Надзиратель

      — Рэвил, вот ты где! Далеко же ты забрался. Я искал тебя.       Надзиратель Сэлвас подошёл к нему почти незаметно — Рэвил обнаружил чужое присутствие буквально в последний момент, по звуку осыпающихся под ногами камешков. Глубоко же он в себя погрузился…       Постаравшись натянуть на лицо маску спокойствия и вежливого внимания, Рэвил склонил голову.       — Зачем, сэр?       Он специально оставил комлинк в казарме — теперь имел на это право. Испытания уже позади. Оставались считанные часы до момента, когда он сядет в шаттл и наконец-то отправится домой, на Дромунд Каас, навестить семью. Ну и что понадобилось от него уже бывшему теперь надзирателю?       — Я понимаю, что тебе хотелось побыть одному, но мне нужно поговорить с тобой. Знаю, что ты разочарован итогами испытаний, и любые слова тебя сейчас вряд ли ободрят. Но всё же… Ты однозначно был не хуже Авара. В том, что лорд Каррген выбрал его, а не тебя, твоей вины нет. Вы шли ноздря в ноздрю и все эти годы, и на испытаниях.       Рэвил горько усмехнулся.       — Вы правы, сэр. Слова здесь излишни. Результат от них не изменится. Учеником лорда Карргена стал Авар, а не я. Так решил лорд Каррген. Больше ничто не имеет значения. И уже не важно, был ли я лучше или хуже. У лорда, очевидно, имелись свои представления о том, каким должен быть его ученик. Авар подошёл ему больше.       К сожалению, Рэвил прекрасно понимал, что стало главной причиной. И от этого становилось только обиднее и злее. Авар больше подошёл лорду своим знатным происхождением. Отпрыск известного в Империи семейства, с многими поколениями ситхов в роду. Так что при прочих равных выглядел он действительно предпочтительнее Рэвила. Во всяком случае для того, кто и сам не жаловался на происхождение. Просто Учитель и ученик нашли друг друга…       Рэвил всегда считал, что он не хуже. Да что там, он знал это! И семья его тоже была знатной и уважаемой. Он не какой-то простолюдин! Но беда в том, что уже давно, как минимум больше десяти поколений, в их роду не появлялись одарённые. Словно злой рок какой-то… Хотя в былые времена семья Кондаш дала Империи множество достойных ситхов. В их роду были славные традиции… Но теперь это всё история.       Когда у новорожденного Рэвила нашли Силу, это был праздник для всего рода Кондаш. И Рэвил рос с осознанием, какая огромная ответственность на нём лежит. Он просто обязан был вернуть своей семье утраченные позиции. Обязан был стать ситхом!       В Академию он отправился сразу в десять лет и, как только научился использовать Силу в достаточной степени, понял, как многого может достичь. Рэвил с каждым годом всё больше убеждался, что достаточно силён не только для того, чтобы стать ситхом, но и лучше всех пройти испытания. Стать учеником важного и влиятельного лорда. Он шёл к этой цели долгие годы… Тем больнее было падать с высоты, на которую он уже забрался. Из-за Авара и его грёбаной династии ситхов Рэвил остановился в каком-то шаге от победы! Цель не была достигнута. Ну да, он стал ситхом… Но своего будущего теперь не видел. Это Авар станет уважаемым и славным воином, а не он… Это Авар встанет плечом к плечу с лордом Карргеном… Авар будет защищать интересы Империи на поле боя… Ему достанется всё то, о чём всегда мечтал сам Рэвил. А его, скорее всего, определят на какую-нибудь нужную, но невероятно скучную службу. Стоило подумать об этом, и кулаки сами собой сжимались от ярости.       Так что прав был надзиратель — никакие слова сейчас не помогут. Не облегчат состояние. Не улучшат настроение. Не изменят будущее… Рэвил свой шанс упустил. И пусть семья будет рада и такому, но Рэвилу казалось, что он всех подвёл. Себя — в первую очередь.       — Если вы искали меня, чтобы сказать это, то не стоило, сэр. Я благодарен вам за высокую оценку моих талантов, но это правда ничего не изменит. Через несколько часов я улечу с Коррибана и думаю, что вряд ли вернусь. Вскоре должно прийти назначение на службу. Понятия не имею, какое, но вряд ли хотя бы близко похожее на то, что мне нужно на самом деле. То, чего я хочу, мне не получить уже никогда.       Сэлвас слегка прищурил глаза.       — Прекрати себя жалеть, Кондаш. И не разочаровывай меня. Твои чувства мне понятны, но они не повод для того, чтобы ставить на себе крест. Ты получил гораздо больше многих. Ты жив. И теперь ты ситх. Мне напомнить тебе, сколько послушников в твоей группе не выжили? Прежде чем желать чего-то большего, научись ценить то, что есть. А то, кем ты станешь, зависит прежде всего от тебя самого. Если считаешь, что заслуживаешь большего — докажи это. И не ищи отговорки, что без помощи Учителя это невозможно. Любую должность можно использовать себе во благо.       Щёки словно обожгло огнём. Рэвил как оплеуху получил. Да как надзиратель не понимает?! Как он смеет?! Но только с губ хотели сорваться злые слова, Рэвил осёкся. Если кто и понимает, то как раз Сэлвас… Человек уже пожилой и очень опытный. Который выучил не одно поколение послушников. И который тоже в своё время не смог стать чьим-то учеником. Но Сэлвас всегда казался тем, кто был вполне доволен своим положением. Заслужить его похвалу среди послушников считалось лучшей наградой. Этот человек никогда слов на ветер не бросал и не зря был на хорошем счету у руководства Академии.       Ещё раз склонив голову, Рэвил пробормотал:       — Простите, сэр. Вы правы… Уж поверьте, из любой своей должности я выжму всё возможное. И поднимусь так высоко, как смогу.       Сэлвас скупо улыбнулся, буквально краешком губ — что тоже было для него просто невероятным выражением эмоций.       — Вот так-то лучше. Теперь я тебя узнаю. Снова готов в бой и не собираешься сдаваться. Собственно, ради этого я и искал тебя, Рэвил. Чтобы предложить кое-что. Я знаю как минимум одну должность, на которой ты точно проявишь себя с лучшей стороны. Сразу после испытаний у меня состоялся разговор с повелителем Нафаром. Он согласился дать тебе шанс и готов взять на должность надзирателя Академии. Пока что младшего, под моим руководством, но если ты хорошо себя покажешь, то повышение получишь раньше, чем работа успеет тебе надоесть.       Рэвил не смог скрыть изумления, как бы ни пытался.       — Мне? Стать надзирателем?! Сэр… При всём уважении, но с чего вы решили, что у меня получится? Где я, а где дети? И… Если честно, это вообще последняя должность, которую я хотел бы получить.       Он понимал, что прозвучало это сейчас почти как оскорбление. Ну да… Такие как Сэлвас всю свою жизнь посвятили обучению послушников, а тут какой-то мальчишка говорит ему, что фигня это, а не работа.       Но Сэлвас, кажется, не рассердился. Наоборот, усмехнулся.       — Поверь мне, Рэвил, никто и никогда не мечтал о том, чтобы стать надзирателем. Это действительно сложная и неблагодарная работа. Ты возишься с кучей детишек разного происхождения и разных способностей, терпишь их выходки, наказываешь, когда нужно, неизбежно теряешь часть изначального состава… А потом те, кого ты обучал и воспитывал несколько лет, улетают с Коррибана навсегда и не вспоминают о тебе, будто тебя и не было. И так раз за разом. Такой вот круг нашей жизни. Но вместе с тем… Это отличная работа. Которая приносит огромное удовлетворение, когда ты видишь, что вчерашние неумёхи, ребятишки, которые казались безнадёжными, становятся очень сильными и уверенными в себе, получают достойных Учителей и уходят далеко вперёд. И во многом — благодаря тебе. Может, это и неочевидно на первый взгляд, но хороший надзиратель для Империи имеет гораздо большую ценность, чем хороший воин. Многие могут стать воинами. Но лишь единицы — теми, кто создаёт будущих воинов.       Я не обещаю тебе лёгкую прогулку, Рэвил, но у тебя есть все необходимые задатки, чтобы стать хорошим надзирателем. Ты умный, ответственный и неравнодушный парень. Я помню, как ты брал негласное шефство над парой ребят, помогая им освоить программу, хотя в будущем они могли стать твоими конкурентами. Ты завоевал уважение и авторитет. Ты умеешь вести за собой. Дети будут тебя слушать. При этом ты способен сохранить холодный ум и абстрагироваться, не станешь выбирать любимчиков, не станешь потакать слабостям. А когда будет нужно, сможешь карать и наказывать, как бы ни относился к провинившимся. В тебе идеальный баланс всего. Так что подумай, Рэвил. До отлёта домой у тебя несколько часов. Я хочу, чтобы ты решил за это время. Если согласишься, через неделю мы будем ждать тебя обратно.       Больше не проронив ни слова, Сэлвас пошёл вниз по тропинке. Он и так сказал за раз гораздо больше, чем говорил обычно. А Рэвил всё не мог прийти в себя даже тогда, когда спина надзирателя скрылась за скальным выступом.       Первой осмысленной реакцией стал истерический смех. Рэвил Кондаш — надзиратель? Смешно… Хотелось отмахнуться от этой картины как от какой-то насмешки. Да ну его… Это же глупо. Но когда Рэвил решил, что уже достаточно пришёл в себя, чтобы идти собираться, сознание его вдруг поплыло. Он только и успел схватиться за ближайший валун, чтобы не упасть.       …Рэвил видел перед собой Авара, но не таким, каким видел ещё сегодня. Это был какой-то другой Авар… Старше как минимум лет на двадцать, уже лорд. И он говорил… с ним? Это было как минимум странно, потому что в голосе недавнего соперника слышалось уважение:       — Я бы хотел, чтобы мой сын попал именно в вашу группу, надзиратель Кондаш. Никого другого я его наставником не вижу. Парень у меня сильный, но сложный. Его воспитателю нужна твёрдая рука и достаточно мозгов, чтобы раскрыть потенциал мальчишки. Я сразу же подумал о вас. Знаю, что у вас группа уже под завязку, но… Может всё же возьмёте? — Взгляд у Авара был умоляющим.       «Своего» ответа Рэвил не дождался. Видение растаяло, словно его и не было, в голове снова прояснилось. Рэвил с некоторым трудом отлепился от валуна и проморгался. Это что было?.. Видение будущего? Игры Силы с его разумом? Если так, то?.. Как это трактовать? Неужели Сила и правда дала ему недвусмысленный знак?       Рэвил прислушался к себе. Снова покрутил в голове картинку, где он — надзиратель. Вот перед ним в шеренгу выстроилась группа детей, а он рассматривает их строгим взглядом, раздаёт какие-то указания… А ещё — решает, брать того или иного ребёнка или нет. И переживает про себя за судьбу послушников, хоть и не показывает им этого.       В этот раз картинка уже не показалась такой смешной и абсурдной. Что если он и правда сможет? Сэлвас верит в него… А это многого стоит. Зная надзирателя… Он точно не предложил эту должность никому, кроме Рэвила. Сэлвас считает, что Рэвил достоин стать его коллегой.       Рэвил вздохнул. Он мог отказаться. Имел на это полное право. Но что тогда? Получит назначение в какую-нибудь дыру, пугать солдат своим видом, чтобы вразнос от скуки не пошли? Возможно, его даже командующим гарнизона определят… И переведут оттуда примерно никогда. Добрую часть жизни Рэвил потратит, разгребая отчёты, гоняя солдатню и изредка «развлекаясь», решая местечковые проблемы, о которых в столице даже не заподозрят. И всю жизнь ему придётся отчитываться перед какими-нибудь выскочками-учениками, которые будут приходить к нему с важным видом и тыкать в него пальцами.       Конечно, возможно, он получит и что-то интересное. Вполне реальное дело, на котором можно заработать престиж и репутацию. Но каковы шансы? Рэвил прикинул, что минимальные. Ситхов каждый год выпускалось куда больше, чем появлялось достойных назначений для них. Да и Империя слишком рационально устроена, чтобы учитывать личные хотелки. Главное — та польза, которую сможет приносить ситх. То, что ему сейчас вообще предложили подумать, — уже само по себе удивительно.       Если уж на то пошло, быть надзирателем — это очень даже активная работа. Настоящая. От него будут зависеть жизни и судьбы десятков детей. Будущих ситхов. Огромная ответственность… И неоспоримая важность для Империи. Может, это и не то, о чём мечтал Рэвил, но как надзиратель он действительно сможет принести реальную пользу. А разве не этого он хотел больше всего?       Ему оказали честь… Предложили должность надзирателя в Академии. Сказали, что он справится. Что это то, в чём он проявит себя… Стоило ли отказываться от такого подарка судьбы, чтобы променять его на призрачные шансы? Когда Рэвил вошёл в казарму, он понял, что уже знает ответ. Может, если бы не то странное видение, он бы упёрся. Продолжал бы бить себя кулаком в грудь и кричать в пустоту, что достоин большего. Но сейчас пришло странное спокойствие и принятие ситуации. Он никогда не станет учеником лорда. Вряд ли сам хоть когда-нибудь получит важную должность. Но в его силах достичь совершенства на той должности, что ему предложат. Стать лучшим из лучших. Тем, о ком заговорят. О ком станет известно за пределами Коррибана. Он сделает всё, чтобы заслужить почёт и уважение. И если для этого придётся стать лучшим надзирателем на Коррибане — он сделает это. И ради себя, и ради тех детей, что попадут под его начало.       Значит, решено. Рэвил достал из шкафчика рюкзак и начал собирать свои вещи. Совсем скоро он увидит родителей и другую родню… Но до отлёта как раз успеет забежать к Сэлвасу и дать ему ответ. Рэвил Кондаш никогда не сдаётся.