Пра-Пра Хама и Два Аватара

      — Подъём! Рота подъем! В, мы на рынок сегодня собираемся, подъём, сонное царство, — чёткий отбой по чему-то металлическому и громкий командирский тон Ла Лань разбудили ребят в спальне.       — Зачем так рано? Солнца нет, — пробормотал Сокка, зевая.       — Мы на закрытом корабле, где ты тут окна для солнечного света видишь, Сокка? — недовольно воскликнула Катара.       — О, вы проснулись всё же, — высунула голову в их помещение Тай, — давайте скорее, сейчас быстрый завтрак, а дальше мы все на рынок собираемся. Давайте, активнее, активнее, вас ещё маскировать нужно, хи-хи. Одежда в корзинке у двери находится, переоденьтесь только.       Подушка полетела в дверной проем, но не достигла цели, девочка уже испарилась.       — А где Аанг? — подходя к корзине оглянулась южанка.       — Сладкая, забыла уже, он медитирует с другими магами огня и Ли по утрам, но раз здесь и нас разбудила Психо — значит медитация уже закончилась, Тай также бодрствует, — пробормотала Тоф, вылезая из-под одеяла.       — Точно, я не привыкла ещё к этому, — сказала та и сильно зевая передовая на руки брату сменную коричневого цвета одежду. — Тоф тут тебе нету комплекта.             — И не надо, я в отличие от вас в зеленной одежде нормально смотрюсь. Она мне родная в отличие от вас ребятки, — усмехнулась младшая девочка.       — Ага, маг воды и обыкновенная девушка медитируют как маги огня, это ещё та причуда, — пробормотал Сокка, зашториваясь от девочек.       — Ну, это уже его дело, ах, главное чтобы во время пробудки Проворных пяток, нас водой не задевал, — зевая и потягиваясь, сказала девочка.       — Может он привык, сестра рано встает и его в детстве часто будила также рано, — предположил Сокка надевая на себя чистую рубашку зеленного цвета.       — Учитывая характер Психо, она такое могла сделать, — донеслось до подростка слова Тоф, — учитывая, что способности Спарки таились в секрете, а это было как своеобразная ширма.       — Спарки? — воскликнул Сокка: — Ты сейчас серьёзно? Как ты прозвища даешь вообще? Брат-маг воды, блин, «Спарки», а сестра его — «Психо». Ну, ты даёшь, Тоф!       — Не «Капелька» же, Снузл, это было бы ещё страннее на звук, он больше похож на вспыхивающийся огонек, — фыркнули тому в ответ.       — Тоф не вертись, твои волосы очень запутались, — шикнула на неё Катара, орудуя гребнем над пышными волосами.       — Да, Царевна, Аувф! Больно!       — Потерпи немного, осталось пару узелков.       — Хорошо иметь не сильно длинные волосы, — поежился Сокка, — а то это болезненно звучит. Да и парням легче под ноль сделать, как у Аанга, и жди когда нормальные отрастут, или самое классное «Волчий Хвост» и не жарко и не холодно — прекрасная прическа.       — Сокка не бубни! Аанг фактически каждый день бреется.       — Перестану, когда ты перестанешь Тоф пытать. И я не смотрел как Аанг бреется!       — Да, меня уже не пытают, Снузл. Не боись! А также, если бы ты не вставал позже всех, то наверное это увидел бы это или догадался по скрюченной позе и ритмичным движением руки на голове.       — Ха-ха, ладно уломали. Давайте быстрее девочки, я есть хочу.       — ТЫ ВСЕГДА ЕСТЬ ХОЧЕШЬ!       — Не напирай на меня, я здоровый растущий мужчина, поэтому мне нужно мясо!       — Аанг без него справляется, — усмехнулась одернувшая штору девочка, в то время как Катара доплетала вторую косу.       — Назови одного хотя бы человека на этом корабле, кто не ест мясо, — воскликнул Сокка, а затем добавил, — кроме Аанга, он вообще не в счет.       — Тай почти не ест его, если рыбу можно считать мясом, — усмехнулась слепая девочка, — она периодично употребляет рыбу, обычное мясо не трогает.       — Ну, старик-рыбак говорит что нет, я про того, на которого Сокка работал, — усмехнулась младшая сестра парня.       — Хек, Снузлу скорее всего кроме рыбы ничего не получил.       — Рыба была, а потом и лихорадка, мы в шторм попали тогда. Я с ним и заболела. Аанга тогда кто-то в синей маске с клыками спас.       — Можете у Ли спросить про маски, он сможет чем-то помочь, — усмехнулась Тоф, проходя вперед.       — И чем?       — Он театральный фанатик, много пьес знает наизусть. Я из-за него знаю две пьесы в деталях. Даже мои преподы так не рассказывали все так детально.       — Милый городок, — улыбнулся Аанг, держа корзину с разными фруктами, которую ему вручил Джи. Тот хмыкнул, расплачиваясь за ещё одну корзину, только уже овощей. Катара несла крупную корзину с зеленью для салатов и украшения блюд, но также на спине у неё висел мешок полный драконьиних луковиц и сладкого мышиного чеснока.       Рядом с ними также были взрослые члены экипажа, которые носили аналогичные ноши как у детей, только значительно крупнее.       — Судя по тому что Хозяин Муши ушел рано со своими детьми, у нас будет работка в этом месте. Так что мы тут задержимся, — произнес Джи, взваливая на себя мешок лисьих бататов.       — Праздник? — счастливо и вопросительно воскликнул мальчик.       — Свадьба, — послышался за ребятами ответ Ла Лань. Катара приподняла бровь:       — Свадьба?       — Верно, это наш заказ: традиционная свадьба с танцами, пением, едой и весельем. Дочь Главы деревни выходит замуж, она из смешанной семьи и жених из Огня. Он призывного возраста, через месяц после свадьбы — на войну. Родители обоих хотят хотя бы продолжение оставить, если юноша не вернется, — произнесла Ла Лань,       — Эх, у них там любовь с детства — это так мило, — пропищала Тай.       — Им по сколько?       — Парню пока семнадцать, через сезон восемнадцать, девки восемнадцать в конце недели.       — Да они же молоды! — воскликнул Аанг.       — Стандартный возраст, в последнее время. Только громко не орите о танцах, Глава Деревни сделал все, чтобы никто не распространялся об этом вне её. Свадьбу дочери он хочет сделать особенной и счастливой, чтобы та в случае чего хорошее помнила об этом дне и времени.       — Что нам делать нужно? — серьезно посмотрела на тех Катара. Хоть ей не нравилась данная затея, но семья Ла Лань им платит за работу и дает прикрытие от Армии Огня.       — Катара займется приготовлением напитков с группой Терой и Дзениро, Сокка поможет с подготовкой мяса с группой Ли Ву и его тезками, как все будет подготовлено — идти в кузнецу, там тоже рук не хватает. Аанг с Тай помогут собрать свадебные атрибуты, не волнуйся, маг воздуха, там будут и другие. Тоф поможет в подготовке сцены с Джи и в установки свадебной арки. Я с Май подготовим всем на завтра одежду. Нашего Ли уже утащил отец. Нашей команде на все дали три дня, поэтому если кто-то запросит помощи — помогите, но и сами попросите об помощи. Поняли?       — Да, Ваше Высочество, — шутливо поклонился ей Сокка. За что чуть не получил огненной шар от девушки.       — А что это за здание, в которое постоянно заходят беременные женщины или ещё с младенцами? — спросил Сокка, смотря на крупное одноэтажное здание. Люди парами, женщины в свободных нарядах, с крупными корзинами на спинах или со свертками с младенцами. Ли Ву посмотрел на того скептически, но глубоко вздохнул и ответил:       — «Дом Матери и Дитя» — место где роженицы могут спокойно под квалифицированным уходом и заботой родить здоровых маленьких граждан.       — Дом с повитухами что ли?       — Почти, — слегка поморщился мужчина, — там находятся акушеры, доктора детей, медсестры и специальные комнаты для матерей и детей, которые родились слишком рано, чтобы выходить их и выпустить в мир здоровыми, обычные комнаты, чтобы принимать на осмотр матерей и детей…       — Как? Стоп, дети которые родились слишком рано слишком слабы часто, чтобы долго прожить. Тогда как вы делаете так, чтобы они могли здоровыми вернуться в мир?       — Есть одна методика, называется — «Теплый Сон Принца Айро». Она была создана пропавшим Принцем Нации Огня — Генералом Айро, который создал её случайно в попытки спасти своего ранорождённого племянника — Бывшего Кронпринца Зуко. Генерал Айро догадался, что сильная влажность, чистота, почти темное помещение и тепло тела матери может помочь ранорожденным детям потихоньку дорасти до нужного возраста. Так фактически семимесячный Принц Зуко, вскоре не отличался от обычных детей.       — Он наверное невероятно наблюдательный человек, этот Генерал Айро, — почесал свою голову Сокка, прежде чем получить от того же Ли Ву большую ногу упакованную в серую плотную, похожую на пергамент упаковку. Дотащив ту до запряженной телеги с Комодо-носорогом, он осторожно положил ту на ящик где кудахтали свино-петухи и свино-курицы, рядом параллельно в другом ящике гоготали утки-индюки.       — Он был грозным воином и безжалостным руководителем, под чьим руководством был разрушена стена Ба Синг Се, — начал мужчина, перетаскивая тушу животного на ящики с свино-курицами и утко-индюками, стараясь не уронить ногу, — но также ему не были чужды мирские вещи, как горячие источники, бани и чайные церемонии. Своим открытым методом он смог спасти очень много новорожденных по всей Нации Огня и Колониям. Тогда то Лорд Огня Азулон издал указ о создание места, направленного именно на рожениц, родильниц и молодых матерей с детьми до, не помни точно, года или полугода жизни.       — Ты хорошо довольно знаешь о Генерале Айро и его «методике», — констатировал Сокка.       — Мои сыновья близнецы и дочка родились рано на полтора месяца и только благодаря дому «Матери и Дитя», все четверо вернулись домой. Они тройняшки, но до последнего мы думали, что будут только близнецы. Не у меня, ни у женя не было тройни, только один раз близнецы у меня в роду, поколений три назад. Да, у дочери была проблема с ножками, но ту получилось поставить на ноги. Им сейчас по десять лет. Поэтому я был благодарен в то время королевской семье.       — Прости, Ли Ву, — мужчина потрепал мальчика по голове, потом, поправив повязку того и спрятав бритую часть затылка, сказал.       — Ты ребенок ещё в этом плане, Ко-кун, проблем у матерей очень прилично, начиная с беременности до того чтобы вырастить детей. Меня в свое время ложно обвинили в махинациями со средствами и только наличие большого количества братьев и старшей с младшей сестрами, живых родителей спасло моих детей и жену от улицы. Я знаю что моя жена и дети в надежных руках, это единственное что греет мою душу. Я их четыре года не видел, три из которых уже провел на воде. Пошли, нам нужно ещё пару ножек взять и тушку, на корабль. Купи пока корма для утко-индюков и свино-кур, у них разные корма и как минимум нужно по два мешка на вид, лучше три. Ли, раз подошел — помогай парню.       — Хорошо, Ли Ву, — кивнул мальчик, взяв крупный мешочек с деньгами, и поплелся за кормом чуть дальше к забору ограждённой территории с Ли, который был пекарем. Ведь он сам только скинул ещё один мешок муки в телегу.       — Я был на фестивалях и праздниках, на свадьбе мне не доводилось пребывать. Среди моего народа это было несвойственно, пары редким было явлением, в основном все жили с представителем своего пола, — с энтузиазмом говорит Аанг Тай, они вместе сейчас взбивали яичную массу, которую потом будут запекать.       Это была небольшая машинка, приделанная к столу и состоящая из ручки и механизма, который сам и взбивал яйца с сахаром, только быстрее. По правде, сам мальчик уже изрядно устал крутить эту ручку, но по словам Тай, без этой машинке было бы дольше и уставали бы они намного больше.       Девочка уже заканчивала свою партию белых сладких масс, да Аанг уже успел залезть в этот «крем» и оценить тот, под шиканье Ринки. Зрелая женщина, сорока пяти лет, была требовательна к работе, её громогласный певческий голос был слышан на другом конце кухни.       — Я была на многих свадьбах, положение заставляло. У меня было много сестер и внимание родителей было направлено не на меня, а на нас всех. А родители ещё успеют на их свадьбах погулять. Не думаю, что они сильно заметили моё исчезновение.       — Почему ты так думаешь? У меня в храме было много мальчишек и все были моими братьями у каждого был наставник. У меня тоже был наставник, Гьяцо. Честно я по всем им скучаю, к сожалению их уже не вернуть никого.       Девочка грустно посмотрела на него и, похлопав того по плечу, произнесла:       — Я могу понять отдаленно твою боль, Аанг. Но мою проблему тебе не понять. У тебя был один отвечающий за тебя наставник, а у моих родителей много дочерей, нас было больше шест… Не задумывайся, когда у пары мног детей на всех внимание тяжело отыскать.       — Я тебя понял…       — Давай продолжим готовить, а то получим от Ринки половником по голове, — усмехнулась та, подмигивая.       — Тяжело поверить, что мы готовим свадьбу для пары из огня и грустно осознавать, что они не смогут больше быть вместе… — произнесла Катара, вдавливая половинку фрукта в ребристый каменный купол для получения сока из него.       — Сейчас — это реальность молодежи границ, вне зависимости от количества денег, и бедных со средним достатком сословий берут под присягу, — грустно улыбнулась той Тера, не отвлекаясь от промывки маленьких ягод и фруктов, — я в свое время вместо мужа пошла на фронт. Мой муж заботился о наших близнецах, пока я сражалась а страну. Он по образованию учитель, получал неплохо.       — Почему вы поменялись местами?       — Он бы не пережил войну. Мой муж всегда был слаб здоровьем, в условиях фронта его здоровье бы подорвано до смерти. Его семья после… после моего досрочно-вынужденного освобождения от обязанностей и отправки меня в места не столь отдаленные.       — И за что тебя так? — приподняла бровь девочка       — Обматерила говнюка-начальника из-за того, что тот не додавал ресурсов женской гигиены для солдат, как я, — неловко произнесла Тера, — он к моему несчастью был рядом и все пятнадцать минут моей тирады слышал.       — Ресурсы женской гигиены?       — Да, солдатки на службе должны получать бесплатно средства от «фестиваля крови». Это было положено делать везде после исследования, где выяснили, что наличие личных средств гигиены у женщин на это время уменьшают шансы свалиться женщине в лазарет. Это кстати одна из причин, почему многие женщины остаются солдатами и работают при охране, например, в тюрьмах или своих городов — они продолжают получать эти средства от государства. Нам, моей бригаде, тогда зажали эти средства и тогда я высказалась, — ехидно произнесла взрослая женщина. — Итог, я оказалась на плаву.       — Удивлена, что это стало причиной отстранения — произнесла девочка.       — Не удивляйся, крошка, — произнес вошедший с огромной корзиной Дзениро, — у Теры очень грязный рот.       На это фразу он засмеялся.       Женщина кинула в него небольшое манго-яблоко. Судя по болезненному вскрику, оно было недозрелым.       — Да, я мастер ругаться трехэтажным матом. Мой грех, не скрою. Так что не отвлекайся девочка. Нам ещё много сока на начинку нужно выжать, я не говорю про настойки ещё. Так что, девочка моя, давай за работу.       Тихая церемония прошла спокойно, даже скучно по мнению Катары. Новые неожиданные традиции и причуды Нации Огня ей казались слишком чудными и очень экстравагантными.       Ей было также непонятно, почему невеста несколько раз меняла наряды. Один для привода невесты к дому жениха был пышным и полностью скрыл девушку своим объёмом. Два брата немного младше девушки несли ту на небольшой скамье к мужу, который должен был взять ту на руки.       Второй для храма был белым несколькими цветными элементами и огромным капюшоном, который не скрыл полностью лицо девушки, только спрятав прическу той. По словам Ла Лань, в прическу вплетена конструкция похожая на рога. Катара не знала, шутит ли та, но представить это ей было тяжело. А в храм кроме молодожен и самых близких их родственников никого не пустили.       Третий наряд был на поздравление молодожен, был белым с красным узором в виде цветов и фениксов, капюшона не было, но прическа имела сложную конструкцию из заколок. Почему-то паре пришлось ещё держать полотно в которое родственники и близкие друзья пары кидали каштаны и инжир.       Катаре было сложно смотреть на лица столь юной пары, прекрасна зная, что скоро счастью этих двоих может прийти конец.       Последний наряд был на невесте и казался самым облегченным белое платье с розовыми и черными вставками и красно-золотым орнаментом, хоть и конструкция прически была новой и также массивной и украшалась большим цветком в центре, но одежда и убранство головы не мешали той танцевать с отцом и мужем. Катара не понимала зачем такие сложности, учитывая, что муж девушки менял одежду и прическу всего два раза.       Везде она видела у невесты ручку кинжала, что-то похожее на сумочку и веер.       Но потом южанка увидела художника, заканчивающий рисовать пару в их последнем амплуа. Похоже семья решила запечатлеть все в мельчайших подробностях.       Ли сменил один из членов экипажа, забирая его рог Цингу и Май берет того за руки и ведет танцевать. Юноша улыбается, тянет тонкую длань к своим устам и нежно целует. Скулы девушки с легоньца краснеют и пара начинает танец.       Тай со смехом толкнула Сокку в Ла Лань и заливаясь убегает от разъярённых жертв девочки.       Муши спасет девочку, приглашая на танец и та не отказывая соглашается.       Тоф и Хама отрабатываю чуждые для девочки элементы танца другой культуры. Киико в это время мучает бедного Джи, раскручивая его на одном месте по-кругу.       Аанг с загоревшимися глазами хватает южанку за руку и тянет к танцующим.       — Пошли танцевать!             — Стой, Аанг! — воскликнула девочка, которую потащил Аватар на танцпол, куда постепенно все шли и шли жители городка, а также который постепенно расширялся от того, что отодвигались все дальше столы с едой.       — Танцуй, Катара! Танцуй со мной!       Улыбка мальчика заряжает ту энергией и уже вместе те кружатся в энергичном танце.       Словно цепной реакцией другие гости тоже начали подхватывать настроение их двоих, втягиваясь в танцевальный круг.       Чуть позже девочка узрела, как невеста и её супруг не отставая в энергичности своих движений их дуэту. Невеста со слезами счастья плясала с таким же грустно улыбающимся мужем.       Тарелки забились и с пипами в унисон начали новую мелодию. Которую уже смогла разобрать Катара.       Тут вышел чуть вперед Джуи, мужчина средних лет по с легкой поседью. Катара вспомнила, что тот просил спеть песню из своих краев, на их последнем празднике. Тот слегка прокашлился и щелкнув пальцами, призвал импровизированный оркест корабля начать играть. Музыка бодро заиргала, а тот начал петь:       — «Раз — и ты в белом платье, * Два — в моих объятьях Три — гори ночь до зари На ресницах блёстки сна И отголоски фраз Звучат, — нас обручат!»       Пара ещё быстрее закружилась. Люди вокруг дали им больше места, отойдя подальше к столам гостей.       — «Твой сон почти невесом, Ветром унесён На тот край света И там пусть будет с тобой Только голос мой, Голос мой где-то Вспышками встреч Ночь озарим Выше небес мы взлетим…»       В глазах мальчика словно зажглись огоньки счастья, что вселило в девочку тепло и уют.       — «Раз — и ты в белом платье, Два — в моих объятьях Три — гори ночь до зари На ресницах блёстки сна И отголоски фраз Звучат, — нас обручат!..»       Песня продолжается и затем сменяется другой.       Отводя разгорячённого от энергичного танца Аанга в сторону, Катара дает возможность быть во всеобщем внимание молодоженных. От них они получает глубокие кивки головой в знак благодарности и те продолжают свой необычный вихрь ткани и замысловатых движений.       Громкий всхлип и южанка поворачивается в сторону плачущей женщины, которая сжимает то самое полотно с орехами и сухофруктами — мать жениха. Рядом с ней стоял полуседой мужчина опирающийся на трость, приобнимая ту за плечи.       — Они похожи на пламя огня, — произносит знакомый женский голос, Хама подошла к ней с Аангом. Но тот уже отбежал к столу и стал искать из чего хлебнуть воды или сока. — Жаль они быстро потухнут.       — Хама, это не лучшие слова на чужом празднике…       — Тсс, Малышка Ката, забыла, что правильно меня звать Ханако? Пойми, здесь все понимают, что праздник скорее всего закончится проводами на смерть женой супруга. Просто повезет, что он отслужит и вернется к жене и ребенку. Сейчас они горят синхронно, потом потухнет их любовь с гибелью второго, не прогорев достаточно долго. Такая участь многих пар. Разве ты мне не рассказывала, что у тебя на родине остались лишь женщины и дети, так как все остальные мужчины ушли на Войну?       А потом подтянула девочку поближе и прошептала:       — Так почему ты юная южанка защищаешь тех кто неосознанно виноват в смерти твоей матери и тому, что твое детство так рано закончилось? Не то ли что они так молоды и могли бы нормально жить любить и растить своих детей, как было у твоей семьи раньше до черного снега?       — Хам…нако, давай перенесем этот разговор, — сдерживая эмоции прошептала девочка.       — Я просто хочу тебе показать истину, что я сама обрела путем потерь. В этой войне мы все жертвы амбиций мертвецов, девочка моя, — погладила спину той в знак утешения, пожилая женщина отвела ту в сторону от праздника. Прикрыв лицо рукавом, Катара доверилась помощи своей соотечественницы. На вопросы что случилось, взрослая и умудренная опытом южанка отвечала с грустной улыбкой:       — Девочка слишком расчувствовалась на свадьбе. Сейчас личико умоет и успокоится, не волнуйтесь.       Она отвела ту к Ла Лань, которая в тайных карманах прятала косметичку. Её брата рядом не было. А та, без лишних слов и укоров, смогла быстро поправить потекший грим той. А потом ушла в толпу. Катара решила посидеть за столом и отдохнуть немного. Хама ушла искать младшую внучку и Джи.       В скором времени мелькнул Сокка, уже вовсю круживший ту самую Ла Лань. И похоже девочки из Огня даже нравилась компания её брата. Она улыбалась и сдержанно смеялась над яркой пантомимой Сокки, когда тот ненадолго переставал с ней кружить и похоже пытался в своей привычной манере рассмешить кого-то. Аанг уже был загнан в хоровод с Тай, Той и некоторыми членами экипажа.       Юный маг воды была не против временного одиночества, чтобы немного собраться с мыслями и успокоить котелок чувств.              Праздник продолжался долго.       Молодожены уже уединились в своем новом доме, пока их родители продолжают с гостями отмечать образование новой пары. Муши проводил своих детей, Тоф, Май, Тай и команду Аанга на корабль спать.       В их каюте Катара смыла с себя макияж и, посмотрев на свое лицо и вспомнив о покойной матери, расплакалась.       Та пара, что не суждено долго любить друг друга.       Её родители, что больше не смогу оба их с Соккой обнять.       Дядя Муши, который остался один с тремя детьми и уже потерял на этой проклятой войне своего старшего сына.       Аанг, который потерял все и всех, у которого теперь есть только они.       Похоже её плач был достаточно громкий, раз её покой потревожили.       — Катара, тебе нужна помощь? — постучался в дверь её брат.       — Да, можешь войти, я уже переоделась…       Тот вошёл в ванную и закрыл дверь за собой. На ещё влажном лице была отмечана всепонимающая грусть и боль. Керосиновая ласка слегка качнулась, добавив резкости чертам её старшего брат, и быстро вернулась обратно в свое прежнее положение. Девочка сидела на полу, прижав к животу и крепко обняв свои колени.       — Почему ты плачешь? Сегодня же праздник…       — Ты и сам не выглядишь счастливым… Я просто погрузилась в свои мысли. Мы все столько потеряли из-за войны. А сколько ещё потеряем? Сегодняшний день мне дал много мыслей, к сожалению горьких. В своё время, мне кажется, я была бы даже рада, что люди из Нации Огня страдали. Но сейчас я похоже поняла, что мы все страдаем от Войны. Эта пара, что может потерять друг друга… Но в голове потом резко возникает образ мамы… Её потери…       Сокка ещё печальнее на нее посмотрел, а потом глубоко вздохнул и сел рядом с сестрёнкой на металлический пол.       — Я могу понять тебя прекрасно. Сегодня я узнал, что одним из членов Королевской семьи Огня был придуман способ спасти детей, что родились намного раньше положенного срока. Он создал его, чтобы спасти племянника. Этот метод спас детей Ли Ву. На основе этой методики даже создали Дом с повитухами, чтобы можно было помочь всесторонне женщине стать матерью. Я даже сам не мог такое представить, но куча мам с малышами и женщин на сносях заставили меня поверить в происходящее. Ирония в этом есть жестокая… Ведь потом он же сможет разбить через где-то десять лет спустя стену в битве при Ба Син Се, где потеряет своего единственного ребенка.       — Жестоко, словно судьба наказала самого Дракона Запада, за смерть чужих сыновей на поле боя и тот пожертвовал своим. Но также сам создал метод спасения новорожденных, — произнесла с горькой усмешкой девочка.       — Верно, — кивнул Сокка, приобнимая сестру за плечо. С тяжелым вздохом он продолжил: — В довесок, от нашего Ли я узнал, что его все детство учили, что Нация Огня несёт помощь и свет другим народам. Тай и Май подтвердили его слова… Их учат, что они делятся с ними своими достижениями ради общего блага. Также это меня заставило подумать. Если бы Нация Огня и правда несла новые открытия и знания народам, а не кровь со смертью, то эта методика была бы распространилась и до нас… Саюкку и Бато смогли бы сохранить своего малыша, а Саюкку бы не сошла с ума после потери и не ушла к Океану…       — О, Сокка, так ещё тяжелее. Хоть я и была маленькой, но до сих пор помню Саюкку с её толстыми косами и теплые объятья. Но ты прав, мы все потеряли от этой Войны. В наших руках её окончание, а также сейчас у нас есть время узнать противников и помочь всем в будущем дойти до того самого мира и общего блага. Спасибо, что ты решил сюда…       — Как я мог оставить тебя одну плакать тут, Катара? Хоть у нас и не всегда хорошие отношения бывают, но ты моя сестра и я тебя всегда поддерживать буду, — теперь уже они вместе обхватили друг друга и, уткнувшись носами то в широкий ворот брата, то в пышные волосы сестры, крепко обнялись.       Они посидели меньше минуты в таком положении. А когда вышли, захватили с собой лампу и задвинуты «стенку» легли спать. Аанг и Той уже были на своих футонах. Мальчик лег раньше из-за утреней медитации, а девочка сильно устала от праздника и вырубилось первой.       Сокка вытянул под шторой свою руку и Катара тут же её схватила.       Так они и уснули держась за руки.