Без тебя

— Я ненавижу тебя. — первое, что слышит Ши Уду, приходя в себя, и не может понять, кто из них сказал это. Хэ Сюань молчит, и ситуация не становится понятнее. Он сидит рядом на крупных камнях у воды, чуть сгорбившись, смотрит куда-то за горизонт, будто искусная статуя. Ши Уду пытается подняться с земли на которой лежит (мелкие круглые камушки неприятно впиваются в спину) и не может, ощущая, как левый бок пронзает острая боль. — Какого демона?!.. Хэ Сюань бросает на него косой взгляд. — Слишком грязно ругаешься для небожителя. — Не твое дело. — К счастью. Ши Уду снова падает на спину. Смотрит в подернутое ватной дымкой облаков небо и пытается вспомнить, что же произошло. Зря. Память медленно, но вполне охотно восстанавливала события минувшей ночи, и чем больше Ши Уду вспоминал, тем больше жалел о том, что остался жив. Он помнил, как неожиданно напали демоны. Слишком много, слишком быстро, слишком беспорядочно. Помнил, как пропустил один-единственный удар, после которого все пошло под откос. Кривые туповатые когти разодрали плоть вместе с тканью одежд, демоны завизжали и накинулись всем скопом, попросту поглощая своей массой тело небожителя. Он слишком быстро перестал видеть свет. И, кажется, слишком быстро сдался. Но затем появился Хэ Сюань. Хэ Сюань помнил немного больше. Помнил, как, вопреки всему, действительно случайно оказался рядом. Как наблюдал за битвой, как слушал чужие крики и с холодящим налетом ужаса осознавал, что они не приносят удовлетворения. И как вмешался. Не потому что хотел сам стать причиной смерти Самодура. Не потому что хотел унизить. Просто потому что вдруг понял, что не может не вмешаться. Не может не помочь. — Зачем ты это сделал? Хэ Сюань снова взглянул на него сверху вниз, и в его взгляде нельзя было прочитать ответ. — Ты не сопротивлялся. — И? — Это слишком жалко. — Спас меня, чтобы посмотреть на мою чуть более достойную смерть? Хочешь убить самостоятельно? Хэ Сюань спокойно отвернулся, вновь глядя куда-то перед собой. — Я никогда не говорил, что желаю твоей смерти. Это было правдой, но прямо сейчас Хэ Сюань и сам до конца не понимал, что именно имеет в виду. Такая двусмысленность собственных мыслей пугала, гораздо легче было бы бросить Ши Уду на растерзание демонам или разогнать их и добить самому, но он зачем-то отобрал у них небожителя, будто изуродованную мышь у заигравшихся котят, а затем долго вливал собственные духовные силы, пока тот не очнулся. Ши Уду смотрел зло, и в этой злости чувствовалось что-то еще, что Хэ Сюань никак не мог правильно считать. Какое-то нездоровое яростное отчаяние, отсутствие сил бороться за собственную жизнь, словно любая угроза смерти была вполне заслуженной. Но думать об этом слишком долго явно было вредно для здоровья. Хэ Сюань снова бросил на небожителя короткий взгляд, а затем поднялся, расправляя одежду и стряхивая с нее песок. Ши Уду казался слишком беспомощным, каким-то уязвимым под его взглядом, и Хэ Сюань с трудом заставил себя отвернуться. — Скоро сможешь вернуться к себе на облачко. — демон мягко пнул носком сапога чужое плечо и поймал полный ненависти взгляд. Тихо хмыкнул и развернулся, чтобы уйти. — Смотри не сдохни. Без тебя будет скучно.