Мой Учиха.

Всю свою жизнь я прожил в доме родителей. Они были богатыми, отдавали мне максимум любви и заботы, но в одну из своих рабочих командировок они погибли в автокатастрофе. Мне всего десять лет и, за неимением родственников, меня отправляют жить в приют. К счастью, наследство родителей достанется мне, когда я выйду оттуда, пока что оно лежит в накопительном банке, за особняком присматривают слуги, которым продолжают выдавать зарплату за меня. К большому сожалению, в городке, в котором я живу, нет дорогих приютов, а только обычные, с плохими ремонтом и едой. Сегодня я собрал необходимые вещи и поехал туда. Там я проведу десять лет своей жизни, после чего вернусь к делу родителей. Я только недавно узнал, что они были главами мафии Японии. Вроде добрые люди, а их власть была почти над всей Японией и мне продолжать их дело. Приехав к приюту, меня встретил директор приюта. — Здравствуйте, господин Наруто. Я директор этого приюта. Простите, что здесь могут быть не презентабельные дети и что вид у приюта такой, денег на ремонт вечно не хватает. Надеюсь, вы не против, что будете жить в одной комнате с другими ребятами? — Нет, я не против. Я сам выбрал именно этот приют. Не могли бы Вы представиться? — Да, прошу прощения. Меня зовут Нагато Узумаки, мы с вами из одного клана. — Я это понял. — Пройдёмте внутрь, я покажу Вам, где Вы будете жить, — мы вошли в приют, поднялись на второй этаж и подошли к одной из комнат. — Это Ваша комната, — он открыл дверь и мы вошли. Комната была в нормальном состоянии. В ней сидели три парня и щенок. — Киба, я просил не приносить щенка с улицы в комнату. Тебе повезло, что он вообще сейчас есть на территории приюта! Господин Наруто, это Киб... — Я сам могу познакомиться, не немой. Можете идти. — Х.. хорошо, — директор явно запнулся от страха. Он быстро выбежал из комнаты. — Новенький? — спросил парень, видимо его зовут Киба. — Моё имя Наруто Узумаки, приятно познакомиться, — я им улыбнулся. — Ты из семьи директора или из одного с ним клана? — спросил полный парень, который сейчас ел чипсы. — Мы из одного клана. — Он тебя боится что-ль? — спросил третий парень, лежащий на кровати. — Похоже на то. Возможно ему рассказали, кем были мои родители или он сам их знал. — Моё имя Шикамару Нара, кстати. — Киба Инузука, а это Акамару, — щенок гавкнул. — Чоуджи Акимичи. — У вас известные кланы. Клан Нара – хорошие стратеги, клан Инузука – хорошие собаководы с хорошим нюхом, клан Акимичи – довольно сильные, но миролюбивые. Думаю, мы с вами поладим, — я вновь улыбнулся. — А кем были твои родители? — спросил Чоуджи. — Мафиози. Когда я выйду отсюда, я получу их наследство. Деньги, машины, особняк, стану главой мафии. — Ты выглядишь слабаком, но обычные люди не знакомы нормально с кланами. Я тебе верю, — сообщил Шикамару. — Давай расскажу правила приюта: мелким с этого этажа нельзя заходить на этаж старших, который выше, без разрешения их главного – Саске Учихи. Нужно будет носить форму, но это только в столовой и на занятия. Занятия пропускать можно только один день просто так, потому что дальше следует наказание, например помощь старшим в уборке или на кухне. Готовят и убирают здесь старшие, поэтому в столовой они первые берут еду. Еда здесь очень плохая, но, тебе как важной шишке, думаю будут готовить отдельно. Единственное, когда можно нормально поесть в столовой, это когда готовит Саске Учиха, он из любых продуктов может сделать нечто оболденно вкусное. Разговаривать со старшими и подходить к пожарной лестнице не стоит, но если хочешь получить, то можешь подойти посмотреть. — А что на пожарной лестнице? — Они курят на нашем этаже, — сообщил Киба. — Пошлите на обед, — сказал Чоуджи, посмотрев на часы. Они переоделись. — Мне ещё не выдали форму. — Тогда иди так. После завтрака сходим к директору, возьмём, — сообщил мне Шикамару. Мы все спустились на первый этаж и вошли в столовую. Там уже была очередь с наших с ребятами одногодок. Мы взяли подносы и встали в очередь. Чуть позже пришли старшие. Они были намного выше и в другой форме. — Киба, кто из них Учиха? — спросил я у впереди стоявшего. — Он никогда не стоит в очереди, ему еду приносят, вон он сидит, — Киба указал на парня, который сидел за дальним столиком и.. смотрел на меня. — Не смотри на него так долго, а то ещё получишь от его друзей, — но я не мог оторвать от него взгляд. Угольные глаза так и тянули к себе. Я помню, что в особняке есть Итачи Учиха, дворецкий и тот, кто часто за мной приглядывал, когда родители были в командировках. У него такие же глаза, но у Саске они намного красивее и притягательнее. Он явно смотрит мне в глаза, но наш зрительный контакт прерывают его друзья, которые садятся так, чтобы его не было видно. — Ты явно бессмертный, раз уж так долго на него смотрел, с тем, что и так сильно привлекаешь внимание, — сказал Шикамару, стоявший сзади. — Просто клан Учих хорош во всём и, думаю, я хочу познакомиться с этим Учихой. — Ему шестнадцать лет, думаешь, ему есть дело до нас? — спросил Киба. — Итачи Учиха как-то говорил, что у него есть брат в одном из приютов и что его зовут Саске. — Думаешь это он? — Уверен, его глаза даже на фото такие же пленящие. Мне нужно с ним поговорить. Мы дождались своей очереди и наконец-то получили свою порцию. Я поел быстро и сразу же пошёл наверх. Когда я выходил из столовой, я посмотрел на то место, где сидел Саске, но его там уже не было. Я пожал плечами и поднялся наверх по центральной лестнице. Так как я не запомнил, в какой комнате теперь живу, я решил подождать ребят. В конце коридора я услышал чей-то разговор. — Ребят, вы не знаете, что то за новенький? — Вообще неизвестно, но директор сказал его не обижать. Не будет соваться к нам, не будет получать, верно, Саске? — Учиха явно там. Я подошёл ближе. — Верно, Суйгецу, но что-то в нём не так. — Неужто он пялился на тебя? В таком случае ему не жить. — Помнишь я рассказывал, что недавно ко мне приходил брат? Он показывал фото этого парня. — И что с того? — Он сказал, что это парень, за которым ему нужно приглядывать и сказал, что его родители погибли и он хочет перебраться в этот приют. Он попросил приглядеть за ним, сказав, что он может помочь мне в будущем. — Значит то, что ты – брат Итачи моя верная догадка, — я появился в проходе, смотря ему в глаза. Он сидел на ступеньках и курил. — Ну, я думаю, ударить мне его можно, — сказал парень с белыми волосами. Он подошёл ко мне и схватил за волосы, поднимая над землёй. Я тсыкнул от боли, достал раскладной нож с кармана, нажал на кнопку и показал его этому парню. — И что ты мне им сделаешь? — Мои родители были добрыми, но воспитывали во мне хладнокровие к чужим, — я воткнул нож в его руку. Он отпустил меня и мне удалось достать из его руки нож. — Советую побыстрее сделать с этой раной что-нибудь, она довольно глубокая, — я достал белый платок и вытер кровь с ножа. Я посмотрел на Саске, он улыбался. — Я удостоверился, что ты именно его брат, значит я пошёл. До встречи, — я обернулся и сделал пару шагов, как меня остановили. Я посмотрел на этого кого-то. Это был Саске. Я обернулся полностью. — Твоё имя ведь Наруто, верно? — Да, и что? — Ты ведь нас подслушал, верно? — Это вышло случайно, прошу прощения, — я поклонился ему. — Теперь я могу идти? — Мой старший брат попросил приглядывать за тобой, — он улыбнулся. — Но тебе было всё равно, когда тот беловолосый хотел меня ударить, нелогично всё ещё хотеть выполнить эту просьбу, не думаешь? — А ты у нас весь такой любитель логики, да? — хмыкнул Саске. — Ты кажешься намного тупее своего брата. Тебе шестнадцать, ум хоть немного, но появиться должен, нет? Хотя, судя по твоему другу, ум вам здесь не нужен. Ты хочешь что-то ещё? — Ты – мой ключ в нормальную жизнь. — Знаешь, довольно обидно, когда в тебе ценят не личность, а то, что ты можешь принести пользу. — Богатая крыска, — скривился он. — Я никогда не просил о богатстве, просто повезло родиться в богатой семье. Я этим никак не хвастаюсь, полностью все, кто общался со мной с работы родителей, их приближённые, видели во мне лишь мешок денег. Я уже устал от подобного отношения ко мне, всего лишь то. Я всегда хотел, чтобы во мне видели не сына богатых родителей, а личность. Арревидерчи, — я развернулся и пошёл от них обратно на этаж. — Вот как мне находить к нему подход? Итачи, блять... — Бери и относись ко мне как будто я обычный ребёнок, а не сын богатых родителей. Делай так же, как делал Итачи, раз уж хочешь помочь брату приглядеть за мной, — не оборчиваясь к нему, но остановившись, сказал я. — Джуго, отведи Суйгецу в медпункт. — Хорошо. — Эй, Наруто, что насчёт перебраться ко мне? — Отказываюсь, это не нужно, — я посмотрел в конец коридора. Они ещё не закончили есть или меня ищут? — Мой братец попросил и я выполню его просьбу. — Я ненавижу курящих людей, поэтому выполняй просьбу на расстоянии, — он хмыкнул. — В какой комнате ты живёшь? — Не знаю. Я собирался подождать ребят, но они или не закончили, или пошли искать меня, ведь я тут с тобой общаюсь, — я посмотрел на него со злостью. Мы стояли здесь совсем одни, на этаже вообще никто не шумит. — Советую после ужина не выходить. Мы устраиваем пьянку с девушками с соседнего женского приюта. — А мелкие тут при чём? — Ну, знаешь, старшие часто спускаются сюда пьяными, позадирать мелких, так ещё и ты Суйгецу разозлил, он по твою душу точно прийдёт, а я буду пьян, защитить не смогу. — В таком случае лишишься друга. Директора жалко правда, он из моего клана, а его посадят. — Ты угрожаешь? — Предупреждаю. Ты лучше за другом своим смотри, а не за мной. — А может ты мне понравился и я по маленьким мальчикам? — Итачи бы уговорил меня в таком случае на другой приют, если бы сомневался в адекватности брата. Как жаль, что он не сомневался, ты оказался неадекватным. — Я думаю, ему младший брат дороже, чем какой-то левый пацан, — он достал из кармана спички пачку сигарет, из неё сигарету и закурил. — К сожалению, всё в этом мире решается за деньги, — я вышел на этаж, чтобы не дышать дымом ненавистных сигарет. Я обратил внимание на пачку с под них. Такие же, как курил отец. Я сразу погрустнел, вспомнив о маме и папе. Саске явно это заметил. — Что-то случилось? Вспомнил, что..? — Такие же сигареты курил мой папа, — он сразу же спрятал пачку в карман. — Что случилось с твоими родителями? — Умерли в автокатастрофе, покрайней мере мне так сказали. Скорее всего их убили. — Зачем кому-то их убивать? — Ну знаешь, у самой большой мафии Японии точно будет много врагов, а так как они были главами мафии.. — он подавился дымом. — Тебе Итачи не рассказывал, на кого работает? — Теперь понятно, зачем в тебе воспитали хладнокровие, чтобы ты в будущем стал главой мафии.. — Наверное. А как умерли ваши с Итачи родители? Он не хотел мне говорить об этом, говоря, что это может навредить моей психике, хотя куда уж больше. — Давай так, после сегодняшней ночи ты переезжаешь ко мне, а я рассказываю тебе это, договорились? — Педофил. Ты на шесть лет старше меня и тебе осталось быть здесь только четыре года. — Что насчёт того, чтобы я забрал тебя отсюда, когда выйду? — Тебе не разрешат этого сделать, педофил. — Хватит называть меня педофилом. И я тебя просто украду. — Почему любителя маленьких мальчиков всё ещё держат здесь? Какой там номер у полиции? — Я шутил тогда! Мне просто нужно выполнить просьбу Итачи, всё. И я от тебя отцеплюсь. — Мне не нужна чья-то защита, здесь безопаснее, чем находится у меня дома, именно поэтому твой брат настоял на этом. — Кого ты выберешь правой рукой, когда станешь главой мафии? — он решил перевести тему. — Не знаю. Скорее всего Итачи, я ему доверяю как доверял родителям. Он стал для меня старшим братом. — Хватит пытаться забрать его у меня, ладно? Забери лучше меня у него. — Это звучит мерзко. Почему парней всё ещё нет? — Может директор словил их на прогуле. — Но почему он не накричал на них, когда проводил меня до комнаты? — Он боится тебя, ты этого не заметил? Он сказал мне, чтобы я готовил постоянно для тебя отдельно. — Ну, теперь ты знаешь почему. — Ага. И да, мы будем часто оставаться из-за этого наедине, ведь готовить я буду после того, как поедят все. — Я буду опаздывать на занятия. — Думаю, читать, писать и считать ты умеешь, таблицу умножения знаешь, делить, отнимать и прибавлять тоже умеешь, поэтому можешь забить на это. Директор знает, кто ты, поэтому заставлять что-то делать из наказаний не будет. — Итачи научил меня всему этому. Педофил, а здесь есть библиотека? — Да, маленькая на первом этаже. И я просил не называть меня так. — Проведи меня до туда. — Туда вход только с формой. Пошли сначала к директору за формой. — Хорошо, веди. Он пожал плечами, выкинул окурок и мы пошли на третий этаж по пожарке. Возле первой комнаты у лестницы он остановился. — Это моя комната, запомни. Если что, иди сразу же ко мне, хорошо? — Хорошо, если что, я запомнил, какую комнату стоит обходить за километр. — Обидно. Мы пошли дальше. Через пару дверей нас затормозили какие-то парни. Саске сразу же стал безразличным, как когда разговаривал с его друзьями. Со мной он начинает улыбаться и быть добрее. — Саске, ты в няньки заделался? — Старший брат попросил приглядеть здесь за этим шкетом. — Твой брат работает на ребёнка? — они громко засмеялись. Я достал нож и разложил его. Я подставил его к горлу говоруна. — Какие-то проблемы? Советую не оскорблять Итачи, а то случайно твой труп не найдут, — сообщил я. Он взглотнул. — Я понял. — Отлично, — я встал на место и убрал нож. — В таком случае, свалите с прохода, пожалуйста, — я улыбнулся, мило, но фальшиво. Они отошли и мы пошли дальше. — Ты до ужаса жесток, — Саске посмотрел на меня, улыбнувшись. — Ненавижу, когда оскорбляют дорогих мне людей. — Никто подобного не любит. Я готов был ему лицо разукрасить, а тут ты с ножом. — А он был прав, ты и в правду в няньки заделался, педофил. — Хватит меня так называть, обидно ведь! — На правду не обижаются. — В том то и проблема, что то была попытка тебя развеселить! Ты слишком серьёзен. — Я не чувствую, что мы поладим, поэтому не собираюсь открываться. — Как мне исправить положение? — Перестать так шутить, перестать курить, больше читать. Ты не интересен мне, как собеседник. Хотя, мои соседи по комнате такие же немногосторонние, как и ты. Киба только и может, что говорить о животных, Шикамару впринцепе не очень общительный, Чоуджи говорит только о еде. Последнему, кстати, очень нравится то, как ты готовишь. — А тебе понравилось? Тебе это ещё долго есть. — Съедобно, зная, какие здесь продукты, со слов парней. — Ты, кстати, в одной комнате с нашим «гонцом». Теперь я знаю, где ты живёшь. — «Гонцом»? — Мы его в магазин постоянно посылаем. За сигами там или просто чёт купить. — Не переходи на язык быдла, пожалуйста, я его плохо понимаю. — Простите, сир, больше такого не повторится, — он остановился и поклонился мне. Я тихо хихикнул, надеясь, что он не услышит. Мы пошли дальше. — Такая же шутка, как у Итачи. — Но ты посмеялся. — Чёрт, ты всё-таки услышал, — я улыбнулся. — Начинаешь мне открываться. — Ты забавный, как пёсик. — Перестань меня оскорблять, — он остановился и повернулся к какой-то двери. — Здесь директор, — он резко стал серьёзным, перестал улыбаться. Он постучал и, не дожидаясь ответа, вошёл. Я зашёл за ним. — Добрый день! — С.. Саске? И Н.. Наруто здесь! Вот форма, — он быстро взял форму и отдал её мне. — Только штаны будут на тебя великоваты, меньше не нашлось. — Здесь есть швейная машинка или нитка с иголкой? Я подошью под себя, — сказал я. — Нет, это ведь мужской приют. — Ладно, значит прийдётся подкатывать. Всё равно спасибо. — Теперь в библиотеку? — спросил Саске у меня, улыбнувшись. — Итачи-сан попросил следить за Наруто, верно? — спросил Нагато. — Да, а что? — Саске резко стал жёстче. — Н.. ничего. Он будет жить с тобой? — Нет, я буду жить на втором и буду надеяться, что ты, Учиха, будешь где-то далеко от меня. — Не выйдет, я тебе готовлю, а значит, ты будешь оставаться со мной один на один часто, — он вновь мило улыбнулся. После посмотрел на директора уничтожающим взглядом. — Ему ведь можно не присутствовать на уроках? — К.. конечно! Наказываться за это он никак не будет! — Отлично, пошли, Нару, — он вновь посмотрел на меня с улыбкой. — Не называй меня так, меня так может называть уже только Итачи, — мы вышли из кабинета директора и пошли вновь к пожарной лестнице. — Тебя так называли родители? — Да. Я позволяю называть меня так только тем, кому доверяю целиком и полностью. — Ты мне не доверяешь? — Ты странный. При других играешь, что ты жестокий, но при мне ты не играешь. Ты полностью открыт со мной и это настораживает. Чувство, что ты хочешь использовать меня для личной выгоды. — Нет, я просто стараюсь, чтобы ты доверял мне. Нам с тобой быть вместе довольно долго. — Ты пробудешь здесь ещё примерно четыре года, смотря когда у тебя День Рождения, поэтому не так уж и долго. — Я ведь сказал, что заберу тебя. — Я не собираюсь к тебе переезжать. — Через два года прийдётся. Я специально попрошу директора тебя ко мне подселить. Тебе прийдётся это сделать. — Я убью тебя сразу же, ты меня уже достал. — Переезд ко мне и я тебя достаю меньше. — Ты ведь не перестанешь меня бесить. Просто отведи меня в библиотеку и в комнату к парням, всё! — Ладно, ладно. Кто остался как глава мафии? — Итачи. — Нужно будет спросить потом у него, как это. — Плохо, даже слишком. Папа постоянно разгребал горы макулатуры, не ходил на миссии вовсе, вечно работал, не высыпался. — Тебя не пугает такое будущее? — Я не могу выбрать другое. Это было предрешено судьбой, к сожалению. Родители мне даже не говорили, что они мафиози, я всю жизнь думал, что они бизнесмены, так что, скорее всего, я бы выбрал себе нормальное будущее, но не срослось. — Судьба поступила с тобой слишком жестоко. — Ты не ответил мне на вопрос про ваших с Итачи родителей, ответишь? — Буду готовить всем ужин, расскажу, если придёшь на кухню ближе к тому времени. — Я не знаю, когда ужин. Зайдёшь за мной, хорошо? — Сам предложил? — А что в этом странного? — Я ведь тебя бешу. — Я просто в одном ошибся, с тобой есть о чём поболтать. — Учихи хорошие собеседники, не знал? — Учихи хороши во всём, также, как и Узумаки. Одинаково умны. Одинаковы полностью во всём, поэтому наши кланы часто путают. — Ты начитанный. — Я знаю информацию о многих кланах. — Ну-ка, клан Ямонака? — Хороши в допросах, полностью все из клана работают или в органах, или на какую-то организацию. — Клан Харуно? — Такого не существует. — Клан Хьюго? — Хорошие шпионы и хакеры. — Кстати, Наруто, почему у тебя жёлтые волосы, а не красные, как у всех Узумаки? — Внешность матери, волосы отца. Из клана Узумаки была только моя мама. — Я думал, что в клане Узумаки не практикуется вовсе смешение крови. — Моя троюродная сестра Цунаде тоже от смешения крови, поэтому, думаю, это уже в прошлом. — У тебя есть родственница, так почему же... — Незадолго до смерти родителей она скончалась от рака. Родственников у меня нет, а кому-то из клана меня не доверил Итачи, — я пожал плечами. Мы дошли до лестницы и спустились на первый в полной тишине. — Что на четвёртом? — Туда нельзя. Там незаконченный ремонт и живут призраки, — улыбнулся Саске. — Не смешно. — Ты, кстати, не переоделся. — Где на первом туалет? — Здесь, — он остановился и указал на комнату с закрытой дверью. — Сюда почти никто не ходит, только старшие иногда, но нас заставляют его убирать, — я вошёл в одну из кабинок и быстро переоделся. — Странно, что никто из вас не халтурит, — сказал я, выйдя из кабинки. Мы вышли из туалета и пошли дальше. — А зачем, если всё равно им пользуемся мы же, — он посмотрел на мои ботинки. — Ты не умеешь завязывать шнурки? — я посмотрел на свою обувь и немного покраснел. — Всё я умею, просто не получается нормально завязывать. Не привык. — Тебе прислуга завязывала шнурки? — Да, завязывал Итачи. Ну и что с того!? Я богатый, поэтому имею право. — А говорил, что не хвастаешься деньгами. — Деньги, просто бумажки, которые в один момент стали заменой бога и смысла жизни. Я просто пытаюсь оправдать как-то смущающий факт того, что.. да, я не умею завязывать шнурки, — он взял меня на руки. — Что ты делаешь? — посадил на подоконник и встал на одно колено. — Ты мне так понравился, что мне захотелось сделать тебе предложение.. завязать тебе шнурки. — Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя убить, — я мило улыбнулся, разумеется фальшиво. — Какой же ты злой, — он начал завязывать мне шнурки. — А ты педофил. — А ты до ужаса лёгкий, как тебя ветер не сдул ещё? — Я плохо ем, мало сплю. — Почему? — Поесть часто забываю, а когда Итачи напоминает, отказываюсь часто. А сплю я просто плохо, поэтому мало. Мне часто сняться кошмары. Раньше я просто приходил к маме с папой или к Итачи, но сейчас придётся отвыкать. — Если я предложу тебе спать со мной, ты назовёшь меня педофилом, верно? — Ты и так педофил. — Ты моего имени не знаешь что-ли? — Саске. — Вот и называй меня так, — он завязал второй шнурок и спустил меня на пол. Мы пошли дальше. — Нет, ты педофил. — Я не педофил и я люблю девушек, хорошо? — Нет, ты гей-педофил. — Сейчас брошу тебя здесь. — И я расскажу Итачи, что ты заставил меня ночевать на улице. — Вымогатель. Вот библиотека, — он остановился около двойной двери. Открыв её он вошёл, я следом. Я оглянулся, она и в правду маленькая. — Что, Саске, пришёл ещё раз перечитать какие-то книги? — спросил мужчина, сидящий за одним из столов. — Не-а, новенького привёл, Яхико-сан. — Добрый день, меня зовут Наруто, — я поклонился ему. — Что в нашем приюте делает богатый ребёнок? — отвращение в голосе он даже не попытался скрыть. — Я буду жить здесь ещё десять лет. И какая разница, что мои родители когда-то заработали гору бумаги? — я прошёл к шкафам с книгами. Здесь были не только японские писатели, но и зарубежные. — Какие книги любишь? — спросил Яхико, сейчас его голос звучал по-доброму. — Зарубежных писателей разных жанров. Почему здесь только книги, которые я читал? — Сколько книг ты прочитал? — Почти всю библиотеку с дома, мне скучно было всё время, техники дома никакой не было, вот и приходилось всё время читать. — Странно, вроде богатые, — сказал Саске. — Родители боялись подобного, вот и не было. Единственная техника была в комнате Итачи, но мама не разрешала ей пользоваться. — Бедолага, не знаешь всей прелести технологий двадцать первого века. — До их смерти единственным, что я носил были кимоно. Они слишком сильно чтили традиции. Я носил что-то другое только при выходе из дома, пока они были в командировках. — Вечно ходить в кимоно, наверное, не удобно. — Достаточно удобно, знаешь ли. Покрайней мере я привык. Николай Леонов «Пир во время чумы»? Странно, что я её не читал. Адамс Дуглас «Автостопом по галактике». Тоже не читал. — Ты берёшь эти две книги? — спросил Яхико. — Да, Яхико-сан! Можно ведь? — Да, только не забудь вернуть. — Хорошо! — я улыбнулся, на этот раз не фальшиво. — Саске, не забыл про ужин? Тебе осталось ничего не делать десять минут. — Ага. Наруто, пошли. — Ладно. Мы вышли из библиотеки и пошли на второй этаж. — На-ру. — Просил не называть меня так. — У тебя красивая улыбка. — Спасибо, — я слабо улыбнулся. — Но обидно, что ты так улыбался не мне. — Педофил, — я отшагнул от него на пару шагов в бок. — На-ру-то, — немного помолчав, вновь сказал он. — Чего ещё? — Мы друзья? — Почему тебе это так важно? Кроме того, что тебя попросил Итачи приглядеть за мной здесь. — Ты прикольный. Ты умнее многих старших и хороший собеседник, в отличие от них. — Тупая причина, ну да ладно, так уж и быть, засчитаю. Да, мы с тобой друзья. Надеюсь это тебя хоть чуть-чуть да успокоит, — он в один шаг приблизился ко мне и обнял. — От тебя воняет сигаретами, отстань, — я попытался отпихнул его от себя. — Подожди, я радуюсь, что у меня появился адекватный друг. — Порадовался? Тебе ещё ужин готовить. — О, точно! — он наконец-то отлип. Я вообще не понял его действий. Мы быстро поднялись к комнате. Я попросил его ждать снаружи, а сам вошёл. — Где ты был, Наруто? — спросил Киба, отвлёкшись от щенка. — Сходил к директору и пошёл нашёл библиотеку. — Саске, а ты что здесь делаешь? Сам ведь говорил, что перед вашими пьянками меня вы не за чем не посылаете, — я кинул в Саске одной из книг. Попал в нос. — Доставучее насекомое. Тот факт, что Итачи попросил приглядеть за мной никак не заставляет тебя везде за мной шататься! — Итачи? — переспросил у меня Шикамару. — Итачи Учиха, всю мою жизнь он был моим телохранителем-тире-нянькой. По совместительству является братом этого насекомого, — я указал на Саске. Подошёл, забрал книгу. Оказывается, кидал я в него толстым «Пир во время чумы». — Больно ведь, Наруто! — Я попросил ждать снаружи, педофил. — О, он достал тебя этими шутками, верно? — спросил улыбающийся Киба. — Угадал, — сказал я, кладя все свои вещи к себе на кровать, которую мне предстоит ещё сегодня пытаться застелить. Я подошёл к потирающему нос Саске. — Пошли уже. — Зачем? — спросил Киба. — Он попросил и я не смог отказаться, — я театрально положил правую руку тыльной стороной ладони на лоб. — Он умалял меня скрасить его одиночество, пока он будет готовить. — В общем он тебя долго доставал? — В точку, Киба. Пошли уже, страдалец Саске! — тот встал с пола и вышел. — Скажешь потом рецепт охуенности его блюд, — попросил Чоуджи. — Хорошо, если он не будет от меня скрывать свой секретный рецепт вкусности всего, — они посмеялись. Я вышел к Саске, закрыв дверь в комнату. — Ты опозорил меня при Кибе! — Ты сам себя опозорил, — я прошёл мимо него и пошёл по направлению к столовой. Он догнал меня в несколько шагов. Все, кто ждали ужин в коридоре, были явно в шоке от того, что новенький идёт рядом с королём приюта – Учихой Саске. — Ты явно поспособствовал моему позору! — Неет, ты сам в ответе за то, что сделал. — Ты вообще-то радоваться должен, что в первый день тебя заметил король приюта. — Пойду обратно в комнату, поплачу с этого факта в подушку. — Почему ты такой агрессивный ко мне? — Почему я начинаю молиться всем богам, хоть я атеист, чтобы ты наконец-то отстал от меня? — Хватит меня обижать! Я главнее тебя! — А мне как-то всё равно, насколько ты главнее. — Т.. ты должен меня слушаться. — Нет, ничего я тебе не должен. — Н.. но... — А всё, всё. Надо было раньше думать. Не подумал, иди.. куда-нибудь далеко. — Ути боже мой, ты такой невинный, даже не материшься. — За подобный лексикон меня Итачи загружал заданиями больше. Я подобное даже слышать не привык, но я могу оскорблять без мата. К примеру, иди в эротический пеший поход. — Это ты так нахуй послал? — Да, тебя. — Знаешь, это обиднее, — мы вошли на кухню. Я сел за стол, стоявший посредине комнаты, а Саске начал готовить. — Ты поешь прямо сейчас или с парнями потом по нормальному? — Сейчас, после хочу сесть в комнате читать. — Привыкай общаться на лексиконе этого места. — Нет, привыкну, а потом от твоего старшего брата получу, мне это зачем? — Я за тебя заступлюсь. — Не надейся, что твоя работа в будущем будет заключаться в нахождении рядом со мной. Будешь задания самые опасные у меня выполнять. — Я к тебе со всей душой, а ты.. Насыплю я тебе кучу соли в тарелку, будешь знать потом. — Умрёшь сразу же. Мне нельзя много соли. — Почему? — Та кто знает, Итачи сказал, чтобы я попросил того, кто будет мне готовить, класть мало соли. Не совсем вкусно, но да ладно. — Это тебе всё равно отдельно готовить? Блин. — Из-за тебя я захотел блины. — Будешь ужинать блинами? — Нет, тем же, чем и все. Для меня, я думаю, отдельного меню и продуктов нет. — Если хочешь, я буду готовить тебе всё, что твоей душе угодно, в приделах разумного. — Я не нуждаюсь в отдельном меню. — Наймёшь меня личным поваром потом? — Нет, я уже сказал, будешь выполнять грязную работу. — Труселя твои стирать что-ли? — У меня для этого есть горничные, для готовки Итачи, для обслуживания дворецкий. Ты не нужен мне в особняке, только если не хочешь одеть платье горничной и быть моим «придворным шутом». — Ну знаешь, в платье горничной, с кошачьими ушками и хвостиком я буду смотреться прекрасно, — я представил эту картину. С виду взрослый парень, в чёрных чулках, платье горничной, с чёрным кошачьим хвостиком и чёрными кошачьими ушками. Я громко и звонко засмеялся, искренне. — У тебя прекрасный смех. — А ты бы и вправду прекрасно смотрелся бы в этом. В роли шута тебя возьму, ты с задачей «смешить» справляешься на отлично, — просмеявшись, сказал я. — Хочешь сказать, что я плохо готовлю? — Ты готовишь так же, как и твой брат, поэтому меня не удивить. — Не хочешь поменять Учих местами? Я готовлю, Итачи развлекает. — Нет, ты забавней, гей-педофил. — Хватит меня так называть, — он надул щёки. — Твои проблемы, что я тебя так называю. — Будешь меня так называть – изнасилую. — Попробуй, сразу же лишишься прибора, так ещё и один из охранников заставит тебя пить мочу через трубочку, потому что нормально питаться ты физически способен не будешь. — Твоя угроза услышана, больше так не шучу. — Вот и хорошо. Готовь быстрее. — Я не могу готовить быстрее, если оно готовиться медленно. Привыкай, тебе ещё долго так ждать. — Меня забавляет твоя забота. — Почему? — Я не привык, что обо мне заботиться кто-то от чистого сердца, кроме Итачи, трёх охранников и родителей. Все заботятся обо мне из-за выгоды. — По-моему, меня обманули. Где мои деньги, в таком случае? — Очень надеюсь, что ты шутишь, — я лёг на стол головой, вытянув руки. Саске сел напротив меня. — Не переживай, я шучу. Кстати, Наруто, а откуда у тебя эти полосы на щеках? — Родимое пятно такое. — Может ли это значить, что ты хитрый как лис с рождения? — Не знаю, педофил. — Будешь называть меня педофилом, буду называть тебя лисёнком. — Называй меня как хочешь, но если ты назовёшь меня так при ком-то, то они точно поймут, что ты педофил и я называю тебя так не в шутку. — Буду называть тебя так, только когда мы одни. — Ты мерзкий из-за подобных слов. — А девушкам подобное нравится. — Вот им и рассказывай байки, что ты не гей-педофил, называющий маленького мальчика лисёнком, а мне подобное можешь не рассказывать, я и так вижу, что ты именно гей-педофил, называющий маленького мальчика лисёнком. — Ты ранил меня прямо сюда, в моё мурчало, — он ткнул себя в сердце. Я тихо хихикнул. — Ты обещал мне рассказать про ваших с Итачи родителей. — Да там и рассказывать особо нечего. Они были наркоманами и пьяницами. Отец очень часто приходил домой под градусом, закидывался наркотиками, избивал мать, реже Итачи, который прятал меня. Один раз пришёл обгашенный наркотиками до ужаса сильно, так ещё и выпил довольно много. Итачи сразу же спрятал нас. Мы услышали звук разбивающегося стекла, как оказалось потом это была какая-то тарелка. Мать работала проституткой, вот отец её за это и убил. Зарезал ножом. Позже сам от передозировки умер. — Сколько тогда вам с Итачи было? — Итачи тринадцать, мне девять. Меня отправили в этот приют, а Итачи приютили, как потом оказалось, твоя семья. — Жаль, что мои родители тогда тебя не забрали. — Та мне и здесь нормально. С Итачи я вижусь часто, да и этот приют я не представляю без моей персоны. — Ты много пьёшь на вечеринках? — Боишься, что скончаюсь как кто-то из наших с Итачи родителей? Как мило. — Нет, просто интересно. — Одну бутылку виски всего. Этого не хватает нормально напиться и забыться, так что не так уж и много. — Не люблю запах алкоголя от человека. — Ну я ж не прийду к тебе и не буду лезть целоваться. — Очень надеюсь, что такая дурная мысль не прийдёт в твою глупую, пьяную голову. — Кто знает, кто знает. Наруто, тебя любили родители? — Да, очень сильно. Их любви мне сейчас до ужаса сильно не хватает. — Везёт наверное, когда тебя родители любят. — У тебя есть брат, который тебя любит. — Ну да, — он улыбнулся. — У меня тоже кроме Итачи впринцепе никого не осталось. — Впринцепе? — Ну да, ещё те, кто мне будет обувь облизывать за деньги и три охранника. — Ты довольно взросло мыслишь, как для десяти лет. — Родители приучили мыслить здраво в любой ситуации. Родители научили мыслить, как взрослый. — Родители учили тебя многому. — Не очень. Итачи учил меня многому. Я умею стирать, гладить, полы мыть, чуть-чуть, да готовить, посуду мыть, шить, как вручную, так и на машинке. — В общем Итачи воспитывал из тебя хозяйку, да? — Ага. — Наруто, ты по девочкам или по мальчикам? — немного помолчав, спросил Саске. — С чего вдруг такой вопрос и какая разница? — Просто интересно стало, может ты меня геем называешь из-за того, что сам такой, но тебе слишком стыдно даже себе это признать. — Мне не стыдно себе признать, что я гей и несколько раз влюблялся в парней. — Как родители отнеслись к такой новости от их маленького сына? — Они этого и не знали, знает об этом только Итачи. Просто он тогда сказал, что, возможно, это пройдёт. — Всмысле пройдёт? Такое не проходит. Это закладывается ещё при развитии ребёнка в животе матери. — Это я знаю. — А у Итачи есть девушка? А то он своему младшему брату не рассказывает о своей личной жизни. — Не уверен, но вроде как он влюблён в одного из охранников – Хашигаке Кисамэ. — Это ещё что за хмырь? — Гора мускул с синими волосами. Я называю его братец-акула. Не знаю почему, но это привычка с более юного возраста. — И как ты понял, что Итачи к нему неровно дышит? — Обои его телефона, вся галерея в телефоне забита его фотографиями, в его комнате полно его фоток и один раз я случайно застал Итачи дрочащим на фото братца-акулы под гейскую порнографию, — Саске громко засмеялся. — Да ну!? Никогда бы не подумал, что Итачи так сильно будет палиться на счёт этого. Он тебе хотя бы обьяснил, что делал на фотографию этого Кисаме? — Да, объяснил. Сказал, что это знание пригодится позже, но расскажет он обо всём когда это у меня начнётся. — А что начнётся он не сказал? — Ему было слишком стыдно это говорить, поэтому больше информации я из него не получил. — Интересно, а братец актив или пассив? — Это как? — В однополых парах должен быть тот, кто.. без мата не получится нормально объяснить, блин, — сказал Саске в придачу начиная краснеть. — Давай с матом. — Тот, кто ебёт и тот, кого ебут. — Почему только в однополых парах? — В гетеро-парах главный чаще всего парень, что в сексе, что в принцепе. Очень редко когда девушка главная. Есть ещё универсалы, они могут выступать как в роли пассива, так и в роли актива. — Насколько приятно дрочить? — Достаточно приятно, но лучше всё-таки регулярный секс, это полезнее. — А когда именно я должен буду узнать, что мне нужно подрочить? — Как ты можешь разговаривать на подобные темы и не смущаться!? — Саске уже сидел красный, как помидор. — Меня сложно смутить. Ты не забыл, что ты готовишь? — Я готовлю за два часа до приёма пищи, если что, переделать успею. — Утром тебе приходится вставать очень рано. — Ага. — Ты не ответил на вопрос. — У тебя встанет. — Что встанет? — О Господи, за что мне эта пытка? — Так что? — Твой член. — А, я вспомнил, это было в книге по анатомии. — Хоть что-то. — А насколько приятен секс? — Смотря с кем. — Ну вот для тебя на той же вечеринке, они здесь сто процентов были и до сегодня. — Ну.. достаточно приятно. — А по нормальному ты сказать не можешь? — Это нельзя передать словами, это нужно почувствовать. — А как могут заниматься сексом парни? У девушек есть вагинальное отверстие, но у мужчин его нет, так как? — Анальное отверстие тебе дано не только, чтобы в туалет по большому ходить. — Анальный секс? Почему-то я об этом не подумал. Стоп, это ведь должно быть больно. — Нужно растягивать. — Как? — Хватит задавать такие вопросы! — он встал и пошёл что-то делать. Я заметил странный горбик у него в районе паха. — Ты себе в штаны носок засунул? — Нет, у меня встал. — Педофил. — Почему у меня встал на вопрос про то, как трахаются парни!? — Я откуда знаю? Может, ты гей. — До этого у меня только на девушек вставал. — Иди подрочи и хватит ныть, тебе шестнадцать или шесть? — В таком случае мне нужна твоя фотка, на тебя встал ведь. — Пе-до-фил. — Я тоже ещё несовершеннолетний, а значит я не педофил! — У тебя встал на мальчика, который на шесть лет младше тебя. — До этого такого не было! — Всё бывает впервые. — Тебя эта ситуация вообще не напрягает, да? — Это тебя она должна напрягать, в конце концов это не у меня встал на маленького мальчика, которого я знаю пол дня. — Ладно, доготовить, поесть, разойтись по комнатам и всё. — Может ты себе что-то нафантазировал, что у тебя встал. — Я бы это хотя бы понял и не напрягался из-за этого. — Не делай из этого настолько большую проблему, пожалуйста. Я чувствую, когда человек меня обманывает. Что такое ты нафантазировал? — Ладно. Нафантазировал, как буду трахать одну девушку из женского приюта. — Ты мерзкий. — Ты бы видел её грудь, просто охуенно. Она до ужаса большая. — В чём прикол большой груди? Ну ребёнка, возможно, сможет кормить большим количеством молока. — Ты не поймёшь, у тебя не подростковый возраст сейчас. — Явно к счастью, не хочу звереть, как сейчас звереешь ты. — Какой же ты злой, — он выключил газ и насыпал в две тарелки кашу, с холодильника достал кучу сосисок и поставил их вариться. — Сколько человек в приюте? — Пятьдесят мелких, сорок старших. — Так мало. — Приют не такой большой. — Это да. А на четвёртый можем сходить вместе? — Зачем тебе туда? — Просто хочется посмотреть. — Там живут два злобных парня, к которым лучше не соваться. Кабуто и Орочимару. Они на голову отбитые. — А с тобой можно туда сходить? — Можно, но.. — Тогда сходим. — Ты не дослушал это «но». Орочимару гей, который собирает себе гарем из представителей разных кланов. Вот он педофил. Вообще он работает охранником здесь и его поставили охранять четвёртый этаж. — А что за Кабуто? — Один из старших из приюта, он захотел быть секс-куклой Орочимару, потому что влюбился в него. Орочимару насилует детей из кланов и убивает их. Говорят, что трупами они с Кабуто и питаются. — Что за хуйня происходит в стенах этого приюта? — я сразу же ударил себя по губам за мат. — Это самая жестокая жесть из стен этого приюта. Ну, кроме маньяка, который часто убивает мелких на этаже. — У тебя не получится подобным образом заставить меня переехать к тебе. — Ну за тебя ведь волнуюсь! — Даже не представляешь, как мне всё равно. — Бука ты, — доварил сосиски он в полной тишине. Это настораживает. Что он ещё собирается вытворить? Передо мной поставилась тарелка с кашей и сосисками. Выглядит несъедобно, но выбирать не приходится. Я попробовал. Это до ужаса вкусно, но виду я подавать не буду, пусть думает, что Итачи готовит лучше, хоть Саске в готовке явно выигрывает. — Ну как? — спросил он с надеждой в глазах, надеясь, что я его похвалю. — Итачи готовит вкуснее, да и на вид оно не съедобно, но выбирать не приходится, — он явно расстроился, хоть виду пытался не подавать. — Настолько плохо что-ли? — Что-то среднее, — в голос сказал я. Намного тише добавил, — Какая же вкуснятина, — надеясь, что Саске не услышит. — Обманывать не хорошо. Я уж подумал, что меня сместят с должности главного повара будущего мафиози. — Всё-таки услышал? — я слабо улыбнулся. — Разумеется услышал. А ты нормально похвалить меня не можешь? — Не могу, гордость не позволяет хвалить кого-нибудь. — Блин, почему Итачи не делился со мной тем, что нянчится с таким охуенным ребёнком? — Ударь себя по губам, мне лень тянуться. — Хочешь отучить меня материться? — Именно. — А вот дотянись и ударь меня сам. — Скотина ты, — я встал, подошёл к нему и стукнул по губам, после чего сел есть обратно. Доел я как обычно быстро. — Спасибо за еду, было съедобно. — Это похвала? — Да. Я у.. Я опять забыл, в какой комнате живу. — Первая дверь от пожарной лестницы, — сообщил Саске. — Третий этаж. — Не беси меня. — Подожди меня немного и я тебя провожу. — Ладно. Как же ты бесишь. Я хочу поскорее сесть читать. — Ой, немного подождёшь, не умрёшь ведь. — Насколько будет шумно в здании? — Колонка будет стоять в коридоре над вашей комнатой, так что очень шумно. — Во дворе есть лавочка? — Да, но пьянка будет не только на этаже, а и на улице. — Можешь не выпускать их на улицу? Я хочу почитать в тишине. — Я не смогу пьяным следить за всем. — В таком случае не пей. Хочешь сохранить жизнь своим друзьям и собутыльникам – держи их как можно дальше от меня. — Я буду с девушками, поэтому... — Итачи оставил меня на тебя, попросив приглядеть за мной, поэтому, будь добр, или выполняй просьбу твоего старшего брата, или отвали от меня. — Почему ты приехал не завтра? — Итачи настоял, попросив отгородить моего няньку от пьянок, поэтому ты будешь сидеть на улице со мной. — Итачи, ты подставил меня! Мне сегодня должна была дать самая сексуальная из девчёнок! — прокричал он в потолок. — Итачи разрешил только бутылку пива. — Меня не волнует, что хочет Итачи. — В таком случае ко мне не подходи. Сделай вид, что я такой же ребёнок, как и все. — Мне всё ещё нужно тебе готовить, как бы. — Сделай вид, что это единственное отличие меня от других, хотя, я не обижусь, если ты и на это забьёшь. Пока, — я вышел из кухни и поднялся на второй. Из одной из дверей вышли ребята. Они подошли ко мне. — Ты забыл где комната? — спросил Шикамару. — Да, не привык ещё. — А где Саске? — спросил Киба. — На кухне остался доедать. — Вы успели поссориться? — вновь спросил Киба. — Нет, просто Итачи попросил держать его подальше от вечеринок, но он упрямая скотина. Он сказал, что ему всё равно на слова Итачи, вот я и сказал ему, что просьбу по моей защите он может не выполнять. Теперь ко мне хотя бы будет почти такое же отношение, как и к остальным ребятам от всех. — Почему почти? — Директор будет продолжать меня бояться, но да всё равно. — Я слышал, что ты нож в руку Суйгецу воткнул, тебе не стоит выходить лишний раз из комнаты, — сказал Шикамару. — Если он начнёт приставать, то просто убью его, мне ничего с этого не будет, а за директора потом заплатят и он будет продолжать здесь работать. — Охуенно, наверное, быть богатым, — сказал Киба, задумываясь. — Когда выйдем отсюда, я могу взять вас в мафию. — И кем же? Если с Шикамару понятно, то мы, похоже, будем убивать, — сказал Киба. — Нет, будете моими приближёнными охранниками. А с Шикамару и в правду всё понятно. — Хорошо, договорились, — я пожал им троим руки. Они хорошие парни, думаю, я могу себе позволить свевольничать с подобным. — Ладно, пошли в комнату. — Хорошо. Мне просто взять книгу. Я люблю читать в тишине, поэтому буду сидеть на улице, — мы вошли в комнату, я взял книгу Леонова и пошёл на выход из комнаты. — Не стоит, туда много старших спускаются пить там. — Их проблемы. Если не хотите оглохнуть от музыки сверху, пошлите со мной. — Твоя самоуверенность, Наруто, прекрасна, но инстинкта самосохранения у тебя нет.. как и у нас, мы с тобой, — сказал Киба. Шикамару и Чоуджи кивнули и мы вчетвером пошли во двор приюта. Лавочка была под деревом сакуры, сейчас она как раз начала цвести, поэтому было красиво. Мы сели на лавку. Киба и Чоуджи начали болтать, Шикамару устроился поудобнее на плече Чоуджи и уснул, я же начал читать. Чуть позже во двор приюта спустились старшие, я сразу заприметил Суйгецу, который уверенным шагом пошёл ко мне. — Ну что, теперь Саске разрешил вести себя с тобой, как с обычными детьми, поэтому тебе пизда, — он схватил меня за руку и резко поднял. Книга выпала из моих рук. Чёрт. Он начинает злить меня. Я осмотрелся. Во двор со входа вошли девчёнки. Полностью все старшие наблюдали за нами. Саске в их числе. В его глазах читалось переживание, но он пытался сдержаться, чтобы не побежать на помощь. На помощь в избиении меня или оттащить если что от меня Суйгецу – непонятно. Суйгецу сильно ударил меня кулаком в щёку. Я упал. Все старшие, кроме Саске, засмеялись. — Будешь знать, малявка, как на старшего рыпаться, — он развернулся и только хотел сделать шаг, как я встал на ноги. — И это всё, на что ты способен? Избиение младшего? — я фальшиво улыбнулся, посмотрев в лицо развернувшегося парня. Он ногой ударил меня в живот, я вновь упал. На этот раз я улыбнулся по-настоящему. Он развернулся. Я быстро вскочил на ноги, доставая и раскладывая нож. Я сбил его с ног, держа его руки за его спиной, чтобы он не смог встать. Я подставил нож к его горлу, смотря ему в глаза и улыбаясь моей настоящей улыбкой. — П.. псих... — выдавил Суйгецу. — Я говорил Саске, что убью тебя, если ты ко мне полезешь, так что всё будет честно, — я занёс нож над головой и специально промазал, воткнув нож в опасной близости от его шеи. — Вот чёрт, тебе повезло, убивать не буду, — я нагнулся к его уху. — Но в следующий раз я уж точно не промажу, — прошептал я. Я слез с него и присел рядом. — Вон отсюда, — спокойным голосом сказал я, он быстро рванул к Саске, я успел заметить, что Суйгецу плакал. Я вернул нож назад в карман, встал, поднял книгу и сел обратно читать. Чоуджи, Шикамару и Киба шокировано смотрели на меня. — Что? Меня отец самообороне учил. — Это больше было похоже на попытку убийства, — прокомментировал Шикамару, пришедший в себя. — Ребят, пьянка будет только на третьем, пошлите! — громко сообщил Саске. Все вошли в здание. Саске заходил последним. Перед тем, как войти, он обернулся, посмотрел на меня, кивнул и всё-таки вошёл. — Саске сегодня странный какой-то, — сообщил Киба. — Обычно он менее доставучий? — Нет, обычно он не волнуется, когда кто-то дерётся, он вообще не волновался никогда. Он сейчас ведёт себя не так, как обычно. На новеньких он вообще внимания не обращал постоянно, — поведал Киба. — Его брат, Итачи, попросил его приглядеть за мной, пока я здесь. Итачи работает на меня, почти всю мою жизнь он был рядом со мной, охранял, обучал, играл со мной, готовил мне. — Тогда понятно, почему Саске так трясся весь день над тобой, — сказал Чоуджи. Акимичи и Инузука, вновь начали болтать, Шикамару устроился на плече Чоуджи вновь. Я вновь принялся читать. Чуть позже я заметил кого-то в дверях приюта, он шёл к нам. Я посмотрел туда. Это был Саске и, кажется, он нёс аптечку. — Чоуджи, Киба, Шикамару, идите в вашу комнату, — они послушались и ушли. — Я вроде бы сказал, что... — Хоть мы знакомы только один день, но я к тебе уже успел привязаться. — Ты сказал Суйгецу, что он может меня бить. — Я ему сказал только, что мы с тобой немного повздорили, поэтому, пока что, ты не под моей защитой и что это плохо. — Ты надеялся на прощение? Как наивно, — я вновь принялся читать. Я был зол, что он вообще сейчас стоит здесь, я не собирался его прощать вовсе. — Прости, пожалуйста. Ты был прав, теперь мне нужно выбирать между пьянками и тобой, — он выдохнул. — Так уж и быть, прощаю, даже Итачи ничего об этом говорить не буду, если это не повторится. — Этого больше не повторится, — он резко обнял меня, я зашипел от боли, он сразу же перестал меня обнимать. — Прости! Давай обработаю. — Кого? Раны, которых нет? — я наконец-то почувствовал острую боль в животе, от которой скрутился и упал на землю, зашипев. Саске сразу же кинулся ко мне. — Нет? Нет!? Да ну!? Куда он тебя ударил конкретно? Обезболивающие вообще помогут в этом случае? — он попытался взять себя в руки. Он поднял меня и положил на лавку. Мне адски больно, а Саске паникует больше, чем я, который пострадавший, блин! — Блять, чё ж делать то!? — Привет Саске. Что с этим мелким!? — к нам подошла какая-то девушка. — Его Суйгецу в живот ударил. Помоги а, ты ж учишься у вашей медсестры. — Хорошо. На этом я отключился от боли.

***

Когда я очнулся, я увидел лицо Саске, что меня сильно перепугало и я дёрнулся от него. — Саске, зачем пугать!? — Ничего не болит? — я сел. — Нет. — Это хорошо, — сказала девушка. — Меня зовут Ино Ямонака. — Наруто Узумаки, — она села рядом. — Ты из прекрасного клана. — У тебя тоже клан хороший. — Не сказала бы, моё будущее предрешено, а тебе можно.. — Нельзя. Моё будущее тоже предрешено из-за смерти родителей. — И кем ты должен будешь стать? — Ма.. — Саске дёрнул меня на себя. — Ино, он мой, кыш отсюда. — Ты дурак? Его нельзя пока что так резко дёргать! — Нару, тебе не больно? — я отрицательно покачал головой. — Ну вот, значит ты, Ино, можешь идти. — Саске, он не твоя собственность. Или ты уже успел привязаться к нему? — Успел. — Собственник. Соболезную тебе, Наруто, он от тебя не отвяжется. — Это я знаю. Спаси меня, — последние слова я сказал тише. — Нет, ты от меня не уйдёшь, теперь ты мой. — Повышаю голос на три сотни процентов. Отстань от меня, ты меня бесишь! — О нет, я ушла. Сюда идёт Сакура, крепись, Саске, — Ино быстрым шагом удалилась. — Блять, — я ударил Саске по губам. — Не матерись. — Да, прости. Просто эта Сакура та ещё заноза. — Саске-кун, привет, а что ты тут делаешь? — она увидела меня и скривилась. — Так ещё и с малолеткой. — Тебе какая разница, Сакура? Тебя это волновать не должно. Пьянка только на третьем, можешь валить, — она села около него. — Если там не будет тебя, то эта вечеринка не будет вечеринкой. — Всем обсолютно класть есть я там или нет. — Мне не класть, — она прижалась к его руке и уже начала тянуться, чтобы поцеловать Саске, как я встал, достал и разложил нож и воткнул его между ними. — Ты охерел, малой!? — Съебала отсюда нахуй, если хочешь остаться живой, — сказал ей я с милой фальшивой улыбкой. Она сразу же встала. — П.. псих, настоящий! — она убежала. Я вытащил из дерева нож и положил его обратно, сложив. — Сейчас и мне страшно стало. Теперь я понял, почему Суйгецу аж заплакал, запугивать ты умеешь. Только у меня один вопрос. — Какой? — я сел на место и взял в руки книгу. — Почему ты вообще сделал это? Ревнуешь? — он нагнулся, его лицо оказалось напротив моего. Он хитро улыбался, в его глазах любопытство. Я отодвинул его голову обратно. — Она меня раздражает. — Эта особа очень любит лгать. — Например? — Она когда-то наплела всем, что мы с ней встречаемся, парни не поверили, ведь знают, что я её терпеть не могу, но девчёнки ей поверили, блин. Ещё она всем лгала, что Харуно – клан. — Так его ж не... Так вот почему ты спрашивал? Ты не знал, что это не клан? — Я знал, просто... Удостовериться решил. — Лжёшь, ты не знал, что это не клан, верно? — Мне стыдно признавать, но да, я этого не знал, но я точно знал, что Сакура явно лжёт. — Допустим, — я услышал громкую музыку из здания. — Как вы там не глохните от такого громкого говна? — Тебе не нравится подобная музыка? Ты ценитель чего-то высокого? — Я ценитель тяжёлого металла в перемешку с классической музыкой. Металл единственное, что я могу громко слушать. — Итачи подсадил? — Ага, именно. Родителям не очень нравилась подобная музыка, но они не запрещали мне подобное слушать. — У тебя были хорошие родители. — А какая музыка нравится тебе? — У нас с Итачи одинаковые предпочтения. Мне тоже нравится тяжёлый металл и я терпеть не могу музыку, которую ребята включают на вечеринках, но с алкоголем становится всё равно. — Алкоголь вкусный? — Смотря какой. Единственное сходство всех алкогольных напитков – горчинка алкоголя. — Не понимаю, как такое может нравится. А что именно ты любишь? — Я ведь говорил, что выпиваю на вписках одну бутылку виски. Его я и люблю. — Оно вкусное? — Смотря какое. Ребята постоянно покупают Джек Дениелс или Беллс. Они довольно вкусные, даже с тем, что дешёвые. — Откуда вы берёте деньги? — Стипендия за хорошие оценки. — Вы все хорошо учитесь и здесь есть стипендия!? Почему о последнем мне не сказали!? Хотя, мне всё равно каждые выходные будут давать деньги на неделю. — Ита будет приезжать каждые выходные? — Нет, меня забирать на выходные будут. Мне попросить, чтобы и тебя забирали? — Нет, не стоит. Я буду там мешать. — Мне будет там скучно, Итачи будет вечно разгребать бумаги, а другие слуги меня побаиваются. — Тебя побаиваются слуги? — Я довольно вспыльчивый, в придачу у меня непорядок с психикой. — С чего ты взял? — Я часто хожу к психиатру, часто он прописывает мне таблетки. Я заглядывал в мою медицинскую карточку, но меня тогда увидели, поэтому я не смог узнать свой диагноз. — Я пока что не замечал за тобой ничего... Хотя Суйгецу и Сакура... — Вот и я про то же. — Ты... — Саске прервали голоса. Они были громкими, поэтому я закрыл уши. Не помогло. Это опять происходит. Саске явно перепугался, поэтому обнял меня. Я только сейчас вспомнил, что забыл таблетки дома. Я увидел, как Саске набрал Итачи. Что-то сказал ему. Получил ответ, выключил телефон и прижал меня к себе сильнее. Я чувствовал, что он что-то говорит, но голоса не собирались стихать. Вдруг голоса резко начали затихать, после чего вовсе замолкли, что странно. От этого мне раньше помогали только таблетки. Я всё ещё сидел с закрытыми ушами, теперь слыша Саске. Он шептал что-то неразборчивое. Иногда я слышал «Итачи скоро должен приехать» и «он скоро привезёт таблетки». — Саске, успокойся. Это прошло, — наконец-то подал голос я. — Итачи ведь сказал, что оно само не пройдёт. — Я сам не понимаю, почему оно просто так прошло. Хотя.. я как-то услышал, как врач говорил родителям, что таблетки будут не нужны, когда я найду соулмейта. — Что? Хотя... Было бы здорово, если бы так и было. — Можешь перестать обнимать? Ты слишком сильно меня держишь, мне больно, — он сразу же меня отпустил. — П.. прости! — О, Итачи, — я увидел, как к воротам подъехала машина и из неё вышел Итачи. Он сразу же побежал к нам. — Привет. — Оно прошло? — Итачи стоял в шоке. — Да, прошло. — Но как? — Не знаю. Саске просто обнимал меня и оно прошло. — Врач говорил, что без таблеток можно справиться, только найдя соулмейта, — у меня резко заболела правая рука. Там появилась метка. Слишком рано для неё! — Солнце и луна над одним городом? — я посмотрел на Саске, у которого на руке была та же метка, что и у меня. — У меня метка тоже, точно такая же как и у тебя. Как минимум странно, что у меня она вообще появилась так рано. — И то верно, это всё впринцепе до ужаса странно. Ита, а какой у Нару диагноз вообще? — Думаю, ты уже догадываешься, что это шизофрения. — Да, моя догадка всё-таки верна. — На всякий случай я оставлю таблетки, — Итачи отдал Саске таблетки. Я всё ещё рассматривал метку. Метки связывают соулмейтов рисунком. Ассоциации соулмейтов друг к другу. Саске считает меня солнцем? Он у меня ассоциируется с луной. Волосы и глаза чёрные, как ночное небо, кожа бледная, как луна. Чтобы метка появилась, нужно найти соулмейта и как-то проявить метку волнующим событием для обоих, но если тебе ещё нет шестнадцати, то она не появится. — Ладно, раз уж всё в порядке, то я пойду, мне ещё работать нужно, до вечера пятницы. — Итачи, стой. Можно на выходных и Саске забирать к нам? Ты будешь вечно занят, а мне будет скучно. Твой брат хороший шут. — Хорошо, но не обижай моего брата. — Так он же педофил. — Хватит меня так называть! — Он шутил, что любит маленьких мальчиков? — В точку, Итачи, — Итачи отрицательно покачал головой. — Вы явно сдружились за один день. — За пол дня, вообще-то, — поправил его я. — Ладно, Ита, пиздуй отсюда, — я стукнул Саске по губам. — Только попробуй приучить Нару к мату. — Ты хочешь променять младшего брата на него!? — Успокойся, Саске, не собираюсь, но ты получишь, он ведь младше тебя. — Ладно, ладно. — Нару, ты ни на кого не нападал? И не видел ли ты мой раскладной нож? — Нож не видел, напал только на двух, но они сами виноваты. Один, дружок Саске, сам на меня начал бычить, пришлось запугать. Вторая лезла к Саске и меня оскорбляла, её тоже запугал. Они оба назвали меня психом, обидно, — Саске меня обнял. — Ну не переживай, они сами психи, — сказал он. Я попытался выбраться из его объятий, но не получилось. — Итачи, спаси. — Из лап этого собственника тебя уже не спасти, с тем, что ты его соулмейт... Пока, удачи, — Итачи развернулся и пошёл к выходу. — Итачи, ты предатель! — Итачи сел в машину и поехал. — Саске, отвянь. — Теперь ты мой. — У Итачи, кстати, появилась метка, ты заметил? — Да, заметил. Акула и ворон. — Всё-таки они с братцем-акулой соулмейты. — Ты соврал ему про нож. — Не обидится. Верну, когда выйду отсюда. — Теперь тебе прийдётся переехать ко мне. — Гей-педофил. — А ты просто гей. — Я этого и не скрывал как бы. Отпусти, дай почитать, — он меня отпустил. Я взял книгу и продолжил читать. Саске просто сидел рядом и смотрел на баночку с таблетками. Чуть позже я уснул.

***

Проснулся я из-за того, что меня легонько трясли за плечо. Я лежал, моя голова была на чьих-то ногах. — Ещё пять минуточек, мне так удобно, — пробубнил я. — Мне нужно помочь ребятам убраться в комнате. — Ты не мусорил там, поэтому не должен. — Мне ещё тебе помогать переселяться ко мне. — Не охеревай. — Просыпайся. — Давай я, — проговорил голос Суйгецу. — Сделаешь хоть что-то в мою сторону, даже дыхнёшь, и я тебя убью. — Хватит его пугать и вставай давай, — вновь сказал Саске полушёпотом. — Нет, мне удобно, а значит я вставать не буду. — Нару, вставай, — он дунул мне на ухо, я попытался закрыться плечом. — Саске, кстати, почему у вас с ним появилась метка? — спросил неизвестный мне голос парня. — Мы с ним соулмейты. Поэтому, Джуго, разрешаю ударить любого, кто посмотрит на него не так, как нужно. — Саске! — я сел ровно. — Шутка, — развёл он руками. — За такие шутки в зубах бывают промежутки. — Не угрожай мне! — А то что? — я воспользовался тем, что он всё ещё не встал с лавки, ложась обратно ему на ноги. — Защекочу до смерти! — Не страшно, я не боюсь щекотки. — Простите, ребят, помочь вам с уборкой я не смогу, — я лёг на спину, смотря на лицо Саске. Суйгецу и Джуго ушли. Саске посмотрел на меня, покраснел и отвёл взгляд. — Нару, хватит быть таким милым, — я покраснел. — Дурак. — Я смог тебя смутить, — глянув на меня, сообщил он, хитро улыбнувшись и прищурив глаза. — Заткнись, идиот. — Ты смутился ещё больше, — он закрыл глаза и искренне мне улыбнулся, нагнувшись ко мне. Я отодвинул его голову от моего лица. — Саске, я хочу кушать. — Сейчас там готовят, подожди немного, ладно? — Зачем ты тогда меня разбудил? — Потому что рассчитывал пойти помочь убраться в комнате, потому что мою кровать убирать никто не собирается. — Ну, потом убирёшь. Думаешь, там много мусора что-ли? — Думаю, на моей кровати успели потрахаться, потому что бухим похуй, чья кровать, главное, что комната пустая и кровать свободная, — я хмыкнул и повернулся на бок, смотря, как здание потихоньку покидают девушки. К нам подбежала Ино. — Нару, с тобой всё в порядке было после того, как я помогла с раной? — Да, нормально всё было. — Вы с Саске соулмейты!? — Не кричи так, ещё Сакура услышит. — Ой, точно, простите. Ладно, раз уж с Наруто всё в порядке, то я пойду. Пока, ребят, удачи Наруто, — она помахала рукой и пошла к воротам. К нам тут же начала приближаться розововолосая. — Саске, оно идёт. — Блять. — Какого чёрта, ты, малявка, лежишь на моём Саске!? — Он мой, иди нахуй, — я показал ей метку на своей руке, то же самое сделал Саске. — В каком смысле!? Он ведь... Мой! — Явно нет. Мы с этим насекомым соулмейты. — Ах ты ж, мелкий... — она стянула меня за руку на землю и пнула по ране от Суйгецу. Я встал, достал нож и повалил её на землю, сев на её ноги и держа её аномально-тонкие запястья в своей ладони. Нож я разложил и приставил к её животу. — Вспороть тебе живот? Или просто отрезать голову? — я приставил нож к её горлу. Из здания вышли друзья Саске. Сам Саске сидел и ничего не предпринимал. Из здания так же вышли проснувшиеся мои одногодки. Сакура разревелась. — Прошу, н.. не убивай меня! С.. Саске, спа.. — она посмотрела на него и ужаснулась. — С.. Саске, п.. почему ты улыбаешься? — Хей, Нару, скоро прийдёт директор, можно просто устроить ей проблем, списав раны и от Суйгецу на неё. — И что ей сделают? — В их приюте непослушных ставят коленями на соль на три часа, часто от этого девушки остаются инвалидами. — Хорошо, я согласен, — я отпустил её, она сразу же убежала. Я встал и посмотрел на Саске. Он улыбался. — Пошли внутрь или подождём директора здесь? — Как долго на кухне будут готовить? — я сел обратно на лавку. Саске пожал плечами. К нам подбежали Шикамару, Чоуджи и Киба. — Что здесь произошло, что ты напал на Сакуру? — спросил Киба. — Она скинула меня на землю и ударила в место удара от Суйгецу. В общем-то она заслужила. — А почему она вообще..? — я показал метку. — Мы с Саске, к моему сожалению, соулмейты. — За то я смогу тебя забрать через четыре года, — он вновь обнял меня. — Тебя за это Итачи убьёт. Я должен находится только здесь до двадцати. — Я тебя буду скрывать. — Чтобы он подумал, что меня и в правду украли? Он меня все десять лет будет на выходных забирать, дурак! — Ну, его проблемы. — Ты так сильно хочешь умереть? — Вы выглядите как любовная парочка, — сообщил Киба. Акамару на его голове гавкнул. — Саске, отпусти меня, я возвращаюсь в комнату. — Хочешь переехать прямо сейчас? — Я не собираюсь переезжать к тебе. — Правила говорят, что соулмейты должны жить в одной комнате, — сообщил Шикамару, пожав плечами. — Но там ведь не сказано, что соулмейты, у которых разница в шесть лет должны жить вместе! — Логично, — сказал Шикамару. — Хватить находить лазейки в правилах, ты переезжаешь! — Твои соседи будут против, отстань! — Единственный, кто будет против это Суйгецу, Джуго нормально к этому отнесётся. Суйгецу можно ударить и он заткнётся, поняв, кто тут главнее. — У директора спросим на этот счёт. — О, а вот и он. Нагато-сан, подойдите, пожалуйста! — крикнул Саске ко входу. Шикамару, Чоуджи и Киба ушли, сказв мне прийти на уроки, пообщаться там. — Ч.. что-то случилось? — Да. Сакура Харуно из женского приюта избила Наруто. — Пошлите в кабинет. Мы направились в кабинет. Там он осмотрел рану на моей губе от Суйгецу и большое синее пятно от Суйгецу и Сакуры на животе. Директор при нас позвонил в тот приют и сообщил об этом. — Директор ихнего приюта накажет её по всей строгости. — «Их приюта» — исправил я его. — Да, прошу прощения. — И ещё кое что. Нагато-сан, так получилось, что мы с Наруто соулмейты, должны ли мы жить в одной комнате? — По вашему желанию. — Понял? Я не обязан жить с тобой, если не хочу. Я ушёл в комнату, — я встал. Саске явно сделал что-то, чем испугал директора. — Хотя, я думаю, вам всё-таки стоит жить вместе, ведь в правилах не сказано, значит это правило распространяется даже на подобные необычные случаи, — я повернулся к Саске, давая ему подзатыльник. — Не запугивай людей. Жить я с тобой не собираюсь. — Я ведь от тебя не отстану, пока ты не согласишься, — мы вышли из кабинета. — Отстань или я скажу всем, что ты до меня домагался. — У тебя нет доказательств. — Деньги – мои доказательства. — Итачи будет опечален. — Тем фактом, что его брат всё-таки оказался педофилом? Согласен. — Ну, Нару, пожалуйста! — Ты меня уже достал! Нет значит нет! — он перегородил мне путь, упав на колени и обняв меня. — Ты жалкий. — Пошли хотя бы составишь компанию в уборке. — Компанию составить могу, если после мы пойдём завтракать. — Договорились! Мы пошли к его комнате. Войдя туда я осмотрелся. Там было три кровати. На одной сидел Суйгецу, на другой Джуго, третья была вся в мусоре. — У тебя для «составить компанию» есть соседи по комнате, я ушёл. — Джуго, не дай ему выйти! — рыжеволосый парень быстро перекрыл мне выход. — Я пожалуюсь Итачи, что ты пидор, — я стукнул себя по губам за мат. — Меня это не волнует ты теперь живёшь здесь. — Всмысле этот шкет живёт здесь!? — В прямом. Какие-то проблемы? — Саске посмотрел на Суйгецу со злостью и холодом. — Да, и эта проблема – он. Какого чёрта я должен терпеть здесь этого психа!? — Из-за того, что он мой соулмейт. — Джуго, пропусти меня, пожалуйста, я есть хочу, а Саске тягает меня туда сюда по зданию, — пока Саске и Суйгецу спорили, попросил я у Джуго. — Хорошо, — он сам открыл мне дверь. — Спасибо, — я искреннее ему улыбнулся и вышел. — Джуго, какого хуя!? — послышался голос Саске, когда дверь закрылась. Я быстро спустился на второй и подбежал к вышедшим из комнаты ребятам. — Ты сумел сбежать от Саске? — спросил Киба. — Ага, Джуго помог. — Наруто, стой! — послышался голос Саске сзади, от пожарной лестницы. — Валим? — спросил Чоуджи. — Разумеется! — сообщил я. Мы побежали от Саске. Мы быстро от него оторвались. Спрятались мы в подвале со стиральными машинами. — А чего ты кстати от него убегаешь? — спросил Киба, отдышавшись быстрее всех. — Он хочет меня насильно переселить к нему. — Можем сходить в магазин, чтобы Саске в ближайшее время нас не нашёл, — сказал Шикамару. — Никогда не был в магазине, — сообщил я. — В таком случае пойдём в магазин, — сказал Чоуджи. — Ну да, прогулять уроки мы можем сейчас без наказания, — улыбаясь, сказал Киба. — Если что, я могу за вас перед директором заступиться. — Как же много плюсов дружить с будущим мафиози, — сказал Киба, ложа руку мне на плечо. — Пошлите уже, мы все не завтракали, — сказал Чоуджи. Шикамару открыл дверь, за которой оказалась лестница наверх. Мы поднялись, закрыв дверь. Тут был маленький угол забора, в котором была дырка. Шикамару и Киба пролезли без проблем. Настала моя очередь. Я пролез, но случайно зацепился пиджаком, порвав его. Чоуджи пролез без проблем, убрав кусочек ткани с забора, кинув в траву на территории. — Почему ты носишь форму всё ещё? Тебе её вообще носить не нужно, — спросил Шикамару. — Мне нравится форма, потому что раньше я её не носил. — Ладно, пошлите в магазин. У кого есть деньги? — спросил Чоуджи. Они повели меня в магазин. — У меня, я зачем-то всё время таскал с собой кошелёк, который дал мне Итачи перед выходом из дома. — И сколько он тебе дал? — Десять тысяч иен на неделю, а что? — Ну что, гуляем, ребят? — спросил Киба. — Не стоит тратить все деньги, в конце концов это не наши, да и могут ещё пригодится, — ответил ему Шикамару. — Мало верится, что мне пригодятся здесь деньги. Кстати, парни, вы не знаете, когда у Саске День Рождения? — Двадцать третьего июля, а что? — ответил Киба. — Уже скоро. Просто нужно ведь подарок ему сделать. — Саске не очень любит отмечать День Рождения, — сообщил Шикамару. — Он постоянно злиться на того, кто дарит ему что-либо, — сказал Киба. — Думаю, что на тебя не будет злиться, ты ведь его соулмейт, — сказал Чоуджи. Я задумался. Итачи тоже не сильно любит своё День Рождения. Нужно разузнать у Саске, по возвращении. — Давайте кроме магазина в парке прогуляемся? — спросил Шикамару. Мы согласились. В магазине ребята купили разных вкуснях, а я купил понравившуюся зажигалку для Саске, чтобы извиниться за побег и долгое отсутствие в приюте, ребята собирались пробыть в парке до обеда, после чего вернуться. В парке мы сели на лавку под деревом сакуры. Пока что в парке было малолюдно, утро рабочего дня, как никак. — Наруто, а что у тебя за полосы на щеках, как будто лисьи усы? — спросил Киба, с Акамару на голове. — Родимое пятно такое. Я не знаю, как так вышло, но я родился с этими «усами». — Они довольно прикольные, — сообщил Чоуджи, уже открывший пачку чипсов. Шикамару протянул мне кусок пиццы, которую они купили в том магазине. Я взял его и начал есть. Довольно вкусно. — Зажигалка с луной? Почему именно с луной? — спросил Шикамару. — Неважно. — У него ассоциация с Саске такая, — сказал Киба, посмотрев на метку. — Аж интересно почему. — Сказал ведь, что неважно. — А Саске думает, что ты солнце? Хотя, это понятно. Твои волосы жёлтые, как солнце, а глаза голубые, как чистое небо. Ты работал по той же логике? — спросил Шикамару. — Да. Его волосы и глаза чёрные, как ночное небо, а кожа бледная, как луна. — Два романтика херовых, — сказал Киба. — Сколько время? — Шикамару посмотрел на часы. — Ещё два часа, — ответил он мне. — Нет, вы возвращаетесь сейчас, — послышался голос Саске около моего уха. Я подавился пиццей. — Какого чёрта вы вообще свалили!? — встав ровно, на повышенных тонах, спросил Саске. — А не надо было меня насильно переселять! — я встал и обернулся на него. — Наруто, бежать будем? — спросил Киба. — Я тебе щас как дам бежать, — сказал Саске. — Возвращаемся. — Ладно, — сказал я недовольным голосом. — Давайте, ноги в зубы и вперёд, — мы взяли пакеты и пошли обратно в приют. Саске шёл рядом со мной и со злостью в глазах смотрел на меня. — Что смотришь? Сам виноват, что я сбежал. Ненавижу, когда кто-то лезет в моё личное пространство или как-либо ограничивает меня, — он промолчал, отвёл взгляд в пол. Я посмотрел вперёд и заметил девушку на инвалидной коляске и с розовыми волосами. — То Сакура что-ли? — спросил Киба. — Возможно, с шести уже прошло четыре с половиной часа, — сообщил Шикамару, посмотрев на часы на руке. Розововолосая подъехала к нам и остановилась. Это и в правду была Сакура. Её колени были забинтованы, бинты были в крови. — Доволен? Из-за тебя, мелочь, я теперь навсегда останусь инвалидкой! — она тыкала в меня пальцем. Я подошёл к ней и наклонился к её уху, искренне улыбаясь. Она громко взглотнула. — Я искренне счастлив от этой новости, спасибо, что приехала порадовать, — я прошёл дальше. Парни догнали меня. Чоуджи, Шикамару и Киба развернулись посмотреть на неё. — Ебучий псих! — крикнула она мне вслед. Она явно плачет. — Я знаю! Ты не открыла Америку, жалкий косплей на Колумба! — громко сказал ей я, не оборачиваясь и не останавливаясь. — Что ты такого ей сказал, что она аж заплакала? — спросил Шикамару. — Чистую правду, всего лишь то. — А про то, что ты псих? — спросил Киба. — Это правда, хоть диагноз я узнал только вчера от Итачи, болен я с пяти лет. Шизофрения, — я посмотрел на небо. — Тучи сгущаются. — И правда, — сказал Саске, тоже посмотрев на небо. — Саске, тебя вообще не напрягает, что твой соулмейт – шизофреник? — спокойно спросил Шикамару. — Я это вчера узнал. Меня это ни капельки не напрягает, единственное, что интересно узнать откуда. Шизофрения появляется от каких-то детских травм или передаётся по наследству. — Я позже расскажу, хорошо? — спросил я. — Договорились. — Саске, ты уже не злишься на Наруто за то, что он с нами сбежал? — спросил Киба. — В этом и в правду я виноват, поэтому не злюсь. Нару, прости, — он положил руку на мою голову. Я посмотрел на него и улыбнулся. — Хорошо, прощаю, — я достал из кармана зажигалку и протянул её Саске. — А ты прости меня. Не стоило убегать из приюта, — он взял зажигалку и спрятал её в карман. — Спасибо. До приюта мы дошли разговаривая, только Саске не принимал участие в разговоре. Саске всю дорогу был погружён в свои мысли. Когда мы вошли в приют через тот же подвал он попросил ребят идти. Когда они ушли, Саске посадил меня на одну из стиральных машин. — А теперь рассказывай. — До Итачи у меня был другой нянька, Итачи изначально был помощником повара. Это был худощавый мужчина в очках, с усами и он вечно ходил в рубашке, брюках и мужских туфлях. Перед моим Днём Рождения, когда мне должно было исполниться четыре, он начал меня лапать за правильные ответы. Через год я начал часто ошибаться, чтобы он не лапал меня. Перед пятым Днём Рождения я сделал всё неправильно, это был тест, и в результате он завязал мне рот моей футболкой, штанами связал сзади руки и изнасиловал. Его заметил Итачи, поэтому он не успел в меня кончить, но подобным он моей психике навредил знатно. Этого няньку посадили, всё его имущество отдали нам. Меня повели сначала к психологу, а после к психиатру. Как-то так, — он ничего не сказал, а просто обнял меня. Я обнял его в ответ. Обнимались мы где-то десять минут, после чего Саске наконец-то отлип от меня. — Ты из-за этого не любишь, когда нарушают твоё личное пространство? — Да, именно поэтому. — Я постараюсь больше этого не делать. — Нет, тебе я разрешаю. Твои прикосновения приятны мне, — он резко покраснел. — Я что-то не так сказал? — Двухсмысленно. — Ты мерзкий. Мы немного помолчали. — Ты кушать хочешь? — Нет. Мы вновь немного помолчали. — Саске, ты всё ещё хочешь, чтобы я к тебе переехал? — А что? — Я хочу к тебе переехать. Только мне там спать будет негде и мы с Суйгецу будем вечно ссориться. — На Суйгецу забей, он всегда чем-то недоволен, а спать ты можешь со мной, если тебя это никак не... — Не переживай, нормально всё. И так пойдёт, привыкать к тебе, всё же, прийдётся, раз уж мы соулмейты. Да и спать с тобой тоже прийдётся. — В каком именно смысле «спать»? — он пошло улыбнулся. — Ты мерзкий, прекращай. — Думаю, всё будет нормально, если мы вдруг не влюбимся друг в друга. — Соулмейт поменяется и метка исчезнет, даже если один из нас влюбиться, а другой нет. — Почему ты решил ко мне переехать? — Можно сказать, ты меня уговорил. — И как же? — Мне стало тебя жалко, когда мы с парнями сбежали с приюта. — Я уговорил тебя жалостью ко мне!? Обидно. — Ничего не поделаешь, пошли собирать мои вещи. И да, всем будем говорить, что ты меня уговорил. — Всё же, это твоё личное решение, — улыбнулся он, опустив немного голову. — Ты глупый. Пошли уже, — мы поднялись на второй и вошли в комнату. — А что здесь делает Саске? — спросил Чоуджи. — Он уговорил меня переехать. — Так вот почему у него такая довольная мина на лице, — сказал Киба, Акамару гавкнул. — Ты хоть на уроки приходи, общаться с нами тоже нужно, — попросил Чоуджи. — Ну да, не всё время же с этим надоедливым собственником проводить, — сообщил я, показав на Саске большим пальцем через плечо. — Вы тоже иногда заходите. — Суйгецу будет не рад, — сказал Киба, поматав головой. — В их комнату из мелких вход разрешён только Нейджи и, теперь, тебе. — Суйгецу будет против и моего существования там, но зачем его спрашивать вообще? — спросил я. — И то верно, — улыбнулся Шикамару. Я быстро собрал вещи, попрощался, хоть и ненадолго, с ребятами, Саске забрал у меня мои вещи и мы с ним пошли к ним в комнату. — Возрадуйтесь, я его всё-таки уговорил, — распахнув дверь, сообщил Саске его друзьям. Мы с ним вошли. — О, теперь кое кого ждёт смерть, — сказал Суйгецу. — Как мило, ты уже заранее себя хоронишь, — сказал я с фальшивой улыбкой. Он молча лёг и развернулся к стене, втыкая к себе в уши наушники. — Хватит запугивать Суйгецу, — Саске легонько стукнул меня по голове, подойдя. Он принялся раскладывать мои вещи у себя в шкафу. — А где ты будешь спать? — спросил Джуго. — С Саске придётся. — Не забудьте сходить к директору, сообщить о том, что ты теперь будешь жить здесь, на третьем, — попросил Джуго. — Спасибо за напоминание, — я ему искренне улыбнулся. — У тебя красивая улыбка, а Суйгецу говорил, что твоя искренняя улыбка похожа на улыбку психа, — я пожал плечами. — Спасибо за комплимент, — ко мне подбежал Саске, прижимая меня к себе и шипя на Джуго, как кошка, которая защищает своих только что родившихся котят. — Кот-педофил, успокойся. — Саске, не стоит быть настолько собственником. Твоё солнце у тебя никто не забирает, — я немного покраснел от слов Джуго, что я солнце Саске. — Тихо тут! — Саске, по метке понятно, с чем ты меня сравниваешь, — Саске резко от меня отлип и пошёл вновь раскладывать вещи. — Наруто, ты считаешь Саске луной, почему? — спросил Джуго. — Ты хочешь его ещё больше смутить? — спросил я, указав на Саске. — Его волосы и глаза чёрные, как ночное небо, а кожа бледная, как луна, поэтому этот кот-педофил луна. — Так вы два романтика? — задал явно риторический вопрос Джуго. Я пожал плечами. Саске бросил в меня футболку с штанами. — Переоденься и давай пиджак сюда, я заштопаю. — Я и сам могу зашить себе пиджак, не такой уж я и маленький, — я быстро переоделся. — Давай сюда пиджак, — Саске, повернувшись, протянул руку ко мне, я кинул пиджаком в него и показал ему язык. Джуго похлопал по его кровати, предлагая мне сесть. Я сел. — Он меня обижает, — я показал на Саске, смотря Джуго в глаза. — Он всех всегда обижает, — Джуго обнял меня, гладя по голове. — Джуго, ты себе бессмертие купил? — спросил Саске, я посмотрел на него, он выглядит пугающе, поэтому я сильнее прижался к Джуго. — Ты сам сейчас его пугаешь, что он ко мне сильнее прижимается, — Саске отложил возню с пиджаком, встал, подошёл к нам с Джуго. Джуго отпустил меня и отодвинулся, подняв руки вверх. Саске зло посмотрел на него, взял меня на руки и отнёс к нему на кровать. — Да твоя принцесса, твоя, — посмеялся Джуго, когда Саске сел вместе со мной на руках. — Саске, ты идиот, — сообщил ему я, пытаясь вырваться из его объятий. — Ты мой и только мой. — Джуго, спаси, пожалуйста. — Прости, но бессмертия у меня всё-таки нет, поэтому забрать тебя у него просто не решусь. — Я умру молодым в его объятиях. О, придумал. Саске. — Что? — Я хочу блины, сейчас. Пошли, — он встал со мной на руках. — Педофил, поставь меня на землю, — к моему счастью, он послушался и всё же поставил меня на землю. — Сначала нужно директору сказать, что я теперь здесь живу. Мы сходили к директору и сообщили, что теперь я живу на третьем. Он предлагал поставить туда кровать, но Саске отказался. Далее мы пошли на кухню. Время обеда было недавно, поэтому Саске пришлось мыть посуду. — Нару, зачем тебе такие длинные волосы? — спросил Саске, домывая посуду. — Не знаю, мне просто нравится, как это выглядит. Тебе не нравится? — Нет, мне очень даже нравится, просто интересно стало. Можно после обеда я тебя заплету? — Хорошо. Меня давно никто не заплетал, — я положил голову на руки, ложась на стол. — Нару. — Что? — Так кем ты наймёшь меня в мафию? Только без шуток. — Ты думаешь, что я шутил на счёт шута? — Попросил ведь без шуток! — я засмеялся. — Ну а вообще, я ещё не думал. Возможно, пока глава там Итачи, ты будешь его правой рукой, а когда я стану главой, я не знаю ещё. Возможно, и у меня будешь правой рукой, если у Итачи покажешь себя лучшим кандидатом, чем сам Итачи. Ну или будешь моим секретарём. — Та где такое видано, чтоб секретарь босса трахал? — он развернулся ко мне с пошлой улыбкой. — Ты мерзкий. — Хватит называть меня мерзким! Я хороший. — Ничего подобного, ты мерзкий. — Если будешь называть меня «Саске-сенпай», то я перестану говорить тебе подобное. — Ещё чего? Может мне тебе ещё отсосать? — Почему бы и нет? — Мерзкий, мерзкий, мерзкий! — Ну что мне сделать, чтобы ты перестал обзываться? — Перестать так шутить. — Но эти шутки как смысл моей жизни! — Ты перестаёшь так шутить, я перестаю обзываться, вроде звучит честно. — Ладно, договорились, постараюсь так не шутить в твоём присутствии, а точнее.. всегда. — Саске, ответишь на вопрос? — Какой? — Почему вы с Итачи не любите свои Дни Рождения? — На День Рождения Итачи отец убил мать. На моё умер сам. При этом он нас сильно избил, до смерти матери и до своей смерти. А кто тебе сказал, что я не люблю День Рождения? — Я спросил, когда у тебя День Рождения, Киба мне ответил, а потом он с Шикамару предупредили, что ты не любишь День Рождения и злишься, когда тебе что-то на него дарят. Хотя Чоуджи сказал, что раз уж я твой соулмейт, то на меня ты злиться не будешь, — он вздохнул. — Чоуджи прав, на такое солнышко, как ты, я не смогу злиться впринцепе. — Сказал тот, кто разозлился на меня за то, что я сбежал, — я нахмурил брови. — Ты даже не представляешь, как я испугался, когда не смог найти вас в здании, потом вышел к дыре в заборе, а там рядом валяется кусочек ткани с формы, а форму только ты у нас так долго носил, все остальные её терпеть не могут. — Ты тоже не любишь форму? — Да. Как она вообще может кому-то нравится? — Мне она нравится. Из-за того, что я раньше её не носил, — Саске подошёл ко мне и потрепал мне и так растрёпанные волосы. — Это вполне логично, Нару, — он пошёл делать тесто для блинов. — Саске, а как ты понял, что мы в парке? — Шикамару, Чоуджи и Киба часто туда сбегают с уроков, а мне приходится их искать. — Почему ты считаешь меня солнцем? — Эмм... Нуу... — начал мямлить он. — Не мямли. — Из-за того, что... Короче, неважно! — А вот и важно! — Что у тебя за привычка создалась меня смущать!? — Тебе шестнадцать, в каком месте я тебя подобным вообще смущать должен!? — Ты моё солнце из-за того, что твои волосы жёлтые, как солнце, а глаза голубые, как чистое небо! — Так бы и сразу, — я явно покраснел, но скрыл это всё за руками. Саске посмотрел на меня. — Я тебя засмущал этим? — Ни капельки. — Тогда покажи моську, — он сел рядом со мной. Я сел ровно. — Ей! Я засмущал солнышко! — Сказал тот, кто сам выглядит как помидор. — Бука ты. — У тебя учусь, — я лёг обратно на стол, положив голову на руки. — Нару, а когда у тебя День Рождения? — Десятое октября. — Подарю тебе ободок с лисьими ушками. — И я тебя прикончу. — Ой, та ладно тебе. Я думаю, ты будешь мило с ним смотреться. — Значит на твой День Рождения жди костюм горничной с кошачьими ушками и хвостиком, — я улыбнулся. — Почему бы и нет? Маленькая цена за то, чтобы увидеть тебя в костюме лисы-горничной. — Я никогда этого не надену, поэтому не увидишь. — В новогоднюю ночь у нас здесь проходят дискотеки, они совмесны с женским приютом. Я туда никогда не ходил, ведь они для пар. Давай пойдём туда в этих костюмах? — Не интересно просто так это делать, давай спор? Если ты бросаешь до нового года курить и до нового года ни капли в рот, ни сантиметра в чужую дырку, то я иду на эту дискотеку в этом наряде, с тем, что ты выбираешь любую одежду, а если ты где-то да проколишься – ты идёшь в костюме кота-горничной, договорились? — я протянул ему руку. — Ты хочешь лишить меня всего удовольствия? Спать со мной теперь и так никто не будет из-за метки, я хотел от вечеринок хоть бухло получить, а ты такой злой! Но ладно, я согласен, чего только не сделаешь ради подобного, — он пожал мне руку. — Педофил. — Та хватит! Я ведь не шутил пошло! — Ты хочешь увидеть десятилетнего мальчика в костюме лисы-горничной, о чём ты? — Ты мой соулмейт, поэтому я имею право хотеть тебя... Это законченное предложение. — Мерзкий, мерзкий, мерзкий, мерзкий, мерзкий, — я сильно покраснел. Он начал в меня влюбляться что-ли? — Я признаю, я начал в тебя влюбляться. — Мы знакомы только два дня. Даже меньше! — Мне хватает часа, чтобы влюбиться в кого-нибудь, — пожал плечами Саске, неловко улыбнувшись. — Идиот. — Ты смутился! — Иди в эротический пеший поход, турист недоделанный! — Ну лисёнок, хватит быть таким злюкой! — Отстань! Иди блины готовь! — он пододвинул свой стул ко мне и пересадил меня к нему на колени. — Не трогай меня! Отпусти! — Ты мой. — Я тебе не вещь! — Лисёнок, хватит рычать на меня, — он просто обнял меня, притулился. Я развернулся к нему лицом. — Ты меня раздражаешь, — я обнял его. Я к нему привязался. День Рождения Саске в среду через неделю. Очень надеюсь, что в нашем споре проиграет Саске.