Часть 5
1 июня 2025 г., 00:00
Его одержимость Эваном Харольсоном так и не отпустила. Мальчишка будто специально привлекал к себе взгляд. Гордый, непокорный, как породистый жеребец. Только этого не приручить, не поддастся обычным методам дрессировки, разве что приласкать и можно было. Возможно, именно эта одержимость привела к тому, что Том обнаружил необычные связи Эвана, которые тот наладил едва ли не сразу. Чета Уизли-Грейнджер, бывшие друзья пропавшего героя. Казалось, будто эти трое нашли общий язык буквально в первую встречу. И это вызывало подозрения. Ведь, если так подумать, Эван был чем-то похож на Гарри Поттера. Этот упрямый взгляд и непризнание авторитетов. Да вот только насколько бы они ни были похожи, но различия точно были. Избранный никогда бы не принял его власть, не говоря уже о том, чтобы пойти под его началом. Они так и не нашли зачинщиков некоторых терактов, и Марволо подозревал, что именно Поттер - один из них. Но все же было необходимо все проверить. Возможно, он даже мог пойти на поводу у своих желаний. Поэтому когда на балу заметил пристальный взгляд Эвана на себе, то без особых раздумий решил приступить к действиям. Парня влекло к нему, и это было лишь на руку Тому. Соблазнить, заставить забыть обо всем, что может быть проще? Однако та страсть, с которой Эван отдавался ему в танце, никак не была сравнима с тем, каким мальчик оказался в постели. Жадный до ласки, невинный и такой искренне-открытый, что у Тома просто срывало все ограничения от этой картины. Хотелось забрать его себе, целиком и полностью, и больше никогда не отпускать. Магия вырвалась из контроля, забираясь под кожу его партнеру, и это ещё больше туманило разум. Как долго никто не мог вынести в себе его силу. Он не планировал отпускать, и пусть Эван думает и делает, что хочет, чтобы выбраться из этой паутины, Том был хуже любого паука и свою добычу не привык делить ни с кем иным.
Волан-де-морт впервые оставался с кем-то после секса и, обнаружив на своей груди мирно посапывающую светловолосую макушку, хмыкнул. Не оборотное, а все украшения вместе с одеждой он вчера снял с мальчишки. Также в его дом просто нельзя было попасть под чарами гламура или высшей трансфигурации, а значит, и правда личность настоящая. Это радовало, так как убивать своего любовника сразу после решения сделать своим не хотелось. Посмотрев на время, Мракс хмыкнул, Люциус с Ноттом разберутся с делегацией, а он, пожалуй, впервые так долго спал. Тело в его руках пошевелилось, перекатываясь ему под бок, и сладко причмокнуло во сне. Смуглая кожа ярко контрастировала с бледностью его самого, и это даже немного завораживало. Мерно перебирая светлые волосы, Том думал, что ему делать дальше. Проведенная вместе ночь не ослабила его желания завладеть Эваном, а лишь подстегнула. То, как этот дерзкий юноша произносил его имя, было усладой и ещё одним попустительством. Он часто ловил себя на том, что любой другой уже бы корчился от боли, попробуй вытворить что-то из того, что вытворял Эван. Парень был равен ему, даже если и не магически, но он был таким же. Ни перед кем не склонит голову. Том был уверен, даже пытки не помогли бы потушить это синее пламя, которое плескалось во взгляде Харольсона.
Будто в ответ на его мысли юноша невнятно что-то пробормотал, видимо, просыпаясь, а после застонал от боли, не нужно было быть гением, чтобы понять, чем вызвана она была. Призвав антипохмельное, Реддл усмехнулся, предвкушая реакцию на свое присутствие.
- Держи, это антипохмельное, - негромко произнес он, чтобы не раздражать и так чувствительного к звукам парня. Пробормотав что-то под нос, видимо, благодарность, Эван, принюхавшись, залпом выпил предложенный флакон, облегченно вздохнув. Зелья авторства Снейпа хоть и были противными на вкус, но действовали сразу же.
По тому, как тело в его руках замерло, задеревенев, сразу стало понятно, что воспоминания о вчерашнем вернулись к Харольсону. Видимо, одним усилием воли юноша заставил себя расслабиться, неопределенно хмыкнув и подняв на него взгляд. В сапфировых глазах было намешено столько разных эмоций, что невозможно было прочитать, а вот на губах играла небольшая ухмылка, будто попытка спрятать свое состояние.
- Не мог бы ты меня отпустить? - немного хриплым со сна голосом спросил Эван.
- Ммм, думаю нет, ты теперь принадлежишь мне, - промурлыкал он, наслаждаясь возмущенным смущением на лице своего любовника.
- Я не твоя собственность! - возмутился Харольсон, смешно дуя щеки. Возможно, он даже не замечал этого.
- Как посмотреть, малыш, ты мой сотрудник, маг моей страны и теперь мой любовник, думаю вывод очевиден... - с каждым своим словом он все сильнее понижал голос до соблазнительного шепота, не забывая поглаживать чужое бедро. Лицо Эвана вспыхнуло ещё сильнее, а невыгодное для него положение явно выдавало то, как именно действуют на него слова Тома.
- Я могу в любую секунду уйти, и ты меня не остановишь, - прошипел разъяренной кошкой блондин, кидая ему вызов. Что же, Том был рад его принять.
- Да, вот только я сделаю так, что ты не захочешь уходить, - усмехнулся Реддл, быстрым движением переворачивая своего любовника на спину, нависая над ним. Его колено уже оказалось между ног Эвана, мягко надавливая на возбуждение парня и не давая ему ещё что-либо сказать, припадая к губам поцелуем. В этот раз мальчик был более решительный и противостоял ему всем видом, однако не мог отказаться от удовольствия, которое готов был подарить ему Том. Их жаркая схватка вновь привела к не менее жарким стонам Харольсона и нахождению его члена в этой узкой дырочке. Оказавшись на его коленях, Эван сам начал двигаться, завораживая Тома и ещё сильнее возбуждая. Нет, он определенно больше не отпустит от себя этого мальчишку.
***
Недоотношения с Томом для Эвана стали настоящей ловушкой. После ночи, проведенной вместе, прошло ровно два месяца, и если сначала была надежда на то, что Реддл наиграется и успокоится, то с каждым днем она медленно таяла. Они ни о чем не договаривались и не обсуждали происходящее между ними, просто в какой-то из дней Том, прислонившись к стене, ждал его на выходе из министерства, и Эван безропотно шел к нему, ведь не мог не идти. В такие моменты его всегда встречала мягкая усмешка и обволакивающая тело магия тёмного мага. Потом они уходили, и, обхватив его за талию, Том перемещал их в свой дом. В первые разы они просто падали на кровать без особых разговоров и лишних слов, потом стали вместе ужинать и принимать душ, совместный завтрак всегда присутствовал в их встречах. И хуже всего, что Эван начинал привязываться к этому, к Тому, к разговорам и спорам, которые иногда приводили к несерьезным дуэлям, к их совместным вечерам и утрам. Однажды освободившись раньше положенного, парень сам пришел в кабинет Реддла, вызвав понимающую ухмылку, и через час они вместе покинули министерство. Однако Эван боялся, его сердце, что уж врать, он слишком сильно привязался к Тому, и что, если именно тот момент, когда он сдаст свои позиции, станет тем, когда тёмный маг, удовлетворившись своей победой, оставит его? Ещё одним плюсом в их совместных вечерах стало то, что в эти ночи ему не снились кошмары. Они ушли на второй план в сравнении с теплыми объятиями Тома. По крайней мере, так было до этого дня. Проснувшись задыхаясь, Эван резко сел, схватившись за сердце. Паника вновь била в висках, не давая воздуху свободно циркулировать через легкие. Почему?! Он не мог настолько привязаться, чтобы один сон о том, что Том бросит его, как надоевшую игрушку, привел его в такое состояние. Эван, очнись! Этот маг убил бы тебя, узнав про артефакт! - Эван, малыш, тише, что случилось? - голос Тома звучал хрипло со сна, но обеспокоенно, а сильные руки уже прижимали к себе, поворачивая голову, чтобы заглянуть в глаза. Видимо, он разбудил его своим резким подъемом. Не в силах сдержать себя, Эван прильнул к губам мага, после чего обессилено опустил голову ему на плечо. Он цеплялся за него, как за последний спасательный круг, не в силах отпустить. Харольсон осознавал, что сейчас показывает свою слабость, которая может усилить боль, если его решат ударить, но поделать с собой ничего не мог. Руки Тома нежно гладили его по спине в успокаивающем жесте, но сам мужчина молчал, давая ему время, чтобы собрать мысли в кучу. Эту связь, их связь, нужно было разорвать, пока ещё не поздно, но он не мог, не мог... - Скажи мне, когда я тебе надоем и ты захочешь поменять игрушку, - замерев, произнес он. Слова били наотмашь, а руки Тома остановились. Мужчина под ним замер, и Эван ожидал ответ, который разорвет его сердце. Он ждал, что его любовник либо согласится с его словами, либо прикажет ему убираться, но Марволо молчал. Чужая рука заставила поднять голову и встретиться с полыхающими красными глазами. Эван не знал, была ли там одна ярость или ещё какие-то эмоции. Он ждал. - Считаешь себя игрушкой? - как в старые времена прошипел Волан-де-морт. Гарри Поттер мог бы поклясться, что сейчас в него полетит Авада. Эван не знал, чего ожидать. Он не ответил, покачав головой. И Тёмный Лорд повторил вопрос с ещё большим нажимом. - А для тебя я разве не игрушка? Разве ты не забудешь обо мне, стоит мне полюбить тебя!? - выкрикнул парень, и его плечи задрожали от сдерживаемых эмоций. Каждое слово отдавало горечью и болью, страхом вновь остаться одному. Смотреть, как друзья строят свои семьи, и улыбаться, искренне радуясь за них, при этом возвращаясь в пустую квартиру. Глаза Волан-де-морта перестали пылать красным, но теперь ничего не выражали. - Тогда мне стоит уже сейчас вышвырнуть тебя из постели? - неожиданно спокойным голосом спросил мужчина, будто просил принести документы ничего не значащего сотрудника. - Ты же уже любишь меня, разве нет? - вновь поинтересовался он, и Эван опустил голову. Плечи обессилено опустились, а спина согнулась. Да... он уже любит, а значит, должен уйти. И это не Том виноват, он то как раз ничего не обещал... - Скажи мне, - приказал маг, и это вывело из себя. На место боли пришла ярость. - Да, люблю! - вскинув голову, выкрикнул он, бросая вызов. Однако вместо равнодушия столкнулся с нежностью, которая плескалась в винных глаза. Он не ожидал этого, не понимал. - Я тебя тоже, - просто сказал мужчина, мягко улыбаясь, и Эван потерялся. Вся боль, что копилась в нем, выплеснулась наружу. Слёзы сами потекли из глаз, а ведь он уже забыл, когда последний раз плакал. - Я люблю тебя... люблю... - шептал Эван, буквально вжимаясь в тело мага, который говорил ему всякие глупости на ухо, стойко перенося мини истерику. Проснувшись утром от ласк, которыми осыпали его тело, Эван счастливо улыбнулся, набрасываясь на мужчину и втягивая того в страстный поцелуй. В этот день он впервые услышал такой искренний смех Тома и пообещал чаще вызывать его.***
Признание кардинально изменило их отношения, и сначала Эван не знал, чего ожидать от влюбленного Тёмного Лорда, то буквально через неделю понял, что в свою одинокую квартиру он больше не попадет. Став постепенно перетаскивать свои пожитки в новое жилище, Эван ловил ухмылку Тома, который наблюдал со стороны появление новых вещей в своем шкафу, стойко терпел разбросанные на рабочем столе эскизы и заметки для новых артефактов, лишь посмеивался, когда Эван в поисках помещения для своей мастерской наткнулся на охранные чары одной из двери, оказался заперт. Правда, после этого случая Том сам показал ему подходящую комнату, которая, помимо того, что располагалась в подвале, а значит, была намного более безопасна для работы с нестабильной магией, так ещё и оборудована по высшему разряду. В общем постепенно квартира, когда-то предоставленная ему министерством, больше была не нужна, только вот, что с ней делать, Эван не знал. Собираясь там осесть, он полностью выкупил её, по-видимому, зря. Решение предложил Том, посоветовав сдавать её приезжим магам или продать обратно министерству. Первый вариант понравился Харольсону гораздо больше, ведь предполагал собой пасивный заработок. Что ещё более примечательно, окончание собственного переезда порадовало ещё одним сюрпризом...***
- Мне следует бояться? - усмехнулся Эван, стоя посреди гостиной с завязанными глазами. Том сегодня был странный целый день, и посмотрите, к чему это привело. Стоит также отметить, что у них сегодня был один из немногих совместных выходных. - Хм, боюсь, что из всех магов Англии лишь у тебя нет права испытывать страх передо мной, - притянув его к себе, произнес мужчина, заставив Эвана улыбнуться, а давно забытого Гарри Поттера ощутить горечь. В следующую секунду вместе с поцелуем его явно затянули в воронку портключа. И как только перемещение закончилось, в уши ударил шум воды, а в нос соленый воздух. Сорвав повязку с глаз, Эван едва не раскрыл рот. Они вдвоем стояли на каменном утесе, а перед глазами были бескрайние синие просторы, в свете заката отливавшие золотом. - Том... - все, что смог произнести он, ощущая, как все внутри затапливает нежность и безграничная любовь к этому магу. Мог ли он ожидать от Тёмного Лорда романтики? Нет, этого не было в характере Реддла. Возможно, только как показательные жесты. Однако сейчас они стоят и любуются закатом, наслаждаясь умиротворением природы. Единственное, было жаль, что уже завтра им обоим нужно будет на работу. - Я взял отпуск на пять дней, и ты тоже, - усмехнулся Реддл, будто отвечая на его мысли. Повернувшись к нему, Эван тут же прильнул к губам мага, стараясь передать всю радость, что испытывал. - Ты знаешь, насколько сильно я люблю тебя? - тихо произнес парень, улыбаясь. Делиться этими чувствами с Томом для него все ещё было в новинку, однако он также понимал, насколько это было важно для Марволо. - В таком случае то, что я запланировал, не станет проблемой, - как-то по-особенному усмехнулся Реддл, чем ввел в недоумение. - Правда, от супруга Тёмного Лорда и Министра магии будет много требоваться, да и ты должен будешь сопровождать меня на все банкеты и приемы. Кроме того, мои люди... - Том не успел договорить, когда Эвану дошла полученная информация, и тот резко поддался вперед, при этом заваливая своего будущего супруга на спину. Испугавшись, что мужчина ушибет себе спину, Харольсон быстро пожалел об этом, но, благо, Министр магии уже привык к его неожиданным действиям и успел создать под спиной воздушную подушку. Оказавшись сидящим сверху на мужчине, Эван ту же вовлек того в повторный поцелуй. Это вечер для него был самым счастливым. И пусть он никогда не сможет рассказать правду о Гарри Поттере, но у Эвана Харольсона будет гораздо более счастливая жизнь, чем та, которая могла быть у мальчика-который-выжил когда-либо.
