Свадебный каналья

Нас с утра разбудил мой Растреклятый мобильный О мой Бог (Кто мне) В такую рань мог (Посмел) Звонить, м-м? — Хорошо, Оксан, скоро буду. Арс, мне бежать надо. Она раздобыла запись в тот свадебный бутик.       Арсений завтракает один. Свой единственный выходной он планировал потратить на возлюбленную, но сейчас его дама сердца отлучилась по своим делам, и ему тоже следовало бы написать Антону. Ира хочет, чтобы у него был праздник, чтобы он отдохнул. Мужчина лучше бы попил спокойно кофе на любимой кухоньке. Для любого мероприятия нужны силы и настроение, а с этим могут возникнуть проблемы. Арсений не отказывался от тусовки с друзьями в свои дни рождения или на новый год, но почему-то мальчишник кажется чем-то далеким, из фильмов 2000х, словно к нему это не имеет никакого отношения. Он прокручивает диалог вверх-вниз и из недр души, как на лифте¹, в мозг подъезжает осознание. Он давно уже действительно не расслаблялся. С Пашей они последний раз виделись месяца 4 назад и потом сразу же оба ушли с головой в работу. Арс набирает сообщение и допивает уже остывший кофе. Добрый вечер, Антон. Могу я с вами сегодня встретиться? Арсений 09:12

***

      Белый, белый, белый. Они только зашли, но в глазах уже рябит с непривычки. И даже милая консультантка не помогает. Носится таким же белым пятнышком, показывая платья. У Иры голова идет кругом от количества информации про стили, ткани, модельеров. Если бы примерка не сопровождалась ещё историческими справками из мира моды, было бы легче. Но это не точно. — Можете отложить эти два? Спасибо.       Ира прощается и быстрее выходит на спасительный воздух. Есть приятная дрожь и предвкушение, но она все же устала. Чашка кофе никому ещё не помешала, так что она хватает Окс и затаскивает в ближайшую кофейню. Народа достаточно, но у окна ещё есть свободные столики. Оксана уходит к кассе за латте и пироженьками, заглядываясь на макарон. — Я не могу просто взять и продать его. Сереж, я всё понимаю, но это мамино платье. Она в нем замуж выходила. Как я незнакомому отдам?       Подслушивать нельзя, но Ира же случайно. Пока происходит борьба между совестью и разумом, незнакомке её "Сергей" что-то ответил и она выпаливает предложения, словно уже их говорила тысячу раз. — Да, нужны деньги, я поняла. Но...       Ира не станет слушать дальше. Она забудет этот разговор и больше никогда не встретит ни Сережу, ни его возлюбленную, а может сестру или даже мать. Разум побеждает и твердит, что ей нужна стабильность. Подсев к девушке, она ей обязательно поможет и выйдет в её платье замуж и на свадьбу позовет, но она может сделать вид, что не слышала. Разве она может сделать вид, что не слышала? Кузнецова достает купюру и разворачивается, чтобы столкнуться с пустотой. Незнакомка исчезла. А была ли она вообще? — Ты чего застыла? – Окс ставит на стол разноцветные макароны. — Да так. Задумалась. — О, я тоже. Тебе со шлейфом понравилось?       Ира заметно тушуется. Она не очень понимает, что ей понравилось. Все они прекрасные, но она не до конца ещё осознает, что всё это происходит с ней и это платье не для кого-то, а для нее самой. — Я, если честно, не определилась.       И Оксана понимает. Ведь сомневаться - нормально

***

— Я сомневаюсь, что это хорошая идея.       Арсений уже жалеет, что вообще написал Антону утром. Паренёк забавный, но его гиперактивность и желание зайти на какой-то супер-пупер-классный-арс-тебе-точно-понравится квест бывают невыносимы. Мужчина не поспевает за русым комком энергии, а они уже сидят на диванчике, ожидая своей очереди, чтобы отправиться (по словам работника на квесте) в ошеломительное путешествие. Из ошеломительного пока что только холодный кофе. Антон улыбается в предвкушении. Конечно, он должен помочь спланировать жениху мероприятие, но как узнать что именно ему понравится, если этот самый жених не в курсе куда можно сходить в Питере. И начинается экскурсия по улочкам с барами и ресторанами, а потом разноцветная надпись "Квесты" не осталась незамеченной. Их заводят в маленькое помещение, отдавая в руки рацию и одежду. Ролевые игры в культурной столице вышли на новый уровень. Антон напяливает кольчугу и смешной шлем, захватывая при этом ещё и царское одеяние Арса. — Вставай на колени. – Ещё чуть-чуть и пафосно размахивающий бутафорским мечом Антон заедет им по голове или себе, или царю-батюшке. — Чтобы меня облачить, вставать на колени? Я что, должен заработать на этот костюм?       Меч падает прямо парню на ногу и ещё более смущённый Шастун тему коленей не поднимает. Как бы не хотелось пошутить, что в порванных джинсах "зарабатывать" крайне неудобно. Как назло мозг подкидывает мысль "Кто бы что не говорил, а джинсы ему эти пиздец как идут". Мысль в кольце. Трехочковый.       По сюжету они должны спасти царство от темных сил зла или чего-то там. Игра престолов по-русски. Задачки не трудные – догадаться куда воткнуть меч, чтобы открылся проход; вопросы из народных сказок; отметить Киев на мировой карте (самое странное из всего). — Во сколько лет встал Илья Муромец? — Пиши, что он ещё не ложился.

***

      У мужчин уже болят животы от смеха. Они выбегают из здания, где ещё слышен голос злой администраторши. — Блять, Антон, это ещё надо было умудриться снести им балку своей головой.       Шастун, который только сейчас вспомнил, что он инвалид, трет бедный лоб и темя, где скоро будут просвечивать синяки и болью отзываться место удара. — Я вообще-то получил увечья, но даже при таком раскладе оплатил им ущерб. Что она дальше-то орать про испорченное поколение начала. Я же больной! — Согласен.       Арс смеется и кладет ладонь на покалеченную голову Шаста, поглаживая. Ушиб приятно ноет под теплой рукой. Антон не против, он готов ластится, задерживая на себе прикосновение подольше. Кисть отнимается, прячась в карман черного пальто. Им было весело, но уже вечер и надо прощаться. Неловкое рукопожатие, потому что хочется обняться, как старые друзья, но оба боятся, ведь кажется ещё не время. Знакомы-то два дня считай, какие тут крепкие обнимашки. Расходятся. И каждый думает о своем по пути домой. Арс о том, что с Антоном интересно. Антон о том, что Арсению пошли бы даже треники.

***

      Арсений аккуратно заходит в квартиру, стараясь себя не выдать. На часах уже за полночь и не будет же Ира его дожидаться. Он хочет поставить ботинки на их законное место, но оно занято кедами. Попов слышит легкое хихиканье из гостиной и застает там листы. Кучу листиков, стикеров, маркеров и двух девушек. Вооружившись ноутбуком, они выписывают возможные варианты декорирования и их стоимость. — Как тебе стиль "Русалочки"?       Окс хватается за горло и падает на пол, изображая то ли червяка, то ли рыбу, что более логично. — Ага, после "На дне морском" справляться на теплоходе будет слишком иронично.       Арсений смеется и целует возлюбленную в макушку. Он оставляет девушек на полу с горящими глазами, а сам цепляется за что-то грызущее внутри. Словно крысы на душе скребут.² Может всё дело в возрасте или приоритетах, но ему не снится Нева или свадебное платье Иры. Это всё правильно, так должно было случится, но по иронии судьбы он не готов. И не может даже улететь в Ленинград, ведь тот переименован и Арс уже здесь. Он скидывает все на осеннюю хандру. Надо почаще развлекаться и встречаться с друзьями. Хоть с Антоном. Им вместе не скучно, можно и выйти за рамки сотрудничества. Это тоже будет правильно, потому что всё правильное – просто. Смех слышится из гостиной и заглушает стук, с которым на пол падает "мы", раскрываясь. Я – один. Или вернее: наедине с этим, другим "я". Я – в кресле, и, положив нога на ногу, из какого-то "там" с любопытством гляжу, как я – я же – корчусь на кровати. Я – один. Вечер. Легкий туман. Небо задернуто молочно-золотистой тканью, если бы знать: что там – выше? И если бы знать: кто – я, какой – я?