Ветер Перемен

Последние дни оказались умопоморочительными, слишком выжимали из всех силы. Сутки тянулись чёрной полосой по всей Галактике. Видимо, перемены в балансировке сил наступили слишком неожиданно. Война Клонов затягивалась всё сильнее, а со смертью магистра Йоды, казалось, свершился переломный момент в этом конфликте: Республике больше не было кем воевать, а Камино было повреждено широкомаштабной атакой. Альянс созвал всех своих героев на фронт, потому и Юнру поспешно вернулась с Солярии, отправляясь с лучшим командиром союзных войск в горячую точку. Зигфрид пребывал на Кристофсисе, завершая свою операцию на северном фронте планеты: шло всё не очень гладко. Мужчина отразил последний выстрел боевого дроида в него же, ликвидируя последнего врага по своему направлению; он вновь несколько суток не спал. Измученый, но всё ещё дееспособный учёный следовал в штаб-квартиру Альянса, где была разположена временно-поддерживающая застава. – Свяжитесь с генералом Карвиллем, пускай доправит ещё часть полка "Южный Крест". – хмурился мужчина, поцепив рукояти световых мечей к себе на пояс. – Есть генерал Мёбиус. Зигфрид прошел по ступеням на этаж выше, дабы добратся к барракам, шагая в комнаты. Ему хотелось передохнуть после непрерывных боевых часов, которые изъедали его силы со всех жил и мускул. Мужчина оказался один, активируя свой комплинк и набирая к своей знакомой из Алфеи: директрисе Фарагонде. Устройвство связи оказалось на полу, а его голограмма явилась в полный рост по ту сторону вызова. – Доктор Мёбиус. – послышалось раньше, чем появилось ответное, изображение женщины напротив учёного. Как всегда, безукоризненно спокойной и собранной, какой и следовало быть на людях, не смотря на отголоски всех терзаний последнего времени. – Привет, Фада. – улыбнулся ей учёный, слаживая руки на груди, – Рад тебя видеть вновь. Выглядишь не особо спокойной. – Выглядишь не особо радостным. – парировала женщина, с мягкой улыбкой. Закинув ногу на ногу, она взяла ручку, пальцами перебирая от стержня к концу, чтобы чем-то занять, – Ну, по крайней мере, я стараюсь изо всех сил. Как... дела? – Злополучная планета кристальных небоскрёбов Кристофсис снова в наших руках. Пока у нас с Конфедерацией ничья, но люди гинут по нашу сторону, и по сторону Республики. – Зигфрид вздохнул, обпираясь спиной об шкаф рядом, поёжившись. Ночью не было холодно, просто самого мужчину морозило. – Это очень всё очень северно. – молвила женщина так, как это обычно делали чиновники Крепости. Наверное, у всех, кто так или иначе с ними сотрудничал такой тон вырабатывается автоматически. Она поднялась, чтобы обойти стол, останавливаясь перед голограммой, а мужчина мог почувствовать слабое магическое прикосновение к плечу, поглаживающее, успокаивающее, – Раз планета в ваших руках, следовало бы немного отдохнуть. Зигфрид лишь на это с усмешкой вздохнул, прохрипев: – Ну я стараюсь. – учёный понежился к этому едва ощутимому касанию, чувствуя, как болят его лёгкие. Кости уже ломило и они будто давили туда, куда совсем не стоит. Но это не мешало мужчине издать смешок, – А ты как там? Не хочешь передохнуть? – Хочу, – протянула фея, и, когда ее прикосновение перешло мужчине на шею, резко одернула руку, – но не могу. Мне кажется... кажется у тебя лихорадка. – с догадкой говорила она, в оправдание резко прерванного касания. – Приземлился неудачно. – слукавил учёный, чувствуя, как тепло ему стало от незаконченого касания, – Это же война, тут каждая кость на счету. – И каждая жизнь. Только почему то не получается сохранить ни того, ни другого. – женщина вздохнула, складывая руки на груди, – Конец этой войны виден? – Всё туманно, если честно. Нас атакуют с двух сторон. – подитожил кратко Зигфрид, чуть хмурясь на отчёты последних миссий со всех фронтов, – Президент собирается ввести финансирование на военный досуг и призыв. Мы также начали развитие новых технологий. Мёбиус обернулся на стук в двери, изгибая бровь. Кто-то его решил потревожить в столь спокойные минуты с женщиной. Видимо, что-то случилось опять. – Генерал Мёбиус, у нас два неопознанных сигнала в виде СОС. – молодая лейтенант явилась сначала лишь силуэтом, но этого хватило, что бы Зигфрид нахмурился. – Откуда они? – Один из Андроса. А второй... с Дагобы. Канал Фалкрум. Короткая частота. Магистр Йода являлся изобретателем этого шифра, что не могло не дать надежду учёному. Мужчина будто засиял ещё ярче, как то солнце в пустоте, расспуская свои лучики света во всех направлениях. Он был бы рад, если всё окажется правдой. – Отправьте отряд туда. И медиков. Магистр может быть ранен. – кивнул девушке генерал, на что та кинула "Слушаюсь и повинуюсь", прежде, чем исчезнуть в коридоре. Звон её каблуков был слышен ещё каких-то пару секунд. – Ты думаешь? – шепотом протянула женщина, но закусила губу не продолжая. Вовсе не хотелось обретать избыточной надежды там, где может ничего и не быть. Что же там ещё было... –  Андрос... я проверю тоже, что там. Моя ученица там. – Свяжемся тогда позже. – с улыбкой кивнул Фарагонде мужчина, теперь уже неосязаемыми пальцами касаясь её щеки. Сила придала этому ощутимый, согревающий поток, – Удачи вам. Если нужна помощь – зовите. – Удачи тебе. И удачи вам. Пускай сила вам принесет успех. – кивнула женщина, незаметно пиигревшись к касанию, прежде, чем вернуться за стол, достав телефон, включая фото: – Есть ли вообще шанс, что ты жив Энакин? – спросила сама себя директриса. Ответом была душераздирающая тишина...                                          * * * Ближе к раннему утру, когда Винкс с уже рассколдованой Стеллой прибыли в Алфею, их прежде всего встретила директриса Фарагонда, ретируя их на отдых. Она была рада, что феи вновь вместе и на месте, что покрайней мере, успокаивало. Брешь, созданная потерей ученика всё ещё влияла на неё негативно, но безответный Андрос приносил ещё тот непокой. Крепость Света решила нихрена не делать. Ну это уже привычно. Солярия в дождях, король тоже не отвечает. Война Клонов, на которой гибнут люди, тоже не имела конца. Всё тоже, тоже и ещё раз тоже. Стелла следовала по коридору, получая плохую известь и произнося теорию в слух: Радиуса приворожили. Теперь ясно, почему её отец хотел прикончить на бале принцессы. Фея сетовала, не могла понять, кто это мог сделать... Кассандра, ну конечно! Найдя о ней достаточно полезной информации, девушка пришла к единому выводу: она хочет власти. Женщина ещё с первых минут ей показалась не такая, что надо, возможно, это было предчувствие. В любом случае, Стелла не позволит занять какой-то там графинской дочери своё место принцессы. Каблуки стучат по холодному мрамору, эхом отдаваясь по всему помещению. Принцесса делает у себя в голове заметку, что стоит заменить туфли, больно громкие. Комната по-могильному пуста, а тишина отдавалась звоном в ушах; все были слишком заняты. Стелла упала в кресло, закрывая лицо руками. Возможно, ей скоро нужно будет вернутся на Солярию и провести расследование... Солнце яркими лучами оседает вниз по стене, стекает по изголовью кровати и яркими вспышками падает на лицо Лейлы. Она морщится и нехотя открывает глаза. От обстановки вокруг легкие на несколько мучительных секунд отказываются впускать в себя воздух. Это её комната. Телефон несколько раз вибрирует, предупреждая, что если сейчас не получит реакции, будильник завопит на всю Алфею. Принцесса морщится и трёт глаза, стирая с них пелену сна и поспешно выключает телефон. С полминуты пустым взглядом изучает стену, приходя в себя, и сладко зевает. В дверь трижды стучат, девушка прижимает к себе одеяло и охрипшим спросонья голосом разрешает войти. – Доброе утро. – раздаётся из уст цветочной феи, когда она встречается с взглядом океанских глаз, – Как ты себя чувствуешь? Лейла промолчала. В руках Флоры был поднос с тостерами, намащенными джемом и стакан с кофе. – Слушай, – выдала спустя минуту молчания девушка, – Ты должна знать, что мы подруги и я... готова тебе помочь. Принцесса Андроса не отвечает. В её руках лежала книга с историей. Странно, Лейла никогда так не бралась за голову, считая этот предмет отстойным. – ... Ты слушаешь меня? – Да-да, – обрывчисто она вспоминает, о чём был разговор. Фея морфикса выпала на пару минут с реальности, – Я тебя догоню. – Хм, ладно. – повела плечьми линфейка, настороженно. Казалось бы, в её глазах осталась пелена невыплаканых слёз. Что-то случилось на Андросе? Лейла может и не привыкла жаловатся на свои проблемы, но Флора считала это глупой затеей: молчание никогда не вело ни к чему хорошему, – Мне тоже его не хватает. Лейла не успевает ничего сказать девушке: она тут же в спешке выходит, прикрыв за собой дверь. Интересно получается. За несколько последних лет завтрак в постель она получала от силы пару раз. И то, это были замашки Скайуокера на "погулять", что всегда заканчивалось встречей заката вместе с ним. Фея смотрит на поднос. По утрам она есть не любила ещё с девства, так что отодвигает тарелку с тостерами подальше и берет в руки кофе. Напиток приятно обжигает горло, но тут же Лейла морщится, скорее убирая чашку обратно на поднос. Флора вспыпала слишком много сахара. Видимо, сегодня она обойдётся и без кофе. Живот сводит от голода, но остается проигнорированным. Душевная боль будто липкой жидкостью стекает по ней, оставляет неприятные ощущения по всему телу. От такого не отмыться никаким мылом. Лейла снова плачет... Наконец-то наступает долгожданная ночь без чертовски яркого солнца: она просидела слишком долго в своей комнате. Ей становилось неистивно тошно. Флора больше не заходила, наверное, догадываясь конечно, что с Лейлой не всё нормально, но предпочла её не трогать. Ещё и слова о Энакине... Им больно не хватало лучезарных изумрудных глаз с надеждой. В голове обрывками пробегали диалоги с ним, каждое слово было на вес золота. Слишком памятное. Дверь снова разразилась громким стуком, разбивая тишину вдребезги. Снова Винкс. Если и они, то она не примет их, хоть в её глазах будет виднется "Помогите". Она слишком гордая. Хочет такой казатся. – Лейла, ты готова? – спросила Блум. К чему готова? Она прослушала разговор Флоры, потому и вспомнить не могла, о чём состоялся тогда разговор. – Извините девчёнки, – выдала хриплым тоном девушка, касаясь своих расстрёпанных кудрей пальцами, – у меня нет настроения что-то сегодня идти. – Но, Лейла, – удивленно глядела на подругу Муза, делая пару мелких шажков к ней, – ты должна рассказать нам, что происходит. Мы твои друзья и можем помочь. – Пожалуйста! – хмурилась фея, но вдруг осознала, что если она снова покажет свою неприкосновенность, то потеряет подруг. Меньше всего хотелось быть гордой, потому взгляд девушки будто заставил смотреть в её уста, – Ох, проходите, ладно. Они вновь все собрались. Но не в той обстановке, чтобы радоватся чему-то. – Мою планету собирается захватить какое-то сущевство, зовущим себя Валтором. Его никто не может остановить, – вещала девушка, тяжело вздыхая на долгой паузе, – а русалки возле Врат Андроса, остров, который связывает тюремное измерение Омега и планету, просто превратились в монстров. Весь Магикс, и мой мир в опасности. – Но как? С Омеги невозможно сбежать. – заявила фея технологий, глядя на принцесса Андроса удивленно, – Как так случилось? – Так только говорят. Но это ещё не всё: с ним ситх. Девушки были удивленны этому термину, озвученому благодаря устам Лейлы. Это было... так странно. В истории Магикса не было ситхов, но кто запишет что-то о неуловимом? Ацина никогда не расскрывала своей личности Прародительницам или Гриффин, лишь после предательвства последней у неё появилаьсь возможность отделится на время от Валтора. – Он угрожает всем. – прохрипела Лейла, опуская свой взгляд в собственные дрожащие коленки. – И Альянс, и Совет не знает об этом. – уверенно заявила принцесса Солярии, будучи в этом уверенной. Что-то было в Крепости не так, будто их нейтральность мешала взгляду на мир. Но там свои заворушки, сейчас им не помогут герои Альянса даже: они ушли в горячие точки, а когда они выберутся, никто не знает, – Что сейчас там происходит? – Громоотводы Зигфрида питают столицу от ударов молний. Мы мобилизировали все силы, Совет Андроса во главе с моим отцом совещаются непрерывно. Мы не можем его остановить... – на глазах Лейлы сверкнули слезинки. От услышаного и протиставлении со своими мирами плакали бы многие; от безысходности. Но Блум не омрачнела, взяв руки подруги в свои горячие ладони. – Мы поможем тебе. Не смотря на все невзгоды. Я попытаюсь не допустить, чтобы Андрос пал также, как это было с Домино. Принцесса Андроса была благодарна, но имеют ли вес её слова? Для неё определенно. И у Лейлы в глазах, помимо слёз, сверкали искорки надежды...                                         * * * Гриффин в последнее время не отвечала на звонки профессора Кодаторты. Это не было на неё похоже, что-то случилось серьёзное. Она молчит. Он переживает. Не от молчания близкого ему человека, а от того, что оно что-то значит... Облачная Башня была всегда значимым местом в истории. Легенды гласят, что это не просто школа, но и великое сущевство, способное за себя постоять. Само по себе здание служило ещё громоотводом, потому это был почти что каждый день героем, спасая людей от холодных водных капель. Само строение древнее, но от того в нём есть свой шарм и особая изюминка: темницы. Туда падало не мало специалистов, которые решили показать свою смелость, после чего их оттуда забирал профессор Кодаторта. Два последних года были очень трудными для него, как учителя юношей, или сказать ещё проще – сорванцов-парнишек. Странно было осознавать, что теперь мучитель мог познать чувства мучеников. Зная-то историю отношений директрисы школы ведьм с Валтором, который вдруг решил показать своё лицо на весь Магикс. Хотя и их отношения нельзя назвать слишком простыми. По-началу, это были просто встречи из-за студентов, потом из-за непрекращаемых отчётов, которые любезно на него валил Салладин. Кодаторте в первые года не очень хотелось туда ехать, но работа есть работа, которую всё же иногда сложно выполнять...                                          * * * Как только Гриффин была освобождена от суда и доказала свою невиновность предательвством Валтора, Глава более-менее благо оценил этот жест женщины. Великодушно. Её пост всё время оспаривало министерство во главе с Дживелианом, но преспокойный мужчина отвечал только: "Всему своё время, брат". И если бы не её подружка из Алфеи в лице Фарагонды, то она бы сейчас здесь и не сидела вовсе. Опочевала бы со своим кровью связанным мужом в одной камере в тюремном измерении Омега. Сидя в кабинете, ведьма не раз выглядывала в окно, вглядываясь в падающие с небес капли. Опять ливень. Это ей напоминало тот злочастный последний бой на Домино, который закончился проигрышом Команды Света. Гриффин с этого момента и по сей день не изменилась. Она заглянула в всевидящее Око. – А вот и наша жертва. Аж профессор Кодаторта! – урочисто сглаголила ведьма, надевая чёрные перчатки вновь на свои руки. Ядовитые янтарные глаза сверкнули, ментально послав Башне команду "довести мужчину до ручки"... В тот раз Кодаторта был первой жертвой в криптах школы ведьм.                                            * * * Следующая встреча по личностным целям, которые в первый раз не смог домогтись профессор, случилось нечто похожее. Кодаторта прибыл в Башню, чтобы наконец-то извинится перед Гриффин за его слова, сказанные сутки тому назад в Алфее. Теперь, после Осады Магикса последует длительное восстаговление. Стараясь безуспешно выбить ногами дверь, профессор истратил все свои нервы и силы, воскликнув в очередной раз: – Выпустите меня! – и снова послышался грохот от новой непробиваемой двери. Видимо, дубль какой-то там снова повторился. Но всё же, шаги в ответ последовали. Гриффин была слишком уставшей, Крепость её морально нагнула за такой погром её бывших учениц. Женщина устало оправила свои растрепанные волосы, и будь у неё возможность – выскубала все седые волосы Дживелиана до самой лысины. Покрайней мере, она лелеяла это сделать. – Можно потише? У меня голова раскалывается, а тут ещё и чёртово эхо. Ваш голос ему красоты не добавляет. – покачала головой ведьма, подойдя ближе, усмехаясь, – Так-так, не получается? – протянула она, сожалеюще, без труда открывая дверь, просто потянув руку вперёд: ведьмины фокусы, – Прошу, заключенный, с вещами и на выход. – Благодарю мисс судья. – протянул важно мужчина, поклонившись перед ведьмой и выходя, держа одну руку за спиной. Там что-то явно было, но вот что? – А, благодарю за комплимент моему дражайшему голосу. С чего вы так меня опять в темницу то? — Вас не звали и не ждали. С чего припёрлись, простите за прямоту? – рявкнула женщина нетерпеливо, устало опираясь о стену рядом, складывая руки на груди. Взгляд мужчины упал на оголённый участок внутреннего бедра, благо, Гриффин была слишком занята прибывшим резко Кодатортой, потому и вовсе не заметила такого горячего взгляда на себе. – Вообще-то пришёл, кхм... извинится. – говорил уже несмело мужчина, но энтузиазм не потерял, протягивая ведьме красные розы в знак примирения, – Так что, со всей своей искренностью приношу за свои грешки извинения Ведьма просто сдавленно охнула на такой подарок, всё же принимая подарок, нарошно взявшись прямо за шипы. Гриффин усмехнулась своей выступившей с ладони крови, переглядываясь. Она прикоснулась кончиком носа к кровавым лепесткам, тут же перехватывая второй рукой букет и... как врежет Кодаторте по лицу цветами. Мужчина просто ошалел, удивлённо клипая глазами в ответ. – Дайте вспомнить, за что? – наигранно проложила палец к губам она, глядя в потолок, будто там был ответ, – хм, за то, что мне каждое собрание напоминали, что я ведьма? За упрёки, что воспитывать не умею или за угрозы напомнить прошлое? Всё, или ещё что нибудь? – Та ты сошла с ума! – Война прекрасно глаза открывает, да? - усмехнулась она, взглянув на цветы, так, будто они должны были сгореть. Собственно, именно такие ей дарил Валтор и с тех пор она старалась не держать их возле себя, чтобы не было лишних воспоминаний, – То, что осталось от цветов себе оставите. Не принимайте на свой счёт. – покачала головой женщина, отступая, чтобы подняться по ступенькам наверх, от темниц и этой ей пока не понятной ситуации подальше. Мужчина лишь последовал за ней, тут же перепрыгивая через пару ступенек, нагнав ведьму со слабой улыбкой – Думаю, такие дарил вам кое-кто, ваш бывший союзник, полагаю? Нет-нет, я могу их забрать и выкинуть куда-то. – сетовал своим разговором Кодаторта, расслабленно выдыхая. – Да, – кивнула женщина, не игнорируя вопрос мужчины, просто, чтобы не хамить, что это не его собачье дело. В конце-концов она слишком сильно устала от всего, – Помимо извинений, с которыми мы уже разобрались, у вас ко мне ещё есть вопросы, Кодаторта? – Да, осталась маленькая просьба. – обратился профессор к директору. – Ну, я вся во внимании! – Постарайтесь чуточку смиловатся надомной, а то в школе внизу холодно, а мы привыкли к теплу и... вообщем не рыбы мы, чтобы в холоде жить. – предложил ей мужчина, останавливаясь вместе с женщиной у развилки. – Мне вас согреть, или что имеется ввиду? – развела Гриффин руками, усмехнувшись. – В следующий раз хоть подкиньте пледик. - издал смешок мужчина, шагая в другой коридор, – Удачного вам дня, мисс Гриффин! – И вам не хворать, Кодаторта. – хмыкнула она, думая, что нужно отдохнуть. Война, травма, нервы, Крепость... Действительно, кажется, пора. Гриффин не вечна, и это осознание накатилось в её голову резким громом средь ясного неба. Ей всё же нужна была поддержка, кажется, она ею постепенно начала обзаводится.                                         * * * Будний день вновь переходил в вечер, который непременно сгущал краски рабочих суток таким успокоением. Закат был просто прекрасен сегодня! Сегодня их встреча состоится вновь. Это кажется, было, за пару дней до открытия Красного Фонтана. В Магиксе, на ночь глядя Кодаторта решил поганять на ветроцикле. Да не просто поганять, а и наконец-то собратся с чувствами и понять, любовь ли он к Гриффин чувствует, или отвращение. Профессор не мог понять спектр собственных эмоций, которым она его любезно одаривала. Кажись, он слишком зачастил к ней за отчётами. В любом случае, мужчина направился в Облачную Башню. В этот раз его просьбе внемли, не спуская в самые низы темниц, а просто пропуская внутрь школы, пугающе пустой и холодной, даже без дождя за окном, во внеучебное время. Наверное, студенты оживляли любую школу. Женщина же в это время, дабы не быть угнетенной этой тишиной, проводила не рабочее время в апартаментах, весьма оригинально выбрав удобную позу для чтения – лёжа поперек кровати, свесив с нее голову. Шагая по холодным коридорам, мужчина оглядывался по стенах. Ему казалось, будто здесь произошла массовая резня, а сама школа отражала место преступления. Кодаторта потратил больше времени чем нужно, ведь он так и не нашел ведьму в её кабинете, потому искал комнату... И нашел, предварительно постучав. – Гриффин? Глаза женщины медленно округлились, вероятно, от удивления наглостью прибывшего, а ей было все чудесно слышно, ибо в отличие от комнат профессоров Алфеи или даже студентов, гостиной в ее комнате не было, соответственно и лишних стен. Потому, поднимаясь и слышно громко захлопнув книгу, она так же резко распахнула створку двери, так, что петли оглушающе жалобно скрипнули, а сама она сложила руки на груди. – Кодаторта. Какой такой вопрос вас привел в школу ведьм так скоро, после того, как пришлось через себя переступить с изменениями и посидеть в темнице? – с усмешкой задала она свой вопрос, обпираясь о дверной проём своим плечём. – А никакой и не привёл вопрос. Я сам. - почти пел важным тоном мужчина, прячя руки за спину, серьёзно. Гриффин учуяла заметный запах перегара, потому посерьёзнила и сама, мгновенно, – Всё я сам, никаких Салладинов, никаких подвохов. Выпить не желаешь? – изогнул бровь Кодаторта, заглядывая краем глаза в её комнатушку. – Какая неожиданность! – усмехнулась ведьма, наигранно весело, отводя взгляд, – Могу налить за смелость. Пить... ну не знаю. – Чего вы? Давайте выпьем. Вас не кошмарит? Вот меня да, суток двое крутит суставы в ногах. – издал смешок Кодаторта, проходя в комнату ведьмы, с её то позволения. Погода вокруг Башни была ужасной, можно желать и лучшего, – Давайте, и настроение повысим, поговорим. Она окинула пустой и безжизненный коридор взглядом и немного поежилась от неприятного холода. С такой позиции перспектива сесть с кем-то и просто поговорить была очень заманчивой. Тем более, настроение у женщины плохим не было, скорее, даже наоборот, потому, створка двери тут же закрылась за ними. – Ладно. Давайте. – Вот и хорошо, посидим и выпьем. – кивнул ей с улыбкой мужчина, присаживаясь на какой-то из стулев, огибая ведьму чуть пристальным взглядом, – Что будем пить? – Что есть, то и будем. – усмехнулась она, разводя руками, заодно указывая на разные двери тумбы и шкафа. – Виски. – кивнул мужчина на свой выбор, указав на узнаваемую бутылку пальцем, – Покрепче возьмём, дабы понесло. – посмеялся чуточку Кодаторта, поглаживая ладонью свой затылок Гриффин неохотно выставила бутылку на пол, возле своего калемата. В отличии от её кабинета, мебели в личных покоях было не так много, а-ля непозволимая розкошь. Ну или же много травмоопасных мест. Они начали расспивать виски слишком уверенно: пьяного Кодаторту цепануло почти сразу, всё же перегар присувствовал. Женщину же наоборот это только забавляло: страсть к алкоголю было её вторым "я". Их взгляды пересекались в этом мрачном помещении много раз. Разпросы о Валторе становились Гриффин не такими больными, в ответ же последовал рассказ о том, почему Кодаторта вдруг предал свои "завышенные идеалы Крепости". Как мило оказалось, что Салладин – мужская версия крёстной феи, которая каждому попавшемуся надаёт второй шанс найти себя в этой жизни. Их пьянство не заканчивалось до ополуночи. Дальше было только лучше. Кодаторта понял очень важную вещь: человека нужно принимать таким, каким он есть. – Я... так люблю тебя Гриффин, не представляешь. – ну, кажется, ему явно уже было достаточно, как думала ведьма. – Ну, хватит, уже совершенно не смешно. В словах путаться плохо. – поучительно заявила она, не дав выпить мужчине, нагло забирая его бокал, так же его осушив. Её тон не звучал злостно, не так, как всегда. Гриффин казалось, что алкоголь слишком сильно бил в её голову. – Много пить тоже плохо, Гриффин, – вздохнул мужчина, будто на автомате начиная пить уже прямиком с горла, – но я сказал правду. Что у пьяного на уме, то у трезвого на языке. Аааа, эээ, не, наоборо-от! – Ага, прям верю. – отвела она так же иронично, как и всегда. Меж её пальцами показалась синара, которую женщина тут же подкурила, делая тягу. Вишнёвый дым тут же полетел в лицо лежащему Кодаторте, – Зачем пришел сегодня? Только честно, хватит шуток, чувство юмора у меня ограниченно. – Хотел собратся с мыслями и чувствовами. Думал, а вдруг небеса с землей сведётся. – продолжал также серьёзно мужчина, склонив голову к плечу, – Вот думал, люблю я тебя, или отвращает меня от тебя. – Есть златая середина, слыхали, Кодаторта? – поучительным тоном вещала Гриффин, пожимая плечьми. Мужчина кажется, не очень понял её вопроса. Женщина тяжело вздохнула, – Не обязательно только любить или ненавидеть. Впрочем, не важно. Уважай на работе, мне этого достаточно. Тебе пора пойти и проспаться, пока лишнего ненаговорил. Профессор сию же секунду вновь выдохнул. Запах её парфюмов перемешался с вишней, которая так дурманила ему голову. Перед ним показался ангел, спустившейся к нему, как спасительница его всея жизни. Ну не суждено, раз не суждено, подумал было Кодаторта, поднимаясь на ноги. – Запрошу тогда у вас телепортацию, пока делов не натворил. Щас адресок укажу только. Женщина кивнула, стряхнув пепел на пол, смотря под ноги, дабы не его переступить, вместе с тем врезаясь неловко в мужчину, вынуждая снова не удержаться на ногах. – Черт. – шикнула она, замечая, что затушила сигарету о собственное бедро Упав вместе с женщиной на пол, Кодаторта удержал её на себе, поблуждав после по её талии, из-за неожиданности. Профессор вздохнул резво, понимая, что алкоголь сейчас ударит ему в голову сильнее любого возбуждения, которое приведёт к неясным последствиям. – Говорил, плохо много пить... – Ага, да... – процедила она сквозь зубы, неожиданно поймав его руку, укладывая на обожженное бедро, предвосхищая удивление, – твоя ладонь холодная. Не так больно. – Вот как. – хмыкнул мужчина, но лишь изумился этому, нежно поглаживая её бедро. Ну да, холодное лучше прилаживать на ушиб сразу, – Курить тоже оказывается вре-дно – Да, верно. Сгорю и не замечу. – покачала головой Гриффин, любом упираясь в плечо мужчины, – Я тоже вредная. Но ты то тут, со мной, почему-то. – любопытно или задумчиво мовлила она. Губы Кодаторты начали терзать её шею слишком нежно и резко. Она не ожидала, что её тело не подчинится команде разума "сопротивится". Ласка была слишком приятной, мужчина прощупывал её тело, а с её уст – летели стоны, – Что ты делаешь, Кодаторта? – Тебе нравится. – уверенно прошипел ей мужчина, нагло продолжая впиватся в её шею мягкими поцелуями. Он издал несдержанный стон, придерживая ведьму за бёдра у себя на руках. Женщина лишь в коем-то веке с ним согласилась, даже впервые; ей очень нравилось эти горячие, столь забытые касания. – Да... – шепнула она в ответ, томно. Мужчина  лизнул выступающую венку на шее ведьмы. Застёжка на желете Коды была расстегнута, а часть одежды полетела на пол. Он хотел дейвствовать настырно, не медлить, потому прохладными руками изглаживал оголёные бёдра женщины. Ведьма разделяла настрой профессора, потому больше попусту не болтала, прикусывая его ключицу и расправляясь с поясом брюк, намеренно царапая его живот достаточно длинными ногтями, распаляя сильнее. Хотя, куда уж больше? Так или иначе, на красных полосах, которые ведьма успела и на спине оставить, могла выступить кровь. Закусив свои губы Кодаторта расспылился ещё больше, будто ведьма залила бензин в огонь. Вообщем, мужчина как-то сию минутно стянул лиф из Гриффин, очерчивая языком её выступающую ключицу, издая тяжелый и горячий вздох в момент её касания. Ладонями изгладив обе половинки на груди женщины, Кодаторта заискрил глазами. – О да... – Надо же, я произвожу просто таки ошеломляющее впечатление на тебя. – хохотнула тихо женщина, сжав его член через ткань белье. Ночка обещала быть долгой и не забываемой...                                         * * * И она действительно оказалась долгой и абсолютно незабываемой. Только вот единственной. По закону мира, не могут два взрослых человека вступась в отношения без препираний. Очень зря, как можно понять такие моменты волнения, делающих эту ночь контрастно вышеупомянутой нервной и невыносимой. Кодаторта чувствовал, как бьётся эхом в ушах его сердце. Погода только ухудшалась. – Когда это всё закончится, – он сам не знал, что сделает. Но определённо понимал, что больше медлить в развитии их хрупких отношений не будет. Почему она вдруг замолчала?                                          * * * Дагоба встретила одного из героев Альянса ливнем. Погода здесь была слишком жуткой для его привычного тропического климата. Ах да, знакомтесь: полковник Хосе Аркадио Моралес, ещё один бывший джедай и лидер отряда убийц, занимавшегося устранением политических диссидентов внутри демократического государства. По обеих сторонах баррикад ходят легенды о достижениях этого человека, успешно справившегося со многими заданиями, считавшимися невыполнимыми. Обладая дерзким характером и склонностью к драматизму, оставшейся со времен службы палачом, Хосе сформировал культ личности вокруг своей персоны. Важные политики Конфедерации и военные чины были застрелены в пограничных с Альянсом планетах, зачастую среди бела дня и в окружении полного военного эскорта, своей смертью внушая всем страх перед человеком, от чьего прицела еще никто не уходил. Мужчина был крепкого телосложения и носил на себе камуфляжную экипировку своего государства. Моралес в последнее время обзавёлся каштановой шевелюрой, а слухи о его густых усах и бороде опережают его самого. Ему едва удалось пролететь сквозь густой лес, находя нужное место для посадки. Полковник это место не любил, но свободных оперативников всё же не было. Хосе спустился по трапу с снайперской винтовкой в руках, осматриваясь зорким глазом. – Браво-6, вы засекли сигналы? – Пока нет База. – ответил коротко Моралес, кашляя от мрачного холода этого места, – Чисто, как в чистилище. – Как только обход квадрата будет завершён, долаживайте сразу. Связь плохая, Дагоба слишком далеко. – Вас понял База. – затвор винтовки был дёрнут, от чего гильза огнепального патрона выпала в болота. Хосе шагал аккуратно, ищя хоть какие-то признаки чего-то живого. Устройвство ночного виденья и тепловизор находили только каких-то животных вокруг. – Ну и холодрыга тут. – выдал он хриплым и подраживающим голосом, шагая по тропе дальше. Никого нету. В Силе чувствовались едва заметные отголоски, и... звуки какой-то твари, бегущей прямо на него. Полковник резко оступился, дабы сменить направление винтовки и выстрелить; огнепальный боезапас резал броню, как нож масло, что там говорить о теле этого мерзавца. Выстрел явно мог кто-то услышать. Энакин всполошился, пребывая совсем недалеко. Калибр не был ему знаком; моделей такого оружия он не видел ниразу. – Головорез. – шепнул сам себе джедай, в попытке поднятся с помощью кроны, на которой он прибывал. Ноги уже подкашивало: жажда пить была устранена водой из рудника, а вот бурлящий желудок говорил о другом. Парень сильно хотел есть, сил сражатся нету. Может, он нужен кому-то живой? Сила подсказала Энакину, что это союзник. Покрайней мере, тепло Моралеса до него дошло, как и звуки аккуратных шагов. Скайуокер шикнул от боли в рёбрах, докучающая ему уже невесть какие сутки, всё же поднимаясь. – Хэй! Кто ты?! – с последних сил голосовых связок воскликнул джедай. Хосе не мог этого не услышать; человеческий голос его удивил, а тон – ну явно не магистра Йоды. Мужчина поспешил к источнику выданого звука, находя там вновь упавшего Скайуокера. – Япона мать. – выразился он шиком, приближаясь к полу-трупу, помогая поднятся, – Кто ты, черт возьми такой? – Длинная история. – издал смешок ослабевший избранник. По дороге к кораблю они представились, а Энакин познакомил Моралеса со своей личносьтью и историей. Хосе не мало ошалел от такого рассказа, конечно же наигранно. Его уже ничем не удивишь. – Та ты Избранный на проблемы. Прям заноза в заднице. – с хохотом помог мужчина устроится пареньку в кресле второго пилота. Рёбра протестующе заныли, стоило Скайуокеру сесть. – Да, ловю себя на мысле последние... а хрен знает сколько дней. – Судя по твоему попорченому телу, суток семь ты точно тут. – хмыкнул полковник, приводя двигатели в норму и потихоньку взлетая с места посадки, – Сейчас тебя доставлю в мед-центр Республики недалеко. Энакин будто проснулся, округляя свои усталые изумрудные глаза, которые заметно поблекли без сна. – Только не туда! Обо мне не должны знать. – моляще обратился он к нему, почти что подскакивая, но головокружение и крепкая рука мужчины, пережавшая рану, усадила его в кресло, – Прошу. Хосе был уже готов выйти на связь со штабом и доложить о находке, но что-то его заставило свести чёрные густые брови. – Я бы оставил тебя здесь умереть. – Меня ищет ситх. – резко промолвил Энакин, заставляя Моралеса отвести взгляд к лобовому стеклу; неожиданно, правда. – Так значит, ситх, говоришь? – шикнул полковник, испытывая джедаю только сожаление и осторожность. Убить юношу не составит ему труда, всё-таки, он не мало убивал в собственной выгоде. Но с другой стороны, Энакин – Избранный. И не смотря на перенесенное в таком юном возрасте, он всё ещё жив. – Моралес, мне нужно в Магикс. Но никто не должен знать обо мне. – всё с таким же хриплым голосом, почти шепотом уговаривал полковника паренёк. Хосе лишь вздохнул тяжело, всё же связываясь с базой. – Это Браво-6, докладывает полковник Моралес: планета пуста. Наверное, Голонет барахлит. Возвращаюсь к выполнению предидущей цели. – Вас понял, Моралес. – тут же оклинулся бассистый голос мужчины по ту сторону,.– Летите на Рилот, там вам обьяснят цели вашей миссии. Связь была тут же прервана, как только корабль исчез в гипер-пространстве. Скайуокер закрыл глаза от успокающего вида в иллюминаторе. Теперь он отоспится, окрепнет и вновь вернётся в Магикс. Ему ещё предстоит узнать, какие проблемы были там...                                        * * * В попытке ночью и тайком смытся от преподавателей Алфеи на Андрос, чтобы помочь Лейле остановить Валтора, Винкс предпринимают меры хитрости. С принцессой оправились не все: Стелла придумала, как скрыть отсутствие подруг в колледже — она сообщает медсестре, что все девулки заболели гриппом и не могут посещать уроки. Блум конечно, поставила под сомнения артистизм своей подруги, но это единственный вариант. Для того, чтобы Гризельда не заметила отсутствие пяти учениц, пикси и Кико, Стелла пользуется миражной магией, заставляя их принять облик отсутствующих фей. И хотя прикрытие едва не срывается, у них удалось выиграть ещё время для подруг. Андрос был ужасен: воды превратились в помойку, а дождь сменился шквальным ветром. У них получилось прийти сюда почти наслепо, осталось только покончить с тем Валтором раз и навсегда. Они ещё не знали, какой силой он обладал теперь... В его пещере Ацина, как правило, засиживалась допоздна и вставала рано, принимая мало посетителей даже во времена её одиночевства тут. Иногда доставалось и Валтору с Трикс. Она усердно практиковала технику владения световым мечом и пила только очищенную воду с Андроса. Высокая пунктуальность удивляла ведьм. Маг посиживал на своём месте, сидя посыпивая. Его сон был чуткий, а когда знакомое присувствие Огня Дракона соприкоснулось с тёмным пламенем, Валтор проснулся резковато, но полностью выспан. – Гляньте! – усмехнулась ведьма морозов, замечая в воде изображение прибывших Винкс, на которых тут же положила глаз Ацина. Там была та принцесска, – Может пора попривевствовать наших старых подруг? Сверкающие оранжевые глаза, будто у ситха, показались из темноты. Темное пламя Огня Дракона разжигалось по жилам мага резвее из-за восстанавливающих сил с Линфеи, на которое его нападение было целеустремлённым и молниеносным. – Конечно дамы. Повеселитесь. Ацина, попрошу тебя остатся. – Займусь полезным делом. – усмехнулась женщина, активируя сразу оба клинка, дабы потренировать свою технику вновь. Трикс отправились развлекатся со своими соперницами. Валтор лишь продолжал думать. Может стоит украсть у этой феи её силы? Непременно, злощастный Огонь Дракона – магия мощная, но есть ещё кое-какая вещь, которая может сыграть с ним плохую шутку: связь. Маг понимал, что это за сила и кто ею владеет, но а что если он получит к ней, скажем так, прямой доступ? Он встанет всесильным, верно. И тогда его никто не остановит... их вернее. С Блум не вырвешь эту силу докоренно, а значит нужно делать ставку на союз. Орител и Марион... знает ли она о своих родителях? Судя по рассказам Айси, о Огненной Войне запретили говорить с её конца, дабы не потворить прошлые ошибки. Значит, этот факт сыграет ему только на руку. Их встреча приближалась. Считаные минуты до того, как она будет подбита и упадёт, словно ангел с небес, у которого изъяли крылья. – Я знаю, кто она! – разнеслось по пещере его неожиданно огрубевшим голосом. Ситх этому лишь изогнула бровь, скучающим взглядом продолжая оттачивать точечный удар по статуям с камней.