. Не стоит им сейчас слышать твой голос.       — Так все плохо? — девочка с усилием улыбнулась.       — Что-то близкое к голосу старой прокуренной ведьмы, уж прости за сравнение. Выпей это и дуй в душ, — Екатерина кивнула на стакан с уже растворившейся в нем таблеткой. — Тебе стоит поговорить с родителями, потом сможешь еще поспать, если захочешь. Я буду на кухне.       — Не говори, пожалуйста, о еде... — девочка с трудом встала, прикрываясь одеялом.       — Кормить насильно не буду, не переживай, но крепкий чай сделаю. Возьми пока мою одежду, в платье вряд ли будет удобно, в ванной на полке бери любое полотенце.       Екатерина оставила девочку в комнате одну, прекрасно помня о том, что вчерашний день закончился и Эва вернулась в более-менее нормальное состояние, когда человек начинает думать о своих словах и поступках. Она слышала тихие шаги по комнате, слышала, как закрылась дверь в ванную, а потом – как текла вода в душе. Девушке было уютно. Редко когда она была рада тому, что в ее доме чужой человек, а сейчас такого чувства не было. Потому что Эва и не чужой человек?       Студентка была в душе довольно долго. Она пыталась вспомнить вчерашний день хотя бы примерно, но после полуночи ее воспоминания обрывались и были утеряны уже безвозвратно. Остались только какие-то обрывки. Она помнила, что разговаривала с Катей, но не помнила слов. Помнила только ее одновременно строгий и взволнованный голос.       Девочке стало немного легче после холодного душа и она, набравшись смелости, позвонила матери. Выслушала она, конечно, много, из-за того, что не отвечала все утро, но, на удивление Эвы, строгий тон матери быстро перерос в подозрительно заботливый. Она поинтересовалась, как дочь отдохнула и впервые в жизни не заставила девочку вернуться домой как можно скорее. Для Эвы это было странно, но она почувствовала какое-то облегчение и пошла на кухню, где Екатерина как раз заливала кипяток в чашки.       — Ну как ты, полегче немного?       — Да, спасибо, — Эва уселась за стол.       — Держи. Осторожно, он горячий, — девушка поставила перед ней чашку горячего напитка. — Голодная?       — Ни капельки, — девочка отрицательно закивала, вызвав у Екатерины глупую ухмылку. — Ну не смейся с меня, мне и так неловко!       — Так не давай мне повода, — Екатерина продолжала улыбаться. — С мамой поговорила? Все нормально?       — Да, даже не поругались, домой меня насильно не гнали и вообще, все подозрительно хорошо как-то.       — Хорошо, — девушка отвлеклась от Эвы и почесывала рыжего, который грелся на теплом подоконнике.              Девушки допили чай, вернулись в комнату и удобно устроились на диване.       — Эв, ты не думаешь, что нам нужно поговорить? — Екатерина поджала ноги под себя и положила голову на свою руку, оперевшись локтем на спинку дивана.       — Может быть. О чем?       — О том, что было вчера. Знаю, ты ничего не помнишь, но моя-то память на месте.       Эве стало неуютно. Несмотря на мягкий и уверенный тон Екатерины, ей стало страшно от предстоящего разговора. Сомнений добавляло и то, что она действительно ничего не помнила. Наверняка уже и не вспомнит.       — Так, и... Что я вчера натворила? — дрожащим голосом спросила девочка.       — Ты ничего не натворила, — Катя не могла подобрать нужных слов и решила, что проще всего рассказать все как есть. — Просто... Тебя кое-что волновало.       Эва тут же залилась краской и отвела взгляд от девушки, делая вид, что у нее уж очень интересный ремонт и разглядывать стены и потолок – это очень важное занятие.       — Я хочу напомнить. Ты говорила мне о своих чувствах, говорила, что тебе больно быть рядом, когда я веду себя так, будто бы тебя не существует. И я понимаю твои чувства, поверь, понимаю их лучше, чем ты можешь себе представить. Я знаю, как неприятно, когда тот, кто тебе очень дорог, просто не обращает на тебя внимания...       Девочке было очень тяжело это слушать. Екатерина будто бы выворачивала ее душу наизнанку, обнажая самые потаённые уголки. Девушка застала ее врасплох своей уверенностью, а Эва даже подумать не могла, как тяжело Екатерине давалось каждое слово. Сейчас девочке хотелось сбежать, она сама не поняла, почему делала это, но встала с дивана в попытке прекратить это разговор. Она в ловушке.              — Постой, Эва, — Екатерина легонько схватила девочку за запястье. — Я не закончила, — она потянула руку девочки на себя, и та присела рядом с Катей. — Я хочу узнать тебя поближе. Мне интересно с тобой. Мне правда нравится проводить время вместе и теперь, когда я закончила с работой, у нас его будет столько, сколько захочешь!       — То есть, после того, как я сказала, что ты нравишься мне, ты предлагаешь быть друзьями? — Эва с сожалением усмехнулась.       — Послушай, — Екатерина взяла ее за руки. — Я ещё не очень понимаю, что творится у меня в голове. Но если мы не будем торопиться и не начнём игнорировать друг друга из-за этого, то кто знает, что из этого выйдет.       — Тебе нужно время. Значит, ты не уверена, в том, что говоришь, тогда какой в этом смысл?       — Я уверена в том, что чувствую. Но прошу тебя не спешить, потому что меня это все чертовски пугает.       — Я думала, что ты вообще ничего не боишься, когда дело касается отношения к людям, — Эва с издевкой засмеялась, но лицо Екатерины оставалось серьезным.       — Так и есть, когда речь идет о тех, кто мне безразличен.       Эва взяла девушку за руку и очень внимательно смотрела на нее. Она и сама не знала, что хочет разглядеть в ее глазах, ей просто был приятен этот момент.       — Спасибо, что вчера выручила, — сказала девочка, не найдя ничего лучше.       — Это ерунда. Но давай ты в следующий раз будешь немного осторожнее?       — У меня просто такое впервые. Все хотелось попробовать и все на работе оказались такими классными и интересными, и я в какой-то момент просто решила, что я бессмертная. Правда, я упустила минуту, когда все вышло из-под контроля...       — Ты и не вспомнишь уже. В следующий раз будешь знать, что бесконечно пить не получится, — в голосе Екатерины не было попытки научить ее чему-то или как-то уколоть девочку случившимся, она просто констатировала факт.       — Можно я еще немного полежу? — Эва свернулась калачиком на диване, не дожидаясь ответа, устроилась головой на бедре Кати. — Посмотрим что-нибудь?       — У меня есть подписка на Netflix. Выбирай, — девушка протянула ей пульт от телевизора.       — Какой-то новый корейский сериал... Посмотрим?              Екатерина согласилась, но, по правде говоря, ей было все равно. Гораздо важнее было то, что они обе теперь знают о чувствах друг друга. Катя, конечно, совсем не так представляла их разговор, но она не жалела ни о чем сказанном. Эва не досмотрела и половину первой серии и уснула, оставив девушку наедине со своими мыслями: на ее бедре сейчас спит очень важный человечек. Катя долго перебирала кончики ее волос, которые так сильно ей полюбились своей мягкостью и гладкостью. А ещё они принадлежали маленькой голубоглазой девочке, чья жизнерадостность иногда даже бесила, и это жутко умиляло строгую серьезную девушку. С ней она становилась другой: она все ещё была взрослой и рассудительной, все ещё тщательно думала, прежде чем что-то сказать, но ее взгляд был совсем другим. И становился он таким только в те моменты, когда был направлен на Эву. Она сама этого ещё не осознавала, но совершенно точно знала, что эта малышка поможет ей немного измениться. И только в лучшую сторону.       Вечером им пришлось попрощаться. Всё-таки завтра – Новый год, и встречать его каждая планировала со своими друзьями в своей компании. Они только обменялись короткими сообщениями с поздравлениями на следующий день. Девочка не знала о том, что у Кати был День Рождения, но девушке, в принципе, было все равно, очень уж она не любила этот праздник.       Пусть в понедельник и был выходной, но Кате пришлось снова вернуться в офис, чтобы окончательно забрать свои вещи и распрощаться с местом, где она провела не один год своей жизни...