Вопросы без ответов

      Ты же знаешь, что прошло уже два месяца с того, как ты мне изменила, Бёри? Помнишь, когда ты пришла в мой дом и сказала, что нашла человека лучше меня? А чем он лучше, любимая? Заманил тебя пальчиком и пообещал золотые горы, приправленные бесконечными бутылками вина или твоего любимого шампанского? Может, он красивее, чувственнее, нежнее и любит тебя до дрожи в коленях, как я тебя люблю? Я не понимаю, за какой грех ты меня покинула, променяла, сказала, что я «не тот», что «у нас нет будущего»? Не помнишь, что я мир к твоим ногам бросал, забыла, что хотел знать все твои потаённые секреты, даже те, что касались твоего тяжёлого детства?       Почему же ты тогда ходишь такой понурой? Почему я не вижу улыбки на твоих губах, а волосы вновь перекрасила в чёрный, хотя говорила, что любишь тот оттенок блонда, что придаёт холодность и стервозность твоим чертам лица? Это Хосок так попросил, потому что ему нравится естественность? Он избивает тебя, чтобы добиться перманентного макияжа синяков на твоих глазах и губах? Тебе не кажется, что насилие над женщиной, тем более над тобой, такой красивой, нежной, неприемлемо?       Тебе же никогда не нравилось быть избитой, ты жертвовала много денег с зарплаты в фонды поддержки людей, что подверглись домашнему насилию, так почему же позволяешь себя бить? Почему ты не пришла ко мне тогда, когда на запястьях впервые расцвели багровые синяки? Мы могли пересечься в любой момент на работе, когда ты заходишь в учительскую за журналом своего начального класса или ведёшь детей в столовую, но тебе гордость не позволяет ко мне подойти, что ли? Над тобой уже старшеклассники смеются, говоря, что у Мун Бёри явно жёсткий насильственный секс по вечерам со стонами, криками и синяками на внутренней поверхности бёдер, и что я мог поделать? Заткнуть их, порождая слухи? Наставить неудов, чтобы потом замдиректора по учебной работе грозно посмотрел и сказал, что я должен учить детей, а не задавливать их отрицательными отметками?       Помнишь, как мы познакомились, когда ты была на практике в нашей школе, а я только туда устроился на работу? Тогда ты была весёлой, яркой и радушной, что же изменилось за эту пару лет? Ты выгорела? Тебе нужно отдохнуть? Так возьми же отпуск на лето, почему сидишь на работе, как будто скрываясь в ней от своего (не)любимого? Зарыться в бумагах, корректировать программу — думаешь, не заметно, что ты не хочешь идти домой и слушать новые излияния своего парня? Даже директор говорит сходить тебе к психологу, почему же для тебя даже слово Ан Хеджин не закон? Мы же люди со стороны, нам лучше видно, что с тобой происходит, неужели ты думаешь, что мы не заметили твоих слёз на педсовете и быстрого ухода в ночь, когда ворота школы наконец-то захлопнулись?       Почему ты продолжаешь прятать глаза, даже смотря на собственных учеников? Тебе стыдно вести у них уроки, зная, что они видят тебя такой? Не понимаю, почему ты тогда не уходишь, не отдыхаешь? Тебе некуда идти с такими вопросами? Пожалуйста, скажи, Бёри, могу ли я тебе хоть чем-то помочь на этот раз? Почему ты бежишь от меня снова, несмотря на то, что я смотрю на тебя в упор и жду ответов на все свои вопросы? Почему со мной ты была такой раскрытой, а с Хосоком стала замкнутой, будто он закрыл тебя на замок и стал охранять, как свирепый дракон принцессу? Пожалуйста, поговори со мной, тебе так сложно просто рассказать о своих проблемах бывшему парню, который нормально отреагировал на то, что ты ему изменила?       Почему же ты, шатаясь, отходишь от меня, стоит мне протянуть тебе классный журнал и пожелать хорошего дня, слегка коснувшись твоей руки? Почему ты внезапно хватаешься за голову, будто тобою овладела резкая мигрень, и оступаешься, падая на стол и разливая бумажный стаканчик с кофе, принадлежащий завучу? Почему не реагируешь на мой крик, на приезд скорой и то, что я в последнюю секунду прыгнул вслед за медиками в машину, говоря, что я твой бывший?       Почему ты не смогла сжать мою руку в ответ, а слёзы лились из твоих глаз? Почему ты не сказала мне, что на момент измены была уже беременной от меня, а сейчас, когда закончился первый триместр, у тебя случился выкидыш прямо на рабочем месте? Это из-за твоего ублюдка, что избивает тебя? Очнись, прошу, скажи, по какому адресу он живёт? Хочешь пообещаю, что изобью его до полусмерти, чтобы он испытал всю боль, которую испытывал я, когда тебя срочно везли в операционную, а меж твоих ног растекалась лужа крови?       Ты же не слышала, как я кричал, хотел, чтобы меня хоть подпустили к тебе, позволили прикоснуться к тебе, поговорить? Ты не видела, что я приходил к тебе каждый день, а меня не пускали, говоря, что ты слишком слаба?       Почему, когда я ночевал в больнице с субботы на воскресенье, меня резко подняли и сказали, что ты уже не дышишь? Почему я тогда не осознал всех слов врача, не поверил, но похолодел и почувствовал, что этот мужчина в возрасте со мной не шутит, а говорит самую настоящую правду? Почему он не пожалел моих чувств, видя, насколько отчаянно я тебя люблю и боготворю? Ты знала, что твой Чон Хосок не приехал к тебе ни разу, как бы я, подавляя гордость, не звонил ему и не говорил, что ты в больнице и у тебя выкидыш? Ты думаешь, он сказал «конечно, Ким СокДжин, я приеду»? Нет, конечно, он спросил у меня: «а ты кто, урод?»       Почему ты не слышала, как я прорвался к тебе, отталкивая врача и буквально сходя с ума, потому что ты, такая бледная, холодная, мёртвая лежала на койке? Бёри? Почему ты не можешь мне ответить?       Почему ты второй раз покинула меня, Мун Бёри, моя бабочка, с которой мне больше не суждено порхать в этой жизни?