Дотронуться до сердца|Touch the heart.

      — … И вот, я сижу, он смотрит на меня и таким выражением лица говорит: «от тебя такого не ожидал». — Пародируя голос и лицо, возмущённо произнёс парень, продолжив монолог, — Ты в зале ожидания что ли, блять, или что? Ненавижу таких людей… — наконец выдохнул красноволосый парень, проводя рукой по волосам, запыхавшись от своего рассказа. Он говорил достаточно тихо, чтобы не беспокоить других в библиотеке, но достаточно громко, чтобы другой услышал.       — М-м-м… — напротив сидящий парень лишь промычал в знак согласия, все ещё уткнувшись в книгу по истории. За ухом была ручка, а на голубых глазах модные очки с подвесками. Ну, по крайней мере, он пытался сосредоточиться на книге.       — Альберу? — названный парень поднимает глаза и, кажется, весь воздух украли. Молодой человек, что смотрел на него своими карими зрачками, в которых хотелось утонуть, как в горячем шоколаде. Он слегка наклонил голову вправо, из-за чего его челка качнулась с ним. Красная копна волос, что была завязана в высокий хвост, напоминала Альберу самый, что не есть, прекрасный закат.       Кейл Хенитьюз. Его одногруппник, сосед, названый брат и человек, в которого, до искреннего безумия, влюблен Альберу Кроссман.       Последний тяжело вздыхает, чувствуя как нагреваются щеки, и чтобы это скрыть, опускает на руки голову, позволяя своим «золотым» локонам закрыть все лицо. И затем тихо, но с лёгкой злостью произносит: — Ты сводишь меня с ума… Ха-а. — И он имел ввиду именно то, что сказал.       — Что? — с замешательством, написанным на его лице, спросил Кейл, но Альберу опять вернул свое внимание книге. Он глупо смотрел на буквы, не разбирая смысл, что хотели до него донести эти каракули. И, когда он окончательно понял, что ничего не сможет запомнить из-за одной «проблемы» в виде присутствия одного рыжего парня, разочарованно вздохнул и опустил голову на книгу.       — О. Кейл-ним! — но в следующее мгновение резко поднимает голову, из-за чего в висках остро покалывает. Ему нужно поспать, но не это сейчас главное. Альберу видит угрозу, в образе робкого паренька с темными волосами.       — Чхве Хан. — «Приветствует» Кейл, когда Хан садится рядом с ним, напротив Альберу, который теперь смотрел на него своим эксклюзивным убийственным взглядом, полностью выпрямляясь. Или Чхве Хан не замечал этого презрительно взгляда от Кроссмана, или же старательно игнорировал. И второй вариант был верным, ведь всего на мгновение, Хан взглянул на него, и ухмыльнувшись краешком губ. Это выражение лица сразу исчезло, как он продолжил разговаривать с Кейлом, который, казалось, ни на что не обращал внимание, но во время самого разговора иногда отвечал, все ещё погруженный в книгу.       Глаза Альберу вспыхнули праведным гневом, который мог сжечь все вокруг. Вокруг него словно стало жарче, из-за фантомного огня его ярости.       — …кстати Кейл-ним, не хочешь сидеть вместе при поездке через месяц? — Сегодня Альберу поставил рекорд на гнев на этого ублюдка. Он сегодня хотел также предложить это Кейлу. И прежде, чем он смог осознать, что хотел сказать, его язык был быстрее: — Мы уже договорились вместе сидеть.       Кейл с искреннем замешательстве, плохо скрытым за безразличной маской, смотрит на Альберу. Они продолжают минут смотреть друг на друга, в немом разговоре. Рыжий приподнимает левую бровь, намереваясь задать вопрос: — Да?       — Да, — подтверждает блондин.       — Да. Мы уже договорились, — обращаясь к Хану, отвечает Хенитьюз, снова утыкаясь в книгу.       Чхве Хан послал молнию в Альберу, а последний отразил её своей безупречной улыбкой, которая не касалась голубых глаз.       '15:14' — подметили про себя парни, кидая кинжалы друг на друга, пока темноволосый не разорвал зрительный контакт, накидывая рюкзак на одно плечо, и коротко попрощавшись, ушёл. У него уже давно закончились пары.       Альберу облегчённо выдохнул, внутренне ликуя.       (А все это время, Кейл поглядывал на Альберу, подмечая его гнев на Хана, и мысленно ухмыляясь и веселясь. Он укажет на это позже. Не сейчас.)

***

      На следующей неделе.       Кейл и Альберу — второкурсники, которые так отчаянно нуждаются в кофеине. Особенно сейчас, когда все экзамены скоро начнутся, и уже надо было подготавливаться. Это уже стала для них маленькая традиция, каждую неделю ходить в одну уютную кофейню, неподалеку от колледжа.       Их встретила знакомая вывеска, на которой аккуратным темным шрифтом напечатано: «Mercury Espresso Bar».       Широкие окна, через которые было видно людей у барной стойки, заказывающие кофе. Теплая и непринуждённая атмосфера — было главным для парней. Внутри интерьер так и кричал о своей ординарности и простоте, но все же была здесь какая-то своя изюминка, возможно, это была гармоничная музыка, играющая на фоне. Темно-зеленые стены и черная мебель хорошо совмещались.       Их встретила, уже знакомая темнокожая барменша Кейси, которая улыбнулась двум парням.       Кейл, как всегда, взял свое любимое «Chai Latte», опять-таки слишком сладкий для нормального человека, и с этим, яблочный пирог с печеньем в котором были кусочки шоколада. Альберу взял американо.       Они тихо сидели за двойным столиком возле окна, попивая свои дозы кофеина некоторое время, пока их утопию не нарушил один человек, который явно был чуть выпившим. Он положил одну руку на стол, а второй зачесал свои грязные светлые волосы назад, поворачиваясь всем туловищем в сторону Кейла, который смотрел на нарушителя тишины с нахмуренными бровями. Человек по внешности, скорее всего, был намного старше, из-за морщин на лбу.       Кейл подавил приступ тошноты.       — Хей, ты случайно не дверь? — подмигивая и ехидно улыбнувшись, спрашивает мужчина. Альберу чувствует собственное напряжение и огонь внутри, готовый выплеснуться на этого мудака. И только он хотел встать, и «попросить по-хорошему» уйти, как Кейл, до сих пор молчавший, делает знак рукой, останавливая его.       — А я так понимаю, ты слепой, раз не можешь отличить дверь от человека. — на мужчину смотрели ледяные глаза, будто готовые убить его, даже не моргнув. Он, вздрогнув всем телом, сделал шаг назад, в тот момент, когда Кейл медленно встал с кресла. На бедного мужчину словно сваливалась скала под таким тяжёлым взглядом, и молодой парень будто был выше него. — Катись к чертям собачьим, — так же холодно произнёс Кейл, и мужчина, с необычной скоростью пошатываясь, вышел из кафе.       Конечно, все обратили внимание на перепалку, но сразу утратили интерес, когда светловолосый парень пересекся с каждым взглядом.       Только когда Хенитьюз сел на место, Альберу заметил, насколько тот был напряжён, до дрожи в руках, и судорожных вздохах. Он протянул руку, и схватился за чужую, более меньшую и холодную, как снег.       Кейл ненавидит чужие прикосновения, но Альберу в нем — исключение.       — Кел. Кел, посмотри на меня, — и Кейл поднимает глаза, смотря в голубые льдины. Он несильно сжимает руку Альберу, и наконец, чувствует, как его сердце более спокойно бьётся. Через минуту, он выглядит так, как будто ничего не произошло, и Альберу каждый раз удивляется.       — Давай уйдем отсюда. — Хрипло произносит Кейл, допив свое кофе, и, оставляя несколько бумажных купюр, выходит из кофейни.       В их вместе съёмную квартиру, они едут в полном молчании.       И Альберу вновь думает, что хочет избавиться от таких людей, и тех, что стали причиной нарушенного психического здоровья Кейла. Это желание, забрать его объятья и не выпускать, чтобы тот не видел таких гнилых людей. Но он лишь крепче сжимает руль своей машины, думая о том, что больше не допустит такой ситуации. Он не хочет видеть такого Кейла. Никогда больше.       А слова всё крутились в голове, надёжно спрятанные, и Альберу думал, что когда-нибудь он наберётся смелости произнести их вслух.

***

      И инцидент повторился через несколько дней.       Альберу только начал, так как после его кулак окрасился чужой кровью.       После занятий Альберу и Кейл решили встретиться, чтобы вместе пойти в библиотеку. Первый взял им по кофе, и уже шел к назначенному месту встречи. Он был весь измучен предстоящими экзаменами, и у всех здесь появлялись тёмные впадины под глазами, из-за бессонных ночей. И, казалось, даже малейшей унции энергии не осталось в теле, но как только он поднял глаза, как он пересекся взглядом с карими.       Они — глаза — напоминали бушующий шторм посреди океана.       Дальше он заметил слишком близко стоящего парня, который одной рукой держал чужие запястья, а другой держал за челюсть.       Следующее мгновение звук упавшего кофе и тошнотворный звук сломавшейся кости. Альберу сломал нос пареньку, и судя по ручью крови, он довольно сильно ударил. На этом не остановилось. Кроссман замахнулся и попал прямо в глаз, не твердо стоящему парню, отчего он ударился головой об стену.       Кейл опомнился после второго удара, и подбежал к Альберу чтобы оттащить от, залитого собственной кровью, парня.       В следующий раз Альберу пришел в себя, когда сидел на кушетке в медпункте, пока рыжий обрабатывал его раны на костяшках рук. На его собственных запястьях красовались синие отпечатки рук. Они были белоснежные и достаточно худые, чтобы даже от слабого сжимания, появился синяк.       — Что там случилось? — с ноткой ярости, наконец, спросил Альберу.       — Он спросил, не хочу ли я познакомиться, конечно, я ответил отрицательно и попытался уйти. Он схватил меня и сказал, что такая сука как я, должен слушаться своего хозяина. — Кейл рассказывал тихо и без лишних эмоций, будто это вовсе не с ним такое произошло. — А потом пришел ты.       Альберу поджал губы, и закусил их достаточно сильно, чтобы почувствовать мерзкий металлический привкус на языке. Его настолько переполняла злость, что он думал, что мог сгореть от бушующего внутри огня. И из-за этого он почти не чувствовал боль на костяшках рук.       — Почему ты это сделал? — внезапно спросил Кейл, завершив обработку и надежно завязав бинты, не поднимая взгляд на собеседника. Его руки на сей раз были теплыми, и невесомо поглаживали тыльную сторону рук Альберу. Блондин замер.       — Ты серьёзно? Вот ты сейчас серьезно? — меж бровей появилась складка, а в голове не укладывалась ни одна мысль, но также их было слишком много, чтобы можно выразить словами.       …       Когда на его вопрос не ответили, Альберу хотел ещё что-то сказать, но до его ушей донесся мягкий и одновременно негромкий голос: — …Спасибо.       — …Я- Я люблю тебя       Слова ощущались легким грузом на языке, как будто они готовы сорваться в любой момент. Но Альберу подавил это желание, вновь спрятав их, но не так надежно как раньше. Казалось, совсем скоро, и он решится это сделать.

***

      Ещё две недели спустя.       После инцидента, Альберу — как президент студсовета — решил направиться прямо к директору с отчетом об этом, перед этим набрав побольше об этом парне, и оказалось это был не первый случай. И он добился исключения этого парня.       Больше таких случаев не происходило. Ну, по большей части к этому причастен Альберу, что пригрозил всем учащимся сделав пример того исключенного паренька. Это хорошо подействовало.       И сейчас он уже перед дверьми их квартиры. Только на втором курсе Альберу и Кейл решили снимать вместе жилье неподалёку колледжа и жить отдельно от своих родителей. Ну, родителей их можно назвать только в формальном высказывании и с натяжкой.       Открывая дверь, по его обонянию ударил приятный запах пищи, из-за которого его рот наполнился слюной, и он понял насколько был голоден. На кухне он увидел рыжего парня, что был в черном фартуке и перекладывал еду в тарелки. Волосы вновь были завязаны в высокий хвост, но были некоторые наглые прядки, что мешали своему владельцу хорошо видеть. Когда Кейл обернулся, то встретился с ним взглядом, и Альберу почувствовал, как его сердце сделало кульбит вокруг своей оси, а на лице хотела выплыть влюбленная улыбка, но он тотчас её скрыл.       — Привет. — На лице Хенитьюза появилась беззаботная улыбка. Мир замер. Или же это был мир Альберу? И если бы здесь была камера, он бы точно снял эту улыбку, хотя она, скорее всего, не сможет передать всю ту мягкость. Его грудь наполнилась до такой степени, что будто не хватало места на все «это», и вновь слова вертелись на кончике языка. Даже дышать стало труднее. Дом       И он произнес к этому близко похожее: — Мне нравиться твоя улыбка, — он все же не смог сдержать свою яркую улыбку, напоминающее солнце. — Улыбайся так чаще. — А затем ушел в собственную комнату, оставив обескураженного Кейла на кухне. Он будто бы о чем-то задумался, не сводя глаз с места, где исчез блондин.

***

      День поездки.       Парни сели на самый дальний ряд, пока остальные второкурсники садились впереди, не собираясь сидеть в самом конце автобуса. И их это устраивало. Кейл удобно устроился на сидении возле окна, а Альберу рядом с ним что-то читал в телефоне. Кроссман рассматривал статьи в Тамблере, иногда на несколько секунд задерживаясь, чтобы понять прочитанное. У него до сих пор голова кругом от полученной улыбки несколько дней назад, и легкое чувство никуда не исчезло. Альберу снова поймал себя на мысли, что хотел бы ещё раз увидеть её.       Из круговорота мыслей его вытянуло чувство тяжести на плече. И краем глаз он заметил, как Кейл тихо посапывал на его плече. Сказать что Альберу шокирован — ничего не сказать. Но это не отменило бушующих бабочек в животе и осязаемо теплому чувству внутри, из-за которого он ощущает себя полноценным.       Не теряя возможности, блондин включил камеру, предварительно выключив звук, чтобы ненароком не разбудить парня. Сделав несколько фото, Альберу слегка оперся на голову Кейла, и, повернув голову, запутал свой нос в калиновых волосах, вдыхая и ощущая запах кофе, корицы вместе с шоколадом.       Так они и заснули, отыскав тепло друг в друге.

***

      Несколько часов спустя автобус доехал до места назначения, и все выгрузившись, пешком дошли до поляны, укутанной изумрудной травой. Они разбили лагерь прямо возле небольшого пруда, у которого была кристаллически прозрачная вода, и в котором хаотично разместились средних размеров и цветов камни. Осматриваясь вокруг, можно было увидеть только горы и ели. Ещё не было десяти, но ребята начали устанавливать все снаряжение для наблюдения за звездами и звездными явлениями.       Главная миссия этой поездки — Звездопад Персеиды.       Некоторые говорят, что это самый красивый «звездный дождь» после потока Геминиды, но первый проходит в конце лета, на который они решили устроить поездку. Кейл, как тот человек, что обожает астрономию, с нетерпением ждет ночи, а его хён лишь наблюдает за этим, внутренне усмехаясь, от того, какая детская реакция у Кейла. Но это даже мило.       Альберу взял с собой гитару, так как Кейл настоял, а сам взял мини-телескоп, благодаря которому сможет наблюдать за падающими метеоритами. Устроив палатки близко друг к другу, Кейл разулся, перед этим закатав штанины, и ступил в прохладную воду. Альберу хотел только открыть рот, как его обрызгали холодной водой. Он в замешательстве посмотрел на себя, а потом на Кейла, и снова на себя.       — Неужели боишься воды, Альберу? — улыбнулся своей «злодейской» улыбкой Кейл, вновь опрыскивая парня. Но в следующие мгновение ему пришлось быстро бежать, так как Альберу тоже разулся и зашел по икры в воду. От него так и веяла убийственная аура.       Это было похоже на бой не на жизнь, а насмерть. Окружающие с любопытством наблюдали за этой картиной, иногда посмеиваясь. Даже учитель Эрухабен улыбнулся.       И вот, настал час Х.       Парни промокли до нитки, потому быстро переоделись, поужинали наспех, и ушли на берег пруда. Остальные их одногруппники ушли на поляну неподалеку. Солнце почти скрылось, оставляя за собой разукрашенное небо, начиная от светлого до самого темного. Но в этой темноте уже виднелись отблески маленьких и далеких звезд, что невозможно разглядеть вблизи, не использовав оборудование для наблюдения за звездными телами.       Через час уже полностью наступила темнота, и виднелись маленькие, быстро пролетающие огоньки света. Кейл совсем забыв про оборудование, завернулся в теплый плед, а Альберу принес ему кофе, и так они сидели на бревне возле воды, и смотрели в чистое небо, в котором небрежно были рассыпаны тысячи самоцветов.       Альберу захватил с собой гитару и начал тихо играть, напевая текст, который знает только он. По крайней мере, он так думал до тех пор, пока не услышал еще один голос. Более глубокий и резкий, но по своему захватывающий.

***

((https://www.youtube.com/watch?v=bsuHD3jriAU — как поет Альберу https://www.youtube.com/watch?v=7TukUnnflUw как поет Кейл.) (Bruno Mars — Grenade))

***

      Альберу, повернув голову к Кейлу, пропел первую строчку припева: Я бы поймал гранату ради тебя (да, да, да)       Они встретились взглядами, и Кейл напел следующую, эффектно растягивая слова: Я бы загородил рукой разящий меч для тебя (да, да, да)       Так по очереди, и оба смотрели друг другу в глазах, пока на фоне пролетали двести неземных тел в час, разукрашивая темное полотно яркими цветами: Я бы даже прыгнул под поезд ради тебя (да, да, да) Ты знаешь, я бы сделал всё для тебя (да, да, да)       Я бы прошел через любые испытания, Позволил бы пуле пройти сквозь мой мозг.       Да, я бы умер для тебя. Но ты не сделаешь того же для меня.       И спев последнюю строчку припева, Альберу почувствовал жжение на кончике языка. Оно готово было сорваться с его уст. И уже не было того ужасного чувства, оно были лишь мягким и волнующим. Но он пел и пел. Вместе с Кейлом. Они будто напевали свои внутренние мысли, и строчки песни им помогали выразить все, что скрылось внутри.       Закончив всю песню, они пытались отдышаться, уже лицезря собственными глазами звездный поток. Альберу чувствовал, как сердце сходит с ума, а голос сам по себе вырвался наружу:       — Во всем мире нет такой любви, как моя любовь к тебе. — Он улыбнулся, легкой и освежающей ухмылкой, наблюдая за тем, как к парню приходит осознание. Альберу смотрит в небо и ждет, когда кто-то разорвет эту не удушающую тишину. Прошла минута, прежде чем он смог услышать другого.       — Я счастлив, когда бываю собой. — Блондин с вопросом на лице поворачивается к Кейлу, который до сих пор не сводил с него глаз. И в них был космос, Альберу может поклясться. — А бываю собой только тогда, когда я с тобой.       — Я тоже, Альберу, — наклонив голову вправо, добавил Кейл. Взаимность       Альберу поддался вперед и остановился в сантиметре от чужих губ, давая возможность сократить расстояние или наоборот увеличить. И Кейл не оставил ни одного свободного миллиметра между их губ. Это было неловко и по-новому, особенно такая близость.       Кроссман невесомо коснулся чужой талии и задней стороны шеи, перебирая длинные пряди волос. Тот же запустил свои руки в золотые локоны Альберу, сминая их и слегка оттягивая. Когда они разорвали поцелуй, остался лишь румянец на щеках и блеск в глазах. И через пару секунд они вновь слились в новом поцелуе, более страстном, нежели первый. Кейл удовлетворённо вздохнул, когда Альберу углубил поцелуй.       Они продолжали целоваться до тех пор, пока губы не онемели, и не стало слишком холодно, чтобы сидеть на горном ветру. Альберу завел его в свою палатку, и они заснули в объятьях друг друга. А звезды светили над их головами, и метеориты, проносящиеся мимо них, на небе, напоминали о сбывшихся желаниях.