Странный

Странный. Куроо думает, что этот рыжеволосый паренёк, которого он видит рядом с Козуме, странный. Кенма ничего конкретного не говорит о нём, да и сам, видимо, пребывает в небольшом шоке от нового знакомого. Темноволосый хмыкает и хватает товарища за капюшон, таща к остальным ребятам. Позже, когда Некомата-сенсей объявляет о приезде волейбольной команды Карасуно, он замечает как расширяются глаза крашенного, но не акцентирует внимание. А зря. Когда они встречаются с Карасуно на площадке, Тецуро ухмыляется, предвещая весёлую игру. Но, видимо, ошибается. Парень знает, что когда-то давно Карасуно и Некома частенько устраивали тренировочные матчи и были очень близки, хотя со временем эта связь пропала. И сейчас, блокируя очередную атаку бритоголового крикуна (имени он, конечно, не запомнил), очень уж похожего своим поведением на Такетору, капитан Некомы про себя вздыхает, слегка разочаровываясь в соперниках, да и соперниками их сложно назвать.

***

Быстрый. Куроо не успевает опомниться, когда тот самый рыжий коротышка проносится с одного конца поля до другого, и забивает им. Он переводит ошарашенный взгляд через сетку, наблюдая как маленький ураганчик уже о чём-то спорит со своим связующим, а затем осматривает команду. Большинство, как и он, удивленно замерли, хотя Инуока почти сразу подскакивает к сетке и начинает болтать с этим, вроде как, блокирующим на каком-то особом, только им понятном, языке. Что ж, возможно, становится интереснее. И да, с вступлением в игру Хинаты стало интереснее. Теперь стоило быть осторожным не только с их асом, но и внимательно следить за действиями нового связующего-первогодки, который мог отправить мяч в любую точку поля, точно зная, что Хината будет там. Абсолютная приманка. Так называет Хинату Некомата-сенсей. И Куроо не может с этим не согласиться. Этот Хината действительно приманивает к себе. И не просто кого-нибудь, он сумел подружиться с Кенмой буквально за пару минут! С парнем, который даже Тецуро не признавал другом до старшей школы.

***

Дружелюбный. Темноволосый не уверен, как должен реагировать, увидев рыжеволосого во время их первого тренировочного лагеря, сидящего рядом с Инуокой и Кенмой в пижаме и громко о чем-то разговаривающего. Всего за несколько дней тренировочного лагеря он умудряется познакомиться и подружиться со всей красной командой, и желтоглазый почти привыкает видеть рыжую макушку среди своих товарищей. Тецуро и сам иногда присоединяется к ним, с улыбкой глядя на смеющихся сокомандников. А потом до Куроо кое-что доходит. Хината подружился не только с Некомой. Во время перерыва после нескольких игр подряд, темноволосый замечает, как в углу спортивного зала расположились капитан Фукуродани и его связующий. Они делали разминку, и Бокуто в своей манере что-то громко говорил Акааши-куну. Но «очень занимательный рассказ» прервал Хината, подошедший к ним и усевшийся рядом, отдав бутылки с водой. У Тецуро поползли брови наверх, когда Акааши, закончив свою разминку, подошел к карасуновцу и стал помогать с растяжкой, давя коленом тому на спину. Отсюда темноволосому было не слышно, о чём они говорят, но судя по яркой улыбке Хинаты и легкому кивку, адресованному Бокуто, капитан Фукуродани что-то предложил рыжеволосому, и тот согласился. Тем же вечером, заметив Хинату, болтающего с Тсукишимой, в зале, где они собрались ради дополнительных тренировок, Куроо понимает, что предложил карасуновцу Бокуто. Забавно, конечно, наблюдать за попытками низкорослого рыжика принять или заблокировать мяч, но когда Котаро отводит Хинату в сторону и начинает того ̋учить ̋, Тецуро почему-то напрягается. И нет, он, разумеется, не устраивает драмы (он же ̋взрослый и серьёзный старшеклассник ̋), но удержаться от раздраженного хмыка не в его силах. Все следующие дни тренировочного лагеря ему приходиться лицезреть эти ̋занятия ̋. Безусловно, Бокуто не зря является асом команды, но то, как он пытается объяснить рыжеволосому то или иное движение, ничем кроме смеха не заканчивается. Какое счастье, что кареглазый относится к тому типу людей, кто лучше всё воспринимает на практике. И стоит Бокуто лишь пару раз продемонстрировать ему приём, как карасуновец улавливает, как необходимо двигаться, и с двадцатой попытки у него, возможно, получается. Так бы, возможно, и продолжились их тренировки, если бы к ним не присоединился Акааши, решивший помочь Хинате со своим шумным сокомандником. С приходом второгодки карасуновцу становится гораздо легче понимать речь капитана Фукуродани, а потому и тренировки становятся куда более эффективными. В конце концов и Куроо решает помочь рыжику, объясняя тому азы и принципы блокирования, как некоторое время назад вредине-отвали-Куроо-я-не-хочу-здесь-находиться-Тсукишиме. Хината слушает внимательно и старается понять смысл иногда слишком заумных фраз (на этом моменте Куроо захотел повыпендриваться), но, к счастью, на помощь снова приходит Акааши и всё объясняет простыми словами, бросая укоризненный взгляд на капитана Некомы. Позже, когда они провожали Карасуно на автобус, ему пришлось минут пятнадцать выслушивать сетования Бокуто, мол, его любимый и единственный ученик уезжает, и неизвестно, когда они встретятся вновь. Акааши ограничился легкой улыбкой и рукопожатием, тогда как Кенма сам потянулся обнять рыжеволосого друга, тихо обещая иногда звонить вечерами. Куроо бы тоже хотел поговорить с ним напоследок, но, когда он уже собрался окликнуть Хинату, к тому подскочили Инуока и Хайба, начав что-то безудержно лепетать, что сам карасуновец, вероятно, мало что разобрал. В итоге, спустя несколько минут криков шумной троицы, из автобуса выглянул Дайчи и приказал товарищу немедленно заходить внутрь. И всё, что оставалось Тецуро, это смотреть в след уходящему парню, который перед самым входом остановился и ярко улыбнулся всем присутствующим, заставляя многих улыбнуться в ответ. Среди них был и Куроо.

***

Ловкий. Сидя на трибунах во время весеннего турнира и наблюдая за игрой Карасуно против Инаридзаки, Тецуро не может не отметить рост Хинаты. И дело не только в том, что он теперь забивает с открытыми глазами. Рыжеволосый играл совершенно иначе, нежели во время их последнего тренировочного матча. Если раньше он, в большей степени, полагался на одни только инстинкты, то сейчас было ясно, что парень раздумывает над своим следующим действием. Ему по-прежнему не хватало практики и опыта, но пробелов в его игре стало значительно меньше. Куроо не смог сдержать пораженного вздоха, когда Хината почти идеально принял мощную атаку Арана Оджиро, кувыркнувшись назад от силы удара, при этом сумев сразу пойти на атаку. Да и не только Хината поражал на этом матче, вся Карасуно заметно улучшила свои навыки. Чего стоили одни подачи Кагеямы и Асахи (тот момент, когда Тсукишима еле-еле дотянулся до мяча надолго станет поводом для шуток). Наблюдая, как вся команда бросается обнимать Кагеяму и Хинату, заблокировавших атаку близнецов, губы Тецуро растягиваются в предвкушающей ухмылке. Битва на мусорной свалке состоится.

***

Невероятный. Куроо думает, что Хината Шоё один из самых невероятных людей в его жизни. Иначе объяснить поведение рыжего блокирующего не получается. Потому что, когда Кенма буквально загоняет того в угол, не давая возможности нормально атаковать и заставляя постоянно принимать, «Приманка» слишком быстро приходит в себя и вырывается из ловушки хитрого связующего. Тецуро ещё в самом начале ловит себя на том, что не хочет, чтобы план Козуме по устранению Хинаты сработал, даже несмотря на, что это, вроде как, в его интересах. Он смотрит в карие глаза, в которых понемногу начинает зарождаться паника, и отводит взгляд, не в силах видеть такого парня. Темноволосый почти облегченно улыбается, когда Хината бьёт себя по щекам и с вызовом в глазах смотрит прямо на Кенму, заставая того врасплох. И он не сильно расстраивается, когда объявляют победу Карасуно. Конечно, с одной стороны, грустно, ведь это был его последний матч в старшей школе, но с другой… Это была честная битва, и карасуновцы одержали безоговорочную победу. Так что, сожалеть не о чем. Но глядя на улыбающегося Хинату, болтающего с семпаями, о кое чем Куроо действительно сожалеет… Он больше не сможет сыграть с ним.

***

Смотря, как Хинату уводят с площадки во время матча с Камомедай, Тецуро чувствует, как сжимает перила балкона. Он осматривает зал и замечает недалеко от поля Бокуто и Акааши. Капитан Фукуродани, до этого не прекращавший громко подбадривать карасуновцев, резко замолкает, как и его связующий, и напряженно глядит на развернувшуюся картину. Казалось, весь зал на мгновение замер, не ожидая подобного исхода, после чего то здесь, то там полезли шепотки удивленных и раздраженных зрителей, не желавших прерывания столь захватывающей схватки. Даже со своего места Куроо видит, как подрагивают плечи рыжеволосого, и как поблескивают при искусственном свете слёзы на отчаявшемся лице во время его разговора с куратором Такедой. Парень уже хочет пойти в направлении выхода с трибун, чтобы спуститься к нему, как неожиданно его хватает за рукав Кенма, всё это время сидевший рядом с ним, и, сжав губы в тонкую полоску, мотает головой, говоря, что не стоит вмешиваться. Темноволосый распахивает глаза, не понимая друга. И уже собирается начать возмущаться, как тот тихо говорит, не отрывая взгляда от Шоё: «Он должен преодолеть это сам». Тецуро проглатывает слова, пару секунд не двигается, размышляя, и признает правоту Козуме. Он усаживается на прежнее место, провожая взглядом спину Хинаты, и старается сконцентрировать внимание на матче, надеясь, что и в этот раз Хината Шоё удивит всех своим упорством.

***

Милый. В следующий раз они встречаются спустя год, снова на весеннем турнире. Разница лишь в том, что Куроо учится в университете на первом курсе, а Хината — второгодка старшей Карасуно. И Тецуро конкретно так залипает на моменте, когда Хината гладит по голове своих кохаев, хваля за игру. Он всё также улыбается, как делал это год назад, но эта улыбка несколько другая: не такая яркая, но до жути довольная и гордая. Темноволосый видит, как сверкают первогодки, не прекращая прыгать вокруг сэмпая и восхвалять его. И Хината смеётся. Не громко, прикрывая рот ладонью. А потом глядит на них, и в его глазах столько нежности к этим ребятам, что брюнету приходится уже самому прикрывать лицо руками, в попытке скрыть алый румянец. Он не понимает собственной реакции, но при всем желании не сможет отрицать, что Хината в этот момент выглядит невероятно мило. И, видимо, не он один так думает, потому что те двое мгновенно замирают, краснеют и, кажется, уже готовы отойти в мир иной, стремительно падая назад. Но, словно в замедленной съёмке, их ловит тот же Хината и, придерживая, пребывающих в мире грёз и розовых пони, кохаев, отводит их на скамью. Глядя, как он заботливо усаживает этих ребят, следя, чтобы они случайно не завалились набок, и прося другого первогодку присмотреть за ними, внутри что-то неприятно ёкает, заставляя смущение на лице смениться негодованием. В голове мелькает мысль, что ему тоже хотелось бы получать такие улыбки и заботу рыжеволосого. Тецуро на секунду замирает, осознавая, что его слегка занесло не в ту сторону, и пытается отогнать навязчивые мысли, концентрируясь на игре. В этом году Карасуно снова посчастливилось играть с Инаридзаки. Но, к сожалению, одержать победу им так и не удалось, и сейчас вся команда выстроилась на поклон перед болельщиками, среди которых сидел и Тецуро. Он с некоторой гордостью наблюдал за попытками старших успокоить впечатлительных первогодок, которые, по видимому, начинали хныкать. В конечном итоге Энношита, нынешний капитан команды, устало вздохнул, скрещивая руки на груди и стараясь игнорировать крики Танаки и Нишинои, пытающихся подбодрить кохаев. Неожиданно рядом с капитаном появился Хината, кладя руку на его плечо и слегка улыбаясь тому, будто говоря, что он со всем справится. Рыжеволосый подошел к младшим товарищам и обнял их, что-то шепча каждому. Первогодки сначала находились в оцепенении, не ожидая от сэмпая подобных действий, после чего вцепились в ткань его формы, не переставая что-то неразборчиво лепетать. Куроо не мог расслышать, о чём говорили карасуновцы, но судя по смущенным лицам третьегодок, что-то о том, что они будут очень-очень скучать. Парень не сдержал улыбки, смотря, как вся Карасуно присоединяется к объятиям, а некоторые уже готовы пустить слезу. Возможно, этот момент продлился дольше, если бы тренер Укай не напомнил ребятам о необходимости провести растяжку и перекусить. Как и ожидалось, при упоминании еды Танака и Нишиноя вырвались из кучи тел и понеслись к выходу из спортзала, не обращая внимания на крики Укая и Энношиты. Остальные стали неспешно собираться, иногда переговариваясь между собой и делясь впечатлениями от матча. Следя за этим, бывший капитан Некомы подумал, что было бы неплохо наконец поговорить с Хинатой и, подойдя к краю трибуны, окликнул того. Второгодка мгновенно обернулся в сторону предполагаемого звука, почти сразу замечая брюнета. Рыжеволосый удивленно распахнул глаза, уже собираясь направиться к нему, как его неожиданно зовет Кагеяма, указывающий на уходящих товарищей. Кареглазый замирает, раздумывая, как поступить, после чего оборачивается к Тецуро и, нервно прикусывая нижнюю губу, одними глазами говорит, мол, прости, в другой раз. Куроо так и остается стоять на трибуне, в который раз глядя в спину рыжеволосому блокирующему, вызывающему такие странные чувства в его сердце.

***

Спустя долгое время Кенма вскользь упоминает о вечеринке, устраиваемой поколением уже третьегодок Карасуно по случаю окончания старшей школы. Крашенного, оказывается, пригласил никто иной, как Хината, при этом прося предупредить о встрече ещё парочку человек. Не задумываясь ни на секунду, Тецуро говорит, что обязательно придет, стараясь контролировать свой голос и не начать пищать прямо в трубку. Но судя по отвращению в голосе друга, получается не очень. Следующие несколько недель парень прибывает в приподнятом настроении, находясь в предвкушении от встречи со старыми знакомыми. Если он правильно понял, то карасуновцы договорились с нынешними некомовцами встретиться в каком-то популярном кафе Мияги, а также пригласили бывших фукуродановцев, из коих пообещали присоединиться лишь Коноха, Акааши и Бокуто. Разумеется, почти все когдатошние третьегодки и второгодки Карасуно тоже там будут. Как позже оказалось, у Асахи и Нариты появились неожиданные обстоятельства, из-за которых они вынуждены пропустить встречу с кохаями. За неделю до вечеринки Куроо старается сделать как можно больше работ, заданных ему в университете, дабы потом он смог полностью расслабиться и не думать хотя бы несколько дней об этом. Уже на протяжении двух лет живя самостоятельной жизнью, темноволосый научился распределять доходы таким образом, чтобы хотя бы небольшую сумму регулярно откладывать. К тому же, парень нашел подработку с более высоким заработком и удобным графиком (если ночную смену можно так назвать). За три дня перед поездкой он идет в местный торговый центр, намереваясь приобрести что-нибудь поприличнее, нежели те растянутые толстовки и футболки в его шкафу. Выходит из магазина желтоглазый через несколько часов с парой пакетов до жути уставший, но довольный. Выглаживая новую рубашку и при этом чуть не танцуя, Тецуро думает, что ничего не сможет его сегодня огорчить, ведь уже завтра он встретится не только со старыми друзьями и снова сможет поиздеваться над Тсукишимой, но и наконец-таки поговорит с Хинатой. Парень не совсем понимает, почему так жаждет поскорее увидеться с карасуновцем, и почему тогда не предпринял попытки раньше, но всё это отходит на второй план, стоит представить все те эмоции, которые он испытает при встрече. Темноволосый аккуратно убирает рубашку в шкаф, параллельно находя взглядом недавно купленные черные джинсы и складывая их на ближайшую полку. Перед глазами всплывают обрывки с матча этого года, который, к сожалению, он не смог посетить. Карасуно смогла пробиться в тройку лучших, дойдя до полуфинала впервые за свою историю. Кагеяма, Хината, Тсукишима и Ямагучи, вероятно, впервые за эти три года вели себя так… эмоционально. Да, разумеется, Кагеяма и Хината всегда были весьма активными. Но когда все четверо вцепились друг вдруга после последнего матча и закричали так, что Куроо пришлось сбавить громкость на плеере, по лицу расплылась довольная ухмылка. Уже собираясь готовиться ко сну и ставя собранную сумку с вещами около кровати, парень без задней мысли отвечает на звонок, даже не глядя на имя контакта. На душе так тепло и спокойно, что Куроо роняет телефон, как только с той стороны доносится невнятный женский крик. Тецуро ошалело глядит на мобильник, откуда слышен чей-то голос, и с ужасом узнает бабушку, мгновенно подхватывая устройство и поднося к уху. Слова почти невозможно разобрать, единственное, что темноволосый успевает услышать перед тем, как вешают трубку: «отец», «больница» и «приезжай скорее». Этого вполне хватает, чтобы в один миг выбежать из комнаты, сорвать с крючка ветровку и, захватив ключи, покинуть квартиру. Желтоглазый не припомнит, когда в последний раз так быстро сбегал с шестого этажа и несся по оживленным улицам Токио, игнорируя брань в свою сторону, и почти подсознательно выбирал кратчайший путь до ближайшей, к родительскому дому, больницы. В голове всплывет мысль, что, возможно, он ошибся, но тут же отметается, стоит увидать у входа в госпиталь знакомые фигуры бабушки и дедушки. Как они объяснили, его отец попал в автокатастрофу и сейчас находится в реанимации. Тецуро глубоко вздыхает, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце, и подходит ближе к родне, крепко обнимая их и ощущая, как слегка подрагивает хрупкая фигура Куроо-старшей. Дед держится более уверенно, и лишь поджатые в тонкую полоску губы и нахмуренные брови, свидетельствуют о волнении. Спустя несколько часов, проведенных в стенах белого здания, к ним выходит главврач клиники и, стянув с лица медицинскую маску, с улыбкой сообщает, что жизни Куроо-сана ничего не угрожает. Темноволосый с облегчением выдыхает и с трудом заставляет старших покинуть больницу, и отправиться домой. Он разваливается на неудобном стуле в коридоре около палаты, куда только перевели его отца, и глядит на экран почти севшего мобильника, вспоминая, что через пару часов должен прозвенеть будильник. Только сейчас в голове проносится мысль, что он уже никуда не едет, и парень тяжело выдыхает, прикрывая глаза. Он еще раз смотрит на время и с недовольством понимает, что Кенма, вероятно, уже спит — четыре часа утра. Но, как-то наплевав на это, открывает контакты и быстро находит номер друга, набирая его и сразу ставя на громкую связь. Спустя долгих семь гудков Козуме берет трубку и первое, что слышит парень: «Какого черта?». Голос заспанный и явно раздраженный неожиданным звонком, прервавшим сон. Куроо пару секунд молчит, пытаясь получше сформулировать дальнейшую фразу, но уставший мозг категорически отказывается нормально функционировать, а потому темноволосый даже для себя слишком тихо говорит, что не поедет в Мияги. Кенма, видимо, опешив от услышанного, некоторое время молчит, стараясь проснуться и задает логичный вопрос, почему. Тецуро вкратце объясняет ситуацию, прося передать всем свои извинения, и завершает разговор. И весьма вовремя, так как из палаты выходит лечащий врач Куроо-сана и говорит, что тот очнулся. Парень, удивившись столь раннему пробуждению отца, заходит в помещение, прикрывая дверь и с приподнятой бровью оглядывает слишком бодрого для того, кто недавно лежал в реанимации, папашу, о чем-то яростно спорящего по телефону, судя по разговору, с Куроо-старшим. Тецуро протяжно стонет и присаживается на стоящий недалеко от койки стул, массируя глаза в надежде не заснуть прям так. Как стало позже ясно из разговора с доктором, его отец чудом избежал серьёзных повреждений, не считая довольно глубокой раны в области живота, из-за которой он и попал в реанимацию. Разумеется, в ближайшие несколько дней, пока Куроо-сана не выписали из больницы, парень ежедневно навещал его, иногда пересекаясь со старшими членами семьи. Темноволосый как-то и забыл о поездке в Мияги, позже замотавшись с накопившимися делами в университете — как никак скоро начинается сессия.

***

Непредсказуемый. Спустя какое-то время ему звонит Бокуто, предлагающий встретиться и, возможно, выпить. И Куроо не видит причин для отказа. Они пересекаются в пятницу вечером, когда и тому, и другому на следующий день никуда не надо. И кажется, что ничего не изменилось со времен старшей школы: разговор идет так плавно и легко, что парни временами забывают про выпивку, полностью сосредоточившись на собеседнике. Они обсуждают все подряд: что Бокуто порядком раздражает его новый связующий, а Акааши словно забыл о нем, полностью погрузившись в учебу. На этом моменте Тецуро тяжело вздыхает и с горестью рассказывает о злом декане, не желающим принимать во внимание человеческий фактор и необходимость сна, о коей, кстати, он сам втирает им на лекциях — смешно, правда? Когда уже порядком подвыпившие и разомлевшие парни решают прогуляться до ближайшего парка, предварительно пополам заплатив официанту, который от их вида скорчил такую гримасу, что оба не удержались и расхохотались на выходе из заведения, речь заходит о прошлом. В том числе и о Карасуно. Бокуто, не стесняясь, выкладывает все, что происходило на недавней вечеринке, при этом активно жестикулируя руками и иногда слишком громко высказывая свое мнение на счет того или иного происшествия. По правде говоря, ничего особо там не происходило — не забываем о присутствии Дайчи и Сугавары, которые, аки старшие братья, не позволяли разгуляться буйным кохаям и не только. В основном шла речь о том, кто куда пойдет дальше, в какой университет поступит и тому подобное. Тсукишима, Ямагучи и Ячи собирались остаться в Мияги. Очкарик-кун, весь вечер строивший из себя недотрогу и лишь под конец присоединившийся к общему веселью, хочет связать свою жизнь с историей и работать в музее Сендая. Тадаши, на протяжении всего мероприятия причитавший, как же сильно он будет скучать, поступал на электронную коммерцию, а милашка Ячи на факультет маркетинга и связи с общественностью. Когда рассказ дошел до Кагеямы, Бокуто резко помрачнел и надул губы, складывая руки на груди, аки обиженный ребенок. Оказалось, гениальный связующий не собирался поступать в университет и хотел попасть в основной состав токийской волейбольной команды Schweiden Adlers, в которой, кстати говоря, играют Ушиджима Вакатоши и Хошиуми Коурай. Поступок Кагеямы в некоторой степени задел самолюбие Бокуто, поскольку связующий предпочел ему другого аса. Или лучше сказать других… Неожиданно между друзьями повисло молчание. Казалось, Котаро обдумывал, как стоит преподнести следующую новость. Куроо не торопил его, но от чего-то парня напрягало такое состояние товарища. Темноволосый догадывался, о ком пойдет речь дальше, и это ещё сильнее нервировало. Вдруг, тяжело вздохнув, волейболист взлохматил светлые волосы и усадил друга на ближайшую скамью. «Хината-кун улетает.» — сказал он, не глядя на Тецуро. Желтоглазый несколько раз моргнул, обрабатывая информацию, после чего шокировано оглядел Бокуто, который, предупреждая его вопросы, продолжил: «Через пару месяцев он улетает в Бразилию, предположительно, на два года.». Куроо шумно выдохнул и растекся по скамье, задирая голову к небу. Хах, вот везение. В остаток вечера друзья больше не возвращаются к этой теме, не желая её затрагивать по личным причинам. Однако Котаро, сам того не ведая, мельком вспоминает о его недавней встрече с Акааши и Хинатой. Парня, как и всегда это бывает, заносит и он все выкладывает, словно не замечая притихшее состояние товарища. Оказывается, в последние года ребята не плохо общаются и даже иногда созваниваются по скайпу. А буквально неделю назад Шоё-кун приезжал в Токио по каким-то семейным делам, и они не упустили возможности встретиться. Весь тот день молодые люди провели вместе, хотя, на удивление, программа не так насыщенна, как ожидалось: сначала они прогулялись по улицам Токио, умудрившись при этом чуть не сбить с ног какую-то старушку (заслуга, разумеется, Бокуто, решившего, что ходить спиной вперед, несмотря на огромное количество людей, замечательная идея). После, Котаро, сославшись на его ̋супер важный режим спортсмена ̋ затащил их в кафе, в котором они провели остаток дня, вечером отправившись провожать Хинату на поезд. На протяжении всего повествования Бокуто не уставал повторять, как же его кохай вырос и как сильно он будет по нему скучать. Не понятно от чего взбесившись, Куроо рявкнул на беловолосого, попросив того наконец сменить тему. Осознав содеянное, Тецуро пораженно взглянул на друга, встречаясь с изучающим взглядом того. Но напряженное молчание продлилось недолго — Бокуто, как-то устало вздохнув, посмотрел на него, как на последнего идиота, и совершенно спокойно спросил, собирается ли Куроо что-то с этим делать. Брюнет пару секунд хлопал глазами, не понимая, что от него хочет добиться волейболист. Котаро отвел взгляд в сторону и заявил, что Тецуро не увидит Хинату два года и собирается ли он хоть что-то предпринять. Желтоглазый изумленно замер, кажется, понимая смысл сказанного. Ещё несколько лет назад, когда он сам учился на третьем году, он хотел познакомиться с Хинатой, вероятно, как и большинство заинтересовавшись резвым блокирующим, но потерпел крах, даже не заметив, что в отличие от него, некоторые настроены куда более серьезно. А Хината что? Парень был только рад новым знакомствам, а потому проводил все свободное время в чьей-нибудь компании, лишь изредка пересекаясь с капитаном Некомы. Тогда казалось, что все еще успеется, вот только Куроо упустил из виду, когда успели пройти два с половиной года, за которые продвижение в сторону рыжеволосого никак не осуществилось, а тот, ко всему прочему, еще и уезжать собрался. Каждый раз встречаясь с Хинатой, Тецуро, сам того не замечая, улыбался, но не так, как все привыкли видеть — стандартная ухмылка, которая, казалось, приклеена к его лицу, приобретала иной, нежный и даже ласковый оттенок, иногда приправляемый легкой горечью, когда карасуновец будто не замечал третьегодку, будучи постоянно занятым с кем-то другим. Вот только парень не учел и того, что его друзья были весьма проницательными людьми. Тот же Кенма с самого начала бросал на него подозрительные взгляды, заметив интерес своего капитана, а потому, решив, что вокруг его нового друга и так слишком много народу, старался уводить того подальше от социума (и назойливого Льва). Акааши и Бокуто, знавшие Куроо уже достаточно, чтобы сделать некоторые выводы относительно его поведения, также не особо старались помочь ему, логично рассудив, что если он захочет, то сам всего добьется. Так он и остался в сторонке, наблюдая, как маленький блокирующий с удовольствием проводит время с новыми друзьями, и не решаясь подойти ближе. И что теперь? Спустя больше чем два года, с тех пор, как он в первый раз сказал себе, что все успеется, и он наконец начнет взаимодействовать с Хинатой, он стоит посреди ночного парка в Токио и пялится на свои кроссовки, не находя оправдания собственным действиям. Парень чувствует себя невероятно глупо, кажется, только сейчас осознавая, чего на самом деле желал — внимания, его внимания. Хинаты. Чтобы помимо всех остальных он обращал внимание и на него, чтобы хоть иногда улыбался также, как и своим кохаям на том матче, чтобы заботился о нем или хотя бы просто находился рядом. Воспоминания тех немногих моментов, когда ему удалось пообщаться с Шоё, обрушились на парня, заставив лицо покрыться легким румянцем, а сердце забиться где-то в районе горла. ̶ Я идиот. ̶ выдал Куроо, прикрывая рукой лицо в попытке скрыть от друга глупую улыбку и румянец, слишком ясно ощущаемый на собственных щеках. Бокуто тихо рассмеялся, радуясь (хоть и позднему) озарению товарища и ожидая продолжение, которое, к счастью, не заставило себя долго ждать, ̶ Но я не собираюсь ничего предпринимать. ̶ уверенно проговорил темноволосый. Котаро, пораженный его словами, уже собирался возмутиться, как был прерван, ̶ Если я сейчас объявлюсь перед ним, то, вероятно, только помешаю. ̶ пояснил желтоглазый, не глядя на собеседника. Парень глубоко вздохнул, с одной стороны желая прямо сейчас рвануть в Мияги и, наплевав на все рамки приличия, заявиться в дом семьи Хината. Но с другой… Если он действительно так поступит, это может сбить рыжеволосого с нужного пути, ведь тот явно не один год планировал эту поездку. Потому, задвинув эгоистичные желания куда подальше, Тецуро взглянул на экран мобильника, поражаясь столь позднему часу, — на дворе стояло два ночи — и быстро кинув слова прощания, удалился в сторону дома, не замечая изумленный взгляд Бокуто и еле-слышный вопрос, когда это он стал так заботиться о других.

***

Следующие полгода Куроо кажется, что слишком уж часто в его жизни мелькают упоминания о Хинате Шоё. То Кенма ненароком вспомнит о нем во время очередного звонка, то Бокуто протрезвонит все уши о скорой поездке рыжика, то Яку упомянет, что видел похожего парня. И всё бы ничего, вот только уже самому Тецуро иногда мерещатся яркие волосы и громкий смех, заставляющие каждый раз оборачиваться и выискать парня, так плотно засевшего в голове. Темноволосый старается себя убедить, что как только Хината уедет из страны, это отпустит, по крайней мере, не сразу. Держа в голове примерную дату его отъезда, желтоглазый упорно игнорирует в течение недели звонки Кенмы и Бокуто, даже стараясь поменьше выходить из дома. Куроо прекрасно понимает, что таким образом лишь избегает свою «маленькую» проблемку, но парень не может отделаться от ощущения, что если, не дай Боже, встретится с Шоё, то все пойдет по одному месту, и не только у него. Он с максимально безучастным лицом выслушивает друзей, которых он всё же впустил в квартиру, точно зная, что самолет Токио ̶ Рио-де-Жанейро пару часов назад отправился в путь. И пусть его уже порядком утомили нравоучения Котаро и пронизывающий взгляд Козуме, так и говорящий, какой же он идиот, но Тецуро продолжал держать в голове мысль, что надо просто перетерпеть и все пройдет.

***

Привлекательный. Спустя ещё полгода не проходит. Даже наоборот, становится только хуже. Потому что теперь к колотящемуся сердцу и краснеющим щекам добавились сны. По началу все было вполне безобидно: какие-то воспоминания или бытовые сцены, где, например, Хината волшебным образом оказался в Токио, и они, аля лучшие друзья, гуляли по шумным улицам, поедая мороженое в виде единорога и наблюдая за веселым дельфином, жонглирующим на потеху детишкам. Вот только со временем характер снов несколько… изменился. Иначе то, что недавно рыжеволосый предстал в образе черлидера старшей Некомы, объяснению не поддается. И ладно, если бы на нем была мужская форма… Ну, что ж, зато Тецуро понял одну очень важную вещь — Хинате чертовски идут мини-юбки. Придя к этому выводу, парень слегка подвис, после горестно выдыхая, и старается как можно меньше контактировать со всем, что может навести на мысль об одном конкретном человеке. К огромному сожалению, учитывая, что он довольно часто общается с бывшими товарищами и соперниками, исполнить задуманное оказалось практически невозможно. А потом ситуация продолжила накаляться. Когда Куроо пролистывал ленту новостей в соцсети, в рекомендациях он мельком заметил рыжие волосы и, уже скорее по привычке, пригляделся, читая никнейм и тем самым собственноручно подписывая себе приговор — Ninja-ShoyoFan. Тецуро честно пытался: сначала быстро смахнул ленту вниз, потом выключил телефон. Но перед глазами всё также стояла дерзкая улыбка чуть загорелого Хинаты, на котором, судя по оголенным плечам, не было рубашки. Его хватило меньше, чем на пару минут, и Куроо остервенело слистал обратно, в надежде найти злополучный аккаунт. Это получилось довольно быстро, особенно учитывая чуть подрагивающие пальцы и пляшущие перед глазами буквы. Как и было ясно из никнейма, страница была посвящена Шоё, а точнее супер волейболисту Ниндзя-Шоё. Судя по фотографиям, тот, кто вёл аккаунт либо имел хорошие связи, либо сам был знаком с Хинатой и довольно часто с ним встречался. Рассматривая очередное фото с, кажется, тренировки, брюнет не в силах оторвать взгляд от бронзовой кожи волейболиста. Кареглазый был изображен в профиль и, видимо, не замечал, что его фотографируют. Легкая ухмылка застыла на его губах, а в глазах поблескивали игривые язычки пламени. На парне была черная облегающая майка, ни капли не скрывающая рельефное тело, а руки сложены на груди. Вся поза была пропитана уверенностью и даже насмешкой — матч закончился явно не в пользу соперников. Куроо листает дальше и, кажется, забывает, как дышать. Потому что в голове не может уложиться тот маленький и, в какой-то степени, худощавый мальчишка с веселой улыбкой и этот горячий, атлетично сложенный и невероятно красивый парень. Хината стоял прямо и смотрел точно в камеру, заставляя сердце биться в несколько раз быстрее, а в животе затрепыхать чертовых бабочек. На фоне заката, его волосы словно подсвечивались, отдавая огненным оттенком, подобным тому, что виднелся в небе. На нем не было пресловутой майки, мелькавшей почти на каждом фото — не было никакого верха, лишь каёмка приспущенных шорт виднелась. Видимо, парень только что вышел из моря, ведь даже на камере были видны блестящие капельки воды, так притягательно поблескивающие на загорелой коже и лишь подчеркивающие мощную мускулатуру. Пролистав уже третий аккаунт, посвященный пляжному волейболу в поисках фотографий Хинаты, Куроо понял, что влип по-крупному. И вовсе не ошибся — сны становились ещё непристойней, и с каждым разом норовили довести парня до трясучки. В основном Шоё представал именно таким, каким его Тецуро видел на фото, лишь с тем исключением, что его буйная фантазия явно приукрашивала реальность: лукавый взгляд карих глаз скользил по телу темноволосого, будто оценивая, а сам Хината сидел напротив него в каком-то баре, лишь отдаленно слушая болтовню своего пляжного товарища и концентрируя внимание на бывшем сэмпае. Куроо время от времени задавал вопросы в основном относительно личной жизни парня, на что получал хитрую ухмылку, и он готов был поклясться, что в этот момент в медовых глазах танцевали настоящие бесята, приговаривая, мол, как ты легко попался в ловушку. В конце концов они покинули заведение, не в силах терпеть напусканную сдержанность. И Хинате ничего не стоило схватить его за волосы и притянуть для поцелуя. Получается мокро, неудобно, от того, что их носы скрещиваются, но до одури приятно, а легкий привкус алкоголя лишь подливал масла в огонь, заставляя окончательно отключить тормоза и одной рукой схватить рыжеволосого за поясницу, а другой зарыться в растрепанные, чуть отросшие волосы, не позволяя отстраниться. Проснувшись примерно в девять утра воскресенья на самом, так сказать, интересном моменте, когда они прибыли в квартиру Хинаты, Куроо готов выть в подушку, потому что это уже становится невыносимо.

***

Сексуальный. Примерно в таком режиме проходят и следующие несколько месяцев: подъем в семь ровно, с девяти до семи в офисе или в разъездах, после бытовые дела, а вечер за компьютером в поисках информации о рыжеволосом волейболисте, так плотно засевшем в мыслях и не желающем их покидать. Ну, впрочем, чего греха таить, иногда подобные вечера заканчивались в ванной комнате в попытке смыть не только грязные следы с ладони, но и алый румянец с щек, ставший частью этих самых вечеров. О том, что происходило во снах, Тецуро не мог вспоминать без смущения. Кажется, уровень дозволенности давно остался позади, предоставляя место чистейшему разврату и самым смелым фантазиям. С каждым разом образ Хинаты становился всё более и более раскрепощенным, а действия бесстыжее. Рыжий искуситель представал в настолько сексуальных образах, что, проснувшись и более или менее приведя себя в порядок, проведя энное количество времени в ванной, парень забивает в строке поиска — «черное сексуальное белье». Открыв первую попавшуюся вкладку, парень мысленно радуется тому, что сегодня суббота, а, значит, он может никуда не идти. Ибо стоит представить Хинату, такого красивого, соблазнительного, с его невероятной загорелой кожей, по которой так и хочется пройтись языком, в настолько откровенном чёрном белье, почти ничего не скрывающем и дополненном чулками в цвет с атласными ленточками-подвязками, что в паху начинает нестерпимо давить, а перед глазами пляшут картинки отнюдь не невинного характера. Спустя ещё какое-то время Куроо решается написать Хинате. Его страничка была найдена ещё два месяца назад, но желтоглазый даже не подписался на него, оправдывая себя слишком глупым — «Ещё не время.» И вот, он сидит у себя на кровати, на коленях ноутбук, а в нем открытая страничка Шоё, у которого весь аккаунт забит чертовыми пейзажами океана. Нет, вы не подумайте, темноволосый ничего не имеет против многочисленных изображений моря или действительно красивого заката, но когда он искал соц-сеть своего объекта воздыхания, он не ожидал, что вместо ещё более открытых фото, нежели те, что были в различных фан-пабликах, его встретит несколько десятков фотографий пляжа и всего парочка самого Хинаты. В любом случае, Тецуро глубоко выдыхает и нажимает на злосчастную клавишу подписки. Отчетливо чувствуя, как подрагивают собственные пальцы, темноволосый заходит в раздел переписок и печатает короткое сообщение, почему-то кажущееся ему очень глупым: «Привет, Хината-кун. Это Куроо Тецуро из старшей Некома.» Несколько минут после он глупо пялится в экран, сам не зная, чего, собственно говоря, ждет. Ведь даже если Хината достаточно часто проверяет страничку, не факт, что он в — парень взглянул на часы в углу экрана — четыре часа утра* по бразильскому времени, решит заглянуть в телефон и проверить уведомления. Куроо усмехается собственному поведению и откидывает голову на подушку, расслабляясь и прикрывая глаза. Желтоглазый закрывает ноутбук и убирает его на тумбочку, принимая решение немного вздремнуть. Как уже стало понятно, главным героем большинства снов парня являлся Хината, но далеко не всегда эти видения имели сексуальный характер. Иной раз это были какие-то обычные, повседневные сцены из их жизни. Совместной жизни. Как они гуляют где-нибудь по пляжу или по улицам шумного города, разговаривая о чем-то таком простом, будто знакомы очень-очень давно. Тецуро интересуется, сжимая ладонь Хинаты в своей, что бы он хотел на ужин, а Шоё, ненадолго задумавшись, отвечает, что было бы неплохо карри по особому рецепту брюнета. Куроо, как и обычно, на это гордо улыбнулся, выпятив грудь вперед, и сжал руку рыжеволосого, заводя того в какой-нибудь парк. Немного прогулявшись по зеленому скверу и успев зайти в продуктовый, пара отправилась в свою квартиру где-нибудь недалеко от клуба, в котором занимался Хината, и офиса Куроо. Тецуро, помыв руки и переодевшись, первым делом пошел на кухню разбирать немногочисленные покупки, в то время как Шоё играл с их кошкой в гостиной, параллельно разговаривая с кем-то по телефону. Быстро обжарив овощи и потушив мясо, он красиво всё разложил, заранее выложив в тарелки рис, и заглянул в комнату, где находился его парень. Тот увлеченно что-то рассматривал в экране ноутбука, словно на автомате поглаживая мягкую шерстку животному, развалившейся около него и блаженно мурчащей. Темноволосый бесшумно подошел к Хинате и обнял того за плечи, прошептав, что ужин уже готов. Шоё положил свои ладони поверх рук парня, быстро поцеловав в щеку Тецуро, аккуратно убрал технику в сторону и полностью развернулся к желтоглазому, обнимая его за шею. Куроо осторожно приподнял рыжеволосого, заставляя того обвить себя ногами, и направился в кухню, стараясь не собрать все углы и не споткнуться обо что-нибудь. Он бережно поставил юношу на пол и, получив нежный поцелуй в лоб, вместе с кареглазым сел за стол. Ужин прошел в приятном молчании, лишь изредка прерываемом разговорами молодых людей. После они разместились в гостиной, некоторое время споря о том, что же им посмотреть. Однако за них все решила Мира, ступившая на пульт и включившая какой-то фэнтези-боевик. Парни тихо посмеялись и устроились поудобнее. Шоё, как это часто бывает, в наглую разлегся на своем парне, вынужденном немного поменять положение, чтобы им обоим стало удобнее. Через некоторое время кошка улеглась Хинате на живот, случайно задирая футболку, и тот иногда посмеивался, ощущая приятную щекотку. Где-то с середины фильма ребята стали активно обсуждать действия героев, в конце концов и вовсе забыв про него, и переключившись на другие темы. Куроо бережно поглаживал ладони спортсмена, нежно обводя каждую мозоль и рубец, слушая про очередную фотосессию, назначенную ему через пару деньков. Он любовно осматривал очаровательные родинки на его плечах, иногда утыкаясь носом в шею парня и что-то тихо говоря, заставляя того тихонько посмеиваться от щекочущих ощущений. Питомец не так давно их покинул, видимо, решив не мешать, а потому Шоё не составило труда перевернуться таким образом, чтобы оказаться лицом к лицу к своему парню, и положить подбородок тому на грудь. Тецуро чуть повозился, принимая удобное положение, и положил одну руку на спину рыжеволосого, начав аккуратно поглаживать, временами заходя под футболку. Шоё ничего не говорил, но в его глазах плескалась такая любовь и нежность по отношению к желтоглазому, что слова были бы излишни. Он запустил одну руку в темные волосы парня, слегка массируя и наводя ещё больший беспорядок, чем есть. Куроо на это блаженно заурчал, протягивая ладонь к щеке рыжеволосого и, будто в первый раз, пересчитывая многочисленные веснушки, рассыпавшиеся, словно звезды, на загорелой коже. Хината в наслаждении прикрыл глаза и потянулся вперед, быстро сокращая расстояние между ними и целуя. Получилось нежно, мягко и настолько приятно, что в животе запорхали стаи бабочек, а сердце было готово взорваться от любви к рыжеволосому парню, сейчас аккуратно обнимающего его за шею. Тецуро ближе прижал к себе кареглазого, одной рукой зарываясь в рыжие вихры и нежно перебирая, а другой обвил талию Шоё, поглаживая через слой ткани подтянутое тело. Хината оторвался и, ласково улыбнувшись, прижался так близко, насколько позволяло его положение, и прошептал на ухо Куроо простую фразу, которую темноволосый готов слышать от этого человека до конца своих дней: «Люблю тебя.»

***

Тецуро проснулся от звонкой трели будильника, на автомате потянувшись к телефону и выключая доставучую трель. Он нехотя разлепляет глаза и глядит в потолок, в полной мере осознавая всю плачевность ситуации, в которой он оказался. Парень отчетливо чувствует ускоренное биение сердца и готов поспорить, что лицо покрылось глупым румянцем, который уже успел стать частью его жизни в последние полгода. Он устало садится на кровати, беря телефон в руки и проверяя время. На часах полшестого вечера. Так, а зачем он тогда поставил будильник?.. Вот же ж. Куроо мигом вскакивает с постели, вспоминая, что на шесть ровно у него назначена встреча с каким-то спортсменом, имя которого он сейчас и не вспомнит. Темноволосый начинает носиться по комнате, ругая себя на чем свет стоит и предвещая выговор от начальства. Застегивая пуговицы на идеально выглаженной белоснежной рубашке, которые все никак не хотели поддаваться, Тецуро невольно вспоминает последние сцены из недавнего сна. Тело само собой расслабляется, а руки, наконец закончив утомительное занятие, опускаются. Желтоглазый глядит на себя в большом зеркале, и по непонятной причине сознание подбрасывает картинки из ночных ведений, как Хината стоит рядом с ним, когда темноволосый куда-то собирается, и тихонько посмеивается, наблюдая за мучениями своего парня в попытке засунуть несчастные пуговицы в предназначенные для этого отверстия, и в итоге помогает ему, быстро орудуя тонкими пальцами. Куроо машет головой, стараясь стряхнуть приятное наваждение, и хватает папку с необходимыми документами, направляясь к выходу из квартиры.

***

За следующие несколько дней Тецуро успевает зайти в соцсеть столько раз, сколько не ходил, вероятно, за всю жизнь. Шоё не появляется в сети и этим заставляет его изрядно нервничать. Во время очередного приступа «депрессии», когда он стеклянными глазами рассматривал фото Хинаты на фоне какого-то кафе или бара, телефон издает неприятный дзынь, оповещающий о новом уведомлении. По привычке сразу разворачивая вкладку, парень замирает, осознавая, что открыл диалог с Шоё. Он читает сообщение последнего и чувствует, как, кажется, останавливается сердце — «Здравствуй, Куроо-сан! Давненько о тебе ничего не слышал. Ты как?». По лицу расползается дурацкая улыбка, а руки чуть подрагивают, когда Тецуро шумно выдыхает и почти смеется. Стараясь взять себя в руки, парень отправляет — «Привет. Нормально. Сам-то как? Живой хоть?». Ответ не заставляет себя долго ждать. Хината рассказывает, что у него все хорошо, правда, ежедневные тренировки слегка утомили, и он планирует взять перерыв на пару деньков. Как и ожидалось, разговор заходит именно о спорте. Тецуро делится, что недавно встречался с какой-то волейбольной командой, которая порядком его утомила своим отвратительным поведением. Будто это сотрудничество необходимо ему, а не этому сборищу прилизанных красавчиков, лишившемуся последнего спонсора. Куроо и не замечает, когда успевает настать вечер за разговорами о том, какой фильм он бы хотел посмотреть сегодня (видимо, уже завтра), с чем вкуснее онигири и какой болван начал ремонт в квартире сверху пару дней назад. Темы сменяются настолько стремительно, что он смотрит на время, лишь когда собственное зрение начинает подводить, а перед глазами прыгают разноцветные круги. На часах два ночи. Класс, график сбит, а ему завтра отчитываться перед босом за не самый здоровый вид. Но когда Шоё уже сам интересуется, не пора ли ему спать, видимо, тоже только что обратив внимание на время, Тецуро понимает, что либо он сейчас выключит телефон и даст организму заслуженный отдых, либо он рискует такими темпами просидеть до утра. Парень вздыхает, осознавая своё не лучшее положение и отправляет Хинате извинение, мол, ему завтра вставать рано, спишемся в другой раз. Практически мгновенно прилетает пожелание спокойной ночи, с улыбающимся смайликом на конце. Куроо откладывает телефон. Перед глазами предстает образ смеющегося Шоё, которого он в последний раз встречал больше, чем два года назад. Как же он изменился… На лице расплывается нежная улыбка, а в душе зарождается предчувствие чего-то нового и необыкновенного.

***

На протяжение следующего месяца они продолжают иногда переписываться, стараясь учитывать разницу во времени. Хината рассказывает забавные случаи с тренировок, и Куроо почти видит двухметрового гиганта, который постоянно жует песок, не в силах свыкнуться с ̋движущимся полом ̋. О жизни в другой стране Шоё повествует с ещё большим удовольствием. Правда, скоро наступает момент, когда тот, видимо, действительно устав писать рассказы размером в декларации, предлагает обменяться номерами. Тецуро несколько раз вчитывается в сообщение, а после откидывает несчастный мобильник и разваливается на кровати, некоторое время тупо пялясь в потолок и стараясь сдержать внутренний писк. Сердце ощущается где-то в районе горла, а грудная клетка, кажется, вот-вот взорвется, не выдержав напора чувств возбужденного парня. Они не так давно называют друг друга по имени, а теперь у него будет возможность услышать голос рыжеволосого. Парень ухмыляется и быстро скидывает номер кареглазому, морально подготавливая себя к неожиданностям. Звонок поступает через жалких несколько секунд. На той линии звучит вопросительное «Тецуро-сан?». И этого хватает, чтобы вышибить весь воздух из легких и заставить секундно оцепенеть. Куроо несколько раз глубоко выдыхает, стараясь придать голосу непринужденности, а себе хоть каплю самообладания. Но судя по смешку Шоё, когда он здоровается, выходит из ряда вон плохо. Парень глядит на себя в зеркало, параллельно слушая щебет Хинаты, и уже без видимого удивления рассматривает покрасневшее лицо и блестящие глаза. На губах расцветает мягкая, мечтательная улыбка, а в душе разливается приятное, согревающее тепло.

***

Открытый. Примерно в таком же режиме проходит еще полгода. Звонки становятся частью повседневной рутины также неожиданно, как и, в принципе, их общение. Раз за разом, слушая о раскаленном песке, обжигающем солнце и теплом море, парня посещают мысли об отпуске. Разумеется, в определенное место. Хотя, если быть точнее, с определенным человеком. Правда, темноволосый догадывается, что Кенме очень скоро надоест выслушивать его сопли и тот, забив на все нормы морали, всё расскажет Хинате. Это кажется наихудшим раскладом. Просто потому, что Шоё не делает ничего, что могло бы наводить на мысль даже о малейшей симпатии. Вот прям совсем. Хотя, в своих же глазах, Куроо выглядит крайне нелепо, пытаясь флиртовать с рыжеволосым фразочками типо ̋ Я потерял смысл жизни, помоги мне вернуть его̋. Однажды выдав что-то подобное, при этом надеясь, что голос звучит достаточно непринужденно, он столкнулся сначала с искренним недоумением. Пару секунд Хината молчал, видимо, переваривая услышанное. К сожалению или к счастью, в этот момент Куроо позвонил его начальник, и желтоглазый был вынужден отключиться. После они не вспоминали этот случай, но Тецуро держал в голове неясную реакцию парня, который в последнее время вел себя как-то не так. Шоё стал меньше болтать и больше спрашивать, голос звучал не так резво, а скорее, заинтересованно, а временами даже игриво. Волейболист словно прощупывал почву, и Куроо совершенно не собирался этому препятствовать. В конце концов, это лучше, чем если бы Хината стал отдаляться от него. Тецуро спокойно реагировал на вопросы различного характера и сам иногда не упускал возможность о чем-либо спросить. За это время они гораздо больше узнали друг о друге, и теперь парень готов был признаться кому угодно в этом мире в своей беспросветной влюбленности. Разумеется, кроме объекта этой влюбленности. И все было, так или иначе, спокойно: они переписывались и созванивались по три-четыре раза на неделе, отключаясь от мира сего часа на три точно. Тецуро жаловался на неумолимого начальника, который бесконечно гонял его по встречам с различными спортсменами и требовал досконального отчета. Шоё рассказывал, как его младшая сестра игнорировала его, обидевшись на брата за долгую отлучку, а Кагеяма, гад такой, вообще не отвечал на сообщения последний месяц. Тецуро, возможно, не стал бы пока вновь пытаться флиртовать с Шоё, если бы тот уже самостоятельно не начал заигрывать с ним. Осознание этого пришло абсолютно внезапно — когда он после очередного звонка прокручивал в голове их разговор и неожиданно понял иной смысл фразы, бегло брошенной Хинатой на его высказывание о том, что всё уже достало и хочется отдохнуть «Ну, приезжай ко мне. Я даже готов на время потерпеть квартиранта в твоем лице.» Это было сказано так легко и просто, что у темноволосого даже мысли не возникло о чем-то неправильном. Зря он тогда не обратил должное внимание на тон, с которым говорил Шоё — не показалось важным. Но сейчас, вспоминая игривые нотки в голосе рыжеволосого и некую дерзость, с которой он позволил себе общаться с ним, Куроо широко усмехается. Потому что это значит, что, возможно, не всё потеряно. Да, вероятно, глупо так полагать, основываясь на единственном случае, но разве это объяснить влюбленному сердцу? Последующее общение идет не менее интересно. Со временем Хината становится всё смелее, и уже в открытую с ним флиртует. Куроо, пару раз остолбенев от особенно откровенных фразочек, не желает отставать и также начинает заигрывать. Иной раз складывается ощущение, будто у них какое-то странное соревнование, цель которого как можно сильнее смутить друг друга. К сожалению, а, может, и к счастью, они идут на равных. Тецуро перед каждым звонком подготавливает себя психологически и старается (правда старается) не краснеть уже от тона голоса Шоё. Просто потому, что это, черт возьми, совершенно не то, чего он ожидал от когда-то маленького и глупого мальчишки. Хината представал в образе именно того горячего, дерзкого и просто невероятного мужчины, который так часто посещал его по ночам и заставлял дрожать в экстазе. Временами у Тецуро складывалось впечатление, словно в начале их общения Хината не показывал и части настоящего себя. Он помнил, как всего-навсего пять лет назад рыжеволосый мог спокойно рассказать о себе каждому первому встречному, что в принципе и делал. Сейчас же в начале он будто разведывал обстановку, постепенно открывая все новые и новые стороны себя, в конце концов накатывая, как цунами и снося все на своем пути. От того хиленького и, в каком-то плане, скромного паренька не осталось и следа. И это подталкивало Куроо начать действовать решительнее.

***

Но, видимо, не он один так думал, потому, что ещё спустя какое-то время, когда они уже созванивались по видео-связи, Хината резко изменился в лице и посмотрел точно в глаза Тецуро. Парень слегка напрягся от столь неожиданной смены настроения друга и спросил, в чем дело. Шоё тихо выдохнул и попросил не перебивать его. То, что происходило дальше, желтоглазый не в силах вспоминать без смущения и нежной улыбки. Хината признался первым. Он выложил всё, начиная от приятного предвкушения, когда Куроо только-только написал ему и заканчивая невероятными чувствами, которые он начал испытывать к нему ещё несколько месяцев назад. Оказывается, Шоё хотел с ним заговорить еще в старшей школе, но каждый раз то обстоятельства не позволяли, то сам он трусил. И в итоге, когда кареглазый наконец твердо решил поговорить с ним на ̋ выпускной вечеринке ̋, Тецуро не явился. Кенма, конечно, сказал, мол, у него серьезные семейные обстоятельства, но для Хинаты это стало неким знаком, означавшим, что не стоит ждать чуда. Стоя в аэропорту в кругу членов семьи и парочки друзей, в глубине души он все-таки надеялся увидеть его, хоть и понимал, что это мало вероятно. И вот, спустя пять лет знакомства и год пребывания в другой стране, Тецуро сам написал ему. Хината к этому моменту успел и вовсе позабыть о нем, — постоянные изнурительные тренировки, да и времени сколько прошло — лишь изредка припоминая брюнета и стараясь как можно скорее выбросить из головы, дабы противное чувство горечи не оседало на языке от осознания собственной трусости. А всего пару недель назад рыжеволосый сделал для себя неожиданное открытие — он влюбился. Влюбился так сильно, как, вероятно, никогда до этого. И эти чувства он не мог контролировать, каждый раз слегка краснея от глупых смущающих шуточек парня, а потом подолгу вспоминая их разговоры. После он стал и сам иногда подкалывать или даже заигрывать с ним, к собственному удивлению, не замечая отвращения и даже наоборот, получая в ответ не менее изобретательный флирт. И вот сейчас, сидя (почти) напротив Тецуро, Шоё признавался ему в чувствах. В его словах не было лишних преукрас и фраз из разряда "Я полюбил тебя с первого взгляда". Он не дрожал от страха и не сгорал от смущения — его глаза были полны решимости, и даже через камеру Куроо заметил то невероятное, согревающее, яркое пламя, плещущееся в карих омутах. Закончив, Хината продолжал все также глядеть в глаза темноволосого, с трепетом ожидая ответа. А тот просто-напросто не мог собрать свои мысли в единое целое — они то и дело запутывались в клубок, не желая формироваться. Спустя несколько напряженных минут Куроо, не в силах более это терпеть, неожиданно воскликнул, заставив Хинату чуть вздрогнуть «Я чувствую тоже самое!». Собственный голос подводит, и Тецуро зажмуривает глаза, закрывая лицо ладонью, в попытке скрыть стыдливый румянец. А после слышится смех. Тихий, еле слышный, прекрасный смех. Темноволосый убирает руку и замирает, желая продлить этот момент. Шоё искренне улыбается той самой широкой улыбкой, которая много лет назад заставила его сердце трепетать. Хината негромко смеётся и с нежностью глядит прямо на него, после чего еле слышно шепчет «Как бы я хотел тебя сейчас поцеловать».

***

Желанный. Следующие два месяца кажутся Куроо одновременно самыми чудесными, потому что теперь они с Хинатой официально встречаются, и он может больше не смущаться своих откровенных фантазий, но и именно поэтому — ужасными. Они, черт возьми, находятся в нескольких тысячах километров друг от друга, и Тецуро не может даже обнять своего парня! Он уже давно узнал у Хинаты, что тот собирается пробыть в Рио ещё примерно три месяца, после чего вернется в Японию. Но от этого знания не становилось ни на грамм легче, к тому же этот маленький дьявол будто нарочно испытывал его выдержку, присылая свои фотографии с тренировок и, наверняка, догадываясь, какой эффект они производят на темноволосого. Хинате, может, и было весело наблюдать за смущенным Куроо, когда прямо во время созвона по скайпу, он в наглую стягивал с себя верхнюю одежду и расслабленно продолжал беседу, словно не обращая внимания на застывшего парня, у которого глаза грозили вывалиться из орбит. В такие моменты Тецуро, казалось, не мог смотреть ни на что, кроме соблазнительно выпирающих ключиц и невероятно привлекательных грудных мышц. Шоё же получал огромное удовольствие, просто наблюдая за реакцией своего парня и время от времени меняя положение, дабы продемонстрировать, так сказать, всего себя. Но он даже не собирался облегчить страдания брюнета, непринужденно ведя беседу и изредка сверкая глазками, в которых, казалось, празднуют безоговорочную победу маленькие бесята. Вот только рыжеволосый, кажется, позабыл, что состоит в отношениях не с кем-то там, а с самим Куроо Тецуро — когда-то главным секс-символом старшей Некома и просто парнем, который очень уж не любит оставаться в долгу. Поэтому в следующий раз, когда они договорились созвониться по видео-связи, Тецуро уже знал, что будет делать. И, о боже, эти чертовы полгода бесконечных переписок и звонков стоили того, чтобы, когда он принял вызов от Хинаты, находясь при этом в одних только домашних штанах, застать того врасплох и заставить выдать красноречивое «Ох…» Щеки Шоё мгновенно налились ярким румянцем, и он тягучим взглядом осмотрел всего Тецуро, стараясь не упустить ни одной детали. В тот момент оба поняли, что это точка невозврата, билет в один конец без возможности вернуться. Вероятно, это и подстегнуло к дальнейшим действиям. Темноволосый, не смущаясь, накрыл ладонью уже слегка напряженный пах и чуть сдавил, ощущая безумный прилив возбуждения во всем теле. Он поднял взгляд на кареглазого, который, не отводя от него взора, задал вопрос, после которого воспоминания запутываются в один большой ком, состоящий из всех самых смелых фантазий парней, озвученных только сейчас «Что бы ты сделал, если бы я оказался рядом?». Куроо не сможет точно сказать, когда завершился тот звонок, в памяти четко отложился лишь крышесносный оргазм под собственный приглушенный стон и блестящие медовые глаза Хинаты, лениво развалившегося в кресле и старающегося успокоить бешеное дыхание.

***

Спустя примерно неделю-две Шоё сообщает, что у него начинается серия ежедневных матчей, в связи с чем придется пока повременить со звонками и переписками. Тецуро относительно спокойно воспринимает новость, лишь горестно вздыхая от того, что теперь он вообще не сможет общаться с любимым. Кареглазый на это тихонько хихикает, успокаивая тем, что это временно, да и к тому же это не значит, что им совсем нельзя поддерживать связь. В течение следующего месяца Куроо успевает всячески проклясть чертовы сборы пляжных волейболистов. Хината, в лучшем случае, звонит раз в два-три дня, да и то, их разговор не длится больше получаса. Он почти перестает скидывать ему фотографии с тренировок, лишь изредка отправляя селфи с кем-то из волейболистов.

***

Но привычный расклад нарушает неожиданное приглашение Бокуто сходить на их матч против команды Швайден Адлерс, который должен состояться уже на днях. Его не приходится долго упрашивать, да и тем более, что это неплохая возможность распиарить его компанию, а после, пользуясь правом ̋ добросовестного и трудолюбивого работника ̋ свалить в отпуск. Куроо решает пока не рассказывать про грядущий матч Хинате, намереваясь поговорить об этом чуть позже, так как, уже достаточно хорошо зная своего парня, может предвидеть не один час разглагольствований рыжеволосого волейболиста о «боже, от одного вида этой подачи руки заболели» и «неплохо, но я мог бы и лучше». Не ясно от чего, но на душе парня неспокойно, будто что-то вот-вот произойдет. Он пару раз глубоко выдыхает, стараясь унять бешено бьющееся сердце, и считает до десяти, как когда-то его учил Хината. От воспоминаний о рыжеволосом в сердце разливается приятное тепло, а от осознания, что скоро его парень вернется в Японию по телу расходится легкий жар, и фантазия непроизвольно подбрасывает сцены их встречи, наполненной долгими крепкими объятиями и мягкими нежными поцелуями. Тецуро приходит, как они и договаривались, за пол часа до игры. Раздобыть пропуск, чтобы лично повзаимодействовать с волейболистами, труда не составило (спасибо начальству), а потому он направляется навстречу Котаро, который даже спустя годы не растерял своей активности и сейчас тормошил бедного связующего, который, казалось, уже был готов выть. Мия почти сразу заметил приближающуюся знакомую фигуру спортивного менеджера, которого в следующую секунду окликнул и, воспользовавшись невнимательностью Бокуто, поспешил ретироваться. Бокуто поспешно покидает компанию товарищей, быстрым шагом направляясь к темноволосому и крепко сжимая того в объятиях, кажется, не совсем рассчитывая силу. Куроо хлопает его по спине, намекая на необходимость кислорода, и по-доброму усмехается с ворчания волейболиста о «Мы так давно не виделись, а ты меня даже не обнимешь?!» Беловолосый отводит его в сторону, и они успевают перекинуться парой фраз, прежде чем Мейан подзывает сокомандника на приветственное построение. Когда Куроо уже собирается уходить на трибуны, Бокуто неожиданно наклоняется к его уху и еле слышно шепчет «Смотри, не потеряй дар речи». Он загадочно улыбается, прежде чем уйти к своей команде и оставить недоумевающего друга. Тецуро пару раз моргает, не совсем понимая, к чему это было сказано, но, всё свалив на излишнюю гордость волейболиста, направляется к трибунам. Ему не особо интересно, что происходит вокруг, а потому он бы, наверняка, и не заметил компанию бывших карасуновцев, если бы те не окликнули его, поздоровавшись. Куроо натягивает свою очаровательную улыбку обаятельного менеджера и оглядывает повзрослевших Ячи, Ямагучи и Тсукишиму. Тадаши о чем-то спрашивает его, активно жестикулируя руками, но из-за постороннего шума толпы темноволосому не удается расслышать его, и он, пролепетав что-то невнятное в ответ, спешит занять свое место. Вскоре на всю арену раздается бодрый голос комментатора. Тецуро пропускает мимо ушей вступительную речь, уткнувшись в телефон и проверяя уведомления. Когда начинают представлять команду Адлеров, он лишь слегка хмурится, замечая, что Шоё совсем недавно был в сети, а ведь сейчас у него должно быть раннее утро. Парень отключает мобильник, понимая, что настало время работы, и прикрывает глаза, морально подготавливаясь к насыщенному матчу. Куроо пару раз выдыхает, открывает глаза и замирает. «Я дома!» На всю площадку звонко раздается знакомый голос, а рядом слышится оглушительное «С возвращением»!. Темноволосый несколько раз моргает, боясь пошевельнуться, и не сводит глаз с рыжеволосого игрока в черной форме Шакалов. Хината стоит, повернувшись корпусом к болельщикам MSBY, и широко улыбается бывшим товарищам, не прекращающим что-то кричать. А потом он переводит взгляд на него. Шоё неловко трет затылок и улыбается так нежно, что даже обида сейчас отходит на второй план, оставляя место лишь небольшому шоку и необъятной любви к этому человеку. Хината глядит на него всего пару секунд, а после разворачивается, направляясь к команде. Куроо смотрит ему вслед и натыкается взглядом на довольную ухмылку Бокуто, глядящего прямо на него. Темноволосый не сдерживает собственной легкой усмешки и не отвлекается от игры до самого конца. Правда, на самом деле, сложно сказать, что наблюдает он исключительно за игрой. Да, несомненно, матч, как и предполагалось, весьма захватывающий, но чертов Хината с его чертовыми перекатывающимися мышцами под обтягивающей формой, никак не способствуют концентрации. Раз за разом темноволосый ловит себя за рассматриванием фигуры своего парня, не в силах устоять перед таким соблазном. Как некстати, в голову закрадываются мысли весьма откровенного характера, от чего в нижней части тела становится теплее. Тецуро старается успокоить бешеное сердцебиение и уверяет себя, что все будет, но чуть позже. Сначала Шоё необходимо отыграть матч и переодеться. Ох черт, по телу снова разливается волна возбуждения, стоит представить разгоряченного, уставшего Хинату, принимающего душ. Тецуро досадно выдыхает и оглядывает площадку, с интересом рассматривая непривычно серьезного Шоё, что-то говорящего своим товарищам и, видимо, изображающего какой-то прием руками. Рыжеволосый стоит к нему спиной на достаточно приличном расстоянии, но это не мешает Куроо рассматривать широкую загорелую спину волейболиста, скрытую черной материей. Свисток вырывает парня из мыслей и оповещает об окончании тайм-аута, спортсмены становятся на свои позиции.

***

Матч заканчивается сокрушительной победой Шакалов. Тецуро не сдерживает пораженный вздох, замечая только сейчас, что под конец неосознанно задержал дыхание. Трибуны взрываются оглушительными аплодисментами и криками, пока сами Шакалы набрасываются на Шоё, забившего последний мяч. Рыжеволосый валится на пол, не выдерживая вес своих товарищей, и счастливо улыбается, звонко смеясь с восклицаний Котаро, крепко сжимающего его в объятиях. После последнего рукопожатия между командами, во время которого Хината бросает Кагеяме неожиданное «1:1» и довольно ухмыляется скривившемуся лицу бывшего сокомандника, и поклона болельщикам, волейболисты стремительно покидают зал, желая поскорее стянуть с себя прилипшую форму и смыть противный пот. Куроо с мягкой улыбкой провожает спины спортсменов, краем уха слышит возбужденные возгласы Дайчи и Сугавары, и решает немного пообщаться с бывшими соперниками. Те встречают его радостными приветствиями и крепкими рукопожатиями. За разговорами он и не замечает, как практически весь прошлый состав Карасуно, в том числе и их куратор и тренер, собирается вокруг, и они покидают арену, направляясь встречать волейболистов к специально отведенному для них выходу. Первыми выходят Адлерсы, и Кагеяма, сразу заметив шумную толпу знакомых личностей, направляется к ним, что-то напоследок крикнув товарищам по команде, уже занимающим места в личном автобусе. На него мгновенно набрасывается Танака, зажимая его голову и вороша темные волосы волейболиста, заставляя того недовольно проворчать. Рюноске откровенно издевается над ним, делая акцент, что победа досталась команде Хинаты, и не сдерживает веселого смеха, когда синеглазый бубнит, мол, это только в этот раз. Через пару минут показываются и Шакалы, явно пребывающие на веселе от сегодняшней победы и следующей за ней попойки, полностью оплачиваемой тренером Фостером. Среди них особенно ясно слышатся голоса Бокуто и Атсуму, видимо, опять из-за чего-то спорящих. Рядом с ними мелькает рыжая макушка, и в следующую секунду раздается задорный смех Шоё, успевающего удачно увернуться от подзатыльника Мии, над которым он только что подшутил. Хината смотрит по сторонам и замечает их компанию. Кареглазый успевает лишь выкрикнуть прощание своим сокомандникам, прежде чем бодро направиться к ним навстречу, игнорируя недовольное ворчание Котаро и Атсуму. Хината радостно здоровается с бывшими товарищами и краем глаза замечает Куроо, направляющегося прямиком к нему и в следующую хватающего рыжеволосого за руку. Тецуро отходит на приличное расстояние от толпы, игнорируя возмущенные возгласы, и делает то, о чем мечтал очень давно — сжимает Шоё в объятиях. Он опускает руки на спину волейболиста и ощущает, как тот обнимает его в ответ, крепко сжимая в ладонях ткань пиджака. Шоё прижимается к нему теснее, утыкаясь носом в районе плеча и шепча тихое «Как же я скучал». Темноволосый успевает только пораженно охнуть, перед тем, как Хината хватает его за волосы на затылке и смыкает их губы. Тецуро перемещает одну руку на шею спортсмена, а другой зарывается в яркие, чуть отросшие, мягкие волосы, нежно перебирая их и прикрывая глаза. Шоё чуть приподнимается и кладет ладонь ему на плечо, другой поглаживая шею. Он чувствует, как Куроо улыбается сквозь поцелуй, и не в силах сдержать собственной улыбки. Но игнорировать веселое улюлюканье друзей и просьбы поторопиться долго не получается, и Хината чуть отстраняется, глядя своими невероятными медовыми глаза, наполненными искренней нежностью и любовью в его собственные. Тецуро прикусывает губу, замечая легкий румянец на щеках волейболиста, и наклоняется к его уху, понижая голос до почти интимного шепота: ̶ Я ещё не забыл, как ты меня за нос водил. ̶ темноволосый выдыхает в оголенную шею, довольно усмехаясь вызванному рою мурашек. ̶ Как только закончите, набери. Я заберу тебя. ̶ напоследок он легко целует участок за ухом и выпрямляется, в последний раз оглядывая Хинату перед тем, как уйти. Шоё глядит ему прямо в глаза, и Тецуро готов поклясться, что краска на щеках парня вызвана не сколько смущением от происходящего, сколько от предвкушения предстоящего вечера. Рыжеволосый по-лисьи ухмыляется и чуть прищуривает глазки, наклоняя голову в бок. ̶ Буду с нетерпением ждать. ̶ почти мурлыкает он и разворачивается, направляясь к друзьям, которые тут же начинают засыпать его вопросами. Куроо не долго глядит им в след и идет к недалеко припаркованному автомобилю, попутно включая телефон и проверяя время. На часах без пятнадцати пять. Времени у него предостаточно, уж в этом Тецуро уверен, а потому он решает заехать в магазин по дороге и прикупить кое-что. Парень выстраивает в голове маршрут до ближайшего алкомаркета и припоминает, что Хинате нравится красное полусладкое.

***

Звонок поступает ближе к часу ночи, как раз когда Тецуро выходит из душа, решив освежиться после утомительных поездок по городу, на которые его неожиданно отправило руководство. Вино давно ждало своего часа на столе в гостиной, но парень, слушая по телефону пьяную перебранку Кагеямы и Танаки и попытку Хинаты усмирить товарищей, устало вздыхает, убирая горячительный напиток в специально отведенный для этого уголок. Голос Шоё звучит достаточно трезво, и темноволосый успевает уловить в нем легкие нотки мольбы, когда к спору подключается, кажется, Тсукишима, и возгласы на том конце становятся ещё громче, вынуждая Куроо вытянуть руку с телефоном на приличное расстояние. Он тихонько хихикает и говорит парню, что уже собирается. Хината просит его поторопиться и сбрасывает, видимо, решая помочь товарищам разнять разбушевавшихся парней. Тецуро чуть улыбается, глядя на мобильное устройство, и достает из шкафа первый попавшийся свитер. Парень подхватывает ключи от машины, кладя их и телефон в карман куртки, и быстро закрывает квартиру, сбегая по лестнице. Обычно оживленные улицы Токио встречают его приятной тишиной и спокойствием, иногда прерываемом проезжающими дорогими иномарками с громкой музыкой. Куроо припоминает адрес, который ему сообщил Хината, и без особого труда находит небольшое заведение. Из дверей бара показывается Дайчи, который ведет размякшего и, кажется, спящего Кагеяму, к рядом стоящему такси. За ними следует старшая сестра Тобио, Мива, говорящая какие-то слова благодарности выходящему за ней Шоё. Рыжеволосый мягко улыбается девушке, со смешком наблюдая за попытками Савамуры усадить вялого товарища. Брюнетка в последний раз что-то говорит парню, перед тем, как сесть на переднее сидение автомобиля. Куроо припарковывает машину недалеко от заведения и выходит из неё, окликая своего парня. Шоё мгновенно переводит взгляд на темноволосого и, попращавшись со стоящими на улице друзьями, подхватывает спортивную сумку, направляясь к черному авто. Кареглазый усаживается на переднее сидение и откидывает голову назад, не обращая внимание на хихиканье Тецуро, занявшего водительское место. ̶ Я очень люблю и уважаю своих друзей, но иногда они просто невыносимы. ̶ обреченно вздыхает спортсмен и поворачивает голову в сторону темноволосого. На его лице расцветает довольная усмешка, и в следующую секунду Шоё тянется к его губам, скрепляя их в нежном поцелуе. Куроо чуть разворачивается и кладет одну руку на шею парня, вторую опуская тому на поясницу в попытке прижать к себе, и как-то игнорируя неудобное положение. Хината сцепляет руки у него на шее, зарываясь пальцами в темные волосы. Тецуро мягко надавливает на затылок парня, игриво проводя языком по губе, на что Шоё слегка прикусывает его нижнюю и пытается слегка отстраниться, кладя руку на плечо брюнета. Куроо недовольно прищуривает глаза, забавно вытягивает губы и, желая продолжить поцелуй, тянется к волейболисту. Но Хината накрывает его губы ладонью, не позволяя приблизиться, и хитро прищуривается. «Домой» тихо шепчет он, лукаво глядя в опьяненные лаской глаза, и легко чмокает его в щеку, удобнее устраиваясь на пассажирском сиденье. Куроо усмехается поведению своего парня и послушно заводит машину, не желая ни на минуту отдалять долгожданный момент.

***

Мой. До района, в котором проживает Тецуро, они добираются за считанные минуты и еще быстрее преодолевают расстояние до лифта. Темноволосый в нетерпении прижимает к себе податливое тело, облокачиваясь на стену и залезая одной рукой под свободную толстовку кареглазого. Хината отвечает с не меньшим энтузиазмом, пробираясь ладонями под растянутый свитер и поглаживая разгоряченное тело. Язык Куроо свободно гуляет в ротовой полости Шоё, нежно обводя каждый уголок и проходясь по чувствительной кромке зубов. Всё происходит совсем не так, как в его снах — намного круче. Просто потому, что чувствовать мозолистые ладони, нежно оглаживающие его торс и иногда игриво задевающие соски; губы, целующие чувствительную шею; и юркий язык, изредка проходящийся по мочке уха, действительно невыносимо. Невыносимо до звездочек перед глазами и невероятного возбуждения, ударяющего не только по мозгам. Тецуро резко хватает рыжие волосы, заставляя Шоё закинуть голову, и размашисто проходит по оголенной шее языком. Хината тихо выдыхает и издает еле слышный стон, закатывая глаза от наслаждения. Ему приходиться закрыть себе рот рукой, когда Куроо, не церемонясь, протискивает свое колено между его ног и ощутимо надавливает на стиснутый узкой тканью пах. По небольшому помещению лифта разносится довольно громкое мычание, и Тецуро, по-кошачьи ухмыльнувшись, повторяет свое действие, в этот раз сильнее надавливая на ощутимое возбуждение своего парня, и захватывая его ладонь, плотно припечатывая к стенке. Он хищно скалится, наслаждаясь громким стоном рыжеволосого, и прикусывает мочку небольшого ушка, не переставая двигать коленом. Но стоит лифту остановиться на необходимом этаже, как Хината юрко выскальзывает из объятий парня, таща того за собой. Куроо быстро достает ключи и поворачивает их в замочной скважине, не переставая вылизывать горячий рот. Они громко заваливаются в квартиру, наспех скидывая с себя верхнюю одежду. Тецуро подхватывает рыжеволосого под ягодицы, вынуждая того обхватить его торс ногами. Он довольно грубо сжимает мягкий зад парня, стараясь по дороге до спальни не собрать все углы и случайно не уронить, елозящего в его руках, кареглазого. Шоё же вообще не способствует его внимательности, словно нарочно потираясь всем телом и яростно вылизывая его шею, иногда слегка прикусывая нежную кожу, заставляя темноволосого сдавленно постанывать. Наконец добравшись до заветной комнаты, Куроо аккуратно укладывает на кровать рыжеволосого, нависая сверху, не в силах оторвать взор от открывшегося вида. Губы парня слегка припухли, наливаясь ярко-вишневым цветом, на щеках красовался нежный румянец, а карие, почти медовые, глаза лихорадочно блестели, выдавая с головой состояние Шоё. На загорелой шее уже красовались небольшие красноватые пятна, которые навряд ли сойдут к утру. Сам рыжеволосый тяжело дышал, грудь его неравномерно вздымалась, а руки слегка подрагивали. Тецуро чуть наклонился к парню, кладя одну руку на розоватую щеку и бережно поглаживая мягкую кожу. Хината шире раскрыл глаза, слегка удивляясь неожиданной ласке, после чего тепло улыбнулся. О Боже, наверное, Куроо никогда не сможет привыкнуть к этому. Даже сейчас эта улыбка вызывает невероятный взрыв эмоций в нем, заставляя сердце ухнуть куда-то в живот, а самого парня замереть истуканом, не отрывая взгляда от самого прекрасного, по его мнению, человека. ̶ Как же я тебя люблю… ̶ полушепотом произносит Тецуро, и на губах сама-собой расцветает искренняя, нежная улыбка, наполненная всеми чувствами, которые парень так долго прятал в себе, сначала и вовсе не замечая их, а после надеясь на недолговечность этого увлечения. Но сейчас Шоё рядом, он мило краснеет от его внезапного признания, а после тихонько хихикает, слегка приподнимаясь на локтях и шепча в самые губы: ̶ Я тоже. ̶ он утягивает Куроо в нежный, наполненный необъятной лаской и любовью поцелуй, аккуратно закидывая руки ему за шею. Тецуро чуть усмехается, но затем сдавленно стонет, стоит Хинате твердо провести коленом по его напряженному паху. Темноволосый скалится, заглядывая в карие глаза, в которых пляшут яркие язычки пламени, способные спалить его дотла. А он даже и не против, погружаясь с головой в пучину медовых глаз и подцепляя край уже надоевшей толстовки, одновременно запуская язык в горячий рот парня. В голове не остается ничего, кроме безграничной любви к этому человеку и приятного предвкушения следующего утра, когда ему наконец удастся полюбоваться спящим Хинатой, а после у них в жизни начнется новая глава. Их глава.