И мстя моя страшна

      По щекам текут злые слёзы, кулаки сбиты в кровь, лучший друг, живущий по соседству, грозится прийти и против воли выбить из меня, что, блять, происходит, если я не прекращу калечить себя и стену.       Стук в дверь. О, я ждала его! Как я его ждала, и, Господи, как же я зла!       Я распахиваю дверь и вижу последнюю сволоту и друга, который пытается ему объяснить, что на данный момент стук в эту дверь — чистой воды самоубийство. Просто Сай не знает, что эту мразь уже ничего не спасёт. Кажется, я сейчас буду убивать.       Дрожащей от ярости рукой, я приглашаю долгожданного гостя внутрь. Он заходит, и первое, что его встречает — это удар в челюсть.        — Лаур! — пропитаным ядом голосом восклицаю я. — Что же ты так долго, дорогой?! Я соскучилась!       Ещё один удар. Он сплёвывает кровь с разбитой губы и кривится, но знает, что я в своём праве. Откровенно говоря, вбей я его в стену и сверни шею, я была бы в своём праве, хотя кто-то, наверное, со мной не согласится.        — Ты знал, что я её люблю! — не спрашиваю — утверждаю.        — Знал. — кивает он, смотря со злым удовлетворением. Сделал, что хотел, сука.        — Знал, что мы сдохнем друг без друга! — срываюсь на крик.        — Знал. — вновь кивает он.        — И ты всё равно сделал всё, чтобы родители отправили её учиться в другую страну! — я смотрю на него с ненавистью, вспоминая всхлипы человека, за которого я бы умерла не задумываясь.        — Я знаю. — в его глазах ледяное спокойствие и уверенность в себе.       Вроде взрослый, почти тридцати летний парень, но его уязвленное самолюбие не простило мне, то что я предпочла ему его младшую сестру. Ярость внутри сходит на нет, и я понимаю, что мне просто противно находится с этим человеком в одном помещении. Просто противно.       Из квартиры я его буквально вышвыриваю. Он не сопротивляется, знает мразота, что моя хрупкая внешность пиздецки обманчива, и стоит мне захотеть, он ляжет, и больше не встанет. Из гроба в принципе не встают. Особенно те, кто перешёл мне дорогу.       Когда он скатывается кувырком по лестнице, и, надеюсь, ломает всё что можно и нельзя, я возвращаюсь в квартиру, и сползаю по стенке, тихо подвывая от бессилия. Пару минут позволяю себе по впадать в уныние, а затем поднимаюсь, и вытираю слёзы. Ничего выберимся. И не из такого дерьма выбирались. Перед глазами встаёт смазливое личико с голубыми глазами и пепельными волосами.        — Ты за это поплатишься, мразь. — обещаю я пустоте. А затем начинаю действовать.

Спустя полтора года.

      Я отвлекаюсь от работы из-за звонка. На дисплее высвечивается знакомое имя. После произошедшего полтора года назад, очень хотелось записать его «Мразью последней», но я сдержалась, и он остался «Лауром».       Я беру трубку, и на губах расплывается злая улыбка, когда я понимаю, что кое-кто на том конце провода в запое, и убит отчаянием. Прямо как я когда-то.        — Тыыыыы! — воет явно вусмерть пьяный… нет, назвать его человеком всё ещё язык не поворачивается. — ТЫЫЫЫЫЫ!        — Я. — довольно подтверждаю я.        — Ты же знала, сколько лет я работал ради своей мечты! — повторяет меня Лаур*.        — Знала. — в свою очередь повторяю за ним я.        — Знала, что я никого так не люблю, и никогда не любил, как Айна! — воют на том конце связи.        — Знала. — я довольно улыбаюсь, и даже киваю, откровенно плюя, на то что он этого не увидит.        — Но ты всё равно заставила меня делать выбор между ним и своей мечтой!        — Я знаю. — улыбка вновь становится злой, и я добавляю, перед тем, как сбросить его. — Не стоило меня злить.       Ещё некоторое время, я сижу и просто улыбаюсь, смотря в пустоту.        — Ну вот ты и заплатил по счёту. — как когда-то, говорю я в пустоту. Я свои обещания выполняю.       Я почти завершаю работу, когда хлопает дверь, и на всю квартиру звучит:        — Лини, я дома!       Я улыбаюсь шире, и абсолютно счастливо. Дверь в комнату открывается, я слышу звук шагов, и чувствую как родные руки обнимают со спины. Я кручусь в кресле и целую невесту. Она садится на мои бёдра и несколько минут мы просто целуемся. Как же мы друг по другу соскучились за день. Хотя, может просто ещё не отошли после полутора лет разлуки? Меня это, честно говоря, не волнует.       Когда мы отрываемся друг от друга, я обнимаю руками её лицо, и глядя ей в глаза, бесконечно счастливая выдыхаю:        — Завтра идём в ЗАГС.        — Что?.. — каре-зелёные глаза напротив смотрят удивлённо.        — Я сказала, что не смогу назвать тебя своей женой, пока не отомщу ему за твои слёзы. — не отводя взгляда поясняю я.       Взгляд любимой немного меняется, и она утыкается в моё плечо и спрашивает:        — Не слишком ли ты жестоко с ним?       Я вздыхаю и зарываюсь носом в короткие волосы.        — Нельзя быть такой доброй, чудо.       Моё маленькое, доброе чудо. Да, мне душевно поебать, что она на два года старше.        — Может быть. — тихо отвечает она, и я просто обнимаю её, понимая, что как ни крути, Лаур её брат, и ей тяжело от того, что он сейчас убит болью. И то, сколько боли он причинил ей, едва ли помогает. Меня и саму грызло нехорошее чувство, когда я решила уничтожить мечту того, кто ещё недавно был моим другом. Но оно было жестоко убито, в тот же момент, что я вспомнила Мори, рыдающую мне в трубку, и с трудом сквозь всхлипы объясняющую, что случилось.       Но сейчас, я счастлива. На моих коленях, сидит моя невеста, которая завтра станет моей женой. В соседнем доме, наконец снова живёт лучший друг. У меня хорошая работа, замечательный дом, и светлое будущее, вместе с любимым человеком. «Надеюсь, ты довольна»       Приходит сообщение с неизвестного номера. Я усмехаюсь и отправляю в ответ.

«Спасибо»

      Всё-таки, несмотря на всю нашу схожесть, между мной и Лауром, есть одно существенное различие. Если я чего-то хочу, я этого добьюсь, чего бы мне это не стоило. А он нет. Силёнок не хватит.