Чувствовать тебя

      Сяо был глубоко убежден в том, что у него нет слабых мест. До определенного момента…       Адепт всегда мог постоять за себя. В бою был хладнокровен и жесток, а от острого наконечника Нефритового коршуна не ускользал ни один демон. В глазах смертных образ Яксы был неизменно устрашающий и величественный — увидеть воочию одного из адептов Ли Юэ казалось благословением Небес.       Но несмотря на его внешнюю отрешенность от этого бренного мира, только Люмин смогла отыскать дорогу к истинной натуре адепта. Это был тернистый путь. Путешественница, казалось, слишком часто натыкалась на шипы, которые Сяо так старательно выставлял ей навстречу. Порой адепт был с ней невольно груб, отталкивал, сбегал, как только слова или действия девушки переходили установленную им самим черту, но ее ничто не смогло остановить.       Люмин всеми силами тащила Сяо в омут человеческих чувств, таких неизведанных и чуждых, что они казались адепту смертельно опасными. Он невыносимо долго боролся сам с собой, не понимал, что за необузданное волнение каждый раз появлялось внутри при виде путешественницы. Но однажды адепт все понял.       Сяо неожиданно для себя навсегда запомнил их первый поцелуй, такой робкий, едва ощутимый и предательски неопытный. После этого адепт долго не мог понять свои ощущения. Раньше он презрительно-равнодушно усмехался над смертными, которые, как он понял еще пару тысяч лет назад, выражают соприкосновением губ определенный спектр чувств, доселе ему не ведомых. Защитник Якса считал бесполезным такие странные действия, пока однажды не поймал себя на мысли, что пялится на губы Люмин.       Это было так ново для юноши, что он начал бояться самого себя. «Что за чертовщина со мной происходит?!». Якса пытался избавиться от наваждения, но при каждой следующей встрече адепту стоило больших усилий не краснеть до кончиков ушей при разговоре с путешественницей.       Сяо редко целовал Люмин первый, но это нисколько не значило, что он ее не любил. Он, правда, пытался бороться с ненавистной ему робостью, но почти бесконечно долгое одиночество вынудило Защитника Якса заново учиться выражать свои чувства. Люмин со временем начала понимать Сяо почти без слов. Она знала, что едва ощутимое прикосновение и мимолетный взгляд на губы означал желание поцеловать ее, и пока юноша собирался с мыслями, путешественница заставала парня врасплох неожиданным, но желанным поцелуем. За ним обычно следовал ошарашенный взгляд адепта и теплый смех девушки, которая искренне радовалась, что смогла удивить возлюбленного.       Сяо был абсолютно уверен, что Люмин уже давно разгадала все его слабости, сняв тяжелые навесные замки, пока однажды девичьи губы не коснулись его шеи. Якса невольно вздрогнул, и путешественница незаметно для него улыбнулась.       — Люмин, что ты… гхм... — девушка заткнула адепта долгим жарким поцелуем, и его вопрос застрял в неразборчивом звуке.       Не отрываясь от губ защитника Якса, она прикоснулась к затылку парня, медленно провела утонченными пальцами вдоль шеи и остановилась на уровне ключиц. Прикосновения словно оставили после себя горячий след на коже, и по телу Сяо пробежали мурашки.Наконец прервав поцелуй, Люмин встретилась с завороженным взглядом возлюбленного, не понимающего, как реагировать на действия девушки.       Путешественница мысленно поздравила себя с очередной победой. Только она могла вот так выбить из колеи непреклонного адепта, который сейчас уставился на нее удивленным взглядом. Шальная искра пробежала в золотистых глазах блондинки, когда она потянулась за очередным поцелуем, но за несколько миллиметров остановилась. Она дразнила адепта, а он продолжал стоять неподвижно в полнейшем смятении, приоткрыв рот и нервно выдохнув от того, насколько близко к нему была девушка.       Люмин провела дорожку из поцелуев вдоль челюсти и спустилась ниже, чтобы вновь прикоснуться губами к шее Сяо. Адепт поддался напору и наклонил голову в сторону, больше открываясь ей и чувствуя, как щеки заливаются краской.       «Что она… творит со мной… черт возьми», — обрывистые мысли проносились в затуманенном разуме защитника Якса, пока мягкие губы Люмин снова и снова оставляли на его коже влажные следы. В груди приятно покалывало от ее нежных ласк и, прикрыв глаза, Сяо осознал, что снова проиграл той, кого любил больше жизни.       Адепт позволял ей в такие моменты все. Он разрешал выигрывать только ей и только в таких поединках. Отдавшись моменту, Сяо не заметил, как Люмин остановилась, и распахнул от неожиданности глаза только в тот момент, когда почувствовал чужое теплое дыхание на губах. Молниеносная реакция защитника Якса играла ему на руку в любых ситуациях. Он быстро, но нежно обхватил ладонями лицо девушки и жадно прижался к ее губам. Пришло время выхватывать из рук Люмин знамя победы.