yellow mimosas

Луи не понимал, зачем он дышит. Иногда он даже забывал это делать, когда задумывался о чём-то. По всем законам природы его мозг должен выполнять эту функцию самостоятельно, но за просмотром какого-нибудь нового сериала Луи часто настигало головокружение. Тогда он делал резкий вздох, вспоминая о необходимости кислорода. Луи думал, что, возможно, его организм сам понимает, насколько бессмысленно для него дыхание. Каждый его вдох не вёл ни к чему необычному, лишь к очередному повторяющемуся дню. Встать утром, пойти на работу, пережить десять часов на совершенно нейтральной должности, уйти домой, лечь спать. В свои два выходных в неделю Луи не мог сидеть дома. Пустота жрала его изнутри, словно на месте сердца у него образовалась чёрная дыра. Он хотел кричать об этом, но делал это лишь в мыслях, прекрасно понимая, что никакие слова поддержки от друзей не смогут закрыть эту мучительную дыру. Когда-то Луи думал о том, чтобы быть переводчиком, кинологом, дизайнером, но в итоге все эти вещи померкли и перестали быть интересными. Это просто случилось однажды пять лет назад, и пришла пустота. Тогда Луи стал забывать дышать. Он резко вдохнул, перелистывая страницу книги. В выходные он приходил в своё любимое кафе, где всегда было тихо, словно в библиотеке, и раз за разом перечитывал одну и ту же книгу. Он успевал выпить несколько кружек мятного зелёного чая, пока читал привычные пять глав в день. Его экземпляр «Мастера и Маргариты» был уже знатно потрёпан. Уголки сыпались, переплёт сломался, а страницы были исчёрканы цветными маркерами. Луи думал о том, чтобы купить новый экземпляр, но просто никак не мог (или не хотел) дойти до книжного магазина. Возможно, он думал о том, что когда эта книга начнёт разваливаться, это станет знаком для него перестать дышать. Он пока не придумал как именно и никому не говорил об этом. А до тех пор ему нравилось читать о Воланде, странном чёрном коте, печальной судьбе мастера и первой его встрече с Маргаритой. Луи ловил себя на мысли, что очень хорошо понимает её мотив выйти с жёлтыми цветами на улицу. В тот день в её душе осталась гореть одна последняя искра надежды на какие-то изменения и счастье. И она использовала её, выйдя на улицу, и доверилась случаю. Луи очень часто думал об этом моменте, даже рассказывал о нём друзьям, но, кажется, никто не понимал сколько отчаяния было в этих жёлтых цветах. Луи снова резко вдохнул и потянулся за глотком чая, держа книгу одной рукой. Внезапно раздался звук. Глухой звук хруста. Луи замер, увидев, как последние страницы книги падают на пол кофейни, и поставил чашку на место. Он смотрел на листы, рассыпанные под ногами, словно думал, что они сейчас чудесным образом соберутся обратно. Может, ему стоило купить экземпляр дороже, чтобы переплёт был сшит, а не просто склеен. «Да какая разница» — пронеслось у него в голове. Но ведь он не дочитал книгу. На самом деле он едва успел начать и завершил всего три главы. А ему так хотелось бы хотя бы закончить её в последний раз. Луи наклонился, чтобы подобрать листы и вложить их в конец, как вдруг понял. Ему было всё равно дочитана книга или нет. У него просто, как и у Маргариты, ещё была едва заметная надежда. Перед тем, как перестать дышать, её нужно было убить. Луи медленно встал, оплатил все выпитые кружки чая и вышел из кафе, оставив книгу на столе. В конце концов, после сегодняшнего дня она ему уже будет не особенно нужна. Он волновался только о том, что ещё не придумал способа перестать дышать. Ну, на самом деле у него не так уж и много вариантов. Луи зашёл в цветочный магазин и купил букет жёлтых мимоз. И, выйдя на улицу, почувствовал себя невероятно глупо, ведь для остальных людей он просто парень с цветами. Никто не поймёт его последнего крика о помощи. Тем не менее, он сделал огромный крюк по своему кварталу, всё ещё ощущая себя очень глупо. Неужели Маргарита чувствовала то же самое или она в тот момент уже настолько отключилась от эмоций, что ей было всё равно, и она и хотела быть для других обычной девушкой с цветами. Постепенно на улице темнело, и Луи обнаруживал, насколько много он ещё не понимал в этом моменте с цветами в книге. И сейчас, когда он полностью продумал все старые и новые мысли, что скорей всего были в голове у самой Маргариты, он вдруг ощутил завершённость. Будто он завершил книгу… разгадал её, как сложный ребус или задачку. Луи уверенно пошагал домой, прикидывая, есть ли у него дома снотворное или хотя бы хороший станок для бритья. В тёмном подъезде он сперва споткнулся об коробки около своей квартиры, что, кстати, уже было довольно странно, ведь никаких коробок там быть не могло. Он ничего не заказывал и никого не ждал. Затем Луи с таким же успехом налетел на чужие ноги, и только его собственная рука спасла его лицо от встречи со стеной. — Ау! — раздался недовольный вздох где-то снизу, — Вообще-то мне больно. — Вообще-то это моя квартира, — справедливо заметил Луи, продолжая грубо подталкивать чужие ноги с дороги. Его глаза ещё не привыкли к темноте, поэтому он до сих пор не видел, на кого наступил. Человек внизу замолчал. — Ты бродяга какой-нибудь? Иди спи в другом месте. — Эй, это было обидно, — сказал парень, вставая на ноги. Свет от Луны, просочившийся через окно, немного осветил его лицо. Теперь Луи был готов признать, что человек не выглядел как бродяга, несмотря на длинные кудрявые спутанные волосы. Но он всё ещё был у него на пути. — Ты всё ещё мешаешь мне пройти. — Да, извини, — сказал парень и отошёл в сторону. — Я — Гарри, кстати. Луи вставил ключ в замочную скважину и повернул голову, как будто его собеседник смог бы увидеть в этой тьме его эмоцию раздражения на лице. Тем более, когда он стоит против слабого лунного света. — Привет, Гарри Кстати. Я — Луи. Он повернул ключ, наконец-то открывая дверь и заходя внутрь. Щелчок включателя и искусственный свет озарил комнату. — Подожди! — позвал Гарри. Луи пришлось обернуться, и тогда он впервые увидел глаза парня, об которого споткнулся пару минут назад. Зелёные. Довольно редкий цвет. — Слушай, я твой новый сосед и снял квартиру напротив. Но арендодатель, который должен был привезти мне ключи, застрял на шоссе из-за какой-то аварии. Пожалуйста, можно переночевать у тебя? Или хотя бы занести вещи, чтобы их никто не украл. — Вообще-то у меня были планы, — сказал Луи, сжимая свои жёлтые цветы. — Оу, у тебя свидание? Извини? — Что? Нет. — Просто…эти цветы, вот я и подумал… — Нет. Боже, это долго объяснять, — закатил глаза Луи и небрежно бросил цветы на тумбочку рядом. Скоро ему будет всё равно в воде они или нет. Он оставил дверь открытой, давая разрешение Гарри войти. Конечно, этот парень мог бы быть убийцей или грабителем, но Луи сейчас в такой ситуации, что первому варианту он бы даже обрадовался, а на второй бы никак не отреагировал. — Блин, да заходи уже, — сказал Луи, увидев, как Гарри всё ещё топчется за порогом, — Я не буду помогать тебе заносить вещи. Ты нарушил мои планы. Гарри быстро кивнул и всего за минуту успел затащить свой огромный чемодан и две коробки в квартиру. Луи зашёл в ванну лишь проверить наличие таблеток. К его сожалению на дне баночки несчастно болтались всего три штуки. И бритвенного станка нет на месте. Луи стал раздражаться. Он совсем не хотел топиться, но, видимо, придётся из-за этого Гарри Кстати. Откуда он вообще взялся? Луи вышел обратно к своему незваному гостю и обнаружил его, собирающего жёлтые мимозы снова в букет. — Их нужно поставить в воду. — Нет, не нужно, — настоял Луи, стремительно подходя к парню и выбивая цветы из его рук. Честное слово, ему абсолютно всё равно на эти отвратительные жёлтые цветы. Как же было глупо их покупать. Гарри опустился на колени, снова собирая букет в руку. — Почему они так тебе не нравятся? — Дело не в них, — сказал Луи, забирая цветы из рук Гарри. Лишь бы тот заткнулся и отстал. Он набрал воду из-под крана и поставил мимозы в обычную банку, игнорируя существование изящной вазы, которую ему подарила сестра. Лишнее напоминание о тех, кому он причинит боль своим уходом. — Я постелю тебе на диване. — Ты вообще не любишь цветов? Луи остановился и повернулся к Гарри. Это была буквальная цитата из книги, и на секунду он почувствовал, будто его поймали с поличным. Его сердце тревожно забилось. Он уже не хотел быть спасён. Это было нужно ему там на улице. В момент, когда он вошёл в подъезд, всё было решено. — Нет, не люблю, — соврал Луи, снова отворачиваясь и подходя к шкафу с постельным бельём. — Это ведь мимозы, да? — уточнил Гарри. — Ага. Больше они не сказали друг другу ни слова. Луи привык к бессоннице, поэтому как обычно сидел за столом, откуда было прекрасно видно Гарри, развалившегося на диване. Он писал что-то в своём телефоне и даже не планировал закрывать глаза. В три часа ночи Луи начал терять терпение. Ему было необходимо, чтобы Гарри уснул, чтобы спокойно уйти в ванную и никогда больше из неё не выйти. Но, судя по всему, он не планировал засыпать. Более того, Гарри иногда вставал в туалет и за водой, пристально наблюдая за Луи. Будто следил… И Луи пришлось менять планы. Завтра утром он выгонит Гарри в его квартиру и спокойно закончит то, что начал. Плюс так у бедного парня, может быть, не будет травмы. Луи вообще хотел бы доставить окружающим поменьше проблем. Засыпая под утро, он мог видеть перед собой зелёные глаза. По ощущениям всего через секунду его разбудил крик из гостиной. Луи быстро глянул на время, обнаруживая, что уже обед. Это было довольно странно, ведь он не спал так долго уже несколько лет. Крик в гостиной повторился, и Луи пришлось приложить усилие, чтобы встать. Боже, если бы он вчера просто не беспокоился о чужих задницах, то уже не терпел бы этот ужас. Луи зашёл в гостиную, и его взору предстала абсолютно хаотичная картина. Гарри, стоя на диване, продолжал визжать на удивительно высоких для своего глубокого голоса частотах. В руках у него был уже изрядно потрёпанный вчерашний букет мимоз, и он махал им в разные стороны, словно отбивался от призрака. — Тебе же это надо?! На вот получи и отстань! С этими словами Гарри агрессивно швырнул цветы в стену и с ещё более сильным визгом спрыгнул с дивана. Он подбежал к Луи, прячась за его спиной. — Какого хрена? — Там пчела! Луи взглянул на испуганного Гарри через плечо. Затем на истерзанные цветы у стены. Те самые, что вообще-то ещё вчера были символом его последней надежды, символом отчаяния, его последнего вдоха и его проигрыша в битве с самим собой. А Гарри в панике использовал их для своей защиты, что, кстати, оказалось совершенно бесполезной идеей. Луи снова посмотрел на Гарри через плечо. Тот всё ещё был напуган и цеплялся за его футболку настолько сильно, что вчерашнее желание Луи было очень близко к осуществлению. — Ты меня сейчас задушишь, успокойся, блин. Она тебя не сожрёт. — Ой, извини, — Гарри ослабил хватку, но остался стоять на месте. — Зачем ты бросил цветы в стену? Что с тобой не так? — Ну, пчёлы ведь, как собаки, да? Хотел отвлечь её цветами, как собак отвлекают мясом. Луи раскрыл свои глаза настолько, что они чуть не выпали из глазниц. Что…нёс…этот…парень? Он только что на полном серьёзе сравнил пчёл с собаками и даже бровью не повёл. При этом бедные мимозы пострадали даже больше, чем причёска Гарри. Его кудри спокойно лежали на плечах в самом лучшем своём виде. Испуганный Гарри по-прежнему нервно тряс руками. И Луи просто засмеялся. По-настоящему, запрокидывая голову назад и прикрывая рот рукой. Вся ситуация настолько нелепа, что ему даже показалось, что вздох перед этим смехом был не таким уж невыносимым. И даже наоборот... приятным, ведь его чёрная дыра в груди на это мгновение затянулась.