....

Наступивший выходной радовал людей. Почти всех. Погода стояла как всегда прекрасная. Многие могли наконец выспаться после тяжёлой недели, иные же – доделать накопившиеся дела, вроде : уборки, ремонта, покупки продуктов. В общем, каждый по-разному расправлялся с наступившим отдыхом. Разумеется, воскресенье – выходной далеко не для всех. Бравые офицеры полиции как обычно находились на страже порядка. В особенности спец отделы. Дел особой важности не было, но работу никто не отменял. Конечно, глава спец отдела Бай Ютун не собирался портить жизнь своим подчинённым, поэтому сумел договориться с начальником на пол рабочего дня. — Ребята, доделаете последние отчёты и можете быть свободны, — обрадовал он команду, появившись на пороге их офисной комнаты. Все восторженно похлопали, облегчённо выдохнули. Младший брат Ютуна – Бай Чи – радостно бросился на старшего с благодарственными объятиями. — Мы на работе! — напомнил Ютун, отцепляя от себя младшего сотрудника. Как-никак субординацию соблюдать нужно, иначе дисциплина в отделе полетит к чертям. Выслушав искренние благодарности сотрудников, глава спец отдела мельком взглянул на своего заместителя, стоявшего у доски с фотографиями всех мест преступлений. Он погрузился в раздумья так глубоко, что не отреагировал на своего капитана, пока тот не подошёл в плотную. Почувствовав на своем плече неожиданное прикосновение, психолог криминалист с разворота резко ударил по несуществующему врагу. Послышался шлепок. Его кулак был перехвачен прямо перед лицом Ютуна. — Ты чего делаешь? — как ни в чем не бывало спросил Чжань Яо, после минутной паузы шока. — Это был мой вопрос. — Отпуская руку заместителя, сообщил Бай Ютун, — О чём задумался? — Зачем так резко подходить? — проигнорировав вопрос, недовольно буркнул Чжань Яо. — Я позвал тебя 5 раз. — .... Бай Ютун вздохнул, смирившись с тем, что диалог его коллега поддерживать не собирается. Чжань Яо не смотрел на него. В последние 7 дней совсем не шёл на зрительный контакт. Ютуну казалось, что Чжань Яо избегает его, но это не затрагивало качество работы, поэтому он не предпринимал попыток что-либо сделать. — Есть идеи? — перевел тему Ютун, присоединившись к разглядыванию фотографий. Это дело было трудным. Не потому, что раскрыть его не удавалось из-за недостатка улик или нехватки подозреваемых, а напротив, их было слишком много. Словно несколько дел одновременно переплетались. Было чувство, что они находятся в паутине из узлов и только одна нить верная, но которая из них – решить трудно, пока не распутаешь все узлы. — Доктор Чжань? — вновь обратился Ютун, стараясь разговорить его хоть немного. — Будь они – сказал бы. «Да я из тебя ели ответные слова вытягиваю!» – подумал Ютун – «А чтоб ты по собственной инициативе заговорил - это что вообще произойти должно?» — Думаю, что стоя тут столбом всё время ты разгадку не найдёшь... — Думаешь? — переспросил криминалист с некой издёвкой, — Не знал, что ты умеешь! Терпение Бай Ютуна было почти на грани пропасти в последнюю неделю : дело выдалось не лёгким, старший брат вновь переехал к нему в квартиру из-за ссоры со своим парнем, родители разорвали связи с дядей и тётей, начальник Бао был не в духе, потому пару раз срывался на нём. Да ещё и Чжань Яо провоцировал своим грубым поведением. Представляя своё чувство спокойствия, Ютун воображал его маленьким комедийным белым зайчиком, который раскачивается на подвесной качеле; она весит на толстом и высоком дереве с мощным стволом и величественной кроной; спереди красуется зелёная поляна, усеянная цветами и голубая чистая речка, ну а сзади – обрыв. В него то скоро и полетит бедный зайчик (олицетворяющий терпение), как только веревки качели оборвутся. — Чжань Яо, ты слышал, что я говорил 5 минут назад? — Осторожно спросил Ютун, стараясь не вызывать вспышек агрессии у психолога (как бы смешно это не звучало), — О том что... — Не интересует. — Отрезал Чжань Яо, — Мешаешь думать. Его тон был не хамским, но предельно грубым. Ещё б чуть-чуть, и заяц точно полетел бы вниз. Но главе спец отдела следует в любой ситуации сохранять хладнокровие, потому Ютун глубоко вдохнул и медленно выдохнул, помассировав переносицу. Он знал, почему его заместитель такой резкий и раздражённый в последнее время. Недавно Чжань Яо сильно поссорился со своим отцом. Вплоть до ухода из дома и ненависти ко всем окружающим. Вскрылась жестокая правда о смерти матери Чжань Яо. Её Ютун помнил очень плохо, потому что Тётушка Чжань Лун умерла, когда они были ещё маленькими. Однако, до недавнего инцидента, все считали, что она погибла в аварии. Но как выяснилось, отец Чжань Яо передал её в клинику для душевно больных, где она и скончалась при попытке сбежать. Только эти факты знал Ютун и начальник Бао. А подчинённые Ютуна и Яо и вовсе знали лишь о наличии ссоры. Но не более. Да такое и не расскажешь никому. Слишком личная информация. Зная обо всем этом, Ютун старался загружать Чжань Яо работой, чтобы тот не загружал себя семейными проблемами, но выходило только хуже. Криминалист думал и о матери, и о работе, что плохо сказывалось на его настроении. А значит, и на настроении окружающих. Потому что Чжань Яо грубил и хамил всем подряд, не задумываясь над своими острыми и пронзительными словами. Он старался оградить себя от людей, погружаясь в черный ком, пронзающий шипами всех, кто подходит близко. Бай Ютун терпеливо ждал, когда тот наконец придет в себя. Это могло занять много времени. Бесконечно много. Но Ютун всё равно не отвечал грубостью на грубость, потому что знал, что случилось, и как всё плохо у его коллеги. — Вторая половина дня – выходной. Доделай отчёт до двенадцати и на сегодня мы все свободны. — Сообщил Ютун, проигнорировав очередной посыл, и вернулся в свой кабинет. Чжань Яо притворился, что не услышал его, потому что возвращаться в свою одинокую квартиру было куда хуже, чем перерабатывать в офисе. Тут были дела, отчёты, улики и поводы для раздумий. А в квартире психолог оставался наедине со своими мыслями, причиняющими боль. Там не было ничего, что могло бы отвлекать и не давать погружаться в чертоги отчаяния и страданий. Простояв у доски с фотографиями ещё пару минут, Чжань Яо вернулся за стол, разбираться с документами. Расставив последние печати и забрав у сотрудников все их отчёты, Бай Ютун вздохнул с облегчением. Наконец можно домой. Надеюсь, брат не подходил к кухне. Хочу вернуться в целую квартиру, а не сгоревшие обломки. Выходя из кабинета, он наткнулся на причины его беспокойств. — Шеф Бай! — поприветствовал его суд мед эксперт, — Я принёс результаты вскрытия и анализы экспертизы с мест преступления. Там нашли... — Гун Сунь, — забирая у коллеги папку с бумагами, прервал того Ютун, — на сегодня все свободны. Оставшаяся часть дня – выходной. — Да меня уже обрадовал Бай Чи! — сообщил суд мед эксперт, — Спасибо, что договорился с начальником Бао. Наконец смогу уделить время себе. Увидимся завтра, шеф! — Постой! — остановил его Ютун, прежде, чем тот ретируется к себе в лабораторию, — Цинтан сейчас у меня. Гун Сунь остановился. В воздухе повисло тяжёлое молчание. Атмосфера стала такой же резкой и хмурой, как была при разговоре с Чжань Яо. — Вот как, — не оборачиваясь ответил Гун Сунь, — эта информация как-то должна касаться меня? Его тон внезапно с более-менее дружелюбного перешёл в холодный и безынтересный. — Брось, — закатив глаза, сказал Ютун, подойдя к коллеге и положив руку ему на плечо, — вам сколько лет? Пора бы уже перестать ссориться по мелочам и по очереди съезжать из квартиры. К тому же оба ко мне... – мысленно добавил он. Ведь и правда, как только они ссорятся, один из них уходит из дома. И чаще всего пристанищем служит именно квартира Ютуна. Они зашли в лифт. Только двери закрылись, Гун Сунь, оставшись наедине со своим шефом, а по совместительству и лучшим другом, сдал позиции обиды. Он опустил голову и тихо спросил : — Он говорит обо мне? — Каждую секунду. — с улыбкой ответил Бай Ютун, — У меня такое чувство, что не он с тобой встречается, а я. Гун Сунь заметно воспрял духом. — На самом деле наши стычки и мне надоели. Просто когда мы так собачимся, мне хочется метнуть в него скальпелем, — показывая стальной ножик, вытащенный из нагрудного кармана, объяснил медицинский эксперт, — но чтоб никто не пострадал, я ухожу сам или прогоняю его... «Ты что, с собой его всегда носишь?» – спросил бы любой нормальный человек, но Ютун уже давно знал об особенностях своего друга, потому мог лишь сочувствовать старшему брату. — Думаю, вам стоит просто больше высказаться друг другу. Язык человеку ведь именно для этого дан, верно? — риторически спросил Бай Ютун, ткнув себя в губы в подтверждение. Гун Сунь усмехнулся и кивнул. Лифт звякнул и из его дверей вышли уже не озлобленно-мрачные типы, а двое молодых и бодрых мужчин. — Знаешь, Ютун, — перед самым выходом сказал суд. мед. эксперт, — с тобой всегда так хорошо. Ты – отличная поддержка. Для любого из нас. Акцент на «любом» ввёл Ютуна в замешательство. Сев в свой Spyker C8, глава спец отдела машинально взглянул на высотное здание, в котором работал. Взгляд его прошёлся мельком по всему небоскрёбу, остановившись на окнах 11 этажа, где был их офис. — Он серьёзно? — вслух спросил Ютун, увидев силуэт своего заместителя. Ютун посчитал, что Чжань Яо сам знает, как ему лучше. Но на душе всё равно скребли кошки. Цыкнув с неким раздражением, он завёл машину и направился в дом родителей. Мама звонила совсем недавно, просила навестить. «С этой работой ты совсем забудешь, что у тебя есть родители!» – неустанно твердила она, пока парень не поклялся, что вымолит выходной. Таки случилось невозможное. Он мчал на все парах в родной дом к горячо любимым родителям. Погода заметно ухудшилась. Небо затянулось облаками, скрывая солнечный свет. Поднялся даже небольшой ветер. «Я ведь снял белье с сушки утром, да?» – задумался Ютун. Прогремел гром. Это произошло так неожиданно и громко, что парень вздрогнул. Остановив машину на обочине, он вышел из неё и набрал номер старшего брата. В трубке долго шли гудки, а после её поднял совсем не тот, кого ожидал услышать Ютун. — Шеф Бай! — Гун Сунь? — Твой брат пошёл за продуктами. — Только не это! — испуганно возразил Бай Ютун, — Гун Сунь, останови его! Цинтан совсем не умеет готовить. Он быстрее взорвет квартиру... В трубке послышался смех. После чего Гун Сунь поспешил успокоить друга. — Не волнуйся, мы не в твоей квартире. Да и к тому же под продуктами я подразумевал курьера и пиццу. — Фух! — выдохнул полицейский, — Так вы помирились. Я рад. — Благодаря тебе. Дело за малым : нам надо продержаться так хотя бы месяц. — Вот уж точно! — О, ты вернулся? Мм! — разговор был прерван поцелуем. Ютун усмехнулся и подождал минуту, прежде чем привлечь к себе внимание. — Братец! Я тебя люблю! — искренне заявил в трубку Цинтан. — Ты любишь меня только когда я тебе нужен. — поправил Ютун, — Ладно, я хотел спросить, ты снял утром бельё с сушилки? — После долгих просьб и напоминаний я соизволил предложить тебе самому это сделать. И ты согласился. — Ведёшь себя как последний эгоист и даже не стыдишься... Ладно. Я рад за вас! Береги Гун Суня, ему завтра на работу. — Понял, принял! И ты будь осторожен. Кажется, погода испортилась. Привет родителям! Они распрощались. Ютун, довольный проделанной работой, сел и продолжил путь. В это время в офисе спец отдела осталась лишь одна душа – криминальный психолог Чжань Яо. Он не терял времени на отдых, занимаясь нераскрытым делом. Что бы кто ему не говорил по поводу переутомления и душевных мук – он напрочь отказывался слушать, ссылаясь на то, что «психологу как никому другому известен собственный предел эмоционального напряжения». Простыми словами : я прекрасно знаю, когда с меня хватит. Чжань Яо не мучился, по крайней мере он сам точно был в этом уверен. Хотя Ютун предполагал, что тот просто этого не понимает, потому что не обращает внимание на собственные чувства. Но кого волнует его мнение?... Да, Чжань Яо был раздражён и одновременно подавлен, но как он сам считал – лучше быть грубым, чем быть грустным. Потому он и хамил. Доделав последний отчёт, который вообще можно было, парень вздохнул. Собрал все бумаги, выровнял их и сложил в папку. 3-ю по счёту. Это был его личный рекорд : три нераскрытых дела за полдня. Проблема была в том, что работа закончилась, теперь делать было больше нечего. Помассировав ноющие виски, Чжань Яо встал, придерживаясь за стол из-за головокружения, постоял пока всё не вернулось на круги своя, и направился в соседний кабинет – офис главы специального отдела. Комната была не заперта : кому вздумается воровать у элитного полицейского в охраняемом здании на 11-м этаже? Повсюду был порядок, Ютун имел некую маниакальную чистоплотность. Это всегда забавляло Чжань Яо. Они долгое время не виделись и не поддерживали связь, но то, что друг детства остался прежним не могло не радовать. Хоть сил на радость совсем не было. «Я просто немного устал... Кофе поможет!» – убеждал себя психолог, направляясь к автомату с напитками. После этого он планировал зайти в архив и достать ещё парочку старых нераскрытых дел, но внезапно выронил стакан с горячим напитком от пронзающего до дрожи, громкого звука. То был гром. — Чёрт! Только не это! — заткнув уши, сказал Чжань Яо. Приехав наконец домой, первым делом Ютун побежал на балкон, где мать забыла снять вещи. Как раз в это время и полил дождь. — Ах! Малыш Юн, спасибо тебе. Я даже и не знала, что погода такая капризная сегодня. — Я тоже не знал. Хорошо, что успели. Бай Ютун приезжал домой редко. Поэтому каждый раз мама готовилась с самого вечера прошлого дня : готовила любимую еду сына, подбирала наряды. Отец тоже был главой полиции, потому к приезду сына всегда придумывал какие-нибудь поводы для соревнований. В итоге Ютун побеждал, а у старика-отца был лишний повод для гордости, ну или похвастаться перед соседями. Жаль, в этот день посиделки в саду с шашлыками не устроить из-за погоды. — Вот что значит «Гром среди ясного неба»! Так внезапно испортился день. — Папа, о чём ты? Гроза не означает, что день испорчен. Мы ведь и дома много чем можем заняться. Как насчёт шахмат? Или дартс? — Вот это мой сын! — счастливо заявил мужчина, хлопая кулаком по груди. — Сначала пусть поест и отдохнёт! Он же только с работы. — возразила мама, — Ютун присядь, я сама всё разберу. — И то верно. Настоящий полицейский всегда должен знать, когда нужно остановиться. Ну-ка сын, рассказывай, как у вас там дела? — похлопав по месту рядом с собой, сказал отец. Ютун присел и рассказал обо всём важном. И как начальник Бао бесится из-за приезда департамента. Как запутанное дело вызывает головную боль у всего отдела. Как Чжань Яо поссорился со своим отцом, а Цинтан помирился со своим парнем. — Кстати, он передавал вам привет. — Кстати, хоть бы раз это сам сказал. Маленький паршивец. Даже не удосуживается звонить. Не то, что навестить родителей. Да, Цинтан не особо ладил с предками. Он был на своей волне, упёртый и непримеримый. Любил прямо высказывать своё мнение, и не считался с другими. Имел взрывной характер, что было под стать его поведению. Потому все их встречи заканчивались скандалами и криками. — Как так получилось, что младший сын ведёт себя взрослее старшего? — не понимал отец. — Он всё равно вас любит! — оправдывал старшего брата Ютун. — А что там с Чжань Яо? Как он? Его отец рассказал мне об этом. Такая жестокая правда, должно быть, сильно ударила по нему. Ютун задумался. Ему и хотелось поговорить об этом и нет. Всё было слишком сложно, неясно. Наконец мама закончила накрывать на стол. Спасительное «Муж, сын, идите кушать!» прозвучало как нельзя вовремя. Они оба прошли в обеденную, сели за стол. Прочитав молитву, разговор продолжился уже не в том русле. Мама рассказывала о последних событиях, они вместе обсуждали работу каждого, смеялись и откровенно беседовали. Настал черед ностальгических воспоминаний из детства. — Ох, я помню как было трудно с вами! Совсем не имели чувства самосохранения. Лезли всюду, любопытные сыночки. Как-то раз Цинтан решил, что он станет поваром и пытался сварить бульон на костре! Няня была в шоке. — Ха-ха! Я такого не помню! — Ты был совсем малышом, ещё даже не говорил. Но страха у тебя также не было ни перед чем. Вот малыш Чжань – полная противоположность. Всего на свете боялся. Особенно такую погоду! — сообщила мама, взглянув на улицу в понарамное окно. — Неужели? — уже без смеха спросил Ютун. — Да! — подтвердила женщина, — Он начинал плакать как только шёл дождь. И успокаивался лишь у меня на руках. — Должно быть, потому что он подсознательно помнил уход матери. Это произошло в точно такую же погоду, — начал повествование отец, — Вам, кажется, тогда было не больше 3-х. Чжань Лун после потери своей семьи стала сама не своя. Она всё время находилась в депрессии, была подавлена и слаба. Часто у неё случались истерики. Тогда она ни раз сбегала из дома, а Чжань Цитянь всегда возвращал её. Были даже попытки суицида. Но последний случай вынудил Цитяня отослать Чжань Лун в психиатрическую клинику. — Что произошло? — Она имела склонность к насилию. Именно в такую переменчивую погоду. Будучи метеозависимой, она вдвойне подвергалась влиянию. Однажды, в один из таких дней она снова попыталась убить. Но уже не себя... — Что..? — Мы этого не рассказывали, чтобы информация не распространилась по всему государству. Она чуть не убила Чжань Яо. Бай Ютун замолчал в полном непонимании. Слова застряли в глотке, а после и вовсе исчезли. Бай Юнь Вэнь продолжил : — Ты же видел шрам на шее у Чжань Яо? Мы рассказали вам, что это у него после той самой аварии, где погибла Чжань Лун. Но на самом деле он получил его от своей матери, когда она попыталась задушить его. Ткань простыни была так плотна, что порезала шею и оставила след на всю жизнь. — Я вовремя зашла тогда к ним в гости, передать угощения, — продолжила мама, — крики из комнаты разносились по всему дому. Лун уже была не в себе. Она окончательно потеряла рассудок. Мы вызвали скорую и передали Чжань Яо Цитяню. После этого случая, он распорядился, чтобы Лун забрали в клинику для душевно больных. Но и там ей не было покоя. Мы надеялись, что это поможет и вылечит её, однако, она сбежала. Я навещала её в клинике и помню : она всё время говорила, что Чжань Яо – подменыш. — Подменыш? — Чудовище в виде младенца, которое забирает детей из семьи и держит в лесу, а само принимает их облик. — Но это же просто история из фильма ужасов... — не веря своим ушам, сказал Ютун. — А ты попробуй объяснить это психически не здоровому человеку. — с грустью ответил отец, — В общем, она сбежала и вернулась в дом, где уже Цитяню в ходе операции пришлось устранить её. — Он её убил? — не веря в услышанное, спросил парень. — У него не осталось выбора. Она повторно собиралась убить их сына. — С тех пор Чжань Яо плохо чувствовал себя в такую погоду. Ютун молчал. Сказать что-либо не было сил. Он взглянул на улицу. Дождь лил как из ведра. Ветер поднялся уже не слабый, а небо то и дело разрывалось от раскатов грома и сверка молний. Сердце сжалось. Кофе выпить не удалось. Напиток атаковал новый пиджак молодого парня, оставив несколько коричневых пятен. Ничто не предвещало беды, однако погода решила сыграть на эмоциях. Чжань Яо панически собрал вещи. Выбежав на улицу, он взял такси и умчал домой, забыв закрыть двери в отдел. Хоть обычно он собран, сегодня гроза сбила все его мысли. — Можно побыстрее! — нервно потребовал он у водителя. — Извиняй, сынок, впереди ДТП, я тут ничем не помогу. — Быстрее бы уже сам дошёл... — буркнул Чжань Яо. — Так-то оно так. Но в такой ливень ты намокнешь до трусов. Хехе. Что за странный дед? Он в своём уме? Чжань Яо промолчал, но плохое предчувствие зародилось у него в душе. Приспустив тонированное окно, он выглянул на улицу. В тот же момент сверкнула молния, а ливень стал наращивать темп. Словно кто-то не хотел, чтоб он сегодня остался в адеквате. — Холодновато сегодня для Гон-Конга. — с намёком сообщил водитель, останавливая машину, — Но я могу тебя согреть. — Ч-что вы делаете?! — громко вскрикнул Чжань Яо, когда рука водителя внезапно опустилась на бедро парня. — Как это что? Стараюсь тебя успокоить. Ты вон, весь дрожишь. Боишься грома? — Это не ваше дело! Уберите руки! — Тише ты, тише. Я ж ничего плохого не сделаю! — начал приговаривать водитель, гладя парня по бедру. Чжань Яо вспомнил, что на днях слышал на нижних этажах офиса об инциденте с похищением. Жертвы пропадали прямо с улицы, причём ни криков, ни драк не было. Они просто исчезали. Это не было передано спец отделу, так как дело не особой важности, но оно было на слуху несколько недель, а потом как-то стихло. Неужели?! Это был он? Что он собирается делать? Психолог попытался открыть дверцу машины, но она оказалась заблокирована. Паника начала брать верх над разумом. Руки судорожно сжались в кулаки. Благо, Ютун научил Чжань Яо вырываться из запертой машины. Парень резко ударил водителя в нос, нажал на кнопку блокировки за рулём и выскочил прямиком на дорогу. Оказалось, за ними уже образовалась пробка, все ругались и сигналили, многие обгоняли, но разбираться Чжань Яо с этим не стал. Он прикусил губу, слыша новый удар грома и помчался куда-то по улице, не давая себе отчёт. Мысли путались, сердце колотилось, дыхание совсем сбилось, одежда вся промокла, волосы противно прилипали к лицу. Но ничего из этого не останавливало его. Он бежал. Со всех ног бежал от всего : от грома, горечи потери, обиды на ложь отца, страха того водителя, от печали и сожалений, от гнева на всех и на себя самого. Все чувства бились в голове огромной кувалдой, стараясь разбить череп. От этого всего невыносимо болела голова. Хотя, может быть, всё же от переутомления... Доехав до общежития полиции, где обосновался Чжань Яо, когда ушёл из дома, Бай Ютун стремительно проскочил через охрану, где его моментально узнали, и быстрее ветра добежал до комнаты криминального психолога. Задолбав дверной звонок, Ютун понял, что в квартире никого. Соседняя дверь отворилась. Из нее вышел полусонный мужчина в возрасте около 50. — Оо, господин Бай, добрый вечер! — поприветствовал он, узнав будущего главу полиции, — Я рад вас видеть. — Здравствуйте! — отозвался Ютун, пытая свою память, чтобы вспомнить, кто это. Заметив сомнения, мужчина усмехнулся и, выпрямившись, представился, встав в позу почёта : — Я бывший глава отдела по организованным групповым преступлениям, Шуй Луи! — Ах! — вспомнил Ютун, — Точно. Шуй Луи, рад видеть вас в добром здравии. — Было бы оно доброе, господин Бай. Знаете, в старости одно радует – высокая пенсия и внучата. Ты, кстати, планируешь порадовать своего отца детишками? Уже нашел свою половинку? «Как раз ищу» – подумал Ютун и мысленно влепил себе пощечину. — Я здесь по делу, господин Шуй. Вы случайно не видели, не возвращался ли квартирант? — спросил Бай Ютун, указав на дверь в комнату Чжань Яо. — Ах, я спал с самого обеда, но думаю, что нет. Приветливый паренёк. Он мне часто помогает, когда надо сходить за продуктами. И о тебе мы часто говорим. Он тепло о тебе отзывался! Вы хорошие друзья, да? — Да. И мне нужно его найти. — решительно сказал Ютун, — Вы не знаете, где он может быть? — По чём же мне знать, Шеф? Молодежь нынче совсем иная. Где ходят и что планируют в будущем – не ясно даже им самим. Но я желаю тебе удачи в поисках. — Спасибо большое, господин Шуй Луи. — Да не за что, господин Бай. Буду рад видеть вас в гости. Полицейский быстро исчез с поля зрения. — Видимо, ему очень дорог тот паренёк, хехе! — умиляясь посмеялся Шуй Луи. Ютун сбежал по лестнице. Остановившись у охраны, он, отдышался и спросил : — Парень из 505 не возвращался? — Нет, сэр! — ответила вахтёрша, перебив сторожей, — И передайте ему, чтоб даже не думал этого делать. Надоели мне его заскоки. Всё время приходится задерживаться и ждать, пока он вернётся. Тут вам не проходной двор и не разовая ночлежка! Тут есть правила и режим, который он вечно умудряется нарушить. Если не может соблюдать правила общежития, то пусть возвращается к себе домой! К отцу! — Я понял... — сжато ответил Ютун, выслушав за Чжань Яо тираду брани. Выбежав на парковку, он завёл машину и помчался в центр города, ссылаясь в поисках на стандартное поведение напуганного человека : обычно такие стремятся в место, где много света и много людей. Так ему объяснял психолог криминалист на одном из ранних заданий. Черт бы тебя побрал, Чжань Яо. Ну держись у меня. Я всё тебе выскажу как только найду. Двумя часами ранее, закончив слушать рассказ отца и матери, Бай Ютун не находил себе места. Времени было около 8 вечера. — Ты беспокоишься за него? — С какой-то странной ухмылкой спросила мама. — Я звонил ему уже 9 раз. Но он не берет. — Может он просто спит? — Я был бы только рад, но в последние дни он наотрез отказывался от сна. Начальник Бао звонил, сказал, что в офисе до сих пор горит свет. — Они очень похожи. Чжань Цитянь тоже в юные годы засиживался на работе, — подойдя, сообщил Бай Юнь Вэнь, — мне приходилось его насильно забирать и увозить домой. Трудоголики. Вся их семья заботятся о работе, имидже и карьере больше, чем о собственном здоровье. — Да уж, это действительно на него похоже. — Знаешь, сынок, — сказала мама, положив руку на плечо парню, — если ты переживаешь за него, тебе стоит довериться своему сердцу. С самого детства ты всегда чувствовал настроение других. И всегда распознавал опасность прежде, чем она случится. — Верно! — согласился отец, — Если инстинкты велят – делай! — Но я ведь обещал вам, что проведу день с вами. Для этого и выпросил выходной у начальника. — Смог сегодня, сможешь и в другой раз! — подмигнул отец. Он рассмеялся и потрепал сына по голове. «Знал бы ты, как тяжело это было сделать...» – мысленно ответил парень. — Мы прекрасно провели время! — сказала мать, — Думаю, сейчас Чжань Яо нуждается в тебе куда больше, чем мы с отцом. — Хочешь сказать, что я вам уже не нужен? — язвительно спросил Ютун. — Ты меня понял! — рассмеялась женщина, — Иди же. Мы будем ждать вас обоих на следующих выходных! Береги свою принцессу. — Что? — покраснев, переспросил Ютун, — Кого беречь?! В ответ он услышал от родителей лишь смех и шипперские присвистывания. — Позвони нам, как отыщешь его! — крикнул вслед отец. — Хорошо! Берегите друг друга, пока меня нет. — Будь осторожен, сынок! — Пока, мама, пока, папа! Он уехал. А родители махали вслед. Добравшись до офиса, Ютун обнаружил, что внутри никого, свет горел и двери были открыты. Обыскав помещение, парень увидел разлитый кофе и запачканный пиджак. Он в одной рубашке вышел на улицу? Совсем что ли не думает? Или... Пятна на пиджаке => пролил => неожиданно => испуг => гром. — Так вот в чём дело... — Ютун построил в голове цепочку, анализируя улики. Конечно, эти умения в основном применялись на работе при расследовании убийств. Но и сейчас, как бы неприятно не было, навык пригодился. Забрав пиджак и просмотрев камеры, он обнаружил таксиста. Выследив его, Ютун выяснил, что тот никто иной как Ци Си – актер фильмов с ограниченным контентом (+18) — О, Господи! — услышав новости на нижнем этаже, Ютун был в замешательстве. Он попросил Ци Си не разглашать об инциденте. — Пресса об этом не узнает, господин Бай, но мои съёмки сорвались. И мой нос откровенно пострадал... — Я буду тебе должен. Понадобится помощь, звони! — глава спец отдела передал свой личный номер актеру. Тот был весьма приятно удивлен. И согласился на такие условия. А Ютун направился в общежитие. Но безуспешно. Чжань Яо нигде не было. Сейчас, мчась по главному шоссе под раскаты грома и молний, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и машина будет плыть, а не ехать, Ютун злился. Были ещё чувства вперемешку, но больше всего на фоне других выделялась злость. На себя, за то, что он раньше не осознал. На Чжань Яо, за то, что тот выбрал страдания в одиночестве, а не попросить помощи у близкого. На погоду в особенности. В общем, как и предполагалось, машина дальше ехать не смогла. Лужи были чересчур глубокими и большими. Больше смахивало на мелководную речку. Припарковавшись на обочине, где поменьше было воды, он вышел, снял с себя куртку и побежал прямо. Куда именно – не знал, но чувствовал, что именно в том направлении сейчас Чжань Яо. Через 30 секунд вся одежда была насквозь мокрая. Почти ничего не было видно из за ливня и ветра. Звуки стихли на фоне грома. Лишь редкие вспышки молнии освещали дорогу. — Где же ты?! — закричал Ютун, — Яо! Крик помог. Поспособствовал выпуску пара. Теперь Ютун был уверен, что не наорёт на бедного парня. Добежав до какого то переулка, он внезапно остановился. Не веря своим глазам, Ютун крикнул : — Яо? Яо! Объект не шевелился, но по его манере поведения стало ясно, что это он. В детстве Чжань Яо прятался, когда ему было страшно именно так : забивался в темное место в углу и затыкал уши. Это было мило. Особенно сейчас, когда то же самое делал взрослый парень. Перебежав через затопленную дорогу, Ютун уже шагом дошёл до бедолаги. Оглядев его, парень подметил ссадины на руках и расшибленные коленки. Видимо, упал, пока бежал. Он так дрожит... Накинув ещё не до конца намокшую и сохранившую тепло куртку на психолога, Ютун вызвал резкий испуг и негодование. — Чшш! — успокоил он вздрогнувшего от неожиданности, шокированного парня, — Теперь всё в порядке. — Ютун... — на грани слышимости произнёс Чжань Яо, прежде чем ком перемешанных эмоций подступил к горлу, пресекая способность говорить. — Я помогу, не бойся. С этими словами Ютун поднял еле стоявшего на ногах и, оперев его на себя, повел к машине. Всю дорогу до машины, а после и в ней самой всхлипы не прекращались. Слезы градом текли по лицу, что напоминало о погоде на улице. В машине Ютун включил музыку, чтобы заглушить гром и печку, чтобы унять дрожь. Чжань Яо продолжал реветь, но уже скорее от боли, нежели от страха. Одно радовало – он нашёлся. Ютун отписался семье и начальнику. Все, кто переживал, выдохнули, наконец, спокойно. Парень мельком поглядывал в переднее зеркало на своего пассажира, все время удостоверяясь, что тот ещё жив. Доехав до своей квартиры, Ютун припарковался в гараже, где, к счастью, угрозы того, что машину смоет дождем и отправит в кругосветное плаванье, не было. — Можешь идти? — открывая дверь авто, он помог Чжань Яо вылезти. Тот еле держался, всё ещё плача. «Сколько в нем жидкости?» – поинтересовался парень, прежде, чем пришлось ловить неустойчивого юношу. Ответ был очевиден. Глава спец отдела далее не стал просчитывать варианты и просто поднял на руки криминального психолога. «Действительно как принцесса!» – подумал глава спец отдела, когда дрожащие руки обхватили его шею и вцепились ногтями в спину, – «Он вообще ест? Легче девчонки» Но благодаря этому добрался до квартиры на 9 этаже Ютун очень легко. Вообще без проблем. Дойдя до кровати, он осторожно опустил свою ношу, но только собрался сходить за тёплыми вещами и феном, как его притянули обратно. — Яо...? — позвал Ютун, стараясь поговорить с ним, не вызвав истерику, — Мне нужно поставить тебе ванную и сходить за сухой одеждой. Чжань Яо отрицательно покачал головой, выражая несогласие, и вцепился в рубашку Ютуна ещё сильнее, вжимаясь лицом в его грудь. — Ничего страшного не случится. Я буду с тобой всё время. Это подействовало. Он ослабил хватку и дал Бай Ютуну заняться насущными проблемами. Помогать в душе Ютун не стал, но выносить оттуда разгоряченное тело в полуобморочном состоянии все же пришлось. Чжань Яо от перегрева и высокой температуры почти вырубился. Обработав раны на коленях и руках, Ютун помог ему переодеться в махровую пижаму и закутал в плед. Через 10 минут запиликал градусник. — 39°С. Чжань Яо насторожился. Ютун заметил это и успокоил его, пообещав, что не отвезёт в больницу. — Принесу таблетки. — оповестил парень, — Успокойся уже. — изогнул он бровь, не понимая, как можно так долго плакать. И ведь правда. Звуков плача навзрыд не было слышно, но влажные дорожки слез на щеках не исчезали. Ютун удалился на кухню, отыскал нужное лекарство и заодно сделал расслабляющий напиток. Вернувшись, он обнаружил спящего Чжань Яо, что не могло не радовать. — Слава тебе, Господи. Полицейский не стал его будить, мало ли, сделает хуже. Он укрыл его поплотнее и удалился в зал, на диван. Сходив в душ и переодевшись, Ютун наконец смог прилечь. Этот день утомил его сильнее, чем неделя работы. На часах было только 10 вечера, но сон уже сморил его. Спал он как убитый, не шевелясь, но продлилось это меньше, чем планировалось. Ютун проснулся толи от невероятно громкого раската грома, способного даже оглушить, толи от истерики в соседней комнате. — Мх... — недовольно вздохнул он и поднялся. Дойдя до комнаты, в которой должен был спать Чжань Яо, Ютун включил свет и испуганно огляделся, не обнаружив на кровати парня. Он нашёлся там, где и предполагалось – в углу. — Чжань Яо...? — позвал Ютун, подходя к нему. Тот мгновенно откликнулся и поднял голову. Его взгляд был до ужаса испуганным, но и в тоже время люто злым. — ....тель! — хриплым голосом произнёс криминалист. — Что? — переспросил Ютун, присев перед ним и осторожно беря за руки. — Предатель! — вскрикнул Яо вместе с громом и сжал руки Ютуна до боли, отчего тот сморщился. — Ты обещал... Обещал быть со мной всё время! Ютун, ты дурак! Сказав это он снова расплакался, на этот раз уже слышно – горько и жалобно. Бай Ютун действительно почувствовал себя предателем. Он притянул парня к себе и, гладя по спине, постарался успокоить : — Да, да, я виноват. Прости меня, родной. Прости. Я дурак... Тише, всё в порядке. Я больше не буду так делать. Ютун ласково и с невероятной нежностью поцеловал Чжань Яо в макушку, затем в висок. — Простишь? — ...Нет. — Ах так! Тогда я зацелую тебя всего. — Пожалуйста. — не веря в сказанное, дерзко ответил Чжань Яо. Ютун усмехнулся, поднял лицо парня и впился в его губы. От удивления криминалист приоткрыл рот, что позволило главе спец отдела пробиться языком глубже, исследуя территорию. Нежное, но оттого не менее страстное мгновение заставило пульс обоих парней биться в унисон, отбивая мелодию горячей любви, гармонично переплетающуюся с причмокиванием губ, соприкасающихся в сладком наслаждении. Чжань Яо не переставал плакать, но отвечал на поцелуй. Нехотя разорвав слияние, Ютун улыбнулся и аккуратно стёр слёзы с лица своего заместителя. Тот едва заметно улыбнулся в ответ. — Значит, простил? Ударил гром. Сверкнула молния. Дождь затарабанил по подоконнику. Чжань Яо зажмурился и мелко задрожал, но вмиг успокоился, как только Ютун невесомо провел пальцами по его щеке. Они переместились на кровать. Наконец выпив жаропонижающее, Чжань Яо ослаб. Но спать не собирался. Он пронзительно глядел на Ютуна, пока тот что-то размешивал в стакане. — Это снотворное? — спросил парень, осторожно беря кружку и заглядывая внутрь, — Ты хочешь, чтоб я поскорее уснул? Снова свалишь и бросишь меня? Ютун закатил глаза. Тон Чжань Яо вроде бы был ругательным, а вроде бы и обиженным. Ещё было похоже на страх, но и одновременно на упрёк. Не собираясь копаться в этом посреди ночи, он просто вздохнул и ответил : — Это теплое молоко с мёдом. Пей. Чжань Яо удивлённо взглянул на Бай Ютуна. — Что? — спросил тот, — Коты ведь любят молоко. — То есть, я – кот? — А что, разве нет? — Хмх! — Чжань Яо усмехнулся. Ютун не выдержал и вновь поцеловал его. — С-стой...Мм... Даже без конца фразы, Ютун понял, что хочет сказать теперь уже его парень. Он ловко выхватил кружку, отхлебнул из нее и вновь приник к губам Яо, делясь напитком. — Нравится? — спросил он, отрываясь. — Вкусно. Яо облизнул губы. — Прекрати. — Что прекратить? — Ты слишком милый. — Ютун упал лицом на плечо Чжань Яо и обнял его. — И после этого жеста ты мне говоришь, что Я – милый? — Будь моим парнем. — Буду. Они сползли и улеглись вместе спать. Ютун на подушке, а Яо на его груди, собственнически закинув ногу. Почти полностью расположившись на нём. И хоть за окном по прежнему гремел гром, мерцала молния и лил дождь, Чжань Яо уснул сладким и безмятежным сном. — О чём задумался? — подойдя и обняв со спины, спросил полицейский в белом домашнем прикиде, чмокнув в щёку своего парня. Чжань Яо довольно улыбнулся и облокотился назад, зная, что сильные руки уберегут его от падения. — Сегодня дождь льёт как из ведра. — Хм... — протянул Ютун, взглянув на улицу, — Гром, дождь, ветер. А я ведь машину только вчера помыл. — Ха-ха! Я помогу тебе её помыть в следующий раз. — посмеялся Чжань Яо, — А ты помнишь, как мы начали встречаться? — Этот день я не забуду, даже если захочу. Тогда была такая же погода, да? — Ага. — Боишься? — ласково спросил Ютун, заботливо потрепав своего парня по голове. Чжань Яо развернулся к нему лицом и с искренней счастливой улыбкой сказал : — С тех пор я обожаю эту погоду. Последние слова он произнёс уже в нежный и теплый поцелуй. — Ты ведь рядом.