Vestiges

— Что это было?! — И тебе привет, — хмыкнула Этита, сразу узнавшая младшую дочь по голосу. Недовольному, непривычно громкому голосу. Вот оно, кроганское наследие. Хорошо, что это всего лишь звонок, а то мелкая, как Неззи, могла быть страшна в гневе. — Что это такое? — не успокаивалась Лиара. — Ты это о чем? — на всякий случай прикинулась дурочкой старшая азари. Где-то в офисе Т’Сони загремела кружкой и прочим барахлом, которое всегда захламляет рабочий стол; видимо, отыскивала так оскорбивший ее объект, успевший куда-то завалиться. Ну… Не совсем объект. — «Красивая, образованная и свободная азари 115 лет от роду познакомится для увлекательных и познавательных отношений», — с выражением зачитала Лиара. — «Во мне кроганская страсть и выносливость идеально сочетаются с азарийской затейливостью и элегантностью, которые только оттеняет мое высшее образование и обширный боевой опыт. В партнере я ищу тайну, неистощимые таланты и готовность ими поделиться. Пиши мне, но будь осторожнее — не каждый выдержит кроганское наследие». Пап, серьезно? — А что? — справедливо возмутилась Этита, даже не попытавшись отказаться от ответственности за сие художество. — Сама-то ты ничего не предпринимаешь! — Ты дала объявление в газету от моего имени! Так перестали делать лет семьсот назад! — не желала принимать родительскую заботу неблагодарная дочь. — В мою молодость только так и знакомились! Жалко, у тебя фотографии подходящей нет, вот, помнится, у твоей матушки… — Уф! — И потом, разве там хоть слово неправды написано? — старшая азари коварно сощурилась. — Речь не об этом, — вздохнула Лиара. — Ну какие знакомства, какое кроганское наследие? Мне и без этого есть чем заняться. Убирай эту порнографию! — Нет уж, я лучше твоей Шепард это отправлю, может, наконец щелкнет в голове что-то, — отмахнулась Этита. — А нет — так хоть присмотрись к кандидатам, вдруг… — Пап! — Вдруг кто-нибудь тебе в агенты сгодится, — невинно договорила она. — Видишь? Я о тебе забочусь. Т’Сони онемела от этой сентенции: несколько раз открыла рот, собираясь высказаться, но каждый раз воспитание брало свое и не позволяло ей поведать миру, что она на самом деле думала об этом поступке. Так и не найдя что возразить, она в итоге молча сбросила звонок. Объявление же пропало в результате загадочной неисправности экстранет-газеты.