Оцифровать себя...

Мы обязательно встретимся, слышишь меня? Прости. Там, куда я ухожу… Весна… Я знаю, ты сможешь меня найти… Не оставайся одна… *Дельфин: Весна

«Оцифровать себя». «Сделать из себя ходячую голограмму». «Записать свой генный код и внести его в матрицу…» — Сакура перебирала все варианты, пытаясь правильно подобрать слова к тому, что сделал с собой Сасори. Она повернулась в сторону прибора, что должен был считать код ее мужа и перенести его в так называемый Виртуальный мир. «Разве такое возможно?» — вопрос крутился на кончике языка, но никак не хотел озвучиваться. Словно все звуки мира и ее речи в том же числе, в одну минуту умерли. Перестали существовать. Две пары горячих слез проложили мокрые дорожки по ее бледным щекам. Неуверенно приблизившись к креслу, девушка села на него до конца еще не осознавая, что именно происходит. До конца она верила, что это розыгрыш. Глупая шутка ее мужа. Выдающегося ученого и гения в генетике. Но откуда тогда эти познание в кибер пространстве? Ему кто-то помог. Кто-то из их знакомых или из его коллег. Она села в кресла и нацепила провода на лобби височные доли. Закрыла глаза и позволила легкому электро-импульсу пробежать по всему телу. Ее тело от сканировал ярко-зеленый луч лазера, Акасуна зажмурилась, пытаясь сохранять спокойствие. Ее пульс был учащен. Раньше они никогда не отправлялась матрицу без мужа. Раньше он сидел рядом в своих вирт-очках и сжимал ее руку. Теперь его нет. В этом мире от него осталось лишь короткое письмо с инструкциями. На обратной стороне листка кривым буквами номер телефона и подпись- Орочимару… Ее ослепляет яркий белый свет. Вокруг нее огромная комната, полностью состоящая из белых стен. Ни стола, ни стульев. Только голые стены и Он… Стоящий где-то вдалеке, его копна алых волос, словно пятно крови на белом снегу выделяется. Сакура сначала делает шаг, затем еще один и вот уже на третьем шагу она срывается на бег, но сколько бы она не пробежала приблизиться к нему она не может сократить расстояние тоже. Там где он стоит, цветет сакура, поют птицы. Одетый во все белое, он стоит босой на мелко подстриженном ухоженном газоне и улыбается, он тянет к ней руки, Его губы шевелятся, но слов с этого расстояния не разобрать. — Сасори — ее крик оглушает ее саму, эхом отскакивает об белоснежных стен. По телу проходит вибрация и ее выбрасывает из виртуального мира назад. В холодную и жестокую реальность. «Он мертв, — твердит рассудок, — его больше нет». Зеленый луч сканера гаснет. Она снимает дерма проводы с рук и лба. Она тяжело дышит. Спину и плечо ломит от долгого бездействия. Вокруг стоит мертвая тишина, а в комнате никого кроме нее нет. Сакура чувствует прохладу на своих щеках и слегка коснувшись их обнаруживает две дорожки от слез. Она плакала? Когда? Она не помнит. Может это эффект от неправильного подключения? Взяв мобильный, и номер телефона на обратной стороне записки, и набрав Сакура стала ждать. Шли гудки. Но трубку ни кто не брал. Наконец послышалось долгожданное алло. *** — Вы хорошо знали моего мужа? — она подкурила сигарету об зажигалку профессора Орочимару. Резкий порыв ветра направил струю выпущенного ею же дыма ей в лицо. Спокойствие пусть и временное овладела ею, стоило сделать пару затяжек, любой марки сигарет. Она назначила ему встречу в парке, вопросы были банальные и однотипные. Словно он снова был на допросе. Когда познакомились, как работалось с ним, не замечал ли он за Акасуной чего-то подозрительного. А затем, дойдя до одной из скамеек, она достала из сумочки небольшой сверток она присела на скамейку протянув сверток брюнету, что изучал ее своим змеиными глазами. — Что это? — спросил Орочимару изучая заголовки газет, в который был, завернут предмет. Он знал что там, чувствовал сквозь плотность бумаги, слегка лишь ощупав его руками. — Это все что от него осталось, это и еще записка- сакура протянула ему и записку оставленную Сасори. — Я хочу его видеть, но мне что-то мешает, он сказал, что я смогу его видеть, если подключусь, вы могли бы мне в этом помочь? Орочимару слушал ее очень внимательно, но тяжело вздохнул, пытаясь подобрать слова. — Для начала нужно подключится мне, я должен убедиться в достоверности программы и если то о чем я думаю, удалось вашему мужу. Но переход будет менее болезненным, нежели вы описали. Возможно, там стоит лед. Для того что бы никто посторонний не мог подключится, если это так, то… мне придется его пробивать. И только после пробития и обезвреживания, я смогу подключить вас. — Хорошо профессор. Я буду ждать от вас звонка.- она встала и медленно зашагала прочь даже не сказав «прощай», или «до свидания».