Соль

На маленький охотничий домик опускалась ночь. В этой глуши редко кто-то бывал, даже непуганая дичь не привлекала: ходили слухи, что эти места облюбовала нечисть. Какая — никто не знал, даже не пытался придумывать. Все, как один, заявляли, что не их дело совать нос в такое, не поминай тварей, чтобы не призвать на свою голову. Никаких тварей здесь, конечно, не было, но уже несколько столетий герцоги Придд не спешили опровергать слухи. Рокэ с интересом огляделся, провёл пальцем по сколотому углу рамы. На пальце осталась крупинка соли, которую он поспешил смахнуть. Джастин наблюдал с полуулыбкой. Отец убьет, если узнает. С другой стороны, зачем ему знать? Да и доложить некому, к счастью. — Очень строгая обстановка. — Вы хотели сказать, скудная и бедная? — весело спросил Джастин. — Можете не щадить мои чувства. Впрочем, сюда намеренно не привозят никаких предметов роскоши. Сами понимаете почему. — Понимаю, — Рокэ прошёлся по комнате, толкнул дверь в опочивальню. Та поддалась бесшумно, — говорите, здесь нет прислуги? — Это... не совсем обычное место. Оно следит за собой само. Есть несколько доверенных старых слуг, которые время от времени приходят починить всё и обновить запасы. Но, как видите, здесь нет пыли. — Зато есть соль, — Рокэ кивнул на белые кристаллики у порога, — не понимаю, как. Мы ведь находимся далеко от моря. — Вам ли удивляться странностям. Уж вы встречались с необъяснимым чаще, чем я, — Джастин поднялся из едва слышно скрипнувшего кресла. Беседа была занимательной, но тратить на неё весь вечер не хотелось. Он подхватил Рокэ под локоть, развернул к себе: — Вы готовы? — Не только готов, но и предвкушаю, — усмехнулся Рокэ, провёл ладонью по его щеке, — что я должен делать? — Расслабиться и получать удовольствие, — Джастин вернул усмешку, — думаю, вам будет полезно разок оказаться не всемогущим. — Дерзкий мальчишка, я вызову вас за это на дуэль, — Рокэ отбросил волосы с его лица, легко тронул губы. — Вы тоже пахнете солью. — Выходит, началось, — Джастин подтолкнул его к кровати. — Вам лучше раздеться, если вы не хотите, чтобы я ненароком испортил ваш новый камзол. — Сошьют новый, — Рокэ не сводил с него глаз, и это странным образом удерживало рассудок в узде. Он оказался прав: только Рокэ можно было доверить тайну. Только Рокэ он хотел её доверить. Джастин вдохнул соль, волосы растрепал несуществующий ветер. Скоро его сменит мерное колыхание воды, и тогда... Он быстро сбросил одежду, краем глаза отметив, что Рокэ тоже потянул завязки штанов. В другой момент Джастин с радостью насладился бы зрелищем, но Жажда оглушала, захлёстывала, накрывала с головой. Призрачные щупальца потянулись к Рокэ, этому источнику живого тепла. Рокэ улыбнулся краем губ, бесстрашно потянулся навстречу. — Ты ведь не сделаешь мне ничего плохого, — проронил он, пригладив прозрачные чешуйки на груди Джастина, властно обнял его, уронил на кровать, навис сверху. Возможно, это поведение не давало окончательно отпустить вожжи. Джастин наполнил лёгкие влажным воздухом, прикрыл глаза: они были сейчас не нужны, он продолжал видеть кожей, как Рокэ целует его, а щупальца обвивают их обоих, скользят, охлаждают разгорающееся внутреннее пламя. Несуществующая вода вокруг кипела, облачка солёного пара оседали на мебели, подоконниках, каминной полке. Джастин беспорядочно шарил руками по телу Рокэ, такому горячему, гибкому, сильному — телу хищника, которому не зазорно было сдаться. Нет. Не сегодня. Сегодня ночь Спрута. Щупальца растаяли и соткались из тумана вновь, теперь сковывая, удерживая Рокэ. Тот дёрнулся — внутри сладко заныло. — Вы во власти чудища из дремучего леса, — Джастин сел, взял его лицо в ладони, — посмотрим, как это вам понравится — не командовать. — Я заинтригован, — насмешливо шепнул Рокэ. Джастин поцеловал его, прикусил губу, слизнул горячую кровь. Солоно. Он зажмурился, впитывая нетерпение Рокэ. Всё внутри дрожало странной радостью. «Моя добыча», — словно шепнул кто-то. — Мой, — выдохнул он. Щупальца скользили по белой коже, словно по отражению луны в водной глади. Обхватили запястья, пригвоздив их к изголовью, обвили бёдра, разводя их. Джастин устроился поближе, жадно огладил грудь, живот. Рокэ вновь дёрнулся, но теперь не для того, чтобы отстраниться: напротив, невольно подавался под прикосновения. Восставшее естество недвусмысленно свидетельствовало о том, что непобедимый Рокэ Алва готов покориться. И Джастин отнюдь не собирался глумиться над побеждённым: накрыл его ртом, дразня языком головку, помогая себе рукой. Рокэ стискивал зубы — ах, упрямец! Джастин мысленно улыбнулся, выпустил ещё несколько щупалец, которые принялись ласкать прочие чувствительные местечки. До чего же упоительным было управлять его наслаждением. — Юстин! — хватая ртом воздух, Рокэ забился в щупальцах и излился. — Ты не... — Тс-с-с, — Джастин накрыл его рот ладонью, — мы только начали, а тебе уже надоело? — М-м-м, — Рокэ мотнул головой. — М-м-м? — Джастин с улыбкой растянулся рядом. — Не надоело? — Если обессилел, так и скажи, — хрипло выдохнул Рокэ, вернул улыбку. Джастин ткнулся лбом в его грудь, пережидая обжигающий прилив нежности. Он неоднократно думал: «нельзя любить ещё сильнее» — и уже не раз ошибался. — Тогда берегись, — шепнул он. Лизнул подтянутый живот и призвал ещё одно щупальце, сочащееся влагой. Оно скользнуло между разведённых ног, щекоча ягодицы, и Рокэ дёрнулся вновь. — Когда я... давал согласие возлечь... имел в виду... с тобой, — срывающимся шёпотом заявил он. — Если у тебя есть силы шутить, я плохо стараюсь, — Джастин закусил губу, входя в него следом за щупальцем. Тонкий призрачный кончик шевелился, увлажняя и дразня, Джастин поспешил развеять его, слишком много ощущений, слишком сильны они... Он толкнулся на пробу, Рокэ застонал, не сдерживаясь. Куда девалось напускное высокомерие? Видел ли его ещё кто-нибудь таким: с растрёпанными волосами, лихорадочным румянцем, жаждущего брать и принимать? Оба вскрикнули одновременно. Щупальца истаяли в нежном лунном свете. — Я непременно должен отомстить вам, — сонно выдохнул Рокэ, обнимая его и набрасывая на обоих одеяло. Джастин обессиленно промолчал, вдыхая соль. Конечно, отомстит. А он будет ждать с радостью и готовностью...