Раньше

Траншея. Вырытая полоса земли, устланная брёвнами, простиралась на много-много метров. В одном из дзотов, что был рядом с траншеей, отдыхали Пётр и Василий, два сослуживца. Через амбразуру пробивался манящий лучик света. Василий подошёл к амбразурной щели и посмотрел на окружающий мир. Его глаза лицезрели сырую, перерытую снарядами землю. Вдали была небольшая роща. Деревья были потрёпанными, ветхими, они казались старыми. Наверху стояло хмурое серо-голубое небо. Тусклое небо кое-как освещало поляну. На земле лежали трупы павших бойцов. От их бренных тел исходил ужасный смрад. По лицу Василия покатилась горькая слеза. Вскоре из его рта начали доноситься тихие всхлипы. — Чего ты так скис? — неожиданно для Васи спросил его Пётр. — Такого... Не было... Василий собрался, успокоился и продолжил более спокойным голосом: — Всё вокруг было... другим, было лучше. Вон, здесь трава была... Свежая, мягкая трава Раньше здесь были пташки, их песни так расслабляли... Видишь те деревья? Они когда-то были тоже зелёными, могучими. Не было всего это ужаса, этих трупов... — Не бойся, Вася. Это всё скоро закончится. — Вряд ли после всего того, что я пережил, могу вернуться к прежней жизни. — Да ладно тебе! Не стоит всё преувеличивать. Главное - не ныть по любому поводу и всё наладится! — Надеюсь... Василий отошёл от амбразуры и уселся на пол. — Слушай, Петь, а кем ты был до войны? Пётр достал из своего кармана фотографию и показал её Василию. На фотографии был усатый паренёк в клетчатой рубашке и чёрных штанах. Его окружала яркая поляна. Вдали от мужика красовался скромный домик. Рядом с ним лежало несколько грядок. — У меня есть маленький домик. Он мне от папы остался. Рядом с этим домиком было несколько грядок. Я в них выращивал всякие ягоды, овощи. Что-то продавал на базаре, что-то я оставлял себе. А что насчёт тебя? — В нашем городке есть магазин игрушек. По крайней мере, был. Хозяин этого магазинчика принимал всякие поделки от местных мастеров и продавал в своём бутике. Потом он делился выручкой. — И ты делал для него игрушки? — Да. Таким вот образом я зарабатывал себе на жизнь. — А ты сохранил какую-нибудь поделку? Василий достал маленькую игрушку в форме сердца. Будучи алого цвета, оно словно пылало якрим пламенем на фоне угрюмого помещения дзота. — Вася, да у тебя талант. — Знаю... С этими словами Василий сунул поделку обратно в карман. Прошло немного времени. Василий вернулся к амбразуре, задумчиво посмотрел через щель на серую даль и сказал: — Слушай, Петь, а ведь те, которые по ту сторону фронта, тоже имеют свои увлечения, у них тоже была своя жизнь, их, как и нас, кто-то дома ждёт... Пётр подошёл к Василию и, положив руку на его плечо, ответил понимающим голосом: — Это война, дружище... Это война.