Не бросай нас...

Идя по коридору больничных стен, он снова и снова слышал плачь Кадии, их семилетней дочери, она сутками сидела у кровати своей мамы, даже Ханджи, крестная девочки, не пыталась её успокоить, а может это к лучшему? Опять, опять та же палата, эти серые стены, девочка и её мама. -Кади, успокойся, иди сюда. Маленькая темноволосая девочка быстро побежала к Леви. Её голубо-зелёные глаза напоминали Эмму, ведь она пошла полностью в неё, что характер, что внешность, ну только волосы чёрные и жёсткие, но такие же длинные как и у мамы… Маленькие ручки обвили тело Леви и он прижал Кадию к себе. -папа… Скажи что мама выживёт. -Кади, я тебе уже сказал, нельзя ставить таких ложных надежд. Кадия, заплакала ещё сильнее, возгласы и всхлипы разносились по палате, Аккерман хоть и чёрствый снаружи, но очень мягкий внутри, ему тоже хотелось просто поплакать, набухатся, дабы отпустить это все хотя-бы на минуту. Но он держался, держался ради дочери и любимой девушки. Эмма не приходит в сознание неделю, но никто не терял надежд. Особенно этот маленький комочек, на всхлипы пришла Ханджи. Сколько Зое пролила слез из-за Эммы? Она не знала, ей очень хотелось её спасти, но она умирает, медленно, но верно, умирает. -Кади, солнце выйди из палаты. Зое посмотрела на девочку и та кивнула, быстро выйдя из палаты, Кади делала так каждый вечер, но не особо понимала зачем? Она тоже хотела послушать что же скажут про её маму. -Леви, ей осталось максимум дня три-четыре. -твою мать. -она конечно ещё сможет выбраться, но шанс ничтожно мал, готовимся к худшему, я пока заберу Кади к себе, а после все ей объясню. -понял. Потом приведи её ко мне. -хорошо. Аккерман сел около кровати и просто смотрел на девушку -куда же ты собралась?.. Решила бросить меня и Кади? А как же Ханджи и Эрвин? Твой отряд? Даже если война закончилась. Оборону нужно держать. Война с титанами закончилась как месяцев пять назад, но Эмма, она умирала, даже не увидев свободу, у неё на плечах висел её отряд и дочь. Отряд вроде и был из пять человек, потому что остальные пять погибли, она его очень ценила. **где то в сознании Эммы** Девушка медленно. но верно поднималась по какой-то белой лестнице, последняя ступенька и… Эмма увидела её погибшую семью, мама, бабушка, два брата, Петра, и её часть отряда, они стояли и не пропускали Эмму к себе -ребята?.. Где я?.. -капитан Эмма, мы не можем вас пропустить. Мы не хотим чтоб вы погибли. У вас ребёнок и отряд, вас все ждут. — сказал Николас, самый заботливый мальчик из её отряда, он погиб, спасая свою беременную девушку, но увы она тоже погибла. -да, капитан, вам нельзя ещё умирать, лично я, не хочу, чтоб ваша дочь осталась одна с отцом. — из-за спины Ханны, вышел маленький мальчик, видимо сын, она ему улыбнулась и взяла его на руки, Николас их крепко обнял… -ребята… Я не справляюсь. Никто не знает что это за болезнь. -Эмма! Мы с бабушкой как тебя учили?! Не сдаваться! -ДА! СЕТРИЧКА, У ТЕБЯ ВСЕ ПОЛУЧИТСЯ! — два пятилетних брата завопили в один голос, но их перебил тихий и тоненький голосок. -Эмма, а ты помнишь, наш разговор?.. Под тем самым деревом? Перед той самой вылазкой? Ты мне обещала стать сильной, ради дочери, а ей было всего два. -помню… Прости меня, Петра… -вы теперь свободны, спаси себя и свою семью. Вся семья и все остальные обняли Эмму, но не успела она оглянулся как начала катиться вниз по лестнице, они её столкнули… Последняя ступенька и. Эмма открыла глаза. Боль в теле пронзила девушку, ведь конечности начали просто чернеть. -Леви…? -Эмма?! Ты очнунась?! На его крики прибежал Ханджи и Кади, что у одной, что у другой полились слезы. Дочка улыбнулась до кончиков ушей, Эмма любила свою девочку, очень любила, но не смогла её воспитать до конца. -Мама! Ты очнулась! Девочка побежала к кровати и упала на коленки рядом с ней. Взяв руку своей мамы, в свои столь тёплые, маленькие ладошки. -Кади, солнышко… Ты уже взрослая, я скоро умру… Пойми. — Девушка очень тихо говорила. -Мама! Не говори так… -… — Зое и Леви понимали. Что Эмма и правда умрёт, но то что она очнулась было счастьем- ведь последние свои минуты, она проведёт с семьёй. -Откройте. Окно. И сядьте сюда. Прошу вас. — Эмма посмотрела на Ханджи и та сразу же открыла окно нараспашку, а был сезон сирени, и лепестки сразу залетали в комнату, Ханджи села около кровати, а Эмма взяла её за руку. -Пообещай мне… Что будешь отдавать Кади мою материнскую любовь. Пообещал мне, стать для неё второй матерью. Ханджи, единственная надежда на тебя. -Конечно… Обещаю… — Зое старалась не плакать. Но не могла, она очень привыкла и полюбила Эмму, помогала ей освоится, они изучали титанов, когда девушка была беременная — Ханджи всегда была рядом с ней. Отряд выбирала она, они были лучшими подругами, но сейчас её половинка, её что-то родное отколится, да и не только у неё, но увы, такова судьба, от смерти не уйти. А ведь, Эмма толком не увидела мир — без титанов. Девушка взяла за руку Ривая, и сжала её с такой силой, но с такой любовью… Его тёплые, мужские руки, сколько они её защищали? Точнее сказать, защищал Леви, а не руки. Эмма всегда помнила его поступки: был рядом все роды, защищал её и дочку… -Леви, а ты обещай, что воспитаешь… Нашу дочь достойным человеком… Обещай, что если, титаны опять нападут, то ты спасешь её любой ценой. Леви лишь вкратце кивнул, Эмма взяла маленькие руки своей дочери и крепко сжала их. -А ты, Кади, обещай что будешь хорошей и послушной девочкой. А мама за тобой будет наблюдать с облачка… -Конечно! Мамочка я обещаю! Но почему с облачка? Туда же не попасть. Эмма лишь в кратце улыбнулась и аккуратно сняла с себя маленькую цепочку с луной и отдала её своей дочери -Вот… Это в память. Кадюшь, солнышко моё, я уже сказала… Я умираю. Кади расплакалась в голос, и быстро надела цепочку, сжав её кулачком, а Эмма сняла два кольца с пальцев и отдала, Леви и Ханджи. Одно ей досталось от мамы, а другое от бабушки. Но девушка очень хотела оставить память о себе. -Вот. Прошу, оставьте в память. Прошу вас, не бросайте мой отряд… Возьмите его к себе… Лепестки сирени залетели в окно и падали на бетонный пол. Весна —любимое время года Эммы, один лепесток упал на ладошку к девушке, она его сдула, и закрыла глаза. Теперь уже навсегда. Она ушла, просто так ушла, но она ушла свободной, теперь ей не больно, теперь она свободна. Но только в загробном мире. Только вот дочка её не поймёт, она не хочет бросать маму. -Мама! Нет прошу! Очнись! Умоляю тебя! Маленькие ручки трясли мамино тело, в надежде что она очнется. Но нет. Слезы девочки лились ручьём, вместе с ней плакала Ханджи, но через силу она встала и взяла девочку на руки, та плакала ей в плече, а Зое пыталась вытирать слезы, но они текли быстрее и быстрее. В глубине души, она понимала, что Леви больнее чем ей в десятки, а то и в тысячи раз. Поэтому она оставила его одного. -Почему?.. Почему ты ушла?.. Слёзы потекли, он заплакал в первый раз после смерти Изабель и Фарлана, а ведь они все жили вместе, были друзьями, но они ушли ещё раньше… Изабель называла Эмму сестричкой, а Леви братиком. Почему, почему жизнь так несправедлива? Почему она забирает то что ему дорого? -Я обещаю… Я выращу Кадию и она станет достойным человеком. –Он пообещал — он сделает это. Он вырастит их общего ребёнка — Аккерман Кадию. Он надел кольцо и вышел из палаты. -Обещаю тебе. — Вытрав слезы, он пошёл к дочке и Ханджи День похорон. Гроб опустили в землю. Сырая земля. Три метра, между ними всего три ничтожных метра. Пришли почти все, что из 104, что её отряд, Кади плакала. Да что тут плакали все, даже наш Леви проронил несколько слезинок. Всем было больно до чёртиков. Как так? Её отряд так к ней привязался, а особенно — Илан, он был её замом, он ревел как не в себе, парню было больно, ведь Эмма его просто воспитала, с 12 лет он у неё в отряде, он — самый младший из всех. Эмма стала ему как вторая мама, но что одну, что вторую — он потерял. -Прощай, навсегда… Спи спокойно.