Люби, пока можешь

Субин всю ночь изводит себя, пока Ёнджун мирно посапывает, обнимая его. Где то в углу этой же комнаты от бессонницы страдает Кай, в его голове вспыхивают кадры вечера. Почти весь следующий день Субин сторонится взгляда Ёнджуна и заметно меняется в характере. Чхве не может этого не заметить. В то время как ребята играют с Джен, страший берёт за руку Субина и уводит в дом. Ведёт на второй этаж, на балкончик. — Хён! Куда ты так спешишь? — Мы должны были остаться одни, фух, — Ёнджун пытается отдышаться, но не садится, а встаёт у перил, направляя взгляд вдаль. — Ты сторонишься меня, я вижу и чувствую. Что произошло? Он слишком хорошо изучил Субина. Парень подходит к возлюбленному, встаёт рядом, едва задевает плечом. — Вчера я… Мы с Каем… Мы просто целовались, но дело чуть не дошло… Вот черт, какой я идиот, — Чхве утыкается лицом в ладони и готов вырвать себе волосы. Ёнджун смотрит на него. Но в его взгляде нет осуждения, только тоска. Да, это он написал данное желание, но не мог и подумать, во что может вылиться его желание возможного сближения друзей, именно как друзей. — Так значит... — Прости меня, хён, я не знаю, что на меня нашло! Не надо было мне выпивать, мой разум был затуманен! Хён! — Ёнджун уходит, в его душе горит обида. Он слышит быстрые шаги Субина за спиной, его зов, но… Всё это раздаётся звоном в голове. Подходя к лестнице, голова резко начинает болеть, будто кто-то ударил по ней бейсбольной битой, словно по мячу. Ёнджун берётся одной рукой за голову, а другой за поручень и пытается спуститься, но мир мгновенно гаснет. — Хён! Нет! — Субин еле успевает подхватить Ёнджуна на руки. Парень потерял сознание. Чхве быстро спускает его и кладёт на пол. — Хён! Хён, очнись! Вот черт! — он набирает номер скорой, едва попадая по нужным цифрам. Оператор отвечает, что врачи прибудут через 15 минут, так как ребята за городом. Субин в отчаянии переносит возлюбленного в гостиную, на диван. Вовремя зашедший в дом Бомгю роняет игрушку Джен, что у него в руках, и бежит к брату. — Хён, что случилось? — на переполошенные возгласы сбегаются все, даже щенок. Джен жалобно скулит, вылизывая ладонь хозяина, что безвольно свисает с дивана. — Мы разговаривали, а потом Ёнджун ушёл. Я побежал за ним и увидел, как он падает на лестнице в обморок. Боже… — Ты звонил в скорую? — Да, должны приехать минут через 10. Господи, хён, только не сейчас, не умирай… — Субин опускается на колени, обнимая руками тело Чхве и плачет. Врачи приезжают вовремя и грузят тело в машину. — Езжай с ним, мы поедем на машине за вами, — говорит Кай, подталкивая друга к выходу. Взяв какие-то вещи и документы, Субин уходит за врачами. Ему разрешают сесть рядом с Ёнджуном и держать его за руку. Пока врачи подключают различную аппаратуру, пока машина скорой помощи мчится в больницу, Чхве сжимает ладонь возлюбленного и молится. Шёпотом. Только чудо могло сейчас привести Ёнджуна в сознание. Всё происходит, как в замедленном действии. Ёнджуна выкатывают из машины и везут в здание. Субин идёт рядом, покрывая поцелуями ладонь парня. У входа в операционные Чхве останавливают, потому что дальше нельзя, нужно провести детальный осмотр. Субин остаётся у двери, в которой есть лишь два небольших окошка, но и в них ему смотреть не хочется. Парень сворачивается рядом в клубочек и утыкается лицом в колени. Неизвестно сколько времени проходит, может, около получаса. Рядом с Субином садится Кай, протягивая его любимый латте на миндальном. — Хён, нас позовут, когда можно будет его увидеть. — Нет, я дождусь его здесь! Это из-за меня он переволновался, разозлился и потерял сознание! Всё из-за меня… — Чхве начинает рыдать. Хюнин ставит стаканчики на пол и обнимает Субина со всей теплотой, которая у него есть. — Ты сейчас ничего не сможешь сделать, особенно сидя здесь. Пойдём лучше в комнату ожидания к ребятам и Джен. Он сильно скулит, и только ты его можешь успокоить, — Субин поднимает взгляд на друга и вытирает слезы. Приобняв Чхве, Кай ведёт его к Бомгю и Тэхену, которые всеми силами пытаются успокоить воющего щенка. — Джен, малыш, папочка здесь. Иди ко мне, — питомец запрыгивает на руки к Субину и утыкается мокрым носом в его шею. — Тише, мой хороший, нам всем здесь непросто, — гладит его гладкую шерстку на спине, пока Джен окончательно не успокаивается и не засыпает. Парень аккуратно садит его в переноску и закрывает дверцу. Потом садится на сиденье и направляет взгляд в одну точку. Прикрывает глаза. Чувствует тёплые ладони на своей спине, опрокидывающие его на тело Кая. Голова ложится на плечо друга и становится так спокойно. Будто только что Субин выпил несколько таблеток успокоительного. Он смыкает глаза, медленно погружаясь в дрему. Просыпается он не самовольно, примерно через час, от того, что Кай тормошит его. — Хён… Сейчас придёт врач… Сон как рукой снимает и Субин вытягивается в струночку, делая вид, что бодрствовал всё это время. Через минуту действительно перед ребятами появляется врач: высокий, статный, в очках, чем то походящий на Кая. Сразу видно, профессионал, ему хочется довериться. — Добрый день, молодые люди. У меня есть две новости, начну с хорошей. Ёнджун пришёл в себя, и мы смогли провести полный осмотр его организма, но вот вторая новость, — мужчина прокашливается и вытирает очки о край своего халата. — Ёнджуна придётся оставить в больнице. Вероятно, опухоль дала знать о себе. Теперь он наполовину обездвижен и очень слаб. Ему осталось недолго. — Можно попасть к нему? — К сожалению, пока нет. Он ещё не совсем понимает, что происходит вокруг и спит. Ёнджун под наблюдением врачей, поэтому вы можете не волноваться и поехать домой, поесть. — Да, врач прав, Субин-хён, давай сходим хотя бы перекусить? — Хюнин обнимает друга за плечи, а тот обречённо вздыхает. — Вы можете приехать через пару часов. Примерно через это время Ёнджун окончательно придёт в себя. Компания выдвигается в ближайшее кафе. Им оказывается фаст-фуд. Но в Субина ничего не лезет. Он может думать лишь о Ёнджуне. — Хён, ты должен поесть, — Бомгю двигает к брату их любимый бургер, но Чхве морщится. — Мне противно. Не только от бургера, но и от самого себя… — Вы же тогда не переспали, да? Не успели? — безмятежно спрашивает Тэхён, и все осуждающие взгляды мира направляются на него. Лишь Субин смотрит на свои руки. Перед его глазами всплывают воспоминания. Как он зарывался в блондинистые волосы, целуя Кая, трогал его разгоряченное тело. — Не успели… — тихо отвечает он. А всё потому что образ Кая в тех воспоминаниях меняется образом Ёнджуна. Глупое дежавю. Но с другим человеком. — Прости, Кай, я идиот. — Мы оба таковыми являемся, хён, — грустно заключает Кай и сжимает ладонь друга. — Но сейчас мы не должны печалиться, нужно думать о Ёнджуне и его скорейшем хорошем состоянии. — Ты прав, — шёпотом говорит Субин и пододвигает к себе стакан с милкшейком.

***

— Любимый, наконец-то я рядом, — Субин сидит рядом с Ёнджуном, голова которого повернута в сторону возлюбленного. Парень слабо сжимает ладонь Субина, смотрит прямо ему в глаза, но молчит. — Я очень волновался, я не находил себе места, Боже… Я так виноват перед тобой, прости меня, хён, — Чхве склоняет голову к руке Ёнджуна и кладёт на неё свой лоб. — Бинни… Не извиняйся, прошу. Просто будь рядом, хорошо? — почти шёпотом просит парень. Субин кивает головой. — Только… Можешь позвать, пожалуйста, Кая ко мне? А потом принести Джен? — Конечно, любимый, — младший целует Чхве в лоб и удаляется. Через пару минут в палате появляется Кай. Он робко садится рядом с Ёнджуном, сомкнув колени вместе и положив на них свои ладони, как примерный ученик. — Кай, у меня к тебе есть просьба. Я знаю, что ты влюблён в Субина, вижу, что и у него появляется что-то, поэтому… Прошу, присматривай за ним, заботься, не оставляй одного. После моей смерти он будет горевать, не дай ему вредить себе. — Но, хён… А как же ты? — А что я? Я умру и это неизбежно. Не думайте обо мне, вы будете отличной парой. Можно сказать, я вас заранее благословляю, — Ёнджун смеётся, а Хюнин улыбается уголками губ и опускается в благодарном поклоне. — Спасибо, хён. Я позабочусь о Субин-хёне. Раздаётся стук в дверь. В проёме появляются голубые волосы и маленькая щенячья мордашка. — Простите, что прерываю, но я еле пронёс его мимо медсестёр, — Джен начинает вырываться из рук Субина и радостно вилять хвостом. — Да, малыш, сейчас я дам тебя папочке. Только сиди смирно, ладно? — питомец послушно садится рядом с хозяином и кладёт на его тело передние лапки, опуская на них голову. Ёнджун улыбается и гладит щенка. — Джен, мой хороший… — шёпотом произносит Ёнджун, в то время, как Кай и Субин неловко переглядываются. Время будто замирает. Чхве старается запомнить этот момент, ведь всё остальное время проходит в болях, сне и иногда галлюцинациях из-за наркотического обезболивающего. Субин старается быть рядом. Он не отходит от койки Ёнджуна, даже ночью. Друзья так же приходят каждый день, но уже днём. В один из последних майских дней, все ребята сидят в палате. Погода на удивление пасмурная, поэтому никто не решался пойти за перекусом. Бомгю и Тэхён спорят о чём-то, а Кай читает книгу. Лишь Субин сидит и держит руку Ёнджуна, что-то шёпотом рассказывая, чтобы слышал только Чхве. — Что? Это снег? — восклицает Бомгю, подбегая к окну. Действительно, за окном валит огромными хлопьями снег, и тает, касаясь асфальта. — Снег? Поздней весной? — недоуменно спрашивает Кай, тоже вставая, дабы посмотреть на чудо природы. Субину так же становится интересно, но когда парень разворачивает голову, его ладонь сжимает Ёнджун. — Бинни… — Да, любимый? — Я хочу сказать тебе, что никогда никого не любил так сильно, как тебя. Спасибо, что исполнил мои мечты и был рядом. Я… — в приборах начинаются сбои, но кажется, что это видит только Субин. Его охватывает паника, сердце уходит в пятки. — Прости, что не смог победить, тогда мы бы были счастливы… Я люблю тебя, Бинни. Ровная полоса. Ужасный писк, который не пожелаешь услышать даже врагу. Субин судорожно жмёт на кнопку вызова врача. Его охватывает дрожь, а разум переворачивается. — Нет! Хён, не уходи, прошу! — обеспокоенных ребят выводят из палаты, но Субин не желает покидать Ёнджуна. Каю приходится буквально оттаскивать друга в коридор, удерживая в своих объятиях. Ребята стоят за дверью несколько минут. Когда выходит врач, всё становится понятно лишь по одному его выражению лица. — Рак победил Ёнджуна. Мне очень жаль… Я позвоню его родителям, — а ведь они так и не успели приехать к сыну и уже не увидят его живым. Лицо Субина моментально становится серым и безучастным. Хюнин что-то говорит ему, потом они идут в зал ожидания, говорят с врачом. Вроде как речь идёт о том, что до приезда родителей ребята могут поехать домой, чтобы привести себя в чувство. Все бы хотели попрощаться с Ёнджуном, но пока не готовы увидеть его мёртвым. — Отвези меня домой, Кай, — говорит, смотря в никуда, Субин, когда ребята уже садятся в машину. Хюнин понимающе кивает и нажимает на педаль газа.

***

Пустота. Холод. Боль. Сейчас в этой квартире уже нет места уюту и радости. Ноги уже не держат Субина. Парень падает на колени и пускает слезу, которая не могла вырваться с тех роковых секунд. — Как же так, хён… Прости, меня за всё… — шепчет Чхве и опускает голову. Он плачет. Плачет долго и тихо. В его голову закрадывается ужасная мысль, но горе настолько берёт верх, что Субин не может сопротивляться. Он уже не помнит где, но находит маленькие лезвия. Долго смотрит на них, стоя перед умывальником. История повторяется. Его тонкие пальцы берутся за блестящее на свету лезвие. Отточенный край задевает кожу, оставляя царапину. — Не делай этого, — говорит знакомый, размеренный голос. Чхве поднимает голову, и у него прихватывает сердце от неожиданности. В зеркале, за его спиной стоит Ёнджун. С розовыми волосами. В спортивном костюме. — Ты должен жить. — У меня больше нет причины жить. Я столько натворил… — Не знаешь ради чего тебе жить? Поживи ради меня. Создай те моменты, которые не смог создать я. Люби, люби долго. Создай семью. Добейся своих целей и доживи до старости. Но одним лишь движением лезвия по коже ты лишишь себя счастья. Субин снова смотрит на свои руки. По его щекам текут слезы. Он чувствует, как крепкие ладони сжимают его плечи, оттягивая от умывальника и вообще из ванной в гостиную. Чхве чувствует тепло и машинально прижимается к другу всем телом, обхватывая его торс руками. — Как же я перепугался, хён! Я рядом, всё хорошо… — Субин дрожит всём телом, словно от холода. Хюнин гладит его по спине и плечам, стараясь успокоить. — Нет, он умер, Кай… Он умер, совсем не пожив. — Такова его судьба, хён. Мы все знали, что это произойдёт, но не были готовы. Но Ёнджун сейчас в лучшем месте и не хотел бы, чтобы ты страдал, — Кай достаёт платочек и начинает примакивать влажные дорожки от слез на щеках Субина. Парень вглядывается в лицо Хюнина. Вот, что ощущал Ёнджун, когда они только встретились. Весь мир его был серым и лишь одна улыбка могла подарить свет. Лишь один человек не давал утонуть во тьме. Для Ёнджуна это был Субин. А теперь для Субина этот человек — Кай. — Останься со мной, Кай… — говорит Чхве. — Что? — Ты единственный, кто дарит мне свет. Прошу, будь рядом, — Хюнин удивлён. Он не мог подумать, что друг сам попросит его об этом. — Хорошо, хён. Я выполню твою просьбу с радостью. А сейчас, я думаю, пора выдвигаться. Посидим немного с парнями и поедем, — еле заметно Субин кивает и парни выходят из квартиры.

***

Заходя в палату, они видят родителей Ёнджуна. Его мать плачет, а отец гладит её по спине. Судя по их внешнему виду — они не из бедных, поэтому смогли так быстро долететь. — Извините… Мы друзья Ёнджуна, — начинает Кай, пока взгляд Субина прикован к бледному безжизненному лицу. — Проходите, ребята. Он рассказывал о вас. Спасибо, что были рядом в сложные и последние месяцы. Особенно тебе, Субин, — в ответ Чхве кланяется. — Если у вас остались его вещи, мы будем благодарны, если вы их передадите нам. — У меня есть много его вещей. Вы можете забрать их, после того, как мы попрощаемся, — мать кивает мужчине. Они встают и выходят из палаты, оставляя ребят одних. Ни один не решается присесть. Субин прижимается к Каю, а тот обнимает его за плечи. Первым решается заговорить Тэхён. — Спасибо тебе, Ёнджун-хён, что создал однажды нашу группу. Ты дал мне сильный толчок вперёд. Ты сделал очень многое, и я обязательно позабочусь о нашем детище — группе, — Кан переводит взгляд на возлюбленного. Бомгю прокашливается. — Мы были не так близки, но я благодарен тому, что ты стал связующим звеном между мной и Тэхёном… И спасибо, что показал моему брату любовь, изменил его в лучшую сторону. Ты навсегда останешься для меня примером, — Бомгю склоняет голову. Кан прижимает парня к себе, гладя его по спине. — Сперва я недолюбливал тебя, Ёнджун, но потом понял, что мы с тобой можем нормально общаться и даже находить общий язык. Я благодарен тебе за личный разговор, который произошёл, когда ты попал сюда. Я выполню всё твои просьбы, даю слово, — Хюнин смотрит на Субина. Приходит его очередь. Парень выпрямляется. Внимательно рассматривает черты лица Ёнджуна. — Хён… Мне сложно подобрать слова. Ты действительно стал очень важной частью моей жизни. Я всегда буду помнить о тебе. Ты навсегда останешься в моём сердце. Надеюсь, что ты сейчас в лучшем месте. Среди любимых цветов, вдыхаешь их аромат полной грудью. Прощай, любимый Ёнджун-хён… — всё опускают головы и молчат. Отдав дань уважения своему другу, еле сдерживая слезы, ребята выходят. В палату прошмыгивает его мама, а отец едет с Субином и Каем на квартиру.

***

Чхве перебирает вещи Ёнджуна, пока Хюнин увлекает разговором его отца. В глубине шкафа Субин отыскивает коробку, а на дне её камеру. «Для Бинни» гласит стикер, прикреплённый к экранчику. Отдав вещи, Субин немедленно берёт камеру и садится в гостиной. Кай пристраивается рядом. Чхве включает камеру и видит на экранчике лицо Ёнджуна. — Боже, это… — Кажется, обращение. Вот он поправляет волосы. Прокашливается. И направляет взгляд в камеру. — Привет, Бинни. Если ты смотришь это, то вероятно, я уже умер. Ты самый лучший человек, которого я когда либо знал. Ты помог мне обрести истинное счастье, пусть и ненадолго. Ты исполнил мои мечты. Подарил любовь. Я благодарен тебе от всего сердца. И хочу сказать, чтобы ты не упускал своё счастье. Оно совсем близко, ты не замечал его многие годы. Хюнин Кай. Он любит тебя, и даже не скрывает этого. Пусть он позаботится о тебе, я уверен, что вы станете отличной парой. Главное, не думайте обо мне, я официально одобряю ваши отношения, — Ёнджун смеётся, а Субин смотрит на Кая. — Прости, Кай, что рассказал твой секрет, но нельзя упускать время. Оно бесценно. Цените моменты и любите, пока есть возможность. Вы живете. Так наслаждайтесь жизнью и всеми её прелестями. На этом всё. Целую и обнимаю. Твой Ёнджун-хён. На несколько секунд воцаряется тишина. — Ты… Ты любишь меня? — спрашивает Субин, заикаясь. Кай перебирает костяшки на своей руке. — Посмотри мне в глаза и ответь, Кай! — Хюнин поднимает его голову пальцами. Хюнин гулко сглатывает. — Да, хён. Я люблю тебя. — И ты жертвовал своими чувствами ради меня? — Кай робко кивает. Субин обнимает друга. — Прости, что мучил тебя. — Просто ответь мне, есть ли у нас шансы? — Чхве сжимает Ладоги блондина и улыбается уголками губ. — Есть. Только пообещай, что не будет грустных историй. — Обещаю, — Кай улыбается и заключает Субина в объятия, сжимая его кофту кончиками пальцев. А Ёнджун с радостью и гордостью смотрит на своих друзей с цветочной поляны, широко улыбаясь. Чхве рад, что Субин будет счастлив, будет жить и познает всё то, чего не смог познать он.