Буря со дна морского

— Мисс Карватти, прошу вас идёмте, — сумела разрезать живой и яркий шум прибоя гувернантка прерывистым хриплым голосом. Старая, ссохшаяся женщина с благородной осанкой и орлиным носом с упрёком и, в то же время, с жалостью смотрела на маленькую девочку в прелестном платьице. Она воспитала всех детей старого графа и сейчас по должности являлась воспитательницей его младшенькой. Девочка не отличалась особым послушанием. Ей нравилось пробуждать в людях чувства и эмоции, путём капризов и баловства, а затем наблюдать за словами, движениями, интонацией взрослых. Десятки слуг и не подозревали, что пытаясь воспитать девочку, отчитывая ту за спиной отца, они и впрямь её учили. Учили копаться в них и выявлять пороки. Вот и сейчас маленькая мисс назло старой гувернантке убежала из сада, чтобы увидеть морской прибой и заодно посмотреть, как та разозлиться, как отчитает и лишит возможности гулять каждый перерыв между уроками. Однако женщина быстро отыскала девочку на берегу и, вопреки ожиданиям ребёнка, встала за её спиной и больше не двинулась с места. Волнующееся море предвещало что-то нехорошее этим вечером. Тёмно-серые волны, то и дело вздрагивали, словно в приступе паники от надвигающейся бури, словно рёбра морского Бога, который пытается надышаться перед смертью. А у берега всё спокойно. Пока до прибрежных волн не добрались слухи о надвигающейся буре. Пока они беззаботно накрывают своими телами песок, а потом ненадолго покидают его, возвращаясь в родительские глубины. Кто знает, как переживает охристый берег эту разлуку. Постепенно лёгкая рябь на прибрежный волнах превратилась в несмелые, пока ещё слабые волны. Ветер нагонял их, пытался сделать выше, сильнее, однако морские порывы были ещё беспомощны. Вода, словно хилый ребёнок, хотела встать и побежать, преодолеть препятствие, но ей всё время что-то мешало. Корни волн заплетались, отчего тело их измождённо опускалось на ребристую тёмную поверхность моря. — Джули, почему папа запрещает мне приходить к морю? — с неожиданной монументальностью спросила воспитанница. — Не могу знать, мисс Карватти. Прошу вас идёмте, если вашему отцу донесут…- взволнованно взмолилась гувернантка. — Нет, Джули, милая, давайте ещё немного посмотрим. Я хочу увидеть бурю, больно интересно, что чувствует море, — взмолилась девочка. В ответ на это женщина обречённо вздохнула и снова отвела взгляд к горизонту, на котором виднелись скалообразные глыбы, образованные тёмной жёсткой водой. Рванные высокие волны уже почти достигли берега, отчего волна снова покинула песок, обнажив мелкие водоросли. О, как восхитительно волны, только-только обретающие силу, передают людское ощущение тревоги, назревающего ужаса. Ветер начинал посвистывать, проносясь между расщелиной в скале, о которую беспрестанно билась волна, не находя себе более места в море. Она убегала, пытаясь спастись от того, чтобы стать высоким валом, а потом навсегда разбиться, металась как жертва, загнанная в клетку к зверю. На секунду бора приглушила свои всхлипы в трещинах скал, затихли крики птиц. Казалось, буря унимается. Однако, как же играет с нами природа! Ты думаешь, что всё позади, но вся эта тишина, лишь подтверждает, что приближается страшное. Всё это безвременье — морская агония, которая окончиться с первой высокой волной. Вот она! Злостный поток ветра гонит складку морской воды к берегу. Она растёт, трепещет перед осознанием собственной гибели. Ложбинки на её теле вырисовывают мускулы, которые работают слаженно, как часы, подгоняя водную борозду, наращивая ей мощь, увеличивая в размерах. Удар! Волна погибла, но на смену ей несётся новая, за ней вторая и третья. Внезапно всё море превратилось в рубчатое, рваное полотно, хлеставшее скалы, будто в отместку, что те их сдерживают и не дают вырваться за пределы. — Я скоро, Джули, — вдруг бросила мисс и ринулась к краю обрыва. Старушка опомнилась, когда воспитанница была уже далеко от неё. Гувернантка хотела было броситься за девочкой, однако больные колени заскрипели, как только женщина с силой опёрлась на них, приготавливаясь к погоне. — Мисс Карватти! Мисс Карватти, стойте! Ребекка, остановись, — кричала воспитательница вслед ребёнку, однако девочка уже не могла её слышать. Волны пожирали все звуки, срывали голоса всех, кто осмелиться их перекричать. Ребекка подбежала к краю скалы и заглянула в морскую глубину. Она хотела не только слышать стоны, погибающих волн, но и видеть, как потрёпанные водные хребты врезаются в шершавые скалы. Каждая приходящая волна ударялась о скалу и разбивалась, словно стеклянная люстра, разбрасывая свои осколки в стороны. За ней прибегала новая, она будто подбирала разбитый хрусталь за своей предшественницей и потом, повторяя её участь, извергала слёзные обломки с новой силой, с новым криком. Мисс Карватти зачарованно смотрела в самое пекло этого сражения. Желание поучаствовать, прочувствовать всё это самой обжигало ей заледеневшие кончики пальцев. Девочка уже могла расслышать, как звала её гувернантка, однако она не отрывала несытого зрелищем взгляда от морской баталии. Боже! Да ведь она всю жизнь наблюдала за эмоциями только со стороны, имела возможность лишь скромно внимать жесты и слова. А какого это прочувствовать нарастающую силу самой? — Мисс Карватти, замрите, — послышался срывающийся охрипший голос за спиной воспитанницы. Ребекка испуганно обернулась, будто не хотела, чтобы кто-то увидел с какой жадностью она смотрела на море. Девочка ловко увернулась от тощей сморщенной руки своей гувернантки и отступила к краю. И маленький чёрный каблучок предательских соскользнул. Когда лёгкое тело мисс Карватти бережно приняли в себя волны, она слышала крик. Чей он был? Гувернантка рвала слабые ссохшиеся голосовые связки на берегу, а волны ей подпевали, улюлюкали. И вообщем-то со дна море выглядело спокойнее, чем с прибрежных скал. Рванные морские клочки, так яро омывающие всё, что встретиться им на пути, снизу казались плавными линиями, слегка качающими морскую гладь. Они медленно пожирали свет от серого, выжженного солнцем неба, и окутывали Ребекку в тёмную, блаженную пелену. Ах, мисс Карватти, ведь вы не знали, что бушует и тревожиться, лишь малая часть морской поверхности.