Перебежчики

Утро совсем не радует. За окном усилился дождь, поэтому вылазка в город навернулась медным тазом. Девушка почувствовала чьё-то присутствие, рука потянулась под подушку за ножом. — Вставай, дорогая! — воскликнул парень и опустился немного ниже. Она вынула резко заточку и приставила к горлу парня. — Ещё такая выходка, тебе хана, — прошипела она и поднялась с дивана. — С чего так рано? — спрашивает она и подходит к столу, вынув пачку чая. — Решил зайти в гости, — сказал парень и опустился за стол. «Жопа лысая и хитрая.» — проносится у неё в мыслях и она ставит две кружки на стол. Она садится за стол, берёт горячую кружку в замерзшие руки и делает глоток согревающего чая. — А ты мурлычешь? — спрашивает Виктор и инстинктивно кладёт руку на рукоятку пистолета. — Нет, — отвечает она и поворачивает голову в сторону прихожей, где уже стоял Лукас. «Снова эта лысая жопа здесь.» — злится парень и опирается на стену. Его карие глаза ненавистно смотрят на хитмана, щёки приобретают пунцовый цвет. Зсасз лишь смотрит на него и готов бросить кружку с горячим чаем, расстрелять или утопить в реке, но бросает взгляд на подругу и покидает тёмную квартиру. Лукас подходит ближе, садится напротив и скрещивает пальцы в замок. Даже сейчас, когда за окном лил дождь он выглядел прекрасно. Его карие глаза светились от злости, пухлые губы были слегка розоватыми, бледная аристократическая кожа, через которую можно разглядеть каждую вену, мокрые смоляные волосы спадали на лоб, с которых капали капельки воды и он пытался их убрать с лица, на тонкой и бледной шее выступали желваки и вены, ярко-выраженные скулы. Любая девушка полюбила просто его из-за высокого роста, широких плеч, тонких пальцев и хрупкого телосложения. Он всегда носил чёрный пиджак и чёрную рубашку, изо дня в день, всегда прятал разбитые костяшки под бинтами и перчатками без пальцев. Он прятал кобуру под пиджаком, нож за поясом и заточку в заднем кармане брюк. Даже девушке казалось, что он слишком заботится о своей шкуре. Она лишь выгнула бровь и отвернулась к окну. — Что тебе снова надо? — спросила она и сделала глоток остывшего кофе. Он подошёл ближе и встал позади неё. Девушка встала из-за стола и встала напротив него. — Даже не думай, — шипит она и ставит кружку в раковину, задевает его плечо и уходит в прихожую. — Давай, освобождай пространство, — она показала рукой на дверь. — Прощай, дорогая, — он театрально смахивает слезу и останавливается напротив. «Твоя ревность тебя погубит.» — думает она про себя и захлапывает дверь, закрываясь изнутри. Она снова садится за стол и вынимает сигарету, сизый дым снова наполняет кухню и травит девушку изнутри. Она не боится этого, ей нравится. Она снова думает о вылазке, смотрит в окно и понимает, что ей нужны кое-какие медикаменты, тем более закончился чай, кофе, сахар и молоко. Девушка надевает брюки, тонкий бежевый свитер и темно-зелёную ветровку с большим и широким капюшоном, завязывает шнурки на ботинках и выходит из квартиры, сталкиваясь нос с носом со своей соседкой. — Снова на вылазку? — язвит блондинка и специально шелестит пачкой денег. Но она не отвечает, задевает плечом и садится на перила, скатываясь прямо к выходу. Лифт в их доме давно сломался, поэтому только перила, которыми она пользовалась для быстрого спуска. Помимо неё здесь живёт заядлая лгунья, которая притом продает информацию за огромные деньги — Джоан Броунс. Кареглазый блондин, он всегда ходит в тростью, держит внутри неё заточку и притворяется глухим — Чарльз Оруэлл. И, конечно, она собственной персоной. Девушка толкнула тяжёлую железную дверь и вышла под дождь, встречаясь с отражением в луже. Она видит на часах три часа дня, хотя такое чувство, что часов шесть или семь вечера. Она стала осматриваться вокруг: прохожие перебегали из переулка в переулок, даже в дождь происходили стычки и драки, недавно разбитую полицейскую машину увезли за город. Наконец пройдя совсем немного, то есть два квартала, она наткнулась на стычку. Девушка протиснулась через толпу, которая любила собираться вокруг не поладивших соседей. Многие уже стали ставить ставки кто выиграет, кто проиграет и только сейчас она встала между двумя парнями. — Развлечение нашли? Марш по домам, — девушка повысила голос, так что холодный осенний воздух задребежал, ветер решил смыться, также как и жители Нэрроуз. Каждый рассосался по своим квартиркам, в которых по крайней мере были горячая вода и свет, благодаря ей же. Девушка двинулась дальше, наступая в лужи и выпуская изо рта пар. Конечно, спустя полгода стычек было меньше, жители чаще приносили деньги в благодарность девушке, но та лишь отказывалась отдавала деньги назад и помогала чем могла: оказывала медицинскую помощь, делала вылазки в крупные компании, и этим все жители были довольны. Она передёрнула плечами и посмотрела на часы. 16:57. Почти пять. Девушка уже остановилась на крыльце аптеки, немного постояла под навесом и закурила сигарету. Сизый дым рассеялся вокруг, колокольчики звякнули и вышел паренёк лет двадцати. — Куришь? — спрашивает он и отламывает кусочек шоколадки. Она кивает и выбрасывает бычок в мусорку, берёт предлагаемое лакомство. Шоколад тает во рту. Паренёк смотрит на девушку и передёргивает плечами, натягивает тёплую кофту на плечи и отламывает ещё. Девушка стоит рядом, смотрит в окно напротив, там горит свет, кто-то стоит у окна, а потом убегает. Она поворачивает голову к парню, кивает на дверь и он уходит в тёплое помещение, а она выходит из-под навеса и идёт снова по улице. Позже спустя часа два включают фонари, дождь прекращается, девушка снимает капюшон и вдыхает воздух после дождя, с примесью мокрого асфальта. Улыбка пронзает её посиневшие губы, глаза снова начинают блестеть, настроение немного поднимается и ноги сами приносят к небольшому бару. Она тянет дверь на себя, входит внутрь и садится за барную стойку. Подзывает бармена и просит недорогой коктейль. Девушка осматривается и находит обстановку весьма приятной: в одном углу танцуют опьяневшие девушки и парни, в другом углу сидят компании или парочки, выпивают и общаются, а барная стойка пустая. Девушка заказывает второй бокал вишнёвого ликера и потягивает его, вдруг входная дверь открывается. «Снова идеальный Гордон и его бородатый напарничек.» — проносится у неё в мыслях. Они тоже садятся за стойку и просят самых дешёвых виски. Девушка заказывает ещё бокал ликера и осушает залпом. Она снова скользит взглядом по толпе и замечает Лукаса. Настроение падает ниже нуля. Эти двое и ещё он в придачу. Она смотрит по полкам за барменом и замечает весьма дорогое вино. Она подзывает к себе мальчика на побегушках. — Может ты продашь мне то вино? — говорит она и указывает пальцем на дорогой алкоголь. — Это только для богатых гостей…- начинает он. Девушка берёт его за галстук и наклоняется к уху. — Ну же мальчик, я заплачу хорошую сумму. — шепчет она так ласково и коварно, достаёт пачку денег и кладёт в нагрудный карман, позже оставляет поцелуй на его щеке. Парень берёт бутылку, которую вообще-то запрещено оттуда снимать и протягивает её девушке. — Какой хороший мальчик, — она треплет его по щеке, оставляет едва весомый поцелуй на уголке губ и направляется на выход. Как вдруг кто-то схватил её за талию и развернул к себе. — Привет, ты сегодня прекрасна, — шепчет опьяневший Лукас, хочет прикоснуться к щеке девушки, но та отшивает его пощёчиной, даже перед этими двумя полицейскими. Она быстро покидает бар, прячет бутылку в рюкзак и достаёт пистолет. Вслед за ней слышится его голос, а точнее крик. — Ты теряешь большой шанс, — кричит он ей вслед. Она будто не слышит и идёт дальше, держа пистолет при себе. — Хоть я и пьян, но я люблю тебя, так кто не будет любить тебя никто! — продолжает он и девушка останавливается, — Мы созданы друг для друга. Но у него перед ногами проскакивает пуля и он отходит на шаг. — Отъебись от меня, — рычит она и снова стреляет у него перед ногами. — Мы никто друг для друга, слышишь? Никто, — кричит она и отходит ближе к углу. — Но, послушай… — Заткнись, мы никто, — договаривает она и исчезает в темноте.