Кольцо

Территории Сумерчан обширны – если до войны они занимали небогатые южные земли, кишащие сейчас ручными, то после окупировали плодородные райчанский земли, а вместе с тем и разграбив их. Остатки величия покоились под кронами райги, святых для обоих народов, деревьев, и даже спустя почти тысячелетие в бескрайних лесах можно откопать что-то ценное. Именно с этой целью кладоискатель Крего и забрел в глушь, правда не найдя ничего ценнее осколков старой утвари по пути. В поисках мужчина пробирался все глубже и глубже, пока силы окончательно не покинули, а пот не залил глаза – он окончательно заблудился в бескрайних лесах. А леса сумерчанские путают, водят за нос. И светила тусклого не видно среди крон - лишь одиноко над головой созвездие Хариш. "Даже святые правители и правительницы смеются надо мной!" Он хотел уже бросить рабочую сумку и небольшую лопату на землю, но внимательный взгляд его уловил странность. Нет, даже не странность, а дикость для этих земель. Среди взрослых многовековых райг стояло одно невысокое, как казалось, молодое дерево, лишённое листвы. Подойдя ближе, мужчина вздрогнул – оно мертво. Молодая мертвая райга среди сотни взрослых. И единственная в округе. Нервный смешок вырвался. Неужели забрел в самых глушь, куда нога человека не ступала вовсе? Ладонью провел по узору на темной коре – не мираж. "Невероятно, ты как погибла, одна-одинешенька? И давно ведь, твои сестры уже выросли до небес." Никогда Крего не видел мертвых райг – никогда они не умирают в одиночестве, никогда не остаются одни. Он глянул на сухие корни, и тут же в страхе отпрыгнул назад. Сердце пропустило удар. Он стоял на человеческих останках. — Святая Хариш, прости грешного твоего сына! Подле корней лежали кости, не тронутый. Вблизи оказалось, что они вовсе целые, даже не обгрызаны. Словно не умер здесь. Правда остатки одежды: остались лишь металлические детали и пуговицы – говорили об обратном. По тазовым костям и развитым ключицам – явно мужские, достаточно длинные, но не сформированные до конца. Подросток. На удивление, целый череп и естественная поза – словно заснул. — Ни птицы, ни звери не тронули, кости все целы, даже зубы на месте. Однозначно странно, кем же ты был при жизни? И главное: как умер? Но что важно было для Крего – однозначно юноша был не беден. Пуговицы хоть и покрыты грязью, но явно из платины или серебра, некоторые даже со вставками из аметиста, возле черепа инкрустированный камнями зажим, правда потерявший часть и несколько вставок – значит мог позволить длину. И самое драгоценное - на средней фаланге левой руки красовалось почти нетронутое временем кольцо, простенькое, но с большим продолговатым аметистом, тёмным как сумерчанские ночи. Почистить, отполировать и толкнуть его какому-нибудь богачу – и с голоду не умрешь в ближайшие месяцы Мужчина быстро собрал драгоценности в мешочек, завязал узлом и бросил на дно сумки. Но внезапно мысль мелькнула, и вдоль хребта прошла дрожь. Он сейчас осквернил человека, так и покоящегося ещё под святой райгой. Возможно, даже смерть свою они встретили вместе. — Ну нет, Крего, тебя никогда не заботила мораль, почему же сейчас... Взгляд опустил на череп, на пустые глазницы. И вселенский стыд накатил. Даже звери не тронули тело под райгой, к не захороненному не притронулись. — Моя душа точно будет гореть в сумерчанском аду, правда... Не долго думая, Крего взял лопату и начал копать; сухая земля не хотела поддаваться сразу, но спустя полчаса, когда ночь была на пороге, он все же выкопал неглубокую яму. Собрал все останки, что нашел, он аккуратно поместил их на дно. И вновь бросил взгляд на сумку. — Черт, мне правда нужны твои побрякушки, мне семью кормить уже нечем... В обмен на твое упокоение я заберу их, прошу, прости меня. Он не помнил как засыпал кости землей, старался не смотреть на них лишний раз. Когда на месте ямы образовалась небольшая куча, он полил могилу водой, осыпал хлебом и прочитал молитву. — Пусть тело твое упокоится, как и душа на небе свое место найдет.

—*—

К столице он вышел спустя уже несколько часов. Как оказалось, он сделал огромный крюк и был всего лишь в паре километров от родного дома. Сидя за прилавком в мастерской, он натирал аметист кольца до блеска. Несколько раз задумывался оставить кольцо, что-то тянуло к нему. Да и аметисты раньше носили рангом не ниже королевских вельмож. Так ещё и юнцом колечка хозяин был, высоким.... Крего не заметил, как вошел потенциальный покупатель - мужчина средних лет, прекрасно выглядящий внешне, спокойный мужской голос которого и вывел из размышлений. — Здравствуйте, не найдется интересных мужских колец? Крего посмотрел в темные глаза собеседника. Чутье подсказало правильный вариант. Через пятнадцать минут мужчина вышел с новым кольцом на большом пальце и мешочком с другими. — Довольно быстро, в других местах ты выбирал куда дольше. Клэй усмехнулся. — Пошли, – сказал он, указательным пальцем проводя по аметисту. — Глянешь? — Изволь, я кольца в последний раз носил в юности. Лет так пятьсот назад. — Ох уж эти бессмертные проблемы, наследный принц, – последнюю фразу Клэй сказал с особым притворством. — Тогда пошли дальше, нас ещё ждут уточки для Лили и пояс для Карлока. Арво лишь тяжело вздохнул. Солнце только перевалило за полдень.