Пешка или Джокер?

Сегодня впервые за неделю пошел дождь. Но не тот охлаждающий ливень, который все ждали, а мелкий, моросящий, что капли едва могли достигнуть земли, да и то не впитывались, а испарялись, не достигнув цели. Горизонт выплевывал тяжелые клубы серо-белых туч, и они неслись по небу в сторону суши. Дикие волны врывались на песчаный пляж, смывая в океан все, что могли задеть: мусор, ракушки, водоросли. Пираты понимали, что вот-вот начнется долгожданный дождь, способный охладить раскаленную почву. Вот только Арви не могла насладиться преддверием бури. Она проснулась от противного писка телефона. В голове звенела и блуждала тупая нарастающая боль. Девушка крепко зажмурилась и медленно открыла сначала один глаз, потом с ужасом распахнула другой, начиная в недоумении моргать и протирать веки. Она не видела ничего. Абсолютно ничего. Только сплошная ослепляющая тьма, которую разрывал мерзкий писк. Она на ощупь взяла трубку и крепко зажмурилась – тьма давила на нее. - Проснись и пой! – раздался задорный мужской голос в динамике. - Где я? – вяло поинтересовалась она, словно внутри нее все сжалось в один удушливый комок. - Сама посмотри! – так же весело указали в трубке. Она убрала телефон от уха и экраном осветила пространство рядом с собой. Деревянные доски, аккуратно сбитые между собой, да так, что Арви лежа помещалась внутри этого ящика два на метр. А сверху сыпались крупинки земли, раздражающие слизистую глаза, отчего из-за частых морганий потекли слезы. - А теперь слушай внимательно! – голос стал серьезным. Девушка сначала подумала на Вааса, но только сейчас осознала, что ее собеседник немного шепелявит, чего она никогда не замечала у пирата. – Я повторять не стану! Звони своему папане и скажи, чтобы привез товар к перевернутой тачке на юге острова и положил сверток под заднее колесо. Когда я получу товар, мы поговорим, - он издал приглушенный смешок, замолкая на секунду, а затем добавил. – Конечно, если выживешь! Короткие гудки заставили девушку вздрогнуть. Арви прекрасно понимала, что отец не станет этого делать, особенно вестись на шантаж, который, понятное дело, не принесет ему ни цента прибыли, а значит и помогать ей никто не будет, даже Ваас, которого она совсем недавно довела до такого состояния, что теперь он расстреливает все, что движется. Ей было очень тяжело дышать, она понимала, что воздуха ей надолго не хватит, поэтому сделала то, что попросил похититель, вдруг у родственника проснется отцовский инстинкт. Может, товаром и не поделиться, но хоть найдет похитителя и подожжет его. - Алло, пап? - трясущимся, рвущимся голосом вскрикнула Арви, пытаясь побороть подступающую панику и истерику.

***

- О, кто это соизволил мне позвонить!? Где же ты шляешься, дочь? Ах, да… Остров же большой. Заплутала? – иронизировал Хойт, наблюдая, как пираты Вааса раскидывают новых туристов по клеткам. После утренней встряски Монтенегро держался из последних сил, Арви его вывела настолько, что он уже видел в каждом пленнике новый способ убийственной игры, вот только почетного гостя не было - дочери Хойта. Главарь пиратов уже всем постам сообщил, чтобы приволокли ее обратно в лагерь, где он уже организовал ей знатную пытку. Он обратил внимание на разговор Волкера, хотя и вида не подал, продолжая и дальше раздавать приказы, а сам в пол-уха слушал, о чем речь, готовясь тут же выбежать из лагеря, чтобы найти Арви и разорвать на мелкие куски голыми руками, предварительно превратив ее в решето автоматной очередью. - Я не знаю, где я… - она хлюпала носом, говоря очень медленно. – Но, кажется, я в одном из гробов твоего клиента, и он хочет… - Хьюго Шепелюга, что ли? Мне плевать! – безразлично кинул он. – Ни хрена этот упырь не получит от меня! - этот клиент донимал Волкера всю последнюю неделю, поэтому ему не составило труда догадаться, что это именно он, а не кто-то другой. - Вытащи меня! Папа! Пожалуйста! – жалобно пропела Арви. Она первый раз в жизни попросила помощи у отца, первый раз в жизни испугалась до слез, первый раз в жизни не знала, что делать. И Ваас слышал этот дрожащий вой девушки. Ему не было жалко ее, он даже в какой-то мере был рад, но сама ситуация напомнила ему о прошлом, когда родная сестра предала его, буквально выкинув, словно ненужную вещь. Он повернул презренный взгляд на босса. - Извини, дочь, это лишь бизнес. Даже если он и получит, что хотел, все равно не скажет, где ты. Это называется – заметание следов по средствам убирания свидетелей. Так зачем раскидываться товаром, терять деньги, особенно перед каким-то торчком. Типа урок хочет мне преподать… - он ухмыльнулся, глубоко вздохнув. – В который раз уже. Мне будет тебя не хватать, милая. А чтобы не мучиться в ожидании, перегрызи себе вены, воткни ногти в горло, проглоти клок волос, ну, не знаю, ты же мастер придумывания способов смерти. Дерзай!

***

- Пап… - простонала она, а в ответ лишь тихие гудки, которые показались ей ужасно долгими. На глазах навернулись слезы, а все тело дрожало от страха и ужаса осознавания того, что это конец. Арви начала долбиться в крышку, надеясь, что ее хоть кто-нибудь услышит, или, быть может, ее закопали неглубоко, но даже после шестого удара доски не шелохнулись, зато ей на глаза посыпалась тоненькой дорожкой земля. Волкер, крепко зажмурившись от этого, начала стучать по бокам ящика, совершенно не думая, как это сможет помочь. Она еще раз осветила пространство, чтобы найти хоть малейший лучик надежды, но кроме розы и телефона внутри гроба ничего не было. Арви была не из тех, кто сдается в безвыходной ситуации, но сейчас действительно был край, и истерика подступала к сознанию. От безысходности она закрыла глаза и заорала во все горло.