искусный мандраж наших чувств

С неба оседало солнце, закат постепенно растилался ярким пламенем вдоль черты горизонта. Красивые и сочные цвета радовали глаза, это было единственное, что приносило радость. Такой яркий контраст: на фоне мрачных, однотонных, панельных многоэтажек разгорался едким огнём заход солнца. Обворожительное зрелище и свести глаз не было сил. Антон засмотрелся.         - Это так красиво.. - мечтательно говорил он, остановившись у машины. Арс стоял рядом, но не так восхищённо смотрел на это чудо природы. Его это не удивляло. Он этих закатов видел множество и этот такой же как и предыдущие, как и последующие. Это был для него обыкновенное явление, как элементарный вдох, чему удивляться? Антон же напротив, он даже этому был рад, он этим не мог налюбоваться, до чего красиво было. Да, он видел тоже множество закатов, но каждый был для него как первый. В нём ещё были детские заскоки.        - Ладно, садись давай, у нас времени нет. - равнодушно сказал Арсений и, открыв дверь машины, сел в неё. Антон постоял ещё пару секунд, и вскоре последовал примеру Арса.         - Я так люблю закаты, они дают надежду, что в этом мире есть что-то прекрасное. - говорил задумчиво Шаст уже сидя в машине и смотря вперёд на солнце. Арс холодно проигнорировал Шаста. На что Антон повернулся к нему. - А ты считаешь закаты некрасивыми? - спросил он напрямую. Арс поднял взгляд и посмотрел на Антона. В его зелёных глазах переливались все самые сладкие и лаковые краски уходящего в темень солнца. Вот что по-настоящему красиво. Арс замер, смотря на него, тот пытливо выжидал ответа. - В твоих глазах закат куда ярче. - спокойно выдал Арс. Антон услышав это, слегка заулыбался, хоть и был в лёгком шоке. - Так всё, поехали. - резко сказал Арсений и завёл машину. Даааа, в свои 19 лет у него была машина. Арс был вполне самостоятельным и обеспеченным. Всё начиналось с жалких подработок в 14 лет, а там и в 16 лет барыжил, к счастью это дело он хорошо замял и сейчас вывел себя в люди. И теперь более менее может прожить самостоятельно без родительского вмешательства и контроля. Родители же его тоже были относительно обеспеченными, но внимание своему сыну обделяли, что и привело к самостоятельности. Он с родителями совсем не близок и живёт сам по себе. Звонит раз в полгода для приличия и на этом всё. Может и это сказалось на его характере и восприятии мира, ничего прекрасного не видит. Ведь это всё любовь, нас воспитывают с любовью, мы живём и умираем любя. Да кто сказал, что любви не существует? Она всегда с нами, на протяжении всей нашей жизни. Она всем нужна. Любовь может оживить любого. И это очень важный период в жизни Арсения, который прежде знать не знал, как это любить, какого это, когда тебя любят? Он сам не замечает, как меняется. На данный момент жизни Арс решил передохнуть от работы и заняться учёбой. Трудные времена в юном возрасте вымотали все его искренние эмоции и чувства, он слишком много времени тратил на работу и учёбу, на отдых же он клал болт. Можно назвать это эмоциональным выгоранием? Наверное. Такими темпами он стал более серьёзнее и спокойнее нежели Антон.  Спустя полчаса. Думаете я совсем тупой и не знаю, что он позвал меня к себе не чтобы помочь? Правильно думаете. Я только что это понял, стоя у него в прихожей. Мда. Не ну он так убедительно это попросил, что я на автомате согласился и у меня даже в мыслях не было, что это какой-то подвох. Вот я просто изумительно вру и сам же ведусь на это. Не думал, что я сюда опять попаду.. надо Диму не забыть предупредить. Антон повесил джинсовку на крючок и начал ожидать дальнейших указаний.       - Проходи, что встал то? - в полголоса сказал Арс. Антон возмущённо глянул на него действительно бл*ть моя же квартира я же знаю что ты от меня хочешь. Но внешне Антон никак не отреагировал и пошёл следом. Квартира была уютной и простоватой, даже подпустевшей, но она была опрятной и чем-то заманивала и её не хотелось покидать. Подзеркальник, на который Антон благополучно положил кепку, был обставлен небольшим количеством парфюмерии. Антона покорило желание вкусить запах каждого флакончика, чтобы найти тот самый, который теперь ассоциировался с чем-то неземным, но одновременно таким близким. Запах, который вызывал в несколько раз больше чувств и эмоций, чем фотография или песня, которую ты слышал последний раз в 2014 году. Но больнее всего будет, когда этот запах станет воспоминанием. Такие мысли заставили Антона взгрустнуть и даже задуматься. Пока Шаст незаметно витал в облаках, Арс привёл его в гостиную. Она была в схожем интерьере как и прежние комнаты, но из-за огромного окна в полстены, выходящего на запад, и открытыми шшторам, это помещение освещалось хорошо в вечернее время, поэтому эта комната казалась самой атмосферной на фоне остальных. Антон не с таким пылким интересом осматривал помещение, как мог бы. Ведь он уже здесь второй раз, и даже не смотря на то, что сейчас не полутёмка и не дискотечные огни. Арс хорошо прибрался, прежнего вечера словно и не бывало. Что Антон приметил и мысленно отдал респект Арсению. Осмотрев всё вокруг, словно придумывая на ходу задание, Арс остановился посреди комнаты.         - Вот смотри. Значит, пыль протрёшь на верхних полках, я туда не достаю и окна вымоешь. - сказал Арс и продолжил высматривать гостиную, надеясь придумать что-то ещё. Антон стоял как вкопанный, он был в полнейшем недоумении. Где подвох? Неужели всё так и будет? Ах, ну да, это же реальная жизнь, где всё проще. Примерно в таком ключе мыслил Шаст. Он чё, прикалывается? Я думал мы будем трах.. КХМ пить чай, видно не судьба, капец я конечно испорченный молодой человек, а он.. я что-то не понимаю, то он ко мне приставал в падике и на вечеринке, а теперь ведёт себя послушно и как хороший мальчик? Бл*ть)) Что-то здесь не так. Ладно, хорошо, я прийму ситуацию такой, какая она есть. Может он вообще гетер.. а нееет, Оксана же спрашивала встречаемся ли мы, точно п*др. Ну ладно, предположим я в не его вкусе и на этом всё. Я смог ответить на свой вопрос. Антон слегка улыбнулся своим мыслям – он смог ответить на вопрос. Но затем он вмиг помрачнел. В смысле я в не его вкусе?((( Что это значит?? Я страшный?? А может я слишком худой?? Почему?? Почему он не хочет меня?? Видимо я действительно некрасивый.. блин.. и не сексуальный... НЕТ ну тут я брежу, я ещё та соска, я сам себя хочу, вы о чём?           - Анто-о-о-н. - щёлкая пальцами перед лицом призывал Арс Шаста. Тот опомнился. - О чём думаем, малыш?          - Что?.. - Антон резко поднял взгляд.          - Говорю, о чём думаешь? - Антон примолк, ему послышалось, он был в растеряности. - Отвечать не обязательно, дурачок. Вообщем как сделаешь – свободен. Будешь под моим наблюдением.          - Хорошо. - тихо ответил Шаст устремив взгляд в пол. Времени было около 7 или даже чуть больше, не суть важна Шаст всё ещё помогал.        - И вон там в уголку протри. - с наигранной лаской говорил Арс, внимательно следя за Антоном, который стоял на стуле и усердно протирал пыль с верхних полок.         - Бл*ть заткнись, я не вывожу, когда мне под руку говорят, я не слепой. - язвительно огрызался Шаст в ответ. Арс пустил смешок. Его веселило, когда Антон злился.         - А кто тебя за язык тянул? - уже спокойно спросил Попов. Он важно расселся на кресле, закинув ногу на ногу, а руки расположил вдоль подлокотников. - Ты должен отвечать за свои слова.        - Пи*дец! Ну не таким же позорным способом.        - Да, ты прав, достойнее было морду начистить.        - Нет, я имею в виду отсосать было бы проще, такой шанс упускаешь.        - О, мы даже так заговорили? Я не настолько озабоченный и смотрю на всё объективно. Ты не представляешь какие эти полки моё больное место, ни один минет не заменит чистые верхние полки.. ах... ты бы знал.. - с притворной грустью говорил Арс, положив руку на грудь. Антон закатил глаза.         - Псих. - выдохнув, сказав он. Арс усмехнулся. Шаст продолжил протирать пыль. Всё-таки Антон ожидал, что Арс на него наброситься с поцелуями в самый неожиданный момент, но тот был спокоен и даже ни одного намёка на что-то неприличные, ни одной пошлой шутки. Что это значит? Антон не понимал. Может он вчера уже был пьян? Да нет, от него не воняло перегаром.. тогда что? Не позвал же он меня к себе домой реально только припахать к уборке и послать?? А может я всё выдумываю? Надо быть проще и сделать вид, что я ни в чём его не подозреваю. Просто к слову, я не хочу с ним переспать, просто.. все мы знаем, чем это заканчивается, мне не в первой... Последние четыре слова он опять повторил и его настигло неприятное чувство с ноткой паники. Гнустные воспоминания трёхлетней давности его не оставляли и по сей день, он хотел их стереть со своей памяти, но был в не силах. Дело в том, что примерно три года назад его совратил друг отца, который позвал Антона помочь к себе на квартиру. Ему было 14 лет. 14 чёртовых лет. Это было лето, жара. Он теперь ненавидит лето. Никому не рассказывал о случившимся, этот друг отца умер от инфаркта спустя три месяца после случая. Но вместе с ним не сдохли отвратные воспоминания, которые дают о себе знать каждый день. Он возненавидел мужчин. Но Арс оказался особенным. Мама Антона любила своего сына, она была доброй, хорошей и оптимистичной, что он перенял у матери. Но она совершила самоубийство, повесилась, когда Антону было 13. Отец его не следил за ним и он оказался никому не нужным в те годы. Но Шаст пережил это. За самой искренней и счастливой улыбкой скрываются трагические воспоминания прошлого. А вы думаете: почему ое такой оптимистичный? Его рука застыла, он задумался, лицо было опечалено и он себя ненавидел, что мучает болью. Шаст спустился со стула, чтобы сполостнуть тряпку и Арс заметил разкое изменение настроения.        -  Что-то случилось? - спросил Арсений. Антон поморщился.        - Да не.. забей. - пробормотал он и со всей силы сжал тряпку под краном, пытаясь все свои эмоции подавить. Он зажмурил глаза и стинул зубы. Как же трудно всё это игнорировать. Но сделав тихий выдох он закрутил кран и выжал тряпку.         - Отдохни тогда. - произнёс сухо Попов. Антон молча положил тряпку и брякнулся на диван, тяжело выдохнув. Повисла немая тишина. Тик часов был отчётливо слышен, этот звук заполнял пустоту в комнате и нисколько не хотелось говорить, нарушая покорное молчание.