Ветер Перемен

Отмахнувшись от атаки сбоку, Энакин совершил перекат и сальто назад, стая ровно на ноги. Волчица хищно оскальнулась, изучая начинающего специалиста, дабы в следущую минуту напасть снова. Напряжение ставало слишком диковастым, как для ведьмы или феи первокурсницы, чьи програмы сейчас стоят на метаморфозах. Скайуокер сделал резких пару шагов назад, а хищница прыгнула ему на шею. Увернувшись и от этого, джедай захватил ветку, дабы резко натянуть её и ударить ветьвями юную ведьму. Явно это старшекурсница, судя по озлобленному, вышедшему с под контроля взгляду. На этот раз падаван был готов изпользывать силу. Что-то явно пошло не так. Выставление ладони никак не вызвали должного эффекта и форсюзер пропустил нападение. Волница, казалось, собирается раздереть икламы глотку джедая, попавшего в её лапы. Если бы не... Если бы не одна ладонь Энакина, которая засияла нефритовым сечением. Преобразованый импульс откинул принявшую обратно свой облик ведьму на пару метров. Скайуокер испугался. Достаточно, что бы понять, что он ослабил девушку, отрубив ей поток сознания. Подскочив на ноги, парень предпринял попытку восстановить дыхание и обследовать белокурою ведьму. Глядя на изящное лицо, не сразу скажешь что это адепт темной магии, падаван поднял старшекурсницу на руки, собираясь её доправить в её колледж, в котором учится. Облачная Башня... место не самое ужасное, но мрачное по своей натуре и магии, которую излучает. Тёмная сигнатура окутывала парня в свои холодные омуты, якобы предупреждая о грядущей опасности, но Энакин не Скайуокер, если не найдёт приключения на задницу. Сию вину можно было косвенно отнести к Салладину, который спаивал уже откровенно юношу. Да тот и не против был. Алкоголь десказать чудеса-чудесные не хило магии творит. Вот например развязывает язык. Директор добавил ещё пару предупреждающих слов о школе ведьм совершенно недавно: "Это школа, не просто здание, а живая тварь, способная загнать тебя в угол и больше не выпустить... если конечно ты не любимчик Гриффин. А вот она та ещё стерва". Большего он так и не сказал, будто стремался называть Её имя. В Скайуокера это неуверенность не вселяло, лишь больше поджигало огонь интереса и задора. Парень попал в гудящую темнотой Башню. Наверное, всё таки уже все ушли на покой, так как стрелки часов тикали полночь. Стены глухо завибрировали, также предупреждающее. – Хм, так ты живая. – с улыбкой протянул Энакин, касаясь локтем стены. Неожиданный стук калбука заставил его повернутся, но было слишком поздно что-то предпринять от магической сферы с Её рук. Магия пронзила тело, заставляя его с щекоткой мутироватся или даже превратится... Оказался второй вариант. Звонкое кваканье разнеслось по коридору, такое свободное и маленькое тельце... в руках такой женщины. Знакомьтесь, это – истинный терминатор в юбке. Вернее ведьма-терминатор. По-другому Гриффин уже не опишешь. На вид немножко выше ростом джедая, лицо прикрыто темно-зеленоватыми тонами макияжа, пока одежда с себя представляла лишь ночное платье. Вцепившись острыми ногтями в глотку своему "жабёнку", она будто нарошно оставила след. – Салладиновское отродье. – шикнула ехидно ведьма, телепортируясь в свой кабинет, исчезнув в ярком свете. – Значит так, жабёнок, будешь квакать – останешься без языка. Я сегодня не в настроении, а теперь – замахнувшись, женщина тут же кинула своего "питомца" в стену, Скайуокер не издал звука. Лишь после попадания в какой-то безвоздушный контейнер, он издал тихий вздох. – сиди смирно. Пока тебя не заберёт или сам Салладин, или кто-то с его подручных клоунов. – выставила свой ультиматум Гриффин, наблюдая за излишним спокойвствием пресноводного в этой ситуации. Ну и пусть, у Энакина будет много времени подумать. * * * Спустя два дня, всё же, пропажу студента в своей школе директор обнаружил, а голосовое сообщение от ведьмы с настроеным на скандал голосом, лишь потверждало теорию его местоположения. Для Энакина двое суток стали пыткой, сводящей его с ума. Теперь он станет дважды думать, прежде, чем носить ведьм на руках. Тяжело вздохнув, парень снова в своём облике учуял как стало невиносимо жарко. Глядя краем глаза на работающую, вкалывающую в отчетную работу Гриффин, Скайуокер стал удивлятся и восхищатся ей. Она станет для него эталоном лучших качевств и даже примером того, как правильно реагировать на магию. В какой-то момент, контейнер открылся, по щелчку пальцев. Издав искренний, издивательский смешок, ведьма подошла к тельцу, захватив его в душащие руки. – Что, жабёнок, скучаешь? Сейчас тебе скучно не будет. – отменив заклинание, Энакин превратился в своё человеческое обличие, падая на пол. Ехидно наблюдая за своей жертвой, Гриффин провела своим каблуком по его бедру. – Сейчас скучно тебе уж точно не будет. – облизнув свои губы, её обувь подошла близко к его паху, поглаживая маленький горбочек в штанах. Издав тяжелый вздох, Скайуокер немного покраснел в щеках, чувствуя как его орган пробуждается. Он ещё не встречался с таким чувством, но голова кружилась от изучения этих эмоций внутри. Постепенно, каблук стал вдавливатся ещё глубже, делая джедаю уже больней, заставив шикнуть и прижмурится. Гриффин забавляла его несломимость, даже навело на некие подозрения, что мальчик – всё же сын Салладина. Надавливая на край внутренней части бедра, ведьма старалась довести падавана до мольб. У неё прекрасно это получилось. – Прошу, мисс... Гриффин. – шептал юноша, в один момент несдержанно застонал. – прекратите, слишком прекрасно. – женщина этого явно не ожидала, но не показала этого. Любой бы другой уже молил о пощаде, а этот косвенно просит продолжать. Бред какой-то. Но всё же она прекратила, когда по кабинету разнёсся стук от мужской руки. Нахмуренно, мужчина влетел в кабинет, Гриффин ему лишь усмехнулась. – Ах, профессор Кондраторта. – специально или привычно омолвилась она. – как той рекламе, скажу: если вы ещё раз неожиданно так появитесь, то вас точно вхопит кондратий. – Вы в своём стиле – не удивили. – хмыкнул мужчина, слаживая руки на груди. В следующий момент, их взгляды встретились, искря полной ненавистью друг к другу, так и говоря: "Убил(-а) бы, на корм рыбкам бы пустил(-а)". – Отпускайте уже Энакина. – Ты не Глава Совета, что-бы расспоряжатся в моём кабинете. – фыркнула зло женщина, поднимаясь со своего директорского кресла. – Почему такие олени рогатые, как вы, Кодаторта, не могут обьяснить своему выводку, что по школам лазить категорически запрещено? – Особенно в Облачной Башни, хотела сказать бы она. – Прочь с моего кабинета, оба. Дабы глаза вас больше мои не видели, а если увидят – расстанетесь с ненужными висюльками между ног. – вызверевшись, ведьма молча приступила к своей работе, пока профессор всё же извлёк Энакина с этого плена. Уже йдя по лесу, мужчина вдруг засмеялся, удивляя Скайуокера. – А чего смешного то, профессор Кодаторта? – изогнул свою бровь парень, повернув голову к хохотящему мужчине. – Её стервозность так заводит. – именно в том смысле, о котором вы могли подумать. – а поза в которой она тебя прижимала к полу была слишком эффектная. – признался честно Кодаторта, слаживая руки по швам. – ты ещё наверняка этого не поймёшь. – Башня ещё недалеко. – сообщил факт джедай, глядя на предподавателя Красного Фонтана. – если она серьёзно, то вы эту позу больше не увидите, так как она займётся другим вашим "делом". – произнёс иронично Энакин, прекрасно понимая о чём толкует мужчина. – благо, она тебя не слышит. Дойдя уже более спокойно к Красному Фонтану, Скайуокер замешкался, учуяв как странный импульс пробежался по нему. Как вот позавчера, при защите от ведьмы. Это ему явно не даст покоя, потому нужно будет обратится к Фарагонде, вдруг что-нить серьёзное. * * * – Прости, Гелия. Что? – письму Салладин от своего племянника был знатно удивлён, глядя на сверх-спокойное лицо пока специалиста. Директора это поражало и одновременно пугало. Всё же, отец Гелии явно будет против этого шага назад. – Дядя Дин, ну уж пойми меня. Я уже изучил многое и знаю как за себя постоять. Темболее, меня готовили ещё с лет 12-ти! – пояснил племянник мужчины достаточно весомо. Всё же парень оказался довольно таки рано в этом коллежде. – я хочу переосмыслить жизнь, хочу вернутся на Линфею. – тому причиной была одна девушка, которая из обычной ему соседки превратилась в потерянную принцессу, которую вернули на своё законное место. Васильковые глаза всю ночь горели в надобности этой встречи. Нет, не что бы погладить те розовые, аккуратно разчесанные пряди Кристал. Нет, не что бы встретится своим взглядом с её и окрылить девушку. Нужно было наконец-то закончить мнимые, детские отношения. Всё же это была вынужденная любовь, но Гелия никогда ей лоб в лоб не признается. Боится сломать детские мечты этой хрупкой принцессы. Боится за невыполненное отцом просьбу матери о их усадьбе. Его личные раздумия были прерваны щелчком ручки, которая всё же оставила следи подписи его дяди. – Во-от. Но помни, ты можешь вернутся. – кивнул Салладин племяннику, вздохнув. – Будь осторожен, Гелия. Со своими выборами. – усмехался он, снова плеснув себе капельку красного, давно-любимого чая. Воодушивленный парень тут же вышел с кабинета, следуя по коридорам на одну из воздушных площадок. Встречаясь с наступающим закатом, он и не заметил, как Энакин подошел к нему. Улыбаясь своему другу, Скайуокер не опешил нарушать молчание. – Та-ак... чего сияешь? – повернул свой взгляд на Гелию, косовато. – неужели солнышко так светит? – Та нет. – признался честно парень, вздыхая довольно, как слон после операции. – Знаешь, а ведь когда-то важно сказать близкому всё в глаза. Или просто его увидеть, или её. – речь была также спокойной. – Я ухожу с Красного Фонтана, что бы побыть кому-то нужным. – Если таков твой выбор.. – стихшим от новости тоном глаголил Энакин. – то я желаю тебе удачи. – подмигнул он парню, ложа одобряющее руку на плечё. Гелия даже не задумывается, как неприятно ранит его своим отстувствием. Для Скайуокера потеря друга будет весьма тяжелой утратой. – Спасибо, Эни. – неожиданно сократил сиреневолосый его имя, заставляя неприятно ёжится джедая. – Удачи и тебе. – дёрнувшись с места, уже бывший специалист побежал в сторону ангаров. Теперь уже Энакином овладел страх. Последние лучи заката слепили ему глаза, но он их не поморщит или не прижмурит. Не его натура, сдатся солнцу. Тяжело выдыхая, парень глядел на малиновое небо, облака легко расстворялись или уносились теплым ветерком. Лучше бы так неприятные мысли улетали далеко-далеко. Ему уж очень сейчас хотелось быть спасенным теплыми руками Лейлы, но оставалось лишь закусывать губу и отпустить навесающую на ресницах слезу. Скайуокер боится что-то даже написать после такой неявки на их островок посреди королевского архипелага. Время назад не вернуть, и Энакин явно о нём горюет. Теперь, он всё понимал. Ответ на вопрос пришел быстро, и довольно болезненно.