one hundred universes

Никогда не узнаешь, где найдёшь свою судьбу. Это может быть школа, институт, кафе, работа, улица. А может быть интернет. Да, банально. Но в век информационных технологий, это самый действенный и лёгкий способ. Потому что интернет может связывать людей, которые находятся на большом расстоянии. Очень большом. Джин зарегестрировался в твиттере, чтобы быть «на ровне» с молодежью. Он хочет, чтобы его ученикам было комфортно при общении с ним, поэтому старается следить за тем, как подростки общаются в сети, потому что именно там они показывают себя более менее раскрепощено. Но каким-то образом, Сокджин наткнулся на профиль парня, который отличается от других. Все его твиты были не о его жизни, друзьях или любимом питомце. Каждый его твит — литературно выраженные мысли, которые, будто, являются цитатами. Но ни разу владелец аккаунта не указал автора или же не ставил кавычки. Как будто это его собственные мысли. Но разве подросток может выражаться столь красиво, говоря о печальных, даже апатично-депрессивных вещах? Джин такого никогда не встречал, хотя подростков в его жизни было много, учитывая его опыт работы. За время, что он преподавал, сначала в школе, а потом в институте, он успел повидать многое. Например, три суицида, а ещё видел, как люди в буквальном смысле сходили с ума, случались приступы эпилепсии, драки или же расставания пар прямо в школьном коридоре. Но такое впервые. При прочтении Джину казалось, что он читает цитаты из классической дарк литературы. Слова подбирались так, что вызвали бы чувства даже у равнодушного человека. После последнего твита: «я перестал видеть хорошее, перестал что-либо чувствовать. душа моя заброшена, вы можете только посочувствовать» Джин решается все же написать автору и задать все интересующие вопросы. Так все и началось. Не успели моргнуть, как оба стали буквально зависимы друг от друга. Ежеминутные переписки, звонки по ночам, несмотря на тяжелую работу одного и учебу в институте другого. Обоим было все равно на это. Потому что для каждого эти звонки являлись спасательным кругом. Они восстанавливали намного лучше, чем сон, давали энергию и смысл просыпаться по утрам. Джин перестал видеть свою жизнь рутиной. Он научился испытывать эмоции, наконец выбрался из дня сурка. Жизнь приобрела новые краски, будто ее художник сменил палитру, выбросил старую, что запачкалась вся в сером. Юнги, который совсем отчаялся в этой жизни после определённых в ней событий, это знакомство буквально оставило в живых, заставило легкие продолжать дышать, а сердце качать кровь. Кстати, он оказался совершенно не таким, как представлял себе Джин. Да, он действительно апатичный, колючий и первоначально в каждом его сообщение подтекстом шло желание умереть. Но сейчас Юни совершенно другой. Со временем младший стал раскрываться, подпускал к себе все ближе и ближе. Смог показать себя более менее настоящим. Хотя, в сети это довольно трудно сделать. На самом деле, за маской холода и грубости, скрывается маленький ребёнок, что желает любви и ласки. Потому что никогда ее не получал. Джин стал для Юнги всем. Родителем, лучшим другом, любимым человеком. Тем, кто всегда будет рядом и наконец-то покажет каково это — быть любимым. По крайней мере, так чувствовал Юнги. Буквально спустя неделю знакомства Юнги начал копить деньги для того, чтобы отправиться в город к Сокджину. Тот уйти с работы никак не может, а вот пропустить несколько дней в институте круглый отличник может себе позволить. Это его последний шанс. Последняя нить, за которую он может ухватиться, чтобы остаться здесь. В его жизни слишком много боли. Он устал собирать своё сердце по осколкам и заполнять дыру в груди. Устал пытаться держаться. Для девятнадцати лет того, что он пережил — слишком много. Да даже для шестидесятилетнего этого будет немало. Человек не должен столько страдать. По крайней мере, Юнги такого не заслужил. Поэтому он так отчаянно тянется к Джину. Каждый, кто находится в темноте, пойдёт на свет, если увидит его и, конечно, Юнги не исключение. Потому что темноты он боится невероятно сильно. Возможно, судьба наконец-то сжалилась над бедным подростком и соизволила дать хоть небольшой кусочек счастья? Может она поняла, что совершила ошибку, заставляя мальчика страдать от невероятной боли, но при этом не позволяя уйти, потому что каждый раз, когда Юнги попадал в больницу, его чудесным образом возвращали в этот мир? Возможно, таким образом судьба хотела сказать, что ему слишком рано уходить, потому что его ждёт спасение? Юнги надеется на это. Потому что иначе он будет не то, что разбит. Он будет уничтожен. Хотя, скорее всего, она этого и добивается. Все таки, должен же быть баланс в этом мире? Кому-то хорошо, а кто-то страдает. Кто-то живет в семье, где оба родителя любят своего ребёнка и показывают это каждый день, а другой получает ежедневные побои, а в последствии попадает в детский дом, где ситуация только усугубляется. Какой-то человек находит своего возлюбленного в четырнадцать, а кому-то приходится оставаться одному до самого конца. Люди рождаются, люби умирают. Идеальный баланс. Но Юнги дали возможность побыть на светлой стороне, подарив ему Сокджина. Поэтому сейчас Юнги даже готов заново прожить свою жизнь, только зная, что встретит его Джина. Именно поэтому в данный момент он едет в поезде, переживая, как никогда. Ладошки потеют и трутся о колени, а глаза мечутся, не зная, на чем сфокусироваться. Но потом он просто начинает наблюдать за людьми, чтобы хоть немного отвлечься. Наверное, это входит в топ пять любимых занятий. Вот едут мама с дочкой, которая каждую минуту спрашивают, скоро ли они приедут. Но при этом, малышка достаточно спокойная, не носится по всему вагону и не кричит по любой мелочи. Они одеты достаточно прилично, хотя юбка девочки немного испачкана, взгляд Юнги цепляется за игрушечную овечку. Он любит овечек. Дальше можно увидеть парня, который зарылся буквально в самый угол кровати и читает какую-то книгу. Разглядеть, что именно, с места Юнги нельзя, но книга пареньку явно нравится. Это можно понять по закусанной нижней губе, бегающему взгляду, который не устремлён никуда, кроме книжных страниц, и вечно дёргающейся ноге. Юнги тоже любит читать, так же, как и наблюдать за людьми. Это позволяет погрузиться из собственной жизни в чужую, испытать хоть какие-то чувства, отличные от его постоянной грусти. Будто можно прожить другую жизнь. Раньше Юнги отдал бы все, чтобы встать на место главного героя любимого романа. Но сейчас ничто не заставит променять его встречу с Сокджином на что-то иное. Забравшись на сидение с ногами, Юнги прокручивал любимые моменты, связанные с Джином. Его взгляд устремлён куда-то за горизонт и выглядит так, будто он любуется пейзажем. Но на самом перед глазами только его личное маленькое счастье. Помнит первое сообщение, которое было, почему-то, без приветствия, а состояло лишь из вопроса. Как и следующие четыре. Кто-то действительно заинтересовался его жизнью? Но сообщения оставались без ответа ещё несколько дней. Потому что не было смысла отвечать. Как же Юнги ошибался. Он вспоминает, каким колючим был в первые три дня общения, хочется отвесить хорошенький подзатыльник за это. Но потом Юнги понял, что Джин совершенно не такой, какими являлись все люди в его жизни. О нем впервые кто-то так заботился. Следил за питанием и даже учил готовить по видеосвязи. Помогал с уроками и объяснял то, что Юнги не понимал. Внимательно слушал, когда Юнги пересказывал сюжет романа и дал общение на одном моменте, что сделает так же. Каждый день смотрел прогноз погоды в Тэгу и говорил, что лучше надеть. Брал каждую ночь трубку, когда сон младшего навещали кошмары. Шутил глупые старческие шутки, вызывая улыбку на лице. Принимал Юнги таким, какой он есть, терпел его истерики и давал советы, если было что сказать. Всегда относился с пониманием, а если был не согласен, мягко говорил об этом и предлагал другие варианты решения проблемы. Он и вправду сделал столько для Юнги, даже будучи так далеко. Юнги далеко не ушёл, он старался для Сокджина как мог. Но что мог сделать человек, у которого на месте сердца водоворот, который утянет в небытие, если приблизиться? Но Джин говорил, что все хорошо и ему достаточно того, что делает Юнги. Ему будет достаточно только знание того, что Юнги жив, тепло одет и сытый. Мысли об этом заставляют нижнюю губу начать дрожать, а слёзы литься из глаз. Но Юнги сразу сметает их. Сейчас не время. Интересно, думает Юнги, что творится в голове у Джина сейчас? Вспоминает ли он так же все их момент? Может он ещё спит или же проверяет домашние задания учеников. Если ли шанс на то, что он так же нервничает и каждые двадцать семь секунд смотрит на часы, ожидая нужно часа? Юнги боится, что это не так. Наверное, спит себе спокойно и даже не думает о том, что какой-то там Юнги приедет. Юн мотает головой. Нет, Джин никогда бы так не поступил. Но все равно какое-то сомнение сидит внутри парня и не даёт ему спокойствия. До тех пор, пока не приходит сообщение: «Я так сильно переживаю, что не спал с пяти утра» Юнги глупый, раз сомневается в чувствах Джина. Хотя, он, скорее всего, переживает не о чувствах Джина, а о том, что может разочаровать его. Если бы старший узнал об этом, наверняка отругал бы за подобные мысли. Но, к сожалению или счастью, человек не способен контролировать даже собственные мысли. Внутри человека будто находится отдельный мир, где спокойно себе поживают эти самые мысли и делают то, что хотят, вне зависимости от воли владельца. Мужской голос из громкоговорителя оповещает о том, что следующая остановка — конечная. Значит, на ней Юнги должен выйти. Волнение охватывает его с ног до головы. Сердцебиение учащается, а дышать становится все труднее. На лбу появляются капельки пота, а правая рука дёргается. Он пытается отвлечься хоть на что-нибудь, но все попытки уходят в никуда. Неужели они скоро встретятся? Ехать было примерно двадцать минут. И за это время Юнги весь извелся. Сходил в туалет раз пять, почистил мандарин, но так и не съел, отдал той девочке. Собрал и разобрал рюкзак с вещами. Одежду он практически не брал, потому что Сокджин сказал, что одолжит свою. Поэтому с собой у него только ванные принадлежности, нижнее белье, наушники, ноутбук, записная книжка с ручкой, бутылка воды с мандаринками и камера, чтобы запечатлеть каждый момент. И вот сейчас Юнги выходит из вагона, желая как можно скорее прыгнуть в любимые объятия. Но его никто не встречает. Хах, как и ожидалось. Конечно он никому не нужен. Возомнил из себя не пойми кого. Давно пора было признать, что ты никчемное существо, которому положено только страдать. Юнги злится, он расстроен и разочарован, и все это по отношению к себе. Как он мог вот так легко поверить в сладкие слова про любовь и нужность? До абсурда глупо и смешно. Только зря потратил денег на билет. Этот поток мыслей прерывается звонком. Да-да, звонит Сокджин. — Милый, ты где? Я стою около выхода из твоего вагона, но тебя все ещё нет. Все хорошо? Может тебе плохо? — в голосе Джина действительно слышатся нотки беспокойство, что заставляет Юнги встряхнуть головой и в очередной раз отчитать себя за подобные мысли. — Нет-нет, хен, все хорошо. Я давно уже вышел, но не вижу тебя. Ты точно к тому вагону подошёл? — Юнги вертит головы из стороны в сторону, но стоит на месте, чтобы случайно не разойтись. Джина действительно здесь нет. — Хм, да, я около твоего вагона, все номера совпадают. Слушай, может попробуем встретиться в менее людном месте? Что насчёт стойки регистрации? Встретимся там ровно через пять минут, знаешь как дойти? — Разберусь, хен. — Юнги сбрасывает трубку и пытается найти указатели. Когда взгляд падает на нужный, он быстрым шагом идёт к стойке регистрации. Но когда доходит до неё, то и здесь Джина тоже нет. Подождав ещё пару минут, он берет телефон, чтобы позвонить, но его опережают. — Хен, если это шутка, то не смешно. Я устал и голодный и…и хочу встретиться уже с тобой, — Юнги дуется и подтягивает спадающий рюкзак выше. — Юнги, уж поверь мне, сейчас уж точно не время для шуток. Я думал, это ты издеваешься надо мной. — Тогда что черт возьми происходит? Ты где? — младший уже не выдерживает, топает ногой, что означает, что тот злится. Из динамика слышится тяжёлый вздох. — Юнги, ты когда-нибудь слышал о теории параллельных вселенных? — Джин никак не хочет думать об этом, но это единственное, что приходит ему в голову. Потому что других объяснений просто не существует. Они не могут вечность ходить и искать друг друга. — Что? Причём тут это вообще? Проверь, ты точно приехал на тот вокзал? — Юнги даже затрагивать что-то настолько серьезно не хочет. Он надеется, что старший просто ошибся в спешке и приехал не туда. — Да, Юни, я прямо сейчас проверил, на каком я вокзале. Название несёт такое же, как и тот, в котором ты сейчас. Но, походу, это совершенно разные места, — джин останавливается, потому что в ходьбе уже нет смысла. Он стоит, смотря куда-то в пустоту и глубоко дышит, ожидая хоть каких-то слов от младшего. — Нет, этого не может быть. просто не может. Даже если параллельные вселенные существует, мы бы никогда не смогли связаться, хен, они не пересекаются. Давай ещё раз поищем, мы должны найтись и... — Малыш, послушай. параллельные вселенные ещё как пересекаются и даже зависят друг от друга...но если ты так хочешь, я стаю сейчас около старбакса. Прямо под вывеской. Подойди к ней и тогда мы точно узнаем. — Но, хен, на вокзале нет и никогда не было старбакса, — джин, слыша это, ухмыляется и накрывает лицо ладонью, закрывая глаза. — Вот видишь. Они ещё около часа ходили, пытаясь найти друг друга, чтобы было абсолютно бесполезно. Юнги вернулся домой и ещё неделю не ходил в институт, при этом не общаясь даже с Джином. Спустя неделю на почту приходит сообщение: «я написал эту песню, думая о тебе, послушай пожалуйста. [ bts x coldplay — my universe ]» Во время прослушивания песни, из глаз Джина начинаются калиться слёзы. Возможно судьба все же поймёт, что поместила двух созданных друг для друга людей в разные вселенные и попытается исправить свою ошибку. Но этого мы никогда не узнаем.